Готовый перевод Cheonghwajin / Чхонхваджин: Глава 13

– Сатурн, иди сюда.

На зов Тэ Чхоно Мувон, будто разрешая, отпустил сжатый затылок. Сатурн, неловко пригнувшись, поспешил к боссу.

– Б-босс, послушайте… Му, Мувон хённим, он… аптекаря…

Хотя Чхоно сам всё видел, Сатурн первым делом начал жаловаться. Мувон швырнул пустую банку из-под пива и, закинув руку на спинку дивана, откинулся.

– Вот поэтому Мувон тебя и дразнит. Это шутка, так что подними ребят и ищите аптекаря.

Хлоп. Чхоно крепко шлёпнул его по спине и кивком указал на выход. Убедившись, что Сатурн убежал, он закрыл железную дверь комнаты отдыха.

– Чего ты за мной хвостом таскаешься?

Он нарочно задел Мувона, ведь тот едва вышел из кабинета босса и уже спустился за ним на тринадцатый этаж.

– Потому что ты ведёшь себя не как обычно. Ты правда думаешь, что это аптекарь?

Теперь Чхоно говорил куда серьёзнее.

– Ты же сам распустил слух, что ищешь народ Хва. Неужели парень из питейной мог этого не знать?

– Они вообще-то скрытные. Если он сбежал из-за этого, то звучит логично…

Чхоно медленно кивнул и продолжил:

– Но, Мувон… если он из Хва, стал бы он так палиться? Хотя я, конечно, доверяю твоему чутью.

– В этот раз это не чутьё.

– Что?

Жёлтые глаза сверкнули интересом.

– Никто не нанимал его уборщиком на свалку.

Именно поэтому Мувон уже второй день сидел в морском здании.

***

После того как вчера ушёл Сатурн, Чхонён, поразмыслив, вместо риелторской конторы собрал рюкзак.

Инстинкт подсказывал: заключать сделку нельзя. Поразмыслив, он понял: Пейра, похоже, как-то связывает сушёный цветок мести с народом Хва. Потому и рвался найти контрабандиста. А раз босс Тэ Чхоно ищет Хва, значит, и Тэ Мувон преследует ту же цель.

Теперь стало ясно, почему он так настойчиво его прощупывал.

Ещё с той встречи на свалке Тэ Мувон начал подозревать его в принадлежности к Хва. Но без доказательств... он сам вряд ли уверен. Мувон выглядел переменчивым, значит, если затаиться на время, он быстро потеряет интерес.

Другая проблема – в течение трёх месяцев нужно достать сушёный цветок мести.

Чхонён устроился в углу пыльной комнаты. Цветочный магазин в зоне Е, в самой низине, как и лавка аптекаря, имел крошечную комнату позади. Это место, где он жил в детстве – одновременно чужое и знакомое.

Он собирался взять лишь деньги, одежду и спальный мешок и уйти из лавки. Тащить мешки с травами и сушёными цветами не представлялось возможным.

Пока интерес Мувона не угаснет, он решил скитаться, перебиваясь случайной работой. Понаблюдав за обстановкой пару дней, завтра он собирался перейти мост в другой район.

Он даже специально оставил велосипед, чтобы Пейра и Мувон решили, будто он просто ненадолго уехал. Всё своё богатство – травы – он оставил, значит, всё выглядело так, будто он ушёл не насовсем. 

Хотя, возвращаясь, он почти наверняка обнаружит лавку разграбленной. От одной этой мысли щемило в груди, но жизнь дороже денег.

С детства Чхонён дорожил своей жизнью.

«Есть плохие люди, но есть и хорошие. Мы не можем отвернуться от хороших из-за плохих. Наша жизнь принадлежит не только нам».

Вспоминая мать, чьё лицо уже почти стёрлось из памяти, Чхонён свернулся в спальном мешке и закрыл глаза. Где-то неподалёку мяукала кошка.

Из-за низины и событий, случившихся здесь когда-то, люди избегали этого места. Боясь наводнений, они уходили выше, а звери, напротив, считали это место безопасным. Так что и для Чхонёна здесь было относительно спокойно.

Он повернулся к стене. В тусклом предрассветном свете проступили рисунки: цветок с улыбкой, раскрашенный яркими маркерами. Это его детский рисунок.

Мать Чхонёна слишком ослабела, чтобы заботиться о нём, и хозяйка цветочного магазина стала ему няней. Она единственная любила его почти так же, как мать.

«Зря я сюда вернулся…»

Глаза защипало от подступивших слёз, и он снова крепко зажмурился. Но тут же в ушах загрохотали выстрелы и крики людей, заполняя всё вокруг. Ощущение тепла, которое с каждой секундой остывало, до сих пор оставалось в его ладонях.

Как бы он ни пытался отвлечься, мысли неизменно возвращались к тому дню, когда он потерял няню.

Ко дню, когда лишился самого дорогого человека, что у него имелся.

***

Около двадцати лет назад одиннадцатый континент ушёл под воду. Считалось, что все, кто там жил, погибли, однако на самом деле выжившие остались.

Некоторые из них на лодках добрались до Чонхваджина.

На второй день после их прибытия маленькому Чхонёну довелось увидеть ужас, от которого и теперь становилось не по себе. Тогда он находился на руках у няни.

Няня почти каждый день ходила в горы неподалёку от цветочной лавки собирать съедобные травы. Чхонён, каким бы ранним ни час, всегда шёл с ней. Травы, которые он собирал, отличались особым вкусом, и люди охотно их покупали.

Со временем его травы прославились настолько, что лавку начали называть не цветочной, а травяной. Иногда им удавалось найти и дорогие лекарственные растения, так они и сводили концы с концами.

В тот день няня, как обычно, несла маленького Чхонёна на спине, поднимаясь на холм. С вершины, где росло больше всего трав, хорошо просматривался главный причал Чонхваджина.

Взобравшись на большой камень, Чхонён по привычке посмотрел вниз. Обычно ранним утром у причала выстраивались рыбацкие лодки, полные улова, зрелище впечатляло. Но сегодня причал почему-то затих.

– Няня… там люди собрались.

Чхонён указал крошечной рукой в сторону. Няня, собираясь взять его на руки, тоже с недоумением посмотрела вниз. И в этот момент её взгляд зацепился за разбитую лодку. Она лежала в стороне, почти незаметная рядом с рыбацкими судами.

На берегу рядом с ней толпились десятки людей. Все стояли спиной к морю. Перед ними люди с оружием. По чёрным плащам до щиколоток ясно: это подчинённые «Адурона», хозяина Чонхваджина.

Бах! Бах! Внезапно раздались выстрелы. Глаза Чхонёна расширились, он в ужасе прижался к няне. Люди, поднявшие руки в знак сдачи, один за другим падали на землю.

Крики разрывали воздух, люди в панике разбегались. Многие уже лежали, поражённые пулями и клинками. Тихий голубой причал стремительно окрашивался в алый.

– Господин Чхонён, не смотрите.

Няня закрыла ему глаза. Она всегда говорила с ним почтительно. Когда он спрашивал почему, ведь она намного старше, она лишь улыбалась.

– Няня… почему… почему им делают больно?

Няня крепко прижала его к себе и побежала вниз, прочь от причала.

– Это выжившие с одиннадцатого континента. Говорили, они прибыли вчера… Похоже, Адурон не собирается их принимать.

Тяжело дыша, она терпеливо объясняла ребёнку сложные вещи. Она всегда хотела, чтобы Чхонён понимал, что происходит в Чхонхваджине.

Она двигалась быстро, но убегать с ребёнком на руках непросто. К тому же вместо рассвета небо заволокло тучами, и хлынул ливень.

Каждый раз, когда раздавался выстрел, руки Чхонёна, обнимающие няню, вздрагивали. Спускаясь с горы, она на мгновение остановилась, дыхание уже перехватывало.

– Няня…

– Тсс.

Она прижала его к себе и погладила по спине. Лицо её намокло, то ли от дождя, то ли от пота.

– Там кто-то есть.

Чхонён указал на густые кусты. Няня резко обернулась. За зарослями она заметила углубление, похоже, логово, возможно, волчье. Сквозь листву мелькнули человеческие силуэты.

Двое мальчишек, прижавшись друг к другу, как испуганные зверьки. Истощённые, будто давно не ели, они сжимали в руках ножи.

– …Похоже, это выжившие с одиннадцатого континента.

http://bllate.org/book/12426/1594696