Каждый стоял на своём, и ни один не собирался уступать.
Кёнджун, устав от препирательств, достал пачку сигарет из внутреннего кармана и предложил Тхэхве — чисто для вида. Тот отказался жестом. Затянувшись, Кёнджун предложил новый подход:
— Если не хочешь отдавать, давай я его выкуплю? Заплачу вдвое больше, чем он тебе должен. Считай это справедливой сделкой.
Здесь Тхэхва осознал: Кёнджун думал, что он удерживает Чхонхёна из-за долга.
Он любезно поправил заблуждение:
— Ого, я что, похож на мусор, который продаёт любимого за деньги? Да меня, блять, пристрели — не соглашусь.
Ким Кёнджун округлил глаза, словно услышал нечто невообразимое.
— … Любимого?
— Да. Любимого.
Тхэхва подтвердил без тени сомнения, и лицо Кёнджуна потемнело. Он стиснул зубы, отчего напряглись скулы. Вид его замешательства и злости доставил Тхэхве удовольствие.
— Не может быть…
— Может.
Кёнджун замолчал, понимая, что не сможет опровергнуть утверждение — Тхэхва говорил слишком уверенно. Однако его взгляд был красноречивее слов. Он проклинал Тхэхву глазами. Выражение его лица напоминало человека, готового растерзать насильника жены — хотя, по сути, Кёнджун сам был ближе к таковому.
В комнате повисла тишина, и от этого становилось холодно. Лето на дворе, а в воздухе — предгрозовая стужа.
Докурив сигарету, Кёнджун потушил её, поднялся с дивана и разгладил помятый пиджак.
— Похоже, сегодня продолжать бессмысленно.
Тхэхва остался сидеть, качая скрещённой ногой.
— Завтра, послезавтра — ничего не изменится. Я не отдам его ни на каких условиях. Так что хватит позориться — проваливай.
— … Я покажу себя сам. Дам тебе время подумать. Надеюсь, это наш последний спор.
Кёнджун до конца сохранял джентльменские манеры. Упрямый мудак. Мысленно послав его, Тхэхва махнул рукой, давая понять, чтобы тот убирался. Даже после его ухода Тхэхва ещё некоторое время сидел в тишине. Вскоре тяжёлая металлическая дверь офиса захлопнулась.
Тхэхва набрал номер Гичула.
— Привет, босс.
— Где ты.
— Я отвёз господина Мун Чхонхёна домой и теперь караулю у двери на всякий случай.
— Было слежение?
— Да, один прилипала. Упёртый, блять. Крутил по центру, пока не оторвался.
— Скоро буду. Жди.
Закончив короткий разговор, Тхэхва подошёл к окну и приподнял жалюзи. Как раз вовремя: Ким Кёнджун с подручными выходили из здания и садились в машины.
Не сводя с них глаз, Тхэхва позвонил старшему менеджеру Чхве.
— Эй, я как раз собирался звонить. Опередил.
— Да? И что же было так важно, раз ты не предупредил меня о визите этого ублюдка Ким Кёнджуна?
— Что? Он уже пришёл? Я слышал, он прилетел утром. Не мог даже день выждать, блять.
Оказывается, Кёнджун лишь делал вид, что ему не спешно, а на деле рванул в офис сразу после прилёта.
Такая нетерпеливость лишь подтверждала степень его одержимости Чхонхёном.
— Ты в порядке? Вряд ли он пришёл один.
— Пока только трепался.
Численность противника нельзя игнорировать. Ранее Тхэхва был в невыгодном положении: Кёнджун привёл с десяток головорезов (включая тех, что ждали снаружи), и это были не любители. Они работали на него, а значит, умели драться. Даже для Кан Тхэхвы схватка против дюжины — риск. Не то, чтобы он не справился, но серьёзных травм не избежать. Кёнджун это знал. И всё же он до конца воздерживался от насилия — возможно, его угроза «мирного решения» была не пустой.
— Ну и ладно. Он сейчас в подполье — не хочет привлекать внимание председателя. И на тебя не нападёт, зная, что за тобой стою я.
Все в их кругах знали о близких отношениях Тхэхвы и старшего менеджера Чхве. Они вместе работали на президента Пак из Пёндона и даже управляли конторой наёмников. Связь сохранилась до сих пор. Формально Тхэхва считался «человеком Чхве» — такова была общая точка зрения, хоть сам Тхэхва так не считал.
Бандиты преследуют личные интересы, но группировки живут по принципу семьи. Поэтому они резко реагируют, когда кто-то трогает их людей. Если страдает «брат», старшие обязаны отомстить. Это лояльность, и она важнее закона. Неписаное правило их мира — часть того самого кодекса, о котором болтал Кёнджун.
Войне нужно оправдание. Без него агрессия — просто истерика, ведущая к хаосу. Поэтому старший менеджер Чхве не мог просто так напасть на Ким Кёнджуна. Но если тот первым тронет Тхэхву — это станет поводом для войны.
По иерархии Чхве стоял куда ниже Кёнджуна. Но Кёнджун — закат, а Чхве — восходящая звезда организации. Разница в ранге велика, но по влиянию они сопоставимы. Кёнджун только проиграет, ввязываясь в конфликт. Сейчас мужчина и так в опале у главы организации. Именно расчёт, а не благородство, удержал его от применения силы сегодня. Но терпение Кёнджуна не вечно.
Выход один: Тхэхва должен ударить первым.
Открытая война — слишком рискованна. Даже слабая стая опасна для льва. Лучший боец бессилен против численного превосходства.
Поэтому Тхэхве выгоднее напасть внезапно, пока они не готовы.
— Так что, план есть?
Тхэхве нужна стратегия. Нет, точнее — интрига. Её основа: во-первых, перевес на своей территории, во-вторых, продуманный сценарий.
— Сценарий есть, но нет актёров. Подожди. Я дам знать, когда всё будет готово.
— Не тяни.
— Эй, спешка ни к чему. Если налажаем, у нас с тобой будут большие проблемы.
Неудача ударит по обоим.
— Чего ты волнуешься? Я когда-нибудь подводил?
— Ким Кёнджун — крупная рыба. Чтобы поймать её, нужно терпение.
— Иди к чёрту. Какое терпение? Он требует, чтобы я отдал Мун Чхонхёна, будто тот его вещь!
— Ха, блять. Ну и любовная история. Вы оба ебанутые. Нахуя тебе парень, когда полно баб? Он что, правда, такой симпатяга?
Тхэхва невозмутимо ответил:«Да», и Чхве расхохотался.
— Ладно. Как-нибудь познакомь.
— Мечтай. В общем, следи за этим типом. Не проспи, как сегодня. Звони сразу, если что.
— Конечно. И сам не светись пока.
К концу разговора Ким Кёнджун скрылся из виду. Тхэхва вернулся на место, достал сигарету из ящика и закусил фильтр, уставившись на пустой диван.
После встречи стало ясно: Ким Кёнджун — мина, которую нужно обезвредить. Останься он в прошлом, Тхэхва мог бы закрыть глаза. Но теперь этот урод в настоящем и неизбежно полезет в его будущее с Чхонхёном. Тот просил не вмешиваться, но теперь выбора нет. Технически Тхэхва не нарушил обещания — Кёнджун первый начал. Он лишь готовит ответ.
Тхэхве не терпелось. Он хотел уничтожить Кёнджуна сейчас. Разорвать на куски. Отомстить за всё, что он сделал Чхонхёну, и за то, что собирался сделать снова.
Он стиснул зубы.
— Ты ошибся, решив связаться со мной, ублюдок.
Под вечер Тхэхва вернулся домой, где его встретил Чхонхён.
Тот почувствовал напряжённость и осторожно спросил:
— Что-то… случилось?
Гичул молчал, менеджер Ким тоже — Чхонхён не мог знать о визите Кёнджуна. Даже если бы знал, не спросил бы так. Видимо, его чутьё подсказывало: что-то не так.
Тхэхва молча посмотрел на встревоженного Чхонхёна, затем прижался лицом к его шее. Свежий аромат ударил в ноздри, мгновенно снимая напряжение.
Он прижался лбом к его коже и прошептал:
— Нет, ничего.
И я сделаю всё, чтобы так и было. Любой ценой. Ради Чхонхёна он пойдёт на всё. Десять лет назад Тхэхва рискнул будущим. Готов сделать это снова. Он уничтожит Ким Кёнджуна, даже если это будет стоить ему самому жизни.
Чхонхён молча погладил его по спине. Тхэхва закрыл глаза, растворяясь в тепле его прикосновений.
Он хотел остаться так.
Тихо. Спокойно...
http://bllate.org/book/13138/1165575
