Готовый перевод Circumstances of a Fallen Lord / Обстоятельства падшего лорда [❤️] [Завершено✅]: Глава 70

Ощущение опасности взяло верх над гордостью. Едва они вернулись в комнату, Карлтон произнес:

― Прости, ― и это прозвучало немного пугающе. 

Сбитый с толку Луисен растерянно моргнул.

«Он не злится?»

― К чему эти внезапные извинения?

― Мой герцог, вы рассердились, поскольку я назвал вашего благодетеля мошенником.

― Разумеется, сначала, но...

― Ты даже не замечал меня.

― Разве?

― На палубе.

― Это потому, что ты тогда рассердился, верно? Если не злился, почему так смотрел на меня у Моррисона? Даже не сел на стул, что я для тебя поставил.

― ...Этот парень, Моррисон, разве он немного не странный?

Карлтон не мог признаться, что ревнует, поэтому поспешил перевести разговор на другую тему. Кроме того, его слова имели под собой основания ― тот человек был странным во многих отношениях.

― Немного, ― кивнув, согласился Луисен.

Даже испытывая к Моррисону благодарность, молодой лорд понимал, что торговец ведет себя несколько странно.

«Значит, Карлтон расстроен, потому что Моррисон неправильно понимает наши отношения! ― догадался он. ― Ясное дело, ему такое не понравилось бы. Хотя в прежние времена я был довольно популярен, так что на самом деле это довольно обидно…»

― В любом случае, приношу свои извинения. Мои слова были слишком резки. Конечно, всякий бы разозлился, оскорби я того, кем он восхищается.

― Все хорошо, прости, что накричал на тебя в ресторане. На самом деле, я злился только в тот момент, все давно прошло.

В сущности, когда наемник назвал однорукого пилигрима мошенником, Луисен был скорее не рассержен, а расстроен. Он вел себя как ребенок ― ему отчаянно хотелось, чтобы другой тоже уважал человека, которым он восхищался.

― Помиримся? ― Луисен протянул руку. ― Это ведь так делается?

Карлтон без колебаний сжал руку молодого лорда. Копируя виденный где-то жест, Луисен обнял его и похлопал по спине.

«Отлично. Это было прекрасное примирение. Похоже, проблемы можно решить и без коленопреклонений, ага?»

Луисен испытывал невероятную гордость от того, что узнал что-то новое.

― Если задуматься, твои подозрения вполне оправданны. У меня самого возникли некоторые сомнения, когда я увидел, что у тебя тоже есть пропуск паломника. Интересно, был ли он пилигримом на самом деле…

Карлтон не мог быть единственным в мире человеком, случайно завладевшим пропуском паломника, не имея на то никакого права. В том, прежнем королевстве, до смерти и возвращения Луисена, царил хаос, поэтому тогда притворяться пилигримом было еще легче.

Слова наемника так сильно подействовали на Луисена, поскольку в душе молодого лорда уже зародились сомнения.

― На самом деле, не имеет значения, настоящий он пилигрим или нет. Пусть даже он мошенник, ― сказал он.

― Неважно, мошенник он или нет? ― опешил Карлтон.

― Он спас меня от смерти и своими наставлениями открыл мне глаза на большой мир. Ничто не отменит того факта, что он мой благодетель и спаситель.

Сказать можно что угодно. Гораздо труднее постоянно следовать сказанному.

― Даже в самые ненастные дни он добывал для меня лекарства. Зимой уступал мне место у огня. Если удавалось достать что-то съестное, всегда отдавал мне половину своей доли. Я верю его делам. Так что он был и остается человеком, к которому я испытываю теплые чувства, поэтому, прошу тебя, не оскорбляй его при мне. Договорились?

Кем бы ни был однорукий пилигрим, Луисен считал его своим святым. Независимо от чьего-либо мнения.

― Скажу еще раз: он мне нравится, так что больше никаких оскорблений!

― Ладно...

― А теперь давай спать. Я устал. ― Луисен быстро сбросил одежду и нырнул в постель.

Некоторое время Карлтон стоял в ошеломлении. Кто на самом деле так нравился молодому лорду? В его груди разлился холод, и он вздрогнул, словно в каюту проник ночной ветер с реки. Они принесли друг другу извинения и помирились, но, несмотря на это, он не мог избавиться от стойкого ощущения, что проиграл.

***

Ночь прошла, наступил рассвет. Луисен проснулся ― чуть позже обычного ― и протер глаза. В первый момент он собирался тут же вскочить, но сразу вспомнил, что может томно вытянуться в кровати и поваляться еще. Просто замечательно было двигаться вперед, не шевельнув и пальцем.

Луисен уютно завернулся в одеяла, а потом заметил Карлтона. Тот в задумчивости сидел на краю кровати со странным сосредоточенным выражением на лице.

― Что с тобой? Ты вообще спал? ― спросил молодой лорд.

― Да, ― рассеянно ответил Карлтон.

Путешествие проходило мирно. Они позавтракали в корабельном ресторане, осмотрели груз, прогулялись по палубе, а после некоторое время играли с Моррисоном в карты.

Все пассажиры были торговцами, такими же, как Моррисон, или нанятыми ими наемниками. После полудня Луисен снова отвел своего по-прежнему пребывавшего в рассеянности спутника в закусочную. Как и ожидалось, еда оказалась довольно безвкусной.

Поев, они побродили по кораблю и, следуя заведенному порядку, отправились в трюм, чтобы проверить, все ли в порядке с грузом Моррисона. На этот раз торговец и его команда, тоже воспользовавшиеся возможностью отдохнуть, увлеченно играли в карты поблизости.

Молодой лорд думал, что плыть на корабле будет скучно, однако в действительности путешествие оказалось довольно приятным. Поскольку все пассажиры в основном принадлежали к одному сословию и были коллегами, никто не проявлял особого себялюбия и не буйствовал. Большинство из них спокойно проводило время в своем кругу.

Время текло размеренно и неспешно. Луисену нравилось это ощущение расслабленности.

Когда они оказались на середине реки, вечный страх, что кто-то выскочит и ударит его ножом в спину или укусит, рассеялся. Он предвкушал, как целых три дня они будут плыть мирно и спокойно.

Однако очень скоро его ожидания были разбиты вдребезги.

Пришло время ужина, и пассажиры потянулись в ресторан. Беседуя со своими спутниками, Луисен заметил, что еда на борту оставляет желать лучшего и это было очень обидно. В этот момент молодой лорд особенно пожалел, что их ужин в знаменитом ресторане в Миттиле так неудачно прервался.

В этот момент кто-то, спотыкаясь, зашел в ресторан, полностью перекрыв вход. Его медленные и неуверенные шаги ― словно человек испытывал боль в мышцах ― привлекли всеобщее внимание.

― Эй, ты! Пошевеливайся! ― Наемник, которому не терпелось попасть внутрь, разозлился и хлопнул мужчину по спине. Удар был совсем слабым, но тот с глухим стуком рухнул на пол.

― Ч-что такое?!

Упавший человек не поднимался. Сбитый с толку наемник внимательнее взглянул на мужчину и воскликнул:

― Он мертв!

― Что? О чем ты говоришь?

Люди в ресторане заинтересовались происходящим. Упавшего окружила компания наемников. Сперва все решили, что кричавший несет чушь, но потом упавший человек снова поднялся на ноги и на сей раз его шея была вывернута. Только тогда присутствующие смогли как следует его рассмотреть.

Это был в самом деле труп.

И этот труп двигался.

***

― Аргх! А-а-а-акх!

Мускулистые ― размером почти с гору ― наемники завопили, как испуганные девчонки. В мгновение ока Карлтон перепрыгнул через стол, одной рукой обхватил Луисена за плечи и обнажил меч. В ресторане воцарился хаос.

― Гры-у-ан-н…

Труп двигался очень медленно. Он вяло кружил по залу, не пытаясь напасть на присутствующих и вообще не обращая на них никакого внимания. Вскоре пришедшие в себя наемники оттеснили его в дальний угол.

― Что это такое?

Кто-то его узнал:

― Хм, этот человек ― разве он не из каравана Аллос?

В этот момент Луисен, наконец, тоже увидел движущийся труп.

― Разве это не упырь?

― Упырь? Как те, из историй?

Считалось, что ими становились люди, умершие неправедной или несправедливой смертью, чьи души не смогли обрести покой. Их тела начинали двигаться, как живые. Таких созданий и называли обычно упырями. Поскольку некогда они были людьми, единого мнения по поводу того, считать ли их монстрами, не было. Существовали также разные версии касательно причин их возникновения ― спонтанное самозарождение? Явление природы? Естественное развитие? Проклятие? Эпидемия? Никаких подтверждений ни одной из этих теорий так и не нашлось.

Луисен скорее склонялся к проклятию или эпидемии и не поддерживал теорию возникновения упырей вследствие естественных явлений или под воздействием страдающей души. Если бы все люди, с которыми обошлись несправедливо, становились упырями, разве население герцогства целиком не должно было тоже в них превратиться и преследовать молодого лорда?

В любом случае, упыри не были опасными монстрами. На вид эти твари были ужасны, но слишком медлительны и слабы, чтобы по-настоящему нападать на людей.

― Их ведь много на Севере, разве не так? Особенно в Северных землях?

В той, прежней жизни, Луисен был бродягой и много раз сталкивался с упырями. Попадались они не слишком часто, но и редкой диковинкой назвать их было нельзя.

― О чем ты говоришь? Если бы этих тварей было много, королевством управляли бы не аристократы, а священники.

― В самом деле?

Карлтон был потрясен безмятежным спокойствием Луисена.

«Неужели он всегда был так отважен?»

Пока они разговаривали, наемникам удалось связать упыря по рукам и ногам. И очень вовремя: внутрь ворвался человек из каравана Аллос.

― Э-это… Как это слу…

― Эй, ты! Что, черт возьми, происходит?!

― Кто предводитель вашего каравана? Иди сюда и объясни!

Окружающие люди начали упрекать пришедшего; после короткого колебания тот закрыл глаза и рассказал, что произошло.

Упырь был слугой из каравана Аллос, умершим ранним утром. Прошлой ночью, после отплытия, он лишился сознания от жара. Это никого не удивило: многие члены каравана страдали кишечной хворью, эпидемия которой поразила Миттил. Однако вопреки их ожиданиям, это была не она, и состояние мужчины продолжало ухудшаться, пока на рассвете он, наконец, не умер.

― Честно говоря, если дело было так, нам следовало вернуться назад! Почему вы это скрыли?!

― Это… Если корабль вернется, мы понесем огромные убытки...

Если корабль вернется обратно в порт из-за каравана Аллос, им придется взять на себя ответственность за потери всех торговцев и наемников на борту. Они уже потеряли много денег в этой южной авантюре и предпочли скрыть случившееся, поскольку не хотели терять еще больше.

― Где ваш предводитель? У нас тут такое творится ― а он чем занят?

― У него тоже сильный жар.

― Что?

― Все наши из каравана без сознания.

― Подожди минуту. Значит, эта болезнь заразна?

Заразная болезнь.

Стоило прозвучать этим словам, и все ринулись прочь от человека из каравана Аллос и упыря. В одно мгновение ресторан наполнила атмосфера тревоги и страха.

Прежде чем они прибудут в пункт назначения, всех пассажиров корабля постигнет одна и та же судьба. Все ели одну и ту же пищу, пили одну и ту же воду и, к тому же, находились вместе. В сложившейся ситуации это означало, что заразы не избежит никто.

Новость об эпидемии быстро распространилась по всему кораблю. Они находились посреди большой реки, так что никто не мог покинуть корабль. Замечательный корабль, уютный и удобный ― плавучая спальня, плавно рассекающая воды реки, ― немедленно превратился в передвижную тюрьму.

http://bllate.org/book/13124/1162969