Готовый перевод 0 and 1 / 0 и 1 [❤️]: Глава 54

Когда я расстался с Эдвардом и вернулся во дворец, уже близился вечер.

— Ах, ваше высочество! Вы опоздали! Учитель вальса уже ждёт вас! — тотчас засуетился Дот, выбежав мне навстречу.

Какой ещё вальс?

— Разве сегодня не дополнительные занятия?

— Ах, её величество королева изменила расписание! Вам предписано обучаться вальсу. Пожалуйста, поторопитесь, ваше высочество!

Похоже, инцидент с тем, как король взял Джеффри на охоту, превратился в горячую тему для обсуждений при дворе. Ходили слухи, что, возможно, это было знаком признания принца наследником — иначе зачем бы монарху брать его с собой?

Слухи разрослись до такой степени, что поползли разговоры о возможном появлении принца Джеффри на праздничном балу в честь сбора урожая в качестве официального престолонаследника.

Разве такое возможно?

Я сразу понял, что это полнейший вздор, но остальные, видимо, думали иначе.

Особенно королева, Дот и придворные из свиты Джеффри.

— Что же делать, ваше высочество?! Надо было готовиться заранее! Это всё моя вина! Все будут смотреть на вас! Если из-за меня вам придётся выслушивать колкости, я никогда себе этого не прощу! — Дот буквально не находил себе места от волнения.

— Всё в порядке. Этого не случится.

— Ваше высочество, вы слишком великодушны!

Нет. Просто этого не случится, потому что я не собираюсь появляться на балу.

Я не стал объяснять это Доту. Вскоре он и сам всё поймёт.

Общее возбуждение среди придворных не было чем-то плохим. Казалось, когда их принц преуспевал, они и сами расправляли плечи с гордостью.

Однако я надеялся, что они не станут питать слишком больших ожиданий. Ведь чем выше надежды, тем горше разочарование.

— Что же нам делать, мой принц? Времени на подготовку бального костюма для вас катастрофически мало!

Мне было немного неловко, когда сама королева, посетив меня, выразила своё огорчение по этому поводу.

Но что поделать… Видимо, она и в самом деле возлагает на этот бал большие надежды.

Дот, в свою очередь, пытался разделить со мной своё воодушевление:

— Праздник урожая, ваше высочество, это чрезвычайно важное событие!

— Да?

— На нём присутствует множество знати, и все они придут посмотреть именно на вас!

— Впечатляюще.

— Это же первый раз, когда вы появитесь на официальном мероприятии вроде королевского бала! Все устремят на вас свои взоры!

— И мне достаточно для этого трёх дней обучения вальсу?

— Танец нужен лишь для одной показательной партии с её величеством! Но вам предстоит принимать приветствия от знати.

— Какое облегчение.

К счастью, Джеффри нельзя было назвать особо ловким. Будь он искусным танцором, мне пришлось бы туго.

С большим трудом я всё же провёл несколько дней в интенсивных тренировках по вальсу. В качестве преподавателя выступила графиня Маргарет — дама с изысканным художественным вкусом.

Я же, в свою очередь, в вопросах искусства мог разве что посмотреть на что-то красивое и сказать: «Как мило». Поэтому найти общий язык с графиней у меня так и не вышло.

Впрочем, её уровня хватило, чтобы понять, насколько ужасен мой танец.

Хотя разве не странно ожидать, что кто-то освоит вальс всего за три дня?

Казалось, что прогресс в танцах давался мне ещё медленнее от осознания, что отточенное мастерство всё равно не найдёт своего применения.

Графиня снисходительно ободряла меня, говоря, что упорные тренировки непременно принесут плоды. По её словам, во мне было ценно именно упорство и старательное отношение к делу.

— А сколько ещё потребуется стараний? — с проблеском надежды поинтересовался я.

— Ну… Полгода, пожалуй? — ответила графиня с улыбкой.

Однако праздничный бал уже стоял на пороге. Королева почтила мои покои визитом, разделила со мной трапезу и удалилась.

Она мило улыбнулась, понаблюдав за моими робкими попытками научиться вальсировать.

— К следующему Празднику урожая ты будешь чувствовать себя намного увереннее, — сказала она.

После её ухода начались послеобеденные занятия. Однако до самого вечера, вплоть до ужина и отхода ко сну, королевский слуга так и не появился на пороге.

Джеффри не удостоился приглашения на Праздник урожая.

Я ведь знал, что так и будет.

***

Утешив опечаленного Дота, я улёгся в постель.

Придворные явно были разочарованы — это читалось по их лицам. Слуги в покоях Джеффри в большинстве своём были молоды и не умели как следует скрывать свои эмоции.

Я заранее предупредил Дота, что собираюсь отдохнуть. Вероятно, он решил, что я подавлен, потому что твёрдо пообещал:

— Отдыхайте, ваше высочество. Я никому не позволю вас побеспокоить.

Но едва Дот закрыл за собой дверь, как в окно постучали. Эдвард проник на террасу.

Вот тебе и «никому не позволю», Дот! Нарушитель уже здесь.

И почему Эдвард всегда пробирается через террасу, когда есть парадный вход?

— Джеффри, спишь?

Я откинул одеяло, демонстрируя совершенно бодрствующий взгляд.

— Расстроился, что не попал на бал?

— Ты тоже за своё?

Я уже вдоволь наслушался этого от других слуг. Они были свято убеждены, что я в глубочайшей меланхолии, и так рьяно пытались утешить меня, что даже отказываться было неловко.

Целый день подобных соболезнований — и любой, даже самый стойкий, впадёт в уныние.

— Я так мечтал продемонстрировать высшему свету своё мастерство в вальсе, а теперь эта возможность упущена. Невыносимое горе, — проворчал я.

Эдвард усмехнулся в ответ:

— Можешь продемонстрировать его мне.

— Тебе?

— Высший свет, конечно, не вариант, но, если хочешь, могу пустить слух среди придворной челяди, — с лёгкой насмешкой предложил Эдвард, опуская на прикроватный столик знакомую мне шкатулку с музыкальным механизмом.

— А у тебя есть среди слуг столь близкие друзья, чтобы распускать сплетни?

Он лишь выразительно закатил глаза.

— Нет, но это неважно. Придворные рады любым занимательным слухам, лишь бы те были достаточно пикантными.

— Судя по тону, говоришь из личного опыта?

Мой саркастический вопрос заставил его неожиданно кивнуть.

Вот только кивать тут было совершенно не на что. Впрочем, неудивительно, ведь безопасность в этом дворце — сплошная проформа. Раз тут может безнаказанно орудовать любой, кто прикинулся слугой…

Механизм шкатулки заиграл мелодию, и крошечные фигурки в бальных нарядах закружились в изящном вальсе.

— Так что, слуги уже разнесли слух, будто я впал в мрачную меланхолию? — пошутил я.

Но Эдвард лишь округлил глаза, явно удивлённый:

— Откуда ты знаешь?

— Неужели правда?

— Угу.

— И… ты пришёл утешить меня, поверив этим сплетням?

Эдвард продолжал смотреть на меня широко раскрытыми глазами. Похоже, это действительно было так.

Как же он вырос таким добрым? Уж точно не благодаря королевским генам.

— Добряк, — пробормотал я, запуская обе руки в его волосы и безжалостно их взъерошивая.

Мягкие пряди под ладонями превращались в спутанную овечью шерсть. Удивительно послушные волосы. Я так увлёкся этим занятием, что забыл свою первоначальную цель, полностью сосредоточившись на том, чтобы сделать его причёску максимально неопрятной.

Эдвард схватил меня за запястье. Моя рука замерла в воздухе.

Я попытался высвободиться, но его хватка оказалась неожиданно сильной.

Из музыкальной шкатулки лилась мелодия вальса — прозрачные, словно хрустальные колокольчики, ноты.

Глаза Эдварда казались неестественно тёмными. Он пристально смотрел на меня, будто был чем-то ошеломлён.

Когда я снова попытался высвободить свою руку, его пальцы внезапно разжались. Моя кисть легко выскользнула из захвата.

Запястье ныло.

Почему-то я был уверен, что он не отпустит.

Потерев онемевшее место, я вдруг обхватил Эдварда за талию.

— Ты ведь учился вальсу неправильно, да? Так руки не держат. Одной нужно обхватить партнёра за талию, а другой — взять его за руку…

Его взгляд следил за каждым моим движением.

— Ты брал уроки вальса?

— Нет, — простодушно ответил Эдвард.

Так я и думал.

— Шаги делаются так, будто рисуешь квадрат…

Я попытался показать нужные движения, но смог лишь неуклюже имитировать их. Через несколько шагов мои ноги запутались. Какой следующий элемент?

— Неважно! Главное, если появится кто-то особенный, поступай так: пригласи на танец, получи согласие…

Я положил руку Эдварда себе на плечо.

— Затем разреши партнёру коснуться твоего плеча и кружись с ним под музыку.

Схватив Эдварда, я начал кружиться. Ошеломлённый, с моими руками на своей талии, он безропотно следовал за моими хаотичными движениями.

Шаги выходили ужасно. В идеале нужно было синхронно двигаться в такт музыке, но, в конце концов, Эдвард ведь не учился вальсу.

Какая разница? Когда подрастёт — научится. В академии он вполне уверенно чувствовал себя на паркете.

Мы кружились по комнате, сметая всё на своём пути. Что за дурацкая затея? Нога зацепила стул, затем тумбочку… В итоге я поскользнулся на ковре — и Эдвард разразился смехом.

А музыкальная шкатулка всё это время наигрывала абсурдно прекрасную мелодию.

— Что это вообще было? — хмыкнул Эдвард.

Он смеялся так громко, что заглушал нежные звуки музыки.

Но это не имело значения. Мне было любопытно: если Эдвард способен так искренне смеяться, значит, я значительно повысил его расположение?

Четыре сердца? Четыре с половиной? А может… все пять?

Мелодия внезапно оборвалась. Я попытался остановиться, но Эдвард по инерции продолжал кружиться. Наши ноги переплелись.

Я рухнул на кровать лицом вниз. Эдвард попытался удержать равновесие, но лишь беспомощно зашатался и с громким «Ой!» шлёпнулся на спину.

— Как же это глупо! — рассмеялся Эдвард.

И кто же только что с упоением предавался этому глупому танцу?

Я протянул ему руку. Он ухватился за неё и поднялся, но тут же наклонился вперёд, прижимая меня обратно к постели. Упругий матрас прогнулся под нашим весом.

— Джеффри… Почему ты так добр ко мне? Что изменило твоё сердце? — прошептал Эдвард, уткнувшись лбом в мою грудь.

Его глаза сияли, словно отражая ту самую мелодию из музыкальной шкатулки.

— На самом деле после падения с лошади во мне поселился другой человек. Разве ты не заметил? Перед тобой вовсе не «Джеффри», а совершенно иная личность.

— Конечно, именно так и есть, — усмехнулся Эдвард, прищурившись.

Он не поверил мне даже тогда, когда я говорил чистую правду.

Весь день я терпел назойливую заботу слуг. Возможно, я и вправду был слегка подавлен. Но тепло Эдварда согрело меня.

Веки сами собой сомкнулись. Неужели в температуре детского тела и правда есть какой-то снотворный эффект?

http://bllate.org/book/13014/1146876