Готовый перевод Boys of the White Cradle / Мальчики из Белой колыбели [❤️] [Завершено✅]: Глава 6.1 Вечеринка на палубе

Ласкающий ветер щекотал нос. Чаннён откинул одеяло и сел, сквозь тонкие шторы проникал полуденный свет. Хозяин номера, видимо, отсутствовал, и в гостиной никого не было. Из-за окна доносился едва слышный шум волн.

Чаннён медленно поднялся. Гостиная была намного больше его тесной комнатушки. Перед просторной террасой стояли стол и диван, а в приоткрытое окно задувал легкий ветерок, колыхавший шифоновые шторы.

Он опустил голову. На гладком мраморном полу отразилось его лицо с застывшим выражением.

В этот момент послышался звук открывающейся двери.

*Скри-и-и-ип*

За ним последовали легкие шаги. Чаннён сам не заметил, как нахмурился: «Вот же чёрт».

— Хорошо поспал?

Чаннён не торопился с ответом.

Чунган сзади внезапно бросился к Чаннёну. Однако Чаннён, развернувшись, уклонился. Чунган, взмахнувший руками в воздухе, опёрся о стол и обернулся.

— Ты злишься, — это звучало как констатация факта.

Чаннён молчал.

— Я вчера ночью переборщил? — спросил Чунган.

Чаннён, стиснув зубы, с гневом выпалил:

— Заткнись лучше.

— Вчера столько затыкал, что если еще раз заставлю, кажется, застужу, — сказал какую-то чушь Чунган.

Не найдя слов, Чаннён покачал головой и плюхнулся на стул.

Сил совсем не осталось. Чунган, этот парень, обладал недюжинным талантом выбирать слова, от которых просто крышу сносит. Чунган, осторожно косясь на него, приблизился. А затем начал бормотать что-то невнятное, вроде: «Это ты первый начал, сказал, что я похож на наркомана».

— Скоро будет вечеринка на палубе. Ты ведь ни разу не был на самой верхней палубе «Белой ночи»? — спросил вдруг Чунган.

— Я меня на это было время? — съязвил Чаннён.

— Фантастическое место: внизу видна оранжерея, вверху — небо, а вокруг — море, — Чунган принялся описывать место вечеринки.

— …Да ладно тебе. Если есть кто-то, кого хочешь пригласить, приводи, — Чунган, всячески рисуясь, протянул конверт.

Открыв конверт с тисненым золотым логотипом «Белой ночи», Чаннён увидел билеты. Но они не произвели на него никакого впечатления.

«Думает заткнуть меня этой бумажкой?» — его захлестнула ярость.

— Бля, не надо.

Чаннён, взглянув на конверт в своей руке, горько усмехнулся. И швырнул билет, который дал ему Чунган. Билет со шлепком задел лицо Чунгана. Из-за этого на его щеке осталась длинная царапина. Из раны, пересёкшей пол-лица, начала тут же сочиться кровь.

Сердце Чаннёна ушло в пятки: «Кажется я переборщил…»

Чунган провел тыльной стороной ладони по щеке, убедился, что на ней алая кровь, и посмотрел на Чаннёна. Но Чаннён, стоявший спиной к свету, не мог разобрать выражения его лица.

Тот нагнулся, подобрал с пола смятый билет. И вложил его в руку Чаннёна.

— Можешь продать, можешь сжечь — дело твое. Это теперь твое.

С этими словами Чунган вышел из гостиной. Оставшись один, Чаннён посмотрел на то место, где он стоял, и тяжело вздохнул.

Когда он вышел из номера, его ждал Райан. Райан встретил его восторженнее обычного. Наверное, потому что они не виделись целых три дня.

— Райан! — Чаннён тоже поздоровался с ним бодрее, чем обычно. Конечно, его обычное выражение лица было довольно бесстрастным, так что большой разницы не было, но всё же. — Хорошо провёл время?

— Нет! Я смотрел твои матчи день и ночь!..

— Ты всё это смотрел? Правда?

Вдвоем они спустились вниз. Как только они вошли в уже привычный лифт, откуда-то донеслась музыка.

«Что это?» — удивился Чаннён.

А веселая музыка гулко разносилась внутри лифта, сопровождая их всю дорогу. А когда открылись двери лифта, стало понятно, что она доносится с нижнего этажа. Здесь она уже гремела.

— Ну, увидимся позже, — сказал на прощание Чаннён, — и шагнул наружу.

— Да!!! — Райан энергично махал рукой до самого закрытия дверей.

Едва Чаннён вышел из лифта, кто-то протянул ему стакан. Рассеянный Чаннён посмотрел на стакан. Там плескался флуоресцентный напиток. Он моргнул.

— Это… что это? — удивился он.

Прямо перед ним взорвался салют из конфетти. Чаннён направился туда, откуда доносилась музыка. Столовая, освещенная бледным светом люминесцентных ламп, превратилась в безумный танцпол. На столах внутри распахнутой столовой в ряд стояли бутылки с алкоголем и высокие башни из стаканов. Чаннён, замерев на месте, пытался понять, что происходит.

К нему, остолбеневшему, подошёл Хёин. На его очки что-то налипло. Он, кряхтя, положил руку на плечо застывшего Чаннёна.

— Вот ведь, даже когда ты выигрываешь матч, от тебя одни проблемы. Из-за секса там наверху со спонсором пропустил всё самое интересное здесь.

— Что значит «самое интересное»?

— Матч же перенесли. Из-за тебя.

— Из-за меня?

— Вы с Сан Долем так разнесли оранжерею, что матчи, которые должны были пройти там после вашего, один за другим отменили. Говорят, строят новую арену. На новой арене, похоже, матчи будут попроще, чем в оранжерее. Так что все в восторге.

В этот момент игроки, узнавшие Чаннёна, с дикими криками, непонятно — то ли ликование, то ли вопли, то ли визги, бросились к нему. Перепуганный Чаннён, обернувшись к Хёин, беззвучно открывал рот: «Помоги-и-и!». Его бессердечный сосед по комнате расхохотался и, бросив Чаннёна, скрылся в толпе.

Смирившись с судьбой, Чаннён закрыл глаза, и игроки подбросили его в воздух. Со всех сторон неслись ругань, плескался алкоголь, тело Чаннёна взлетало вверх и вниз. Его подбрасывали снова и снова. Очутившись наконец на ногах, Чаннён, чувствуя сильное головокружение, покачал головой, пытаясь прийти в себя. Сильно захмелевшие игроки подбегали к нему, хлопали по плечам и спине, выкрикивая что-то нечленораздельное.

С каждым его шагом множество рук тянулись пожать ему руку. Приветствия в адрес Чаннёна стихли лишь с появлением другого победителя — Сан Доля.

— Так, так. Ну что, заждались меня?

Он, широко раскрыв объятия, ответил на бурную овацию. Из-за его движений раздался веселый звон его бутыльков с наркотой. От этого звука у особо рьяных игроков буквально поехала крыша, и они бросились к нему.

— Пока тебя не было, мы тут чуть не подохли с голоду!

— Эй, в честь победы разбросай-ка немного порошка!

— Ха-ха-ха. А вот этого не выйдет. — Уголки губ Сан Доля были максимально подняты вверх.

«Ну да, — подумал Чаннён. — Разве стал бы Садоль заниматься невыгодным делом?»

Чаннён еле заметно улыбнулся и отхлебнул напиток со стола.

В этот момент кто-то со стороны к нему -то направился. Из-за психоделического освещения, мечущегося по темному залу столовки, было трудно сразу разглядеть, кто это. Чаннён поставил стакан и прищурился. Коротко стриженные волосы, крепкое, подтянутое тело — мужчина большими шагами приближался к нему.

— А. — Глаза Чаннёна широко распахнулись, когда он узнал его. Это был тот самый человек, который в прошлый раз, когда засорился мусоропровод в столовой, наводил порядок среди других игроков. Оказалось, это был староста.

— Зачем я ему понадобился? — Чаннён в недоумении перевел взгляд, и тут же рядом с его головой с грохотом о стену ударилась мощная рука, приперев его к стене.

Чаннён посмотрел мужчине прямо в глаза. Но как ни старался, он не мог понять, зачем тот к нему подошел.

— У вас ко мне какое-то дело?.. — ещё раз спросил Чаннён.

— Со Чунган — твой спонсор?

Чаннён затаил дыхание: «Откуда он знает имя Чунгана?»

Растерянный Чаннён отвел взгляд, и мужчина тяжело вздохнул. Он приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать. Но слов не последовало. Он лишь пристально смотрел на Чаннёна, не обращая внимания на безумную музыку вокруг.

Почему-то он выглядел печальным.

— Уходи, — пробормотал мужчина и, оставив Чаннёна, развернулся и ушел.

«Надо спросить у Чунгана об этом человеке», — подумал Чаннён, входя в комнату, и глубоко вздохнул.

«Вот оно — знакомый запах цемента, запах сырости и тяжелая влажность окутали его тело», — Чаннён бросился на кровать.

http://bllate.org/book/13008/1576882