Действительно, с тех пор как Тхэ Ин впервые попал на этот остров, он наконец понял, почему его коллеги так суетились, накапливая силы и наращивая выносливость в подготовке к совместным тренировкам.
Сказать, что один день тянулся как тысячелетие, было бы преувеличением, но по сравнению с обычной подготовкой он уставал как минимум в десять раз сильнее.
На тренировках с коллегами из своего филиала он, по крайней мере, выходил на спарринг с уверенностью, что противник не станет всерьёз пытаться его покалечить. Теперь же даже в самом пустяковом поединке приходилось быть до предела собранным и напряжённым. У слишком многих на лицах так и читалось желание, сославшись на “ошибку”, сломать сопернику хотя бы одну руку во время спарринга.
Даже во время перерыва не получалось расслабиться. Зоны отдыха так же делились между Азиатским и Европейским филиалами, поэтому постоянно приходилось быть начеку – не прилетит ли откуда-нибудь камень, или что ещё хуже, пуля из пневматики.
Единственное время, когда он мог по-настоящему расслабиться, наступало лишь после окончания дневных занятий, когда он возвращался в комнату и запирал дверь. И то, стоило выйти за её пределы – хоть в душ, хоть в туалет – и до самого возвращения в комнату приходилось уклоняться от искрящихся поводов для ссор, либо как-то сглаживать назревающие конфликты.
Всё это настолько выматывало, что Чон Тхэ Ин, заранее заглянувший в туалет сразу после занятий, едва переступив порог комнаты, рухнул на кровать. Однако и здесь он не мог расслабиться окончательно. Ведь приходилось терпеть полные негодования взгляды Моры.
Да-да, моя вина. Чёртов кольт… потом обнулю свой счёт и куплю тебе хоть сотню таких…
Растянувшись на кровати, Тхэ Ин пробормотал это себе под нос. Он устал настолько, что не осталось сил даже говорить вслух.
Разгоняя прохладную атмосферу по комнате, Мора сосредоточенно корпел над головоломками, а Тогу, судя по тому, что ушёл в туалет и никак не возвращался, снова ввязался в чью-то ссору, либо сам раздул конфликт. Его способность неутомимо, день за днём, устраивать мелкие и крупные стычки, действительно заслуживала восхищения.
– Эй, тебя вызывают.
До почти задремавшего Чон Тхэ Ина донёсся недовольный голос Моры. Тхэ Ин поднял голову, взглянул на пейджер, брошенный на стол, и снова уткнулся лицом в подушку. Ему было лень проверять. Но спустя мгновение снова раздался голос Моры:
– Эй, ещё один вызов пришёл.
– …Ну кто там ещё?
Чон Тхэ Ин жалобно бормотал ругательства:
– Какой гад вызывает меня, когда я подыхаю от усталости?
Мора взял пейджер и проверил номер. Затем равнодушно произнёс:
– Это 114.
– 114… Это что, телефонная справочная меня разыскивает? [1]
– Чё за чушь ты там несёшь? Кажется, ещё и сообщение пришло. Проверь уже, а.
[п/п: 114 в Корее - номер единой справочной телефонной службы]
С этими словами Морер бросил ему пейджер. Небольшое устройство приземлилось точно рядом с подушкой Тхэ Ина. Всё так же лёжа лицом вниз, он приоткрыл веки и скосил взгляд на пейджер. Как и сказал сосед, под экраном мигал индикатор – похоже, действительно пришло сообщение.
Но было так неохота проверять. Наверняка опять пришло какое-то дурацкое уведомление: «сдайте то-то», или «сейчас период повышенного контроля» и прочая ерунда.
114… где, чёрт возьми, вообще находится 114? Подземный первый этаж, четырнадцатая комната? Что там? А да, там комнаты инструкторов. И специалистов. Если четырнадцатая, значит, самый младший среди специалистов…
Тхэ Ин широко распахнул глаза и вскочил. Когда он, только что лежавший точно труп, вдруг резко поднялся, Мора, сидевший чуть поодаль и уткнувшийся носом в журнал, вздрогнул и непонимающе оглянулся.
– Если самый младший специалист, то это Шинру, я прав?
– А? Ну да… А чего ты вдруг? – спросил Мора, облегчённо выдохнув и успокаивающе похлопав себя по груди.
Выражение лица у него было такое, словно Чон Тхэ Ин только что выдал какой-то сонный бред.
Но Тхэ Ин не стал отвечать и поспешно открыл сообщение.
Как и ожидалось, это был Шинру. Содержание сообщения не представляло собой ничего особенного. Всего лишь пожелание беречь себя. Однако даже от такого пустякового сообщения засиявший было Тхэ Ин мгновенно помрачнел, стоило ему прочесть второе:
«Тогда увидимся на выходных. Спокойной ночи».
Выходные.
Только прочитав это слово, он вспомнил. Вспомнил, что так и не предупредил: встретиться в выходные не получится. За всё это время у него не нашлось ни минутки, чтобы заскочить к нему в кабинет. Да и в эти дни они ни разу случайно не столкнулись.
– Надо… сказать… что не смогу пойти…, – мрачно пробормотал Чон Тхэ Ин.
И рассеянно уставился на служебный телефон у изголовья кровати. На мгновение зародилась крошечная надежда: вдруг случится что-нибудь серьёзное, тренировка на выходных отменится, всем дадут свободное время или что-то в этом роде, но… Но если бы действительно произошло нечто серьёзное, ни Шинру, ни ему самому точно не позволили бы так просто разгуливать по территории острова.
– … пойти.
Щёлкнув языком, Чон Тхэ Ин резко поднялся. Мора, сжимая в руках журнал с головоломками, странно покосился на него.
– Я на минутку заскочу к Шинру.
Коротко бросив, Тхэ Ин сунул пейджер в карман и направился к двери. Он, конечно, мог бы объясниться и по телефону, но решил, что такие вещи лучше говорить лично, с глазу на глаз.
– К Шинру? Уже довольно поздно, его, наверное, в кабинете нет.
– Ну тогда загляну к нему в комнату, в чём проблема?
– Во время совместных тренировок первый подземный закрыт для служащих. Личные встречи с инструкторами тоже запрещены. Комнаты специалистов ведь расположены на том же этаже.
Слова Моры, брошенные тоном «ты вообще соображаешь, что говоришь?», неприятно ударили Чон Тхэ Ина по затылку. Молодой человек остановился и оглянулся на соседа, широко раскрыв глаза.
– Ты разве не знал? – нахмурился сосед.
Нет, он знал. Просто забыл.
Вот как. Значит, теперь лично увидеться не выйдет, если не связаться заранее.
Чон Тхэ Ин на мгновение замешкался. Но раз он уже твёрдо решил заглянуть к Шинру, а внутри вдруг поднялась волна тёплого, почти щемящего желания увидеть его… значит, надо идти. Если сообщить всё слишком поздно, со стороны будет выглядеть так, будто он в последний момент решил отменить их договорённость – а это ничего хорошего не сулит.
Легко махнув Море рукой, он вышел из комнаты. Тот крикнул ему вслед:
– Э, стой!
Но Тхэ Ин сделал вид, что не слышит.
Стоило только выйти за порог, как в кожу тут же впился обжигающе-колючий воздух, пропитанный духом соперничеством, но Тхэ Ину было всё нипочём. Он не собирался никого провоцировать первым и уж тем более не планировал вступать в перепалку с теми, кто пытался затеять драку. Пару раз в его сторону бросали колкие реплики, но он никак не реагировал и проходил мимо. И не нашлось никого настолько упёртого, чтобы попытаться остановить его только ради ссоры. Позади доносилось презрительное: «Тьфу, ссыкло». Но если то была цена, чтобы избежать пустой драки – пускай шепчутся сколько угодно.
По привычке Чон Тхэ Ин остановился перед лифтом, однако, решив, что лучше не светить свой подъём на минус первый, повернул к лестнице.
Он так часто спускался и поднимался по лестницам, что уже без труда преодолевал шесть–семь этажей. Но только не с этими проклятыми высокими ступенями. Они, в два раза выше обычных, тянулись бесконечно вверх. Неудивительно, что и высота между этажами была значительной; потолок казался куда более далёким, чем должен быть.
Когда Тхэ Ин однажды спросил у дяди, почему архитектура здания такая странная, тот лишь усмехнулся и невозмутимо ответил:
– Это тоже часть тренировки.
– Нам и без этого хватает. Сама жизнь тут – уже сплошная тренировка, дядя.
Чон Тхэ Ин, поднимаясь по лестнице, ворчал на своего дядю, который, конечно же, не мог его слышать. Так всегда: стоило появиться малейшему поводу для недовольства, и он неизменно выливал всё это на родственника, неважно слышит тот или нет. Это немного его успокаивало.
Добравшись до первого этажа, молодой человек увидел на железной двери табличку, которой раньше здесь не наблюдал:
Посторонним вход воспрещён.
Проще говоря, всем, кто не жил на этом этаже – а значит, рядовым сотрудникам – вход был закрыт.
Сделав вид, будто не заметил табличку, он открыл дверь. Тхэ Ин опасался, что та окажется заперта или что по ту сторону на него тут же направят оружие с криком: «Сказано же – вход запрещён»... но ничего подобного не произошло.
http://bllate.org/book/12390/1439860
