Готовый перевод Placid Chang'an / Мирный Чанъань: Глава 20. Взятие ответственности на себя

Лицо Су Цэня прижалось к холодному столу из фиолетового сандалового дерева, и он внезапно полностью пришел в себя. Он понял, что был слишком беспечен, как кролик, самодовольно греющийся в пасти тигра.

Ли Ши положил одну руку ему на затылок, и хотя движение можно было описать как мягкое, Су Цэнь почувствовал себя так, словно его приковали к столу, он и пальцем пошевелить не мог.

– Позже, – сказал Ли Ши, оглядывая его с ног до головы, – я дам тебе один день. Если ты не найдешь мне другого виновника, я использую его, чтобы успокоить общественность.

Су Цэнь замер и попытался выпрямиться, но его снова толкнули грудью в столешницу. Голос Ли Ши был медленным и размеренным:

– Если ты жалеешь о своем решении, то можешь уйти.

Уйти? Куда ему было идти? Одним движением пальца жизнь Гао Мяо могла закончиться. У него даже не было права выпрямиться и вести переговоры с Ли Ши лицом к лицу. Он был, как какое-то животное, прижат к столу.

Су Цэнь стиснул зубы:

– Тогда я хочу полного контроля над этим делом. Три Управления и Шесть министерств должны сотрудничать со мной.

– Довольно смелая просьба, – улыбнулся Ли Ши.

– Мне также нужно одолжить одного из телохранителей принца, чтобы разобраться с тем убийцей, который появился в тот день.

Ли Ши замолчал, лишь слегка пощипывая сухожилие на шее Су Цэня, словно погруженный в размышления, или, возможно, достаточно разозлившись, чтобы разорвать его на части.

Под контролем Ли Ши Су Цэнь не смел издать ни звука, лишь ожидая своей участи.

После долгой паузы Ли Ши сказал:

– В будущем не пользуйся благовониями.

– Почему? – но прежде чем Су Цэнь успел закончить спрашивать, крепкая рука схватила его за воротник и резко потянула вниз, срывая с него одежду и обнажая гладкую кожу. Теперь он весь был выставлен напоказ на фиолетовом столе из сандалового дерева.

Зрачки Су Цэня расширились от шока. Он ахнул, а затем медленно выдохнул.

Принц согласился?

Ли Ши легонько провел пальцем по прямой спине, прохладное черное нефритовое кольцо на его большом пальце холодило кожу, вызывая у Су Цэня дрожь.

– Первый раз?

Су Цэнь на мгновение замялся. Это высокопоставленное лицо было очень щепетильно даже в мелочах.

- Ваше Высочество, будьте уверены, я все еще… нетронутый… все еще чист… – закрыв глаза, тихо сказал он.

– Я не об этом, – рука Ли Ши медленно переместилась к затылку Су Цэня, сжимая его между пальцами. – Боишься боли?

Су Цэнь прикусил губу:

– Я... Ах!

Человек, стоявший позади него, не стал ждать ни секунды дольше и сделал резкое движение вперед!

Су Цэнь почувствовал, будто его тело разорвало на части. Он рефлекторно попытался увернуться, но его позвоночник лишь выгнулся, поскольку шея по-прежнему была крепко прижата к столу.

– Потерпи, – спокойно сказал человек позади него, его дыхание было совершенно ровным.

Он ошибся, и теперь хотел сбежать, но невыносимая боль пригвоздила его к месту. Он не мог этого вынести! Сейчас он напоминал рыбу, выброшенную на берег, его рот то открывался, то закрывался, но ни звука не выходило. Металлический привкус в горле заглушал любые крики.

Какой Гао Мяо… какой убийца… какое отношение это все имеет к нему?

Это было всего лишь несколько жизней... всего лишь... несколько жизней...

***

Мемориалы и свитки были разбросаны по полу, а чернильница была опрокинута, из-за чего чернила разлились по фиолетовому сандаловому столу и окрасили нефритовую кожу лица Су Цэня.

Ли Ши посмотрел на ошеломленное лицо, наблюдая, как дрожат длинные ресницы, с которых стекает что-то похожее на пот или слезы. Он нанес каплю киновари на губы Су Цэня, смазав ее пальцем со щеки мужчины, окрашенной багряной жидкостью. Затем он наклонился, его губы и язык слегка коснулись губ Су Цэня, оставив легкий металлический привкус.

После этого Ли Ши поправил одежду и вышел.

Рука, которая держала его, наконец поднялась. Су Цэнь сполз с угла стола на пол, не в силах отличить боль от других ощущений. Он безучастно и оцепенело смотрел на замысловатые занавески над собой.

Он чувствовал себя… себя совершенно раздавленным.

– Войти и убери, когда прогорит одна палочка благовоний, – послушался из-за двери приказ Ли Ши.

Ци Линь поклонился.

Су Цэнь невольно горько усмехнулся. Ли Ши проявил достаточно великодушия, дав ему время, необходимое для сгорания благовонной палочки, чтобы привести себя в порядок.

Через некоторое время, чувства начали возвращаться в тело, и Су Цэнь, медленно поднявшись, начал надевать на себя рваную одежду.

Ци Линь вошел ровно через мгновение, после того, как сгорела палочка благовоний. Он нашел Су Цэня уже одетым, хотя и взъерошенным. На его коже, как свежая кровь, все еще были видны красные чернила. Хотя его лицо было несчастным, его холодные глаза были такими же, как когда он только что ввел его.

– Молодой господин Су, – Ци Линь мельком взглянул на него.

– Завтра я побеспокою тебя, страж Ци, – поклонился в ответ Су Цэнь.

– Молодой господин, для вас приготовлена гостевая комната. Пожалуйста, следуйте за мной.

– Я могу уйти... – Су Цэнь был ошеломлен.

– Вы хотите идти в таком виде? – Ци Линь оглядел его с ног до головы. Его одежда и волосы были явно приведены в порядок, но всё ещё порваны, а на лице всё ещё оставалась яркая, как кровь, киноварь.

Ци Линь не хотел его обидеть, но Су Цэнь всё равно неловко хмурился.

– Идемте со мной. Это тоже желание принца. Принц выполнит своё обещание завтра утром, – отводя взгляд, продолжил Ци Линь.

Под лунным светом Ци Линь провел Су Цэня по большей части Драконьего пруда. Ци Линь намеренно замедлил шаг, наблюдая в отражении пруда за тем, как Су Цэнь с трудом идёт, прижимая одну руку к пояснице.

С момента возвращения в столицу действия хозяина становились всё более взвешенными. Ци Линь попытался вспомнить, когда же в последний раз, тот проявлял подобную безжалостность.

Проводив Су Цэня до его покоев, он благоразумно удалился. В комнате уже была приготовлена горячая вода и еда. Су Цэнь нетерпеливо разделся и залез в воду, надеясь смыть свое растрепанное состояние.

Прислонившись к краю бочки с водой, он осмотрел комнату: искусно вырезанные балки и колонны, были изысканно детализированы, излучая великолепие. Но при ближайшем рассмотрении занавески, туалетный столик и гребень выдавали женскую руку. Слабый, необъяснимый аромат окутал его, постепенно затуманив разум. И вскоре он почувствовал сонливость.

Соскользнув по покатому краю бочки под воду, которая полностью поглотила его, Су Цэнь почувствовал, что тонет. Но сил звать на помощь уже не осталось.

Почему снова приснился этот сон?

К нему протянулась рука, но на этот раз она была еще прекраснее. Нефритовое кольцо, теплое и блестящее, отчетливо выделялось на большом пальце руки, которая подняла его из воды.

Поднявшись на поверхность, Су Цэнь не увидел ни Гао Мяо, ни окровавленного лица. Человек, смотревший на него, излучал неописуемую ауру спокойствия и великодушия.

Той ночью он спал крепко и мирно, без снов и кошмаров.

На следующее утро он проснулся и обнаружил на прикроватной тумбочке кольцо из черного нефрита, чистое и безупречное.

Сегодня ему будет нужно очистить имя Гао Мяо и задержать настоящего виновника.

Поднявшись, он обнаружил, что травы, добавленные в его воду накануне, значительно облегчили боль. Быстро перекусив закусками, принесенными еще вчера вечером, Су Цэнь покинул комнату. Ци Линь уже ждал его снаружи.

– Помоги мне найти одного человека, – первым делом произнес Су Цэнь.

Затем он направился прямо в храм Дали, где, как и ожидалось, его уже ждал Сун Цзяньчэн. Увидев, что тот вернулся с пустыми руками, Сун Цзяньчэн поднял бровь и улыбнулся:

– Ученый Су, где же виновник?

Су Цэнь улыбнулся в ответ и достал кольцо из чёрного нефрита:

– Теперь я веду это дело.

– Ты... Су Цэнь, ты... – Сун Цзяньчэн был ошеломлен. Он, конечно, узнал кольцо принца Нина, но всё же недоверчиво протянул руку, чтобы взять его. – Что это...

Су Цэнь быстро убрал кольцо обратно в парчовый мешочек.

– Немедленно найдите врача, чтобы он осмотрел раны Гао Мяо. Что же касается господина Суна... – Су Цэнь слегка улыбнулся. – Вы так усердно трудились в эти дни. Пожалуйста, возьмите выходной.

– Су Цэнь, ты... – Сун Цзяньчэн на мгновение потерял дар речи, но наконец сумел взять себя в руки и, глядя на Су Цэня, закончил. – Будь осторожен, не порежь язык, когда будешь слизывать мед с лезвия ножа!

– С моим языком все будет в порядке. Спасибо за заботу, господин Сун.

Сун Цзяньчэн в гневе развернулся и ушел .

После его ухода Су Цен сел в переднем ямэне и обратился к собравшимся:

– Приведите всех привратников, которые дежурили в ночь на 8 апреля, а также соседей У Дэшуя из района Гуйи. Допросите их по одному, сосредоточившись на том, были ли у У Дэшуя враги, с кем он связывался 8 апреля, где он пил, во сколько он прибыл на Восточный рынок и во сколько ушел оттуда.

Люди, обменявшись взглядами, на мгновение замерли, а после подтвердили приказ.

Когда они разошлись, Су Цэнь повернулся к Сяо Суню, подающему чай и воду, и сказал:

– А ты пойдешь со мной в Министерство обрядов.

http://bllate.org/book/12633/1120623