Готовый перевод How could you know what I'm thinking / Откуда тебе знать, что я думаю: Глава 57. Конец

Глава 57

В апартаментах «Ямэньтин» оттого, что здесь поселился ещё один человек, оживлённее не стало. Напротив, когда они вдвоём устраивались рядом за фильмом или работой, тишина словно удваивалась.

Этот мир и покой были нарушены в тот момент, когда в квартиру вошла тётя Ли. Шэнь Дои тут же выскользнул из объятий Ци Шианя, поспешно поправляя воротник. Сам же Ци Шиань был невозмутим — так и остался сидеть на месте, не отрывая взгляда от экрана телевизора.

— О, вы дома, — непринуждённо сказала тётя Ли. — Не обращайте на меня внимания, я сразу же начну убираться.

Сказала не обращать внимания, но вопросов у неё нашлось немало. Едва вытащив пылесос, она тут же спросила:

— А почему сегодня не на работе? Слышала от твоей мамы, что ты очень занят и уже больше двух недель дома не появлялся. Она просила вас при случае заехать.

С тех пор как Шэнь-лао не стало, прошло уже больше половины месяца. За это время Шэнь Дои постепенно выбрался из тени утраты, но когда выпадало свободное время, он всё равно вспоминал об этом. И всякий раз, если мысли уводили его к событиям двухнедельной давности, он просто ждал вечера, чтобы посмотреть на звёзды.

Умение справляться с этим самому оказалось самым действенным лекарством. Тем более рядом был Ци Шиань.

Пылесос гудел так громко, что они перебрались на балкон и устроились в подвесном кресле. Объём работы навалился такой, что невозможно было перевести дух, и после начала зимы Ци Шиань всё же не выдержал и свалился с болезнью.

Два дня капельниц, по два приёма жаропонижающего в день, и только вчера он наконец немного пришёл в себя. Шэнь Дои нашёл плед, укрыл его, сходил за стаканом горячей воды и сел рядом в подвесное кресло. Оно было похоже на птичье гнездо, которое слегка покачивалось и убаюкивало.

— Тебе бы отдохнуть, — сказал Шэнь Дои, позволяя Ци Шианю опереться на своё плечо, и открыл ноутбук. — Посмотрю, не прислала ли Энни файлы.

— Раньше годовой финансовый аудит всегда курировал Чжан Имин, — сказал Ци Шиань. — Не знаю, когда уже этот парень очнётся.

— Его состояние ведь уже стабилизировалось. Думаю, это лишь вопрос времени, — успокоил его Шэнь Дои. — В этом году аудит я возьму на себя, не переживай.

Ци Шиань ввёл свою почту и окончательно переложил все обязанности на него. Прислонившись к плечу Шэнь Дои, он то вдыхал аромат его волос, то слегка касался губами его уха.

— Начальник Шэнь ещё и за финансовый аудит может отвечать. Он действительно способный, — усмехнулся Ци Шиань.

Финансовые данные крупной компании за целый год были такого объёма, что действительно поражали воображение. Но лицо Шэнь Дои оставалось спокойным, и взгляд скользил по экрану.

— Из-за различий в отраслях, даже если сложить данные «Минань» и «Чжэсы», их всё равно меньше, чем у страховой компании, а там ежегодный финансовый аудит как раз вёл наш актуарный отдел.

— Раньше ты работал в крупной государственной компании, мог бы дослужиться до хорошей должности, — с кислым выражением лица сказал Ци Шиань. — Не пожалел, что ушёл?

Шэнь Дои немного подумал и ответил:

— Честно говоря, жалел. В столовой страховой компании гораздо больше выбора, да и готовят приглашённые шеф-повара. Это даже вкуснее, чем в ресторанах.

— Серьёзно? — оживился Ци Шиань. — Может мне ещё не поздно сменить профессию и пойти продавать страховки?

Так они болтали, даже не заметив, как стих шум пылесоса. Тётушка Ли уже зашла в спальню и, стоя у кровати, крикнула:

— Постель менять будем?

— Постели что-нибудь потеплее, — отозвался Ци Шиань. — И шкаф тоже надо разобрать, а то похолодало.

Шэнь Дои закрыл ноутбук, слегка повернулся и коснулся лба Ци Шианя, проверяя температуру. Убедившись, что всё в порядке, он сказал:

— Уже два дня как спал жар. Завтра ещё отдохнёшь или всё-таки пойдёшь на работу?

— Пойду, надо на совещание, — ответил Ци Шиань, потирая рукой по животу. — Есть хочется.

Было всего десять утра, после завтрака не прошло и трёх часов. Шэнь Дои бросил на него укоризненный взгляд, выбрался из подвесного кресла и, закатав рукава, направился на кухню.

— Подожди, сейчас пойду приготовлю корм для поросёнка.

Ци Шиань в ответ подыгрывая хрюкнул пару раз, после чего набрал номер Ю Сы. За эти два дня болезни он не заезжал навестить Чжан Имина и не знал, как он там.

— Ох!

Услышав возглас тёти Ли, Ци Шиань сразу сбросил звонок и направился в спальню, решив, что она что-то сломала.

— Я тебя, можно сказать, знаю с самого детства, ты вырос у меня на глазах, так что не обижайся, если скажу, — тётя Ли закрыла шкаф и подняла с пола бумажный пакет с мусором. — Господин Шэнь хороший человек, и ты бы себя вёл поприличнее.

Ци Шиань совершенно не понимал, о чём речь.

— Что случилось?

Тётушка Ли с недовольным лицом подошла ближе, раскрыла мусорный пакет и показала ему содержимое. Ци Шиань с подозрением опустил взгляд и увидел, что внутри лежали те самые чёрные кружевные трусики, свернутые комком.

— Я тихонько выброшу, но если ещё раз увижу, уже не стану тебя прикрывать. Совести у тебя нет! — строго сказала она. — Ещё и домой это тащишь, совсем не ценишь хорошего отношения к себе!

Ци Шиань остолбенел. Он так и стоял, пока тётушка Ли не ушла в ванную продолжать уборку. Его буквально трясло от злости, он был сам не свой, словно снова поднялась температура.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил Шэнь Дои, разбивая яйца. — У господина Чжана что-то произошло?

Ци Шиань выглядел совершенно убитым.

— Эта старая ведьма выбросила те кружевные трусики и ещё отчитала меня, сказав, что я бессовестный.

Шэнь Дои на мгновение растерялся, но быстро понял, в чём дело. Ему стало так смешно, что он едва не вылил мимо яичную смесь. Про себя он подумал: «Выбросила — и слава богу!», но вслух спокойно сказал:

— Ничего страшного, купим ещё. Возьмём сразу упаковку.

Отдохнув немного, на следующее утро они приехали в компанию к началу рабочего дня. Ци Шиань сразу поднялся на совещание, а Шэнь Дои занялся в кабинете финансовым аудитом. Днём ему ещё предстояло провести обучение.

— Начальник Шэнь, господин Ду из «Чжоули Интернешнл» пришёл. Он без записи, но говорит, что это срочно.

Шэнь Дои проверял цепочку данных и даже не поднял головы.

— Проводите его в переговорную. Он любит лунцзин*, я подойду позже.

Примечание переводчика:

Лунцзин (龙井茶, lóngjǐngchá) — разновидность зелёного чая из Ханчжоу в китайской провинции Чжэцзян. В переводе его название означает «колодец дракона». Изготовляется, как правило, вручную, вследствие чего цена на этот сорт выше по сравнению с большинством других сортов.

Рынок всегда сопряжён с рисками, и клиенты на фоне колебаний часто не выдерживают и приходят за консультацией. Закончив с текущими задачами, Шэнь Дои перевёл телефон в беззвучный режим и направился в переговорную.

Во время беседы нужно было и разобрать динамику рынка, и наметить дальнейшую стратегию компании клиента, и успокоить его самого. К концу разговора у Шэнь Дои пересохло в горле, и только тогда он заметил на телефоне семь или восемь пропущенных звонков.

Не успев сделать даже глотка воды, Шэнь Дои тут же перезвонил. На том конце трубку взяли после первого же гудка.

— Госпожа Ю, с господином Чжаном что-то случилось? — не скрывая волнения, спросил Шэнь Дои.

— Он очнулся! — возбуждённо вскрикнула Ю Сы. — Очнулся пятнадцать минут назад!

Шэнь Дои сразу выбежал из переговорной, добежал до служебного входа, поднялся на этаж, где был конференц-зал и, даже не постучав, ворвался внутрь. Все взгляды тут же обратились на него. Ци Шиань стоял у экрана и тоже посмотрел в его сторону.

— Что случилось?

Грудь Шэнь Дои тяжело вздымалась.

— Господин Чжан только что пришёл в себя. Вам нужно срочно поехать к нему.

Совещание тут же свернули. Ци Шиань, схватив телефон и пальто, поспешил к выходу. Уже в лифте он заметил, сколько пропущенных вызовов было у него на телефоне. Они с Шэнь Дои как можно быстрее добрались до больницы и, подойдя к палате, услышали доносящийся оттуда плач.

Ци Шиань помрачнел.

— Он очнулся… или умер?

Шэнь Дои слегка стукнул его кулаком.

— Очнулся!

Они открыли дверь и увидели Чжан Имина, который полулежа опирался на подушки у изголовья. Шутяо рядом заливался слезами, а Ю Сы спокойно сидела у кровати. По её виду невозможно было понять, что происходит.

Увидев их, Чжан Имин тут же протянул руку. Ци Шиань быстро подошёл и сжал её.

— Ну наконец-то ты очнулся, — не удержавшись стал он отчитывать Чжан Имина. — Я уже думал, ты так и останешься в коме.

Чжан Имин всё ещё был очень слаб и говорил, с трудом переводя дыхание.

— Когда произошла авария… я и сам думал, что это конец. Не ожидал, что окажусь таким живучим.

Шутяо продолжал плакать, поэтому Шэнь Дои подошёл и вытер ему слёзы.

— Что такое, малыш? Папа очнулся, надо радоваться.

— Он испугался, — объяснила Ю Сы. Она уже заметно пришла в себя и даже сделала лёгкий макияж. — Врачи столпились вокруг, осматривали, вынимали трубки, и ребёнок решил, что папа умер.

Чжан Имин невольно потянул травмированное место, отчего тут же болезненно втянул воздух.

— Ты не могла сказать это как-то мягче? Я в таком состоянии, хоть немного бы меня пожалела!

— И у тебя ещё хватает наглости так говорить? — фыркнула Ю Сы. — Я сама ещё не оправилась, полмесяца у твоей постели провела, ждала пока ты очёшься.

Тихая прежде палата мгновенно наполнилась шумом.

— Ладно вам, — усмехнулся Ци Шиань. — Ты его несколько лет держала на крючке, теперь вот подождала полмесяца — считай, что вы квиты.

— Господин Чжан, тебе нужно скорее поправляться, — посмотрел на Чжан Имина Шэнь Дои. — Госпожа Ю сказала, что как только ты очнёшься, вы поженитесь. Да и в компании тебя ждёт так много дел.

Чжан Имин, не отпуская лежавшую на кровати руку Ю Сы, нащупал кольцо на её безымянном пальце и только тогда немного успокоился.

— Врач сказал, что до полного восстановления мне понадобится как минимум год, а может, и больше, — серьёзно заговорил он. — И не факт, что я вообще смогу восстановиться полностью.

Ци Шиань уже предвидел это и спокойно сказал:

— Тогда не думай о лишнем. Сосредоточься на восстановлении. С другой стороны, после такой аварии остаться в живых — уже большое везение.

— Я понимаю. Мне действительно повезло, — Чжан Имин взглянул на Ю Сы. — Мы собираемся уехать в Сидней. Хотим пожить втроём как семья.

— Мы и так потеряли несколько лет, нужно всё наверстать ради ребёнка, — добавила Ю Сы. — Да и Чжан Имину нужно восстановиться, поэтому я хочу увезти его в Сидней. Остальное подождёт.

Ци Шиань и Шэнь Дои переглянулись. Оба они были полностью согласны. Нет ничего важнее здоровья, тем более что в ближайшее время Чжан Имин всё равно не сможет вернуться к прежней жизни.

— Тогда, когда уедете, не ссорьтесь и не вспоминайте старые обиды, — сказал Ци Шиань. — Желаю вам просто жить спокойно и счастливо каждый день.

Чжан Имин совершенно спокойно улыбнулся и сказал:

— Шиань, компанию я оставляю на тебя. Я собираюсь передать тебе все свои акции.

Шэнь Дои, сидя на стуле с Шутяо на руках, отозвался:

— Господин Чжан, вы можете просто получать дивиденды, нет нужды выходить из компании. В конце концов, «Минань» — это плод ваших совместных усилий.

— Нет, так нечестно, — твёрдо возразил Чжан Имин. — Я передам акции, получу за них приличную сумму денег и уеду с женой и ребёнком жить в своё удовольствие. А дальше хоть надорвитесь — меня это уже не касается.

— Кто это с тобой будет «жить в своё удовольствие»? — усмехнулась Ю Сы. — Выздоровеешь, будешь у меня пахать до изнеможения, ещё и «Сымин Финанс» мне откроешь.

Ци Шиань понимал его намерения, но всё же учёл интересы компании.

— Все твои акции я не приму. Иначе у меня окажется абсолютная власть, а для современной компании это ни к чему.

Чжан Имин кивнул.

— Тогда проведём выкуп акций внутри фирмы, пусть они будут распределены среди руководства. А кто потом займёт место старшего партнёра, уже не моё дело.

Было время обеда. Они вместе ели прямо в палате, и Ю Сы, между делом, кормила Чжан Имина, который уже больше полумесяца находился под капельницами, и есть ему было очень тяжело.

И вдруг Шутяо спросил:

— Так мне в итоге как называться? Чжан Шутяо или Ю Шутяо?

— Ты вообще-то чуть не стал Ци Шутяо, — нарочно поддразнил его Шэнь Дои.

Бросив взгляд в тарелку, он понял, что куриная ножка куда-то делась. Шэнь Дои повернулся к Ци Шианю, но тот недовольно бросил:

— Болтаешь без умолку, я смотрю, тебе и поесть некогда.

Шэнь Дои не стал спорить и тихо сказал:

— Да я шучу, не сердись.

— Дядя Шиань, — подумал немного Шутяо, — мне кажется, твоего сына надо назвать Шупянь*. Мы с ним тогда могли бы быть комбо-набором!

Примечание переводчика:

Шупянь (薯片, shǔpiàn) переводится, как картофельные чипсы. А сам Шутяо, напомню, — картошка фри (薯条, shǔtiáo).

Ю Сы рассмеялась так, что едва не пролила суп Чжан Имину на шею, Шэнь Дои тоже закашлялся от смеха, а Ци Шиань раздражённо сказал:

— Какое ещё комбо? Иди лучше найди себе кетчуп в пару.

После обеда Ци Шиань и Шэнь Дои вернулись в компанию. По дороге, глядя на проносящиеся пейзажи за окном машины, оба впервые за долгое время почувствовали себя по-настоящему спокойно. Неужели они наконец дождались, когда тучи рассеются?

Ци Шиань и Шэнь Дои работали в напряжённом ритме, каждый день приходили и уходили вместе, но в офисе говорили исключительно о работе. Возможно, потому что они держались открыто и честно, а может, из-за выдающихся результатов, но в любом случае всё оставалось на удивление спокойно и почти никто не сплетничал.

— Начальник Шэнь, это оценочные ведомости участников тренинга, — сказала помощница. Она сделала завивку и маникюр и выглядела совсем иначе.

Шэнь Дои взял бумаги.

— Я подготовлю их минут через пятнадцать. Потом зайдёшь, заберёшь и опубликуешь объявление.

— Хорошо, поняла. — Девушка не ушла а, помявшись, осторожно спросила: — Начальник Шэнь, я выхожу замуж в конце года. Вы не могли бы прийти от компании и сказать несколько слов на свадьбе?

Шэнь Дои этого не ожидал и поднял взгляд.

— Поздравляю. Но ты же знаешь, как много сейчас работы. Не уверен, что смогу. Попробуй спросить у начальника Тана, у нас с ним одинаковая должность.

— Но я всё время работаю с вами… Честно говоря, я боюсь, что если вас повысят, у меня поменяется руководитель, — откровенно призналась помощница.

— Я теперь начальник, куда мне ещё расти? — усмехнулся Шэнь Дои. — Ладно, если будет время, обязательно приду. А если не выйдет — не держи на меня обиды. Я обязательно подготовлю для тебя большой красный конверт. В любом случае, заранее поздравляю со свадьбой.

В кабинете снова стало тихо. Шэнь Дои продолжил работать, открыл оценочную ведомость и начал выставлять баллы. Вспомнился тот раз, когда он был шафером у руководителя группы Ци. Он не жалел, что их отношения остались в прошлом, он чувствовал лишь лёгкую тоску из-за слов Ци Шианя, которые он сказал в тот день.

«Я завидую тем, кто на сцене. Или тем, кто внизу может быть вместе. Но это не я с тобой».

Ручка на мгновение замерла в руке Шэнь Дои, тысячи мыслей переплелись, не давая покоя. Он понимал, что двум мужчинам на самом деле во многом проще: не нужно регистрировать брак, не обязательно устраивать свадьбу, а иногда и вовсе можно никому ничего не рассказывать. Но если чувства по-настоящему сильны, всё равно остаётся какое-то сожаление.

Зазвонил внутренний телефон. Он поднял трубку и услышал голос Ци Шианя.

— Сегодня вечером я слежу за рынком. А ты пораньше возвращайся домой и как следует отдохни.

— Хорошо.

Повесив трубку, Шэнь Дои поджал губы. Он всё время колебался, взвешивал варианты, но никак не мог прийти к какому-то решению. Мысли путались, и в этот момент телефон снова подал сигнал. Ци Шиань прислал сообщение:

[Перед сном обязательно напиши мне «спокойной ночи»].

Шэнь Дои долго смотрел на экран, пока тот не погас. И именно в тот миг, когда он заблокировался, в душе вдруг стало ясно и спокойно. Их общение после воссоединения началось с деловой переписки, симпатия и восхищение возникли в обсуждениях и спорах на совещаниях, а совместимость наполовину определялась совместной работой.

Если уж им нужно было отказаться от привычных традиционных формальностей, значит, он найдёт другой способ восполнить это.

Шэнь Дои снова включил телефон и набрал номер. Когда соединение установилось, он сказал:

— Здравствуйте, моя фамилия Шэнь. Я хочу выставить на продажу квартиру с чистовой отделкой в жилом комплексе «Вэньху».

Закончив разговор с агентом по недвижимости, он выдохнул. Шэнь-лао больше нет, и эта квартира теперь только бередила болезненные воспоминания. К тому же он уже принял решение, и ему понадобится большая сумма денег, поэтому лучше продать её как можно скорее.

Ци Шиань был наблюдателен и проницателен. Не прошло и двух дней, как он догадался, что Шэнь Дои что-то от него скрывает. Но не стал ни расспрашивать, ни проверять, а решил дождаться, когда тот сам всё расскажет.

Они оба взрослые люди, и даже в самой близкой связи нужно оставлять друг другу пространство, пусть он и сгорал от любопытства.

Утром они вместе сидели за круглым столом и завтракали. Шэнь Дои, глядя на увядшую гортензию, ел с аппетитом. А Ци Шиань, поливая растение и бережно проводя рукой по листьям, с лёгкой досадой сказал:

— Я понял, тебе совсем не нравится моя Додо.

— Главное, чтобы тебе нравился твой Додо. И на том спасибо, — усмехнулся Шэнь Дои, играя словами.

После завтрака они вместе поехали на работу. По дороге Ци Шианю позвонил Хо-лао и спросил, с какого числа они будут отдыхать в конце года. Шэнь Дои слышал весь разговор, и, как только он закончился, заговорил первым:

— Обычно в канун Нового года мы с дедушкой возвращались в хутун Цюе… Но в этом году…

— В этом году все наверняка переживают за тебя, ведь дедушка только недавно ушёл, — мягко перебил его Ци Шиань. — Я отвезу тебя туда, проведёшь вечер со своими близкими, спокойно поужинаете вместе. Но в следующем году будем отмечать у меня дома. Можем чередовать, хорошо?

Шэнь Дои растроганно закивал.

— Хорошо, как скажешь.

— Как скажу? — тут же воспользовался этими словами Ци Шиань. — Тогда будь добрее к моим цветам. Я ведь твоего Сяо Ци каждый день протираю.

Шэнь Дои, прислонившись к дверце машины, засмеялся, словно сдаваясь, но потом вдруг сказал:

— У меня сегодня вечером встреча, ужинать домой не вернусь.

Ци Шиань за рулём всё-таки не выдержал:

— Клиент?

— Не совсем, скорее партнёр. Менеджер из банка.

С этим банком «Минань» давно сотрудничает, и стоит измениться рыночной политике, обе стороны сразу пересматривают условия и подстраиваются.

Ци Шиань больше не стал расспрашивать.

— Тогда я заеду в больницу, навещу Чжан Имина. Похоже, он уже может сидеть. Заодно обсудим, когда начнём оформлять передачу акций.

Об этом событии уже вышло официальное уведомление в системе, и почти все сотрудники компании наблюдали за перестройкой руководства. Кто-то даже надеялся, что Ци Шиань сосредоточит власть в своих руках — так было бы проще.

В палате царила тишина. Шутяо спал, свернувшись калачиком рядом с Чжан Имином, на полу валялась нотная тетрадь. Ци Шиань, стараясь не шуметь, подошёл, взял Шутяо на руки, отнёс его в соседнюю комнату и уложил на маленькую кровать. Вернувшись, он сел на стул у кровати и очистил банан. 

Чжан Имин заговорил первым:

— Через пару дней я приеду в компанию. Как ни крути, но на собрании по передаче акций мне нужно присутствовать.

— Мгм. Куплю тебе инвалидную коляску поэффектнее. — Ци Шиань доел банан и взял ещё гроздь винограда. — С уходом Ю Сы, Ю Чжэ останется без помощника. Он точно будет костерить тебя за твоей спиной.

— Ты ещё поссорь меня с шурином, — прошипел Чжан Имин. — Ю Сы уже начала передавать дела и даже наняла нового человека. А вот что касается тебя… сейчас хорошая возможность с этой передачей акций. Ты не думал, чтобы Дои тоже попробовал их получить?

Ци Шиань вытер руки.

— Думал. Но у него дедушка только что умер. С виду он как будто уже пришёл в себя, но на самом деле рана внутри никуда не делась, и ему нужно время. Я не хочу, чтобы Дои было тяжело. Да и такие важные вещи в первую очередь зависят от его собственного решения, давить на него я не стану.

Когда он вышел из больницы, было ещё не слишком поздно. Ци Шиань поехал домой один и по дороге получил сообщение от Шэнь Дои. Тот напоминал, что ночью ожидается ветер до семи баллов, и просил не забыть закрыть окна.

Примечание переводчика:

Здесь речь о китайской шкале силы ветра (风力等级), она соответствует двенадцатибальной шкале Бофорта. Семь баллов по шкале Бофорта это примерно 13,9 – 17,1 м/с.

Шэнь Дои только отправил сообщение, как менеджер банка вернулся из уборной. Шэнь Дои уже успел поставить подпись на документах и сказал:

— Я ознакомился и всё подписал. Завтра после работы займу у вас немного времени, чтобы подписать договор в банке.

— Ни к чему такие формальности, — улыбнулся менеджер. — Мы уже давно сотрудничаем, помочь вам — в порядке вещей.

Они ещё обменялись парой вежливых фраз, и когда Шэнь Дои вышел из ресторана, ветер уже усилился. Он поймал такси и поехал домой. Тяжесть, висевшая у него на душе последние несколько дней, наконец спала.

Дома было темно. Он на цыпочках прокрался в спальню. Ци Шиань редко ложился так рано. Шэнь Дои присел на край кровати и некоторое время просто смотрел на него. Затем не удержался и мягко разгладил нахмуренные брови Ци Шианя.

— Додо… — пробормотал тот во сне.

Шэнь Дои наклонился ближе.

— Я здесь.

— Не вянь… — снова тихо сказал Ци Шиань.

Шэнь Дои замолчал на мгновение, а потом ответил:

— …Я сейчас же её выброшу!

Он ещё не успел подняться, как Ци Шиань схватил его за руку и резко притянул к себе. Потеряв равновесие, Шэнь Дои рухнул прямо на грудь Ци Шианя, затем поднял голову и встретился с его ясным взглядом.

— Что ты там собрался выбрасывать? — рука Ци Шианя скользнула ниже, поддерживая его за ягодицы.

Мир закружился, и в следующую секунду Шэнь Дои уже был прижат к постели. Пойманный с поличным, он мог только признаться:

— Сам подумай, с чего это я начал ревновать тебя к горшечному цветку.

Ци Шиань наклонился и укусил его за шею.

— Это потому что я давно тебя не ласкал, да?

Он уже расстегнул пуговицы на рубашке Шэнь Дои, и тот ударил его кулаком по плечу.

— Ты снова такой бесстыжий… полегче…

В постели Ци Шиань никогда не знал меры, в этом он был хуже зверя. Он прижался к Шэнь Дои всем телом, касаясь каждой клеточки его кожи, и медленно провёл языком по его уху, затем по виску, вслушиваясь, как дыхание Шэнь Дои сбивается, а голос меняется.

Поцелуи у самого уха вдруг оборвались, и затуманенный взгляд Шэнь Дои на мгновение прояснился.

И тут Ци Шиань неожиданно прошептал:

— Давай… сегодня сделаем Шупяня.

Стыд захлестнул Шэнь Дои, в то же время смешиваясь с накатывающим удовольствием. Он запрокинул голову и срывающимся голосом простонал:

— Болван… тогда родится маленький обжора…

Они катались по кровати чуть ли не до утра. На следующий день Шэнь Дои смог подняться только усилием воли. На совещании Ци Шиань сидел во главе стола и больше двадцати минут терпел его острые, почти испепеляющие взгляды. Наконец, не выдержав, он повернулся и с показной заботой сказал:

— Начальник Шэнь, выглядишь неважно. Тебе бы не помешало прилечь и отдохнуть.

Шэнь Дои покраснел от неловкости, опустил голову и уставился в ноутбук. Дождавшись конца совещания, когда все разошлись, он только тогда решился встать — боялся, что кто-нибудь заметит, как ему трудно двигаться.

Шэнь Дои ещё не успел дойти до двери, как его остановил Ци Шиань.

— Через пару дней состоится собрание по передаче акций. У всех из высшего руководства есть право побороться за них, вне зависимости от того, ладят ли они или между ними есть какие-то противоречия. Должности тоже могут измениться, так что будь готов.

Шэнь Дои кивнул.

— Кто станет твоим новым партнёром, пока неизвестно. Так что тебе тоже стоит подготовиться.

Собрание по передаче акций в компании «Минань» было назначено под конец года, перед самыми новогодними праздниками. Чжан Имин, который давно не появлялся, наконец вернулся. Несколько его подразделений совместно подготовили приветственную встречу. Он объехал всех, и в итоге его коляска была заставлена цветами.

В ярко освещённом конференц-зале не было лишних слов и сентиментальных прощаний. Чжан Имин всё ещё был слаб, поэтому Ци Шиань взял слово и кратко изложил дальнейший курс развития компании.

Объявление было опубликовано уже некоторое время, и руководители заранее подготовились. По очереди выступали представители отделов, но решающими факторами были личные финансовые возможности и результаты оценки за работу.

На середине заседания Чжан Имин поднял голову, подавая знак, и Ци Шиань наклонился к нему.

— Что такое?

— Давайте добавим ещё один пункт — голосование сотрудников, — сказал Чжан Имин. — Ведь каким человек является на самом деле, лучше всего знают его коллеги. И их мнение — самая точная оценка.

Ци Шиань объявил о новом решении, и собрание продолжилось.

Наконец очередь дошла до консалтингового отдела — самого важного подразделения Чжан Имина. У его руководителей были наибольшие шансы. Шэнь Дои сидел на своём месте, и кресла по обе стороны от него постепенно пустели.

Когда остальные закончили выступать, кто-то слегка ткнул его в спину.

— Начальник Шэнь, а ты разве не пойдёшь? — тихо спросила помощница, наклонившись к нему.

Шэнь Дои чуть повернул голову и с улыбкой ответил:

— А зачем тогда, по-твоему, я сегодня надел костюм?

Сказав это, он отвернулся, поднялся и шагнул вперёд. Проходя мимо Ци Шианя, Шэнь Дои бросил на него короткий взгляд. Он был не из тех, кто способен на откровенные жесты, но надеялся, Ци Шиань поймёт, что это был самый настоящий «осенний взгляд»*.

Примечание переводчика:

* 秋波 (qiūbō) — это устойчивое выражение, дословно переводится как осенние волны и означает нежный, томный, многозначительный взгляд, обычно с оттенком флирта или скрытого чувства.

Ци Шианю смутно почувствовал, что эта сцена ему знакома. Он вспомнил тот случай с рабочим инцидентом. Тогда Шэнь Дои выглядел таким же гордым и непоколебимым.

А тот уже стоял за трибуной.

— В компании «Минань» я всего год, но за это время не потерял ни минуты впустую. По натуре я человек замкнутый, но теперь могу часами разговаривать с клиентами без запинки. Также я не из тех, кто легко выходит из себя, но на тренингах, столкнувшись с бесполковыми тугодумами, умею поставить их на место. Ради работы я многое в себе изменил и приложил немало усилий. Результаты в оценочных листах — самое наглядное тому подтверждение, но и они не дают полной картины.

По сравнению с осторожными и сдержанными выступлениями других руководителей, речь Шэнь Дои звучала почти откровенно гордо. Он стоял  прямо, искренне смотрел на коллег, и за каждым словом и делом стояла его чистая совесть.

Он был самым сильным специалистом в консультировании: по объёму сделок ему не было равных, по количеству публикаций на финансовые темы — тоже. Разработанные им обучающие курсы он представлял на конференции по обмену опытом, и они стали достоянием на всей Центральной улице. Но самое главное, при всех этих достижениях именно он оставался самым усердным сотрудником, тем, кто проводил на работе больше всего времени.

Шэнь Дои подошёл к завершению своей презентации и сделал итоговое заявление:

— Если по результатам голосования всё будет однозначно, я выкуплю шестьдесят процентов акций, находящихся у господина Чжана.

Достаточно было получить более половины, чтобы стать старшим партнёром, при этом сохранив за Ци Шианем наибольшие полномочия. К тому же Шэнь Дои работал здесь всего год и ему ещё предстояло многому научиться.

Подсчёт голосов взял на себя административный отдел. Чжан Имин слегка стукнул по ноге Ци Шианя и, когда тот наклонился, тихо спросил:

— Вы это заранее обсудили? Судя по всему, результат голосования будет неплохим, тогда я могу быть спокоен.

— Мне он не сказал ни слова, — тихо ответил Ци Шиань. — Но ты действительно можешь не беспокоиться.

Спустя полчаса все данные были подсчитаны. Всё подходило к завершению — и вместе с тем к новому началу. Ци Шиань подкатил Чжан Имина вперёд, чтобы они вместе смогли объявить результаты.

Когда прозвучало имя Шэнь Дои, зал тут же наполнился аплодисментами. Затем секретарь объявляла остальных, получивших меньшие доли, но Шэнь Дои уже не слушал. Он поднялся, подошёл к Ци Шианю и Чжан Имину и, присев на корточки, сказал:

— Господин Чжан, надеюсь, я смогу оправдать ваше доверие.

— Впереди будет много деловых встреч, береги здоровье, — ответил Чжан Имин. — Больше мне и сказать нечего, я действительно спокоен. И впредь зови меня просто по имени. В общем… спасибо тебе за усердную работу.

Результаты были объявлены, и собрание завершилось прощальной церемонией в честь Чжан Имина. Шэнь Дои встал и посмотрел на Ци Шианя, в его взгляде осталось лишь спокойствие, пришедшее после всего пережитого.

В этот момент Чжан Имин добавил:

— Компанию мы основали вместе с Шианем, поэтому и назвали её «Минань». Если в будущем захотите сменить название, можете это сделать, у меня возражений не будет.

Шэнь Дои, повернувшись ко всем, торжественно объявил:

— «Минань» — это детище, в которое господин Чжан и господин Ци вложили душу, и название меняться не будет. Однако я направлю весь свой доход за первый год после повышения на создание общественной платформы для малого и среднего бизнеса. Она будет носить имя Фонд «Аньи».

В груди Ци Шианя будто пронёсся вихрь. Он уже почти забыл, что когда-то упоминал Шэнь Дои об идее такой платформы, и не ожидал, что тот всё это время держал её в памяти и даже успел что-то продумать.

Когда всё окончательно улеглось, в просторном зале остались лишь два старших партнёра.

Дверь закрылась, Шэнь Дои подошёл к Ци Шианю и остановился перед ним. Он открыл рот, но так и не знал, с чего начать признание. В попытке сгладить неловкость он потянулся и зацепил пальцами пуговицу на его пиджаке.

— Лучше ты задай вопросы.

— Господин Шэнь, куда пойдём отмечать сегодня вечером? — посмотрел на него Ци Шиань.

Шэнь Дои улыбнулся, благодарно ухватился за его талию и, выговаривая каждое слово, сказал:

— Я продал квартиру в жилом комплексе «Вэньху» и ещё взял кредит в банке — только так смог собрать нужную сумму. Мы ведь на этом не остановимся, поэтому я хотел воспользоваться этим шансом. И ещё… я уверен, что во всём «Минань» именно я лучше всех могу тебе помочь. Никто не подойдёт лучше.

Ци Шиань смотрел на него, не отрывая взгляда.

— Сосчитай, сколько раз ты сегодня себя похвалил.

Шэнь Дои, вспомнив, слегка смутился и, чтобы сменить тему, с некоторой гордостью спросил:

— Идея с Фондом «Аньи»… тебе нравится?

Ци Шиань не сдержал восхищения и обнял его.

— Нравится. Спасибо, что думаешь так же, как я.

Перемены всегда приходят внезапно, как порыв ветра. А потом людям приходится понемногу «разбирать поле боя и залечивать раны». Но со слезами это идёт медленнее, а с улыбкой — быстрее.

Ци Шиань и Шэнь Дои, пережив череду всех событий, вместе, рука об руку, шли вперёд, дошли до конца года, и наконец выглянуло солнце.

Жизнь Центральной улицы, где рабочий темп был самым высоким, уже замедлила шаг. Высотные здания по обе стороны одно за другим закрывались, оставив на постах лишь дежурных охранников. В период Праздника весны транспортная нагрузка достигала своего пика — слишком многие, приехавшие на заработки, возвращались домой, и город постепенно пустел.

Чёрный «Фольксваген» был вымыт до блеска, но из-за выпавшего снега машина ехала медленно. Шэнь Дои, прислонившись к двери, дремал. Едва заняв новую должность, он с головой ушёл в работу, и даже в праздники каждый день трудился дома до глубокой ночи.

Наброшенное на Шэнь Дои пальто уже согрело его. Когда двигатель заглох, он открыл глаза. Перед ним тянулся узкий переулок, укрытый сплошной белизной. Вдоль него виднелись старые кирпичные стены, с крыш которых свисали ряды сосулек, а табличка «хутун Цюе» была покрыта тонким слоем инея.

— Тут столько машин припарковано… как ты потом разворачиваться будешь? — сонно пробормотал Шэнь Дои.

— За это не переживай, — ответил Ци Шиань. — Я что-нибудь придумаю.

Его пальто было на Шэнь Дои, а сам он остался в одном свитере, и как только двигатель заглох, внутри быстро стало холодно. Шэнь Дои снял с себя нагретое пальто и накинул его на Ци Шианя. Отстегнув ремень безопасности, он уже приготовился выйти.

— Я останусь до вечера. Как закончишь встречу, сразу отправляйся домой, не нужно меня забирать. И езжай аккуратно.

Ци Шиань надел пальто, вышел из машины и прошёл с ним несколько шагов. У входа в переулок он остановился и посмотрел, как Шэнь Дои уходит вглубь, ступая по рыхлому снегу. Несколько раз он даже проскользил озорно вперёд.

С того дня, как они уехали после похорон, он сюда так и не возвращался. Шэнь Дои глубоко втянул носом морозный воздух. Подняв взгляд к воротам, он вдруг заметил, что впереди идёт Лу Кэтун. Внезапно на него нашло игривое настроение. Он наклонился, зачерпнул горсть снега, сжал её в ладонях и слепил снежок. Затем, ускорив шаг, Шэнь Дои подкрался сзади и запустил его прямо в Лу Кэтуна.

Тот, покачиваясь под тяжестью подарков, обернулся, а Шэнь Дои уже стоял у ступеней, отряхивая ладони от налипшего снега.

— Я за тобой уже давно иду, а ты так ничего и не заметил. Совсем бдительность потерял.

Лу Кэтун указал пальцем.

— Думаешь, ты такой уж внимательный?

Шэнь Дои обернулся. Вдали у входа в переулок всё ещё стоял Ци Шиань. Его стройная и подтянутая фигура выделялась на фоне снега и ветра, он не сводил с него взгляда. Шэнь Дои махнул ему рукой, давая понять, что всё в порядке, и только тогда тот отступил на пару шагов и ушёл.

Один провёл вечер в хутуне Цюе, за пельменями с близкими и друзьями, другой — в загородном коттедже, сыграв восемь партий в маджонг с тремя приятелями детства. Время от времени они обменивались короткими сообщениями, напоминая друг другу не пить лишнего.

— Шиань, раз уж каникулы и делать особо нечего, после всех поздравлений приезжайте с Дои к нам в Сидней.

Ю Чжэ и Ю Сы уже купили билеты и на следующий день собирались лететь в Сидней вместе с Чжан Имином и Шутяо, чтобы всей семьёй встретиться там. Ци Шиань сидел за столом для маджонга, держа в руках чашку горячего кофе.

— В этом году я там три раза был. В Австралии меня, наверное, уже в лицо знают, — лениво ответил он.

Шутяо, сидя рядом, весело играл костяшками маджонга, складывая их как кубики.

— Ничего, у австралийцев память плохая, — рассмеялся он. — Соседи дедушки до сих пор не могут запомнить, как меня зовут.

Ци Шиань одним движением подхватил его на руки.

— Будешь скучать по своему дяде?

— Буду, наверное… А почему дядя Дои сегодня не пришёл? — Шутяо устроился у него поудобнее. — Дядя, ты ведь ещё не научил меня стрелять.

— Вернёшься следующим летом, мы с дядей Дои отвезём тебя в военный лагерь и научим, — пообещал Ци Шиань.

Он вспомнил, что Шэнь Дои тоже говорил, что хочет, значит, потом научит сразу обоих: и большого, и маленького.

К вечеру Ци Шиань поехал в военный городок на новогодний ужин. После этого он ещё долго сидел за чаем, разговаривал, и в итоге наелся до отвала.

Часов в восемь небо над городом начали разрывать фейерверки, и Хо-лао тоже вытащил семь или восемь ящиков салютов. С такими масштабами он будто собирался сравнять с землёй весь военный городок. Ци Шиань взял пальто и тихо ретировался, после чего не спеша доехал до хутуна Цюе.

Он прошёлся по переулку, встал у стены, закурил, пытаясь согреться, и стал слушать доносившиеся со двора весёлые голоса и смех. В прошлом всё, наверное, было так же: Шэнь Дои ел пельмени, запускал петарды, смотрел с близкими новогоднее шоу, а потом получал толстый красный конверт.

Мысли незаметно уносились вдаль, и только когда ворота с тихим скрипом распахнулись, Ци Шиань вернулся в реальность.

Шэнь Дои стоял по ту сторону, шарф закрывал почти половину его лица. Он не ожидал увидеть Ци Шианя у стены и на мгновение растерялся. Переступив порог и спустившись по ступеням, он посмотрел на догорающую сигарету в его руке.

— С Новым годом, — сказал он. — Пойдём домой.

Они пошли вместе, но не дойдя и до середины хутуна, начали бросаться снежками. В кожаных туфлях Ци Шианю было скользко, и уворачиваясь, он едва не упал, а Шэнь Дои шёл в атаку напролом, даже не пытаясь уклоняться. Грохот фейерверков заглушал их громкий смех. На выходе из переулка, оба уже как следует выдохлись, и, закинув друг другу руки на плечи, неспешно побрели вперёд.

— Давай съездим в Германию, — сказал Ци Шиань. — Всё равно на каникулах делать нечего.

— В командировку? — спросил Шэнь Дои.

— Нет. В прошлый раз всё было слишком сжато по времени, ни с однокурсниками толком не встретился, ни преподавателей не навестил. Хочу воспользоваться отпуском и съездить ещё раз, — он повернул голову и посмотрел на него. — Но главное…я хочу поехать с тобой. Ты согласен?

Шэнь Дои не был уверен, показалось ему или нет, но в этих словах было столько серьёзности… будто Ци Шиань делал предложение.

— Хорошо, — кивнул Шэнь Дои. — Тогда вернёмся домой и сразу купим билеты.

Нужно было не только взять билеты. Ци Шиань ещё собирался купить презенты своим преподавателям. Перед отъездом они всё собрали и привели в порядок, после чего он потащил Шэнь Дои в торговый центр выбирать подарки. В прошлый раз они ходили по магазинам перед поездкой на кемпинг, тогда хотя бы было понятно, что именно нужно, а теперь они бродили уже почти час, но Ци Шиань всё никак не мог решить, что купить.

Шэнь Дои остановился и, указав на кофейню в углу торгового центра, сказал:

— Смотри, всех мужей туда «сдают на хранение». Я тоже пойду отдохну.

Ци Шиань ещё не успел возразить, как Шэнь Дои уже быстро ускользнул. Оставалось только беспомощно вздохнуть и пойти дальше одному.

Шэнь Дои заказал два кофе и сел перевести дыхание. Он и правда не любил ходить по магазинам. Стоило пройти пару шагов, как его уже клонило в сон.

Минут десять он прождал, так и не понимая, куда занесло Ци Шианя. Отдохнув, он взял кофе, который уже начал остывать, и пошёл его искать. Проходя мимо одного отдела, он невольно остановился. В витрине были часы — точно такие же, как у него на руке.

Шэнь Дои зашёл внутрь и неторопливо огляделся. Помимо часов там были запонки и украшения. Он медленно шёл вдоль стеклянных витрин, даже не замечая, как кофе в его руках окончательно остыл.

— Дои, я всё купил. — В дверях появился Ци Шиань с пакетом в руках.

Шэнь Дои как раз расплатился, быстро вышел и сказал:

— Я взял сменный ремешок для часов.

С подарками было покончено, и на следующее утро они вылетели в Берлин. Ци Шиань держал в руках фотографию с преподавателями и однокурсниками со времён учёбы за границей и, как только самолёт поднялся в воздух, начал по очереди рассказывать о каждом.

— У тебя были какие-нибудь интересные истории, когда ты учился за границей?

— Интересные… дай подумать, — Ци Шиань перебирал воспоминания. — Подойдёт, история о том, как профессор выгнали меня из аудитории?

Шэнь Дои изумлённо уставился на него.

— Тебя? За что?

— Я перепутал и сдал не то задание. Точнее, вместо работы я отправил прохождение игры.

— …

Шэнь Дои вдруг понял, что знает о Ци Шиане куда меньше, чем думал. В его представлении тот был отличником, который всегда превосходил ожидания при выполнении любой работы.

— Я сделал задание, просто по ошибке отправил не тот файл, — поспешил объяснить Ци Шиань.

— Ты, значит, ещё и от онлайн-игр был когда-то зависим? — спросил Шэнь Дои.

Ци Шиань смущённо улыбнулся.

— Если честно, я тогда начал торговать на бирже, думал, что так заработаю быстрые деньги и смогу купить игровое снаряжение.

Шэнь Дои никогда не играл и с любопытством уточнил:

— Это что, настолько дорого? Что даже пришлось на бирже зарабатывать?

— Тогда я серьёзно подсел… В общей сложности потратил где-то семьсот-восемьсот тысяч.

За иллюминатором клубились облака. Шэнь Дои молча отвернулся, чувствуя, что немного расширил кругозор. Затем он откинулся назад, прислонился к плечу Ци Шианя, и тихо пробормотал:

— Всё же это лучше, чем онлайн-романы… лучше, чем онлайн-романы…

— Давай сменим тему. — Ци Шиань обнял его за плечи. — Когда в Берлине навестим моего преподавателя, поедем потом на поезде в Мюнхен, погуляем там?

Ещё до встречи они переписывались по электронной почте, и тогда Ци Шиань как раз находился в Мюнхене. Шэнь Дои, слегка потеревшись затылком о его нос, спросил:

— Там ведь много церквей, да?

В Европе церквей хватает везде. Добравшись до Берлина, они сначала заселились в отель и провели день, отдыхая с дороги, и только на следующее утро отправились к преподавателю Ци Шианя. Пожилой профессор обладал тонким юмором с ноткой иронии, и хотя Шэнь Дои не понимал немецкого, из-за  выражения лица и манеры поведения преподавателя он всё равно чувствовал себя непринуждённо.

Позже они сходили на встречу с однокурсниками Ци Шианя. Среди них было несколько китайцев. Люди одной профессии быстро нашли общий язык: жаловались друг другу на трудности, подробно обсуждали рынки в двух странах, то нахваливая, то критикуя их.

После встречи, они не стали задерживаться и сразу сели на поезд до Мюнхена.

— Вокзал находится совсем рядом со старым городом. Может, пройдёмся пешком? — предложил Ци Шиань, при этом не глядя на Шэнь Дои, будто немного смущаясь.

Но Шэнь Дои этого не заметил, уткнувшись в телефон.

— Я тут посмотрел, по дороге вроде будет площадь.

Выйдя с вокзала, они неспешно пошли по Зонненштрассе, и Ци Шиань взял на себя роль гида.

— Это как раз Карлсплац, который ты нашёл в картах. Впереди — церковь Святого Михаила, а если повернуть налево, будет Фрауэнкирхе.

— А когда ты впервые получил моё письмо, на какой площади ты находился? — спросил Шэнь Дои.

— Тогда придётся вернуться, — Ци Шиань взял его за руку и повёл по другой улице. Здесь было оживлённее, туристы толпились у здания ратуши. — Это Мариенплац. Я тогда стоял вон там и кормил птиц.

Правда Ци Шиань не упомянул, что в тот момент, когда он получил письмо Шэнь Дои, его сердце пропустило удар.

Они прошли ещё много улиц, посмотрели множество зданий, делали фотографии. А затем, устроившись передохнуть в ресторане, попробовали фирменный набор блюд. Около трёх часов дня Ци Шиань взглянул на часы.

— Дои, пойдём ещё в одно место.

Шэнь Дои только что бросил монетку в фонтан и спросил:

— Куда?

Они снова пошли пешком и минут через двадцать оказались у уединённого поместья. Вокруг почти не было построек, и даже трудно было понять, что они за границей. У Шэнь Дои уже ныли ноги, он всё сильнее тянул Ци Шианя за руку, сбавляя шаг. В конце концов он почти совсем остановился и увидел перед собой маленькую старую церковь.

— Когда я учился, по выходным часто приходил сюда за хлебом, — сказал Ци Шиань. — Потом церковь опустела… я тогда очень расстроился.

— Настолько вкусный был хлеб? — спросил Шэнь Дои.

Ци Шиань посмотрел на него.

— Тогда я думал… что однажды приведу сюда человека, с которым захочу заключить брак.

Много маленьких птиц прятались в траве на лужайке. Когда они вспорхнули в небо, взмах крыльев словно вихрем отозвался в сердце Шэнь Дои. Ци Шиань взял его за руку и повёл внутрь маленькой церкви, длинный проход которой тянулся прямо к кафедре.

А у кафедры стоял пожилой священник, и как будто ждал их.

Ци Шиань протянул ладонь.

— Музыки нет. Но, надеюсь, ты будешь не против.

Шэнь Дои взял его за руку и решительно шагнул вперёд. Ни цветочной арки, ни красной дорожки, ни гостей, ни шума. В старой церкви был лишь глухой звон колокола и добродушный священник с лицом, испещрённым морщинами.

Ци Шиань и Шэнь Дои прошли вдоль рядов длинных скамеек, крепко сжимая руки так, что ладони даже слегка вспотели.

Священник что-то сказал, но Шэнь Дои ничего не понял и вопросительно посмотрел на Ци Шианя.

— Он спрашивает, можно ли начинать свадебную церемонию, — тихо перевёл тот.

Шэнь Дои чуть приоткрыл рот, всё ещё находясь в состоянии растерянности. Он кивнул старому священнику и, словно не веря в происходящее, кивнул ещё раз.

Неразборчивая немецкая речь эхом разлилась под сводами церкви, и Ци Шиань, следуя за ней, тихо заговорил:

— Когда я впервые тебя увидел, меня просто привлекла твоя внешность. Спасибо тебе за то, что ты вырос именно таким, настолько подходящим моему сердцу.

Выражение лица Шэнь Дои даже не изменилось.

— Мы правда… сейчас поженимся?

Но Ци Шиань продолжал говорить:

— Потом я долго за тобой бегал. Нельзя сказать, что прибегал к каким-то особым приёмам, но кое-что всё же пробовал — и мягко, и настойчиво. А ушёл с сожалением, даже не надеясь, что ты меня запомнишь. Я не верю ни в Бога, ни в судьбу. Но спустя десять лет, обойдя полсвета, я снова встретил тебя — и поверил во всё. Я когда-то оскорбил тебя из-за своих предубеждений и упрямства. И сам был обижен из-за твоей предвзятости и недопонимания. Но в тот момент, когда мы решили ладить друг с другом, я уже знал, что буду держаться за тебя до конца. За это время мы прошли через много трудностей. Возможно, впереди будет ещё сложнее. Но я ко всему готов.

Священник уже давно замолчал, и Шэнь Дои слышал только признание Ци Шианя. Глаза защипало, он опустил взгляд и слёзы тихо скатились по щекам. Но он всё равно улыбнулся.

— Ты слишком долго говоришь.

Ци Шиань бережно вытер его лицо.

— Тогда скажи что-нибудь покороче.

— Господин Ци, ты выйдешь за меня? — прямо спросил Шэнь Дои. — По-настоящему, так, чтобы вместе до самой старости.

Ци Шиань резко притянул его в объятия, крепко прижал к себе и провёл ладонью по затылку.

— Я согласен. А ты?

— Больше всего я жалею, что тогда не спросил твоё имя, — сказал Шэнь Дои.

Вновь ударил колокол, и священник взял с кафедры две маленькие веточки цветов. Они взяли их и прикололи друг другу на грудь. Ци Шиань достал из кармана заранее приготовленные кольца и протянул руку, чтобы надеть одно Шэнь Дои.

Шэнь Дои вдруг замялся.

— Что же делать…

— Что случилось? — насторожился Ци Шиань. — Отказываться нельзя.

Шэнь Дои рассмеялся и достал из кармана коробочку.

— Я тоже подготовился.

Он открыл её, внутри оказались тоже мужские кольца. Ци Шиань сразу всё понял, обхватил его сзади за шею и, прищурившись, разоблачил:

— Значит, ты ещё и обманул меня, сказал будто купил ремешок для часов? Если бы я не привёл тебя сюда, когда ты собирался их показать?

— Я и сам не знаю… — честно ответил Шэнь Дои. — Может, надел бы тебе, пока ты спишь.

Они опустили головы и надели друг другу кольца, сверкающие драгоценным блеском, на безымянные пальцы левой и правой руки. Священник, выполнив своё дело, ушёл. В церкви, где остались только двое, они нежно поцеловались, едва касаясь друг друга губами, словно боялись потревожить нарисованных на фресках святых.

Сумерки постепенно сгущались. Луна пока что едва угадывалась, а вокруг церкви тускло светили только два фонаря.

Ци Шиань и Шэнь Дои направились к выходу, но, дойдя до дверей, вдруг остановились у маленькой чёрной доски. Шэнь Дои, сосредоточившись, аккуратно вывел на ней одну фразу. Ци Шиань, увидев это, добавил рядом свою.

«Господин Ци, пусть счастье и удача всегда сопутствуют тебе».

«Додо, пусть круглый год с тобой будут спокойствие и благополучие».

Примечание переводчика:

Обе эти фразы содержат имена друг друга. Шэнь Дои написал: 福多顺意 (fúduōshùnyì), где имя Дои (多意) разделено иероглифом 顺. А Ци Шиань написал: 四时平安, где имя Шиань (时安) разделено иероглифом 平. То есть они оставили в пожеланиях друг другу свои имена.

Они шли, держась за руки, и кончики пальцев у обоих всё ещё были белыми от мела. Ци Шиань и Шэнь Дои покинули церковь и пошли вперёд, не оглядываясь. Дверь за их спиной закрылась, и всё, что только что произошло, подошло к концу.

Но началось всё с мимолётного взгляда, и это также началось с воссоединения после разлуки. Всего один взгляд — и он запал в сердце, десять лет — и ничего не забылось, сотни преследований — он снова и снова тянулся к нему, тысячи слов не сказаны — но и так всё было понятно, десять тысяч раз сердце рядом с ним начинало биться чаще.

— Дорога такая длинная.

— Тогда давай пойдём не спеша.

Впереди долгая жизнь, по которой они будут идти вместе, смотреть, как луна заходит и опять появляется, как гаснут красные фонари и загораются вновь.

— Конец —

Примечание переводчика: впереди ещё две экстры.

Арт к главе сгенерирован с помощью нейросети

http://bllate.org/book/12444/1617179