Готовый перевод Roses and Champagne / Розы и шампанское [❤️] [Завершено✅]: Глава 17.9

Весь дом гудел от подготовки к вечеринке. Судя по тому, что слышал Ливон, к этому моменту они готовились больше месяца, и он, конечно же, в это поверил. В те дни, что он провел в особняке, он в основном старался не путаться под ногами.

Ливон предположил, что это была своего рода помпезность и торжественность, которых требовала мафиозная вечеринка — тем более что они праздновали возвращение своего главы, — но, по его мнению, кое-что казалось чрезмерным. Он не раз видел, как охранники обыскивали даже случайных собак, проходивших мимо ворот.

В тот знаменательный день неистовая энергия, бушевавшая в особняке, заставила Ливона проснуться раньше, чем ему хотелось бы. С трудом поднявшись с кровати, он тусклым взглядом наблюдал за людьми, снующими по саду. Он видел, как поставщики провизии жестикулируют, споря о том, каким должно быть меню, в то время как официанты передвигают подносы, заваленные едой. Был даже мужчина, который очень осторожно тащил сервировочную тележку, накрытую тканью.

«Скорее всего, там торт», — подумал он.

И, конечно же, имелась охрана Ломоносова, которая смотрела на всех и разговаривала по маленьким наушникам. Ливон вздохнул. Может, это была не лучшая идея. Он содрогнулся при мысли о том, что будет, если Цезарь узнает, где он. Особенно после того, как они расстались несколько дней назад. Он и так чувствовал себя ужасно виноватым.

Но теперь было уже слишком поздно.

«Завтра я вернусь, и все будет хорошо», — сказал себе Ливон. Он просто надеялся, что Цезарь не пытался связаться с ним за это время. Он бы не стал... верно? Может, ему стоило сообщить Цезарю, что его не будет. Но у него не было такой возможности с тех пор, как он уехал.

Ливон встряхнулся. Что бы он вообще сказал? «Эй, Цезарь. Я пойду навещу своего отца. Пока!» Он цокнул языком.

Стук в дверь привлек его внимание, и вошла служанка, поставив на кровать большую коробку.

— Одежда на день, сэр, — она хихикнула, слегка присев в реверансе перед уходом.

Ливон какое-то время смотрел на логотип бренда, выгравированный на коробке, прежде чем снять крышку. Внутри был аккуратно сложенный смокинг. Ему не нужно было доставать его, чтобы понять, что он сшит на заказ.

Последние несколько дней были наполнены подарками от Михаила — как будто он пытался компенсировать все дни рождения и праздники, которые пропустил за все годы своего отсутствия. Ливона не трогали подарки, но, к его легкому разочарованию, он находил все эти усилия немного милыми.

Это означало, что ему, вероятно, стоит принять этот подарок — всего на один день. Он станет сыном, которого Михаил так отчаянно хотел заполучить на вечеринке, а потом вернется к обычной жизни.

Он разложил смокинг на кровати, затем наклонил голову, заметив в углу маленькую коробочку. Открыв крышку, он увидел сверкающий циферблат и ремешок. Это были часы с крошечными бриллиантами

Он поставил коробку рядом со смокингом и пошел в душ. Сегодня будет долгий день.

***

— Добрый день, Царь.

Цезарь рассеянно кивнул, позволив охраннику у входа обыскать его и просканировать металлодетектором. Он не обиделся. Такие проверки были бы излишними в любое другое время. Но глава мафиозной организации никогда не может быть слишком осторожным, даже в свой день рождения.

Охранник низко поклонился и пропустил Цезаря в толпу в бальном зале.

Он окинул взглядом собравшихся — финансовых и политических воротил с их спутниками, которые общались друг с другом, улыбаясь, их губы кривились в довольных ухмылках, а глаза были жесткими и внимательными, оценивающими своих оппонентов. Среди них затерялось много влиятельных людей.

Цезарь взял бокал шампанского у проходившего мимо официанта. Он был одним из немногих, кто пришел один. У немалого числа людей с собой имелись целые семьи — таков был размах Михаила Ломоносова. Цезарь, со своей стороны, не собирался заискивать перед братвой, но было бы невежливо игнорировать такое значимое событие. В любом случае, он хотел сам оценить состояние Михаила.

Он рассеянно покрутил в руках бокал с шампанским, и глубокая складка прорезала его лоб. Он чувствовал, как нарастает его нетерпение. Если бы он мог, то уже находился бы далеко отсюда, насколько позволял его разум, потому что, по правде говоря, ему было плевать на то, что происходило вокруг, он с трудом сдерживал свои эмоции.

Цезарь не спал с тех пор, как исчез Ливон. Он никогда не был склонен к полетам фантазии, но собственное воображение застало его врасплох. Каждый раз, закрывая глаза, он видел Ливона — запертого, измученного, с кляпом во рту, страдающего — это было невыносимо. Отсюда и бессонница, и непреодолимое желание обыскать улицы в поисках адвоката. Если понадобится, он перевернет весь город.

Цезарь сделал глубокий вдох, подавляя это желание в глубине души. Он скоро найдет Ливона. Если все пойдет наперекосяк, он воспользуется услугами Дмитрия и его связями. Обратиться к кузену было бы крайней мерой, но он сделает то, что должен.

Дочь какого-то политика подошла к нему, пока он медленно и протяжно выдыхал. Цезарь уклончиво отвечал, не сводя глаз с толпы. Шум привлек его внимание к происходящему в бальном зале.

Не успел он отвести взгляд, как застыл на месте. Должно быть, это сон.

Сбоку стоял высокий мужчина в идеально сшитом смокинге, с аккуратно уложенными темными волосами, разделенными пробором у виска; на его запястье сверкали инкрустированные бриллиантами часы, а длинные пальцы сжимали бокал с шампанским, в котором сверкали и лопались золотистые пузырьки, отбрасывая на его шею золотистые блики при каждом движении бокала к его губам.

Несмотря на то, что это была его первая вечеринка в таком стиле, Ливон не прибывал в восторге от происходящего. Он скользнул взглядом по мужчинам, которые важничали и выпендривались. Не было смысла пытаться завязать разговор. По глазам гостей было ясно, что они пришли не для того, чтобы подружиться.

«Высокомерные засранцы, все до единого», — мысленно проворчал Ливон. Чем скорее он сможет уйти, тем лучше.

Он сделал еще один глоток шампанского. Неизвестно, сколько оно стоит. Много, он был уверен. Это было не так вкусно, как дома, когда они пили дешевый алкоголь, который предлагала госпожа Ивана, цена не имела значения. Он списывал свои некультурные вкусы на привычность.

Краем глаза он заметил, как к нему сквозь толпу пробирается мужчина. Лео, советник Михаила — и не без причины. Он был предан до безумия и явно наслаждался своим положением помощника Михаила.

— Господин Ливон, — сказал Лео, подойдя ближе. Он наклонился и тихо заговорил: — Господин Ломоносов скоро начнет свою речь. Он может упомянуть вас, так что вам лучше остаться здесь, на всякий случай.

Ливон кивнул, показывая, что понял, и Лео ушел тем же путем, что и пришел. Ливон чувствовал на себе взгляды, любопытные и задумчивые, после того как Лео исчез. Кто был этот самозванец среди них? Но Ливон понял — он здесь чужой. Он бы тоже удивился новому лицу.

Адвокат уже поднес бокал с шампанским ко рту, когда чья-то рука крепко сжала его плечо, и он резко выпрямился. Бокал полетел по изящной дуге и разбился на полу, превратившись в лужу золотых пузырьков и мерцающих кристаллов.

http://bllate.org/book/13143/1166496