Готовый перевод God’s Descent (Holographic) / Нисхождение бога (Голографический) [❤️]: Глава 58.2: Под сенью яблони в цвету. Часть 1

***

В бюро Надзора игры «Нисхождение бога».

Вернувшись из больницы, Лю Лисинь долго сидел на диване молча, в глубоком раздумье. Сидевший рядом с ним сотрудник, заметив его состояние, помахал рукой у него перед лицом.

— Господин Лю, о чём задумались? Вы сам не свой после того, как пообщались с тем игроком, Ю Жунъи, ходите потерянный, что с вами?

— Думаю о его ситуации. — Лю Лисинь нахмурился и прикусил указательный палец. — Активировали его талант… Оказалось, там уровень всего лишь F. Это как-то не очень.

— А?! — Удивлению присутствующих не было предела. — Такой умный… Как это может быть, талант всего F?

— Дело в том, что у него проблемы с физическим здоровьем. — Лю Лисинь вспомнил медицинскую карту Ю Жунъи и невольно вздохнул. — Он попадал в автомобильную аварию, теперь у него инвалидность мозга второй степени. Вероятно, дело в этом.

— Ох… — на лице сотрудника отразилось явное огорчение. — Обидно, конечно. Да, такое не лечится. С его игровыми навыками, с талантом хотя бы В-уровня, он бы здорово усилил команду людей!

Лю Лисинь промолчал, он был бы полностью согласен с таким мнением.

Ю Жунъи смог ещё до активации пройти свою первую игру и победить жреца ещё даже до того, как его талант был активирован, а ведь против него сражался Лео. Очевидно же, что это потенциальный топ-игрок? Будущая звезда.

Если не скромничать, не было бы большим преувеличением сказать, что он — новый Предатель!

Но... талант всего лишь F-уровня!..

При мысли об этом Лю Лисинь невольно скрипнул зубами!

Хотя бы уровень C!

Лю Лисинь глубоко вздохнул и внезапно вспомнил строку комментария, мелькнувшую у него перед глазами, когда увидел активированную панель талантов Ю Жунъи. Он прищурился.

Кажется, там он заметил что-то вроде рецепта зелья, способного восстанавливать талант...

Лю Лисинь резко распорядился:

— Отправляйся в финансовый отдел — они контролируют все игровые ресурсы «Нисхождения Бога». Спроси их, есть ли у них рецепт зелья, восстанавливающего талант.

***

Ю Жунъи лежал на больничной койке, положив правую руку на лоб и полузакрыв глаза, и разглядывал пятна причудливой формы на поблёкшем желтоватом потолке старой общественной больницы, отсыревшем и покрытым плесенью.

Лео ушёл. Не захотел оставаться в больнице и остановился в пятизвёздочном отеле неподалёку, велев ему звонить, если вдруг понадобится.

После ухода Лео Ю Жунъи так и лежал и смотрел на потолок, затаив дыхание, подсчитывал зелёные пятна плесени, как будто в задумчивости, хотя вообще-то ни о чём особенно не думал.

Ночью дул лёгкий прохладный ветерок, заставляя белый тюль занавески в окне колыхаться взад и вперёд, ходить волнами. В чёрной стеклянной вазе на его прикроватном столике всё ещё стояли три тигровые лилии, подаренные ему каким-то неизвестным другом.

Всего за день эти лилии завяли.

Ю Жунъи медленно моргнул, и все фразы, которые он слышал сегодня, всплыли в его голове.

«Ты не тот самый голографический гений. Мы не выяснили твою настоящую личность и не знаем, кто ты».

Ю Жунъи полусидел на больничной койке и смотрел на свою руку. Бледная, хрупкая кожа его ладони всё ещё была покрыта рубцами от ожогов, полученных в той аварии.

Врачи сделали всё, что было возможно, но сам он относился к своему телу очень небрежно: во время реабилитации слишком усердствовал, не давая себе времени на отдых. В результате лечение рубцов оказалось неэффективным.

Медсестры и врачи сочувствовали ему, жалели его погибший гений, горевали над некогда столь прекрасным лицом, изуродованным ожогами.

Жалели ту жизнь, которая никогда по-настоящему не принадлежала ему, и ту идеальную судьбу, которая так и не осуществилась.

Воспоминания, и так нанизанные на хрупкую нитку, легко рассыпались от нескольких фраз, превратившись в холодные и острые образы, словно ледяные шипы, пронзившие ему мозг. Они настойчиво маячили перед глазами, не давая ни секунды передышки.

Он почувствовал, как его душа стала прозрачной и лёгкой, плавно вылетела из уставшего тела и взмыла к ночному небу, проходя через бесчисленные полуреальные здания, а затем медленно опустилась на мягкую зелёную, такую же полуреальную и призрачную.

Он лежал на траве и слушал звонкие голоса и смех бегающих вокруг и играющих детей. Яркий солнечный свет падал на его полуприкрытые веки; он невольно поднял руку, чтобы заслониться от него.

Ю Жунъи моргнул и медленно сел, опираясь на землю. Потряс головой, словно пытаясь сбросить с себя этот полусонный транс, и огляделся.

Он сидел на просторной лужайке, окружённой группой высоких белых зданий, напоминавших какие-нибудь храмовые строения. Вокруг по траве бегали дети, все они были в белых одеждах. Они весело кричали и смеялись. Неподалёку возвышалась огромная колокольня.

Здания казались старыми, но величественными. На фасадах виднелись явные следы реставрации. На карнизах были вырезаны и вылеплены из гипса и глины ряды белоснежных ангелов. Казалось, это совсем не то место, где он раньше жил. Всё выглядело так, будто он попал в другую страну.

Ю Жунъи огляделся и увидел на фасаде одного из зданий табличку. На ней была надпись на английском языке с переводом: «Дом Святого Сына — приют».

Значит, это сиротский приют.

— Ю Жунъи... — раздался позади него резкий раздражённый окрик. — Стой!

Ю Жунъи невольно обернулся, и веки его невольно дрогнули.

Он увидел себя, только более молодого. Это было его лицо, но без ожогов. И оно было перекошено злобой и гневом.

— Нет!

Этот Ю Жунъи, на вид всего лет тринадцати или четырнадцати, бежал по траве босиком. Он был в таких же белых одеждах, как и другие дети, но взгляд его был холоден и полон ярости. Он проворно уворачивался от преследовавших его людей.

— Я не хочу, чтобы меня тестировали, мои гены и потенциал мозга! Я не хочу, чтобы меня оценили как «неполноценного»!

— Ты достиг возраста оценки! — Кричавший это на бегу человек был очень сердит. — Только те дети из приютов, которые получают официальную оценку неполноценности, могут рассчитывать на государственную помощь! Возвращайся немедленно!

Маленький Ю Жунъи бежал изо всех сил, не оборачиваясь и тяжело дыша. В этот момент он стремительно пробежал прямо сквозь взрослого Ю Жунъи, ни на миг не запнувшись, как через лёгкую тень. Взрослый Ю Жунъи только на мгновение застыл на месте с отсутствующим выражением лица, пропуская маленького Ю Жунъи сквозь себя.

«Это сон, — смутно подумал он про себя. — Воспоминание о моём прошлом. О том, как я был низкосортным продуктом».

http://bllate.org/book/13024/1148190