Готовый перевод Bloody Moon / Кровавая луна [❤️]: Глава 1. Улица Чёрной Звезды

1.

Вся улица была залита багровым светом.

Алые фонари освещали стены, выкрашенные в красный. Продвигаясь вдоль узких, кровавых теней, он натыкался на такие же красные двери. Когда створки распахивались, наружу выплёскивалась волна красного наслаждения.

Это был заброшенный город на западной границе Ибеденской Империи. После того как правители спешно покинули его, он превратился в зону беззакония, и, как грибы после дождя, здесь разрослись кварталы красных фонарей.

Тук-тук.

— Господин, товар доставлен.

— О, заходи.

— Да.

Даже в борделях, где практиковались все виды разврата, всегда существовали особые места. Как раз такая дверь и открылась сейчас. Красный лак ничем не отличался от других, если не считать маленьких отметин под ручкой — три чёрные звезды.

Одна звезда означала, что здесь предлагают мужчин-проститутов. Две, что здесь можно использовать инструменты. Три чёрные звезды — знак безграничной власти. Стоило гостю оказаться в этой комнате, как проститут переходил в его полное владение. Целиком — его сознание, плоть, само существование, всё без остатка.

Скри-и-п.

— Заходи.

Сутенёр толкнул проститута в спину. На том не было ничего, кроме красной ткани на голове и цепей на запястьях. Эти оковы служили как безопасности гостей, так и их развлечению.

Клиент, выбравший комнату с тремя звёздами, быстрым взглядом окинул с головы до ног проститута, чьё лицо было скрыто тканью. Тот выглядел молодо, имел тощее тело с выступающими костями. Кожа была довольно светлой, почти фарфоровой. Всё его тело покрывали шрамы — большие и малые, свежие и застарелые. Большинство ран выглядели так, будто их оставили кожаные плети.

Клиенту, казалось, это нравилось. Его толстый язык высунулся и медленно облизнул губы.

— Великолепно. Этот мне нравится, сгодится.

Сутенёр кивнул и отступил.

Бам.

Дверь плотно захлопнулась. Всего лишь одна тоненькая окрашенная дверца, но она полностью отсекала пространство комнаты от внешнего мира. С её закрытием здесь возникала иная реальность — мир, где крики, рыдания и даже мольбы были бесполезны.

— Подойди ближе.

Гость, сидевший на кровати, застеленной красным шёлком, поманил рукой. Проститут, услышав звук, зашаркал ногами — это была походка слепого.

— Покажи своё лицо.

Тот снял красную ткань, наброшенную на голову. Его глаза были закрыты плотной чёрной повязкой.

Клиент поднёс ко рту бокал вина и усмехнулся.

— Вы очень щепетильны. Что ещё может оставаться скрытым за такую цену?

Парень ему нравился — это гладкое, лишённое волос лицо. Маленькое белое личико совсем не походило на мальчишечье, в нём была странная, бесполая прелесть. И от этого осознания, и от этих хрупких, тонких черт он понравился клиенту ещё больше.

Сделав глоток вина, мужчина распахнул халат — под ним не было ничего. На его щиколотке была обёрнута кожаная лента, а через ленту продет ключ. Тот самый, что отпирал кандалы на запястьях проститута. Разумеется, клиент и не думал просто так отдавать его.

— Сюда. Ползи.

Проститут пополз на четвереньках. Это была покорная поза, без малейших признаков сопротивления. Глаза клиента загорелись возбуждением.

Тот подобрался к его ногам и опустился на колени.

— Поработай языком. Если мне понравится — дам ключ.

…………

Проститут наклонил голову, и его закованная рука неловко приподняла ногу гостя. Полные губы приблизились, и он взял в свой маленький рот два пальца ноги.

— Хммм.

То, что он делал, было неплохо, но и ничего особенного. Клиент рассердился.

— Старайся лучше.

В ответ влажные звуки стали громче. Губы, обхватывавшие до этого пальцы, поползли вверх по подъёму. Влажный язык замедлился, затем двинулся дальше, к стопе.

— Хмм… ладно, теперь я чувствую… да, вот так.

Язык парня щекотал лодыжку, от этого клиент вздрагивал и хихикал. И в следующий момент…

Лязг-звяк.

Ощущение влажного языка на ноге исчезло. Клиент обнаружил, что проститут взял ключ и открыл свои кандалы. Недовольство закипело в нём.

— Дерзость… Кто сказал, что можно снимать кандалы?

Он схватил кожаный кнут со столика у кровати. Дерзкого проститута следовало проучить — пустить ему кровь и выбить эту развязность.

— Получай же!

Воздух с мокрым шлепком рассек удар плети.

Кожаный хлыст, уже пропитанный вином, обвил обнажённое тело проститута.

…………

Он судорожно глотнул стон и поднял руки, беспомощно ощупывая собственное лицо.

— Что это ты вытворяешь?! Руки долой и проси прощения!

Раздался новый хлёсткий удар и тихий глухой звук. В момент, когда плеть впилась в тело, проститут потерял равновесие и рухнул. Но вместо того чтобы вставать или уворачиваться, он развязал свою повязку.

— Давай же, умоляй!

Хлясь.

Еще один удар, и хлыст, просвистев в воздухе, с размаху хлестнул проститута по виску. Край его уха был рассечен, хлеставшая оттуда кровь заливала шею.

Но в следующий миг проститут взметнул руку и с силой сжал кончик плети.

— Что ты делаешь? Как ты смеешь...! Немедленно отпусти! — клиент в ярости дёрнул рукоять на себя.

Но проститут, не разжимая пальцев, сделал шаг к нему, натягивая хлыст.

— Чт... Что ты делаешь?! — в панике клиент выпустил из рук замерший в напряжении кнут.

Вместо этого его пальцы вцепились в лежавший рядом клинок — широкий, тяжелый, с одним лезвием, больше похожий на тесак или секиру, чем на меч.

— Чёрт подери!

Это оружие было рождено войной. Весь континент полыхал в огне сражений, а эти земли уже несколько лет были ареной жестоких битв.

Граф Кастер, генерал Ибеденской Империи, остановился в местном борделе, чтобы развлечься перед тем, как присоединиться к армии принца Лешека, стоявшей лагерем у западной границы.

Клинок, отточенный на поле боя, дышал смертью. От оружия исходила такая угроза, что казалось, он может перерезать глотку проституту в любой миг.

Если бы не одно но.

В тот самый миг...

— ……!

Проститут открыл глаза.

Его глаза были синими, как ледяные кристаллы. Настолько холодными и ясными, что почти прозрачными.

Граф Кастер замер, завороженный. Его сознание оказалось в плену. Он не мог оторвать от них взгляд.

В следующий момент…

— ……Ахх.

……Туп.

Граф Кастер замертво рухнул на пол.

Граф Кастер рухнул на пол бездыханным. Его глаза, только что встретившиеся с глазами проститута, превратились в отвратительные впадины, будто кто-то вырвал их с мясом.

— …… …

Проститут тихо плюнул на пол перед телом.

Это не было оскорблением мертвеца. Он лишь пытался избавиться от привкуса, что тот оставил у него во рту. Эмоции, скрытые под бесстрастной маской, смешались со слюной и желчью. Он плевал до тех пор, пока губы не заныли от едкой жидкости, и наконец он издал мучительный стон.

— Ух, уххх……!

Но времени было мало. Проститут вытер губы и снял плащ с тела графа Кастера. Одежда была непомерно велика для его тощего тела, но больше не было ничего, чтобы прикрыть наготу. Он затянул шнурок плаща и снова завязал чёрную ткань на глазах.

Ощупывая стену, он двинулся к двери.

Скри-и-п.

Дверь, отмеченная тремя чёрными звёздами, со скрипом открылась. Проститут вышел в темноту и растворился на багровой улице.

Красная дверь скрывала бездыханное тело графа Кастера.

Это произошло на западной границе Ибеденской Империи, уже семь лет воюющей с пятью соседними странами, в борделях в борделях Мерва, также известного как Дрейфующий Город.

2

— Смотрите, пусто. Можно подумать, мы ищем крошечного муравья!

Такими были слова кронпринца Лешака.

— Да, Ваша Светлость.

Шестеро из двенадцати стражей-хранителей, что, как говорили, составляли с кронпринцем единое целое, скрылись в лабиринте переулков вместе с солдатами.

Принц смотрел им вслед с поистине свирепым выражением лица. Холодный гнев застыл в его строгих, безупречных чертах. Излишняя суровость была тем, в чём кронпринца часто упрекали.

Они проводили вечер в поисках заблудшего графа Кастера, который, в прямое нарушение приказа принца, самовольно отправился в район красных фонарей.

В ярости кронпринц лично возглавил рыцарей и отправился на поиски графа. Именно поэтому он сейчас стоял на этих красных улицах. Посещение борделей было строго запрещено для всей армии, включая его самого.

— Хмм... Вы же не собираетесь отрубить голову графу Кастеру прямо здесь, не так ли? — спросил Главный Рыцарь Аббад.

Ответ принца последовал с небольшой задержкой.

— ……Конечно нет. Я накажу его согласно Военному Уставу.

— А, да. Что ж… Это удачно. По крайней мере, вы не настолько суровы.

Его безупречные черты, будто выверенные Творцом по божественному лекалу с соблюдением золотого сечения, наглядно демонстрировали, почему Бог должен быть суров. Даже весьма необычное сочетание серебристых волос, напоминающих звёздный свет, и чёрных, как оникс, глаз идеально гармонировало на лице Лешека. От размера головы и ширины плеч до округлости ногтей и длины мышц ног — не было места, где бы определение «идеальный» не подходило кронпринцу. Но, к несчастью, его характер был менее безупречным, нежели внешность.

Аббад тихо рассмеялся. Это вызывало в нём серьёзное беспокойство. Никто никогда не осмелился бы сказать, что кронпринц Лешак ставит своих приближённых выше кодекса справедливости. Это была главная причина, по которой огромная Империя продолжала функционировать без проблем, даже находясь семь лет в состоянии войны.

— В любом случае, Кастер, вероятно, развлекается где-то в этих переулках. Даже если мы не найдём его сейчас, нам всё равно придётся вернуться сюда после выполнения обязанностей.

Прошло всего несколько дней, как полковник Кастер присоединился к остальной армии. Аббад полагал, что граф, скорее всего, и не рассматривал эту вылазку как нечто большее, чем лёгкая ночная забава. Не явись кронпринц лично во главе стражей, эта выходка графа едва ли вызвала бы большой переполох. То есть это не было бы хорошим поступком, но и ничего особенного из этого бы не вышло. Если отбросить моральную репутацию армии, присоединение графа пошло бы на пользу её боевой мощи.

Однако гнев кронпринца был несколько иным, чем предполагал Аббад.

— Поэтому я хочу найти его до этого.

— ……

— Мне жаль проститутку, которой придется иметь дело с его раздутым телом.

— Неужели? — Аббад с плутовской ухмылкой прижал руку к груди. Даже этот жест выглядел у него по-озорному. — Боже правый! Каково же приходится нам, у кого над головой такой суровый начальник? Умоляю, смилуйтесь над графом Кастером.

— Милости было проявлено с избытком, — Лешек криво усмехнулся. — Дело не в похоти. Я разрешил ему поселить в казармах его любовницу.

— Погодите, вы имеете в виду любовницу, а не жену? Для принца Лешека это и впрямь беспрецедентная снисходительность! Тогда зачем ему здесь пропадать?!

— В этом-то и проблема! Но больше всего меня беспокоит, что он пришёл именно в такое место.

Лешак указал на Улицу Красных Фонарей, что тянулась перед ними, подобно лабиринту, в резком алом свете.

— Семь лет назад здесь был торговый квартал, где торговали зерном и тканями. А теперь — это.

Таково было ещё одно лицо войны. Люди, потерявшие семьи и разграбленные до нитки, оказывались втянутыми в самую гущу этого ада, вынужденные делать немыслимое ради выживания. Принца тошнило от мужчин, что породили эту грязь и сами утопали в ней. Лешак злился уже на саму улицу, на этот рассадник зла.

Поняв неудовольствие принца, Аббад сменил выражение лица и серьёзно поинтересовался:

— Если позволите, я позже вернусь сюда один и очищу эту улицу так, чтобы Ваше Высочество больше её не видело.

— Даже если ты это сделаешь, она просто переместится в другое место.

Чтобы избавиться от мусора, война должна закончиться.

— Моё терпение в отношении графа Кастера иссякло. Я применю воинский устав, как только мы его найдём.

— Как пожелаете.

Аббад учтиво поклонился. Со стороны строгость принца к чужим слабостям могла показаться чрезмерной. Но на деле Лешек был строже к себе, чем к кому бы то ни было. И для Аббада было величайшей честью служить праведному и справедливому господину, отчего он и считал себя самым удачливым рыцарем на континенте.

— Похоже, это займёт больше времени, чем я предполагал, — произнёс кронпринц, преследующий своего подчинённого.

— Согласен. Местность здесь оказалась сложнее, чем выглядит на первый взгляд. Продолжим?

— Я как раз собирался это предложить.

— Тогда я пойду впереди. Прошу за мной.

Лешак и Аббад снова тронулись в путь. Это было проще, чем на поле боя. Звук шагов заглушался оружием на поясе. Два рыцаря Ибеденской Империи растворились в красной тени борделей.

Именно когда они завернули за угол, пройдя несколько шагов.

Толчок.

Он внезапно чуть не столкнулся с кем-то, кто был в слепой зоне каменной стены, вдоль которой они шли.

— Ой!

— Вы в порядке?

— Ах……

Человек, в которого чуть не врезался Лешак, был субтильного телосложения. Тот, сначала принявший его за женщину из-за невероятно тонкого запястья, которое он держал в руке, нахмурился, разглядев человека. На его глазах была повязка из чёрной ткани. Это означало, что он слеп.

— Я… я звук…… не услышал ваших шагов…… сэр……

Его голос был тихим, а произношение невнятным.

— Я… я думал…… что здесь…… никого нет………

Его плечи дрожали, словно он был совершенно сбит с толку. Лешак смотрел на слепого, едва прикрытого просторным плащом, и его взгляд постепенно опустился на землю. Из-под одежды сочилась кровь. Длинные, тонкие, странно изогнутые рваные раны вызывали неприятные образы. Удивительно, но лишь одна вещь могла оставить подобный след. Это была плеть.

Лешак заговорил с ним:

— Почему слепой идёт один, без посоха? Разве никто не может вас сопровождать?

— Ничего, я привык…

Слепой, в квартале красных фонарей, возможно, голый под одеянием, вероятно, был бит плетью — но «привык». Личность молодого человека была очевидна. Он был проституткой. И к тому же мужского пола. Что означало, что он находился на самом дне этой грязной и ужасной клоаки.

Лешак, смотревший на слепого с быстро меняющимся выражением лица, внезапно наклонился и подвернул ему плащ.

— Не двигайся. Я не хочу сделать тебе больно.

— Н…нет……!

Слепой попытался вырваться. Лешак одной рукой удерживал его, а другой осматривал рану. Грубо разорванная кожа выглядела болезненной.

— У тебя есть лекарство?

Аббад покачал головой:

— Нет, Ваша Светлость, простите.

— Неважно.

Лешак оторвал рукав от своей рубашки. Пока Аббад вздрогнул, словно это его собственную одежду порвали, принц свернул ткань и прижал ею рану слепого.

— Чем больше крови ты теряешь, тем опаснее. Нужно нанести лекарство. Здесь поблизости есть врач?

— Я… я не знаю. Э…этого достаточно……

Аббад вмешался, посчитав это слишком необычным.

— Ваше Величество, время проститута — деньги. Если вы задержите его слишком надолго, сутенёр придёт искать его.

— Что ж, если ты так считаешь……

Слепой поднял голову, удивлённый услышанным. Он был похож на птицу, испуганную звуком натягиваемой тетивы лука. Его плечи сжались, а кожа побледнела. Даже его пересохшие губы были бледными, как незрелые плоды. Кровотечение нельзя было игнорировать. Было куда сложнее не почувствовать сочувствия к бедняге.

Лешак поднялся. Он взял слепого за плечо. Тот не мог видеть серьёзного выражения на его лице.

— Хочешь уйти отсюда?

— ……Что?

— Я дам тебе другую жизнь, если захочешь. Не беспокойся о своём сутенёре. Ты будешь жить как гражданин Ибеденской Империи.

— Ах……!

Слепой издал непонятный звук. Лешак наблюдал, как тот сжимает руки. Даже спрашивать его, хочет ли он уйти, было бесполезно. Это был вопрос, который изначально не нужно было задавать. Придя к такому выводу, Лешак схватил слепого за руку.

— Приведи меня к своему сутенёру.

— Прошу……? ……Прощения?

Слепой открыл рот с удивлённым выражением. Аббад молча цокнул языком за спиной Лешека. Подобрать проститута, потерявшегося из-за войны, было в стиле Лешака, но он раздумывал, стоит ли его останавливать. Бедняков было более чем достаточно, и помогать им всем по отдельности не представлялось возможным.

Однако слепой первым стряхнул руку Лешека. Тот нахмурился, глядя на свою пустую руку.

— Почему?

Между ними возникла странная напряжённость. Слепой заговорил только после глубокого вдоха.

— В…всё…… в порядке… Ваша Светлость.

— Что ты имеешь в виду под «в порядке»?

— У меня…… есть семья…… я… я не могу…… оставить свою с…семью.

Слепой резко наклонился и распластался на земле, кланяясь в ноги. К несчастью, его лицо было направлено в неправильную сторону, и вместо Лешака он кланялся Аббаду. Это делало ситуацию ещё более жалкой. Лешак чувствовал, что не сможет простить себя, если оставит этого человека так.

— Н…но спасибо за слова…… я… никогда этого не забуду.

Слепой отполз. Лешак резко выдохнул.

— Не уходи. Я не понимаю.

— В…вам не нужно…… беспокоиться……

— Уже слишком поздно. Я ведь уже тебя увидел.

— О, нет…… э…это невозможно.

Mea culpa.

Слепой стремительно поднялся и исчез за углом, откуда появился.

— Что?

Аббад широко раскрыл глаза.

— Что это было? Он двигался так быстро.

— Чёрт возьми!

Лешек, ругаясь, бросился за угол. Но за эти мгновения слепой бесследно исчез. Лишь несколько багровых отсветов мелькнуло в пустоте, и... ничего более — лишь пустая улица и его тщетный возглас, повисший в тишине.

— Ваша светлость, возможно, он нам просто пригрезился? Что это вообще за человек... — пробормотал Аббад с ноткой неверия.

Лешак слегка скрипнул зубами. Аббад, быстро уловивший настроение своего господина, заговорил с ним утешительным тоном.

— Раз уж мы ищем графа Кастера, не поискать ли нам и слепого? Но если он такой, то, кажется, нет никакого смысла его искать.

— ……Да!

Бам!

Лешак со всей силы ударил кулаком по каменной стене. Аббад видел, что рука принца разбита в кровь. Однако для Лешека эта боль не шла ни в какое сравнение с гнетом собственного бессилия и этой непостижимой ситуации.

— Пойдём. Нам нужно найти графа Кастера, пока он не наделал глупостей.

— Вы правы.

Их шаг, задержанный на несколько мгновений, вновь стал быстрым.

Спустя ровно три часа принц Лешак и его группа нашли графа Кастера. К несчастью, граф уже был окоченевшим трупом. Странный труп не имел на теле никаких следов насильственной смерти, кроме глаз, превратившихся в тёмно-красные впадины.

3

«Хах, хах…»

Радан прижал руку к сердцу, готовому выпрыгнуть из груди. Он перестал бежать, на мгновение задержал дыхание, и постепенно его дыхание выровнялось.

«Хуу»…

Кожа, разорванная плетью, горела огнём. Радан присел, прислонившись к красной стене.

— Надо… бежать, — прошептал он, сжавшись в её тени.

Тело не слушалось. Ныли старые рубцы, а подкашивающиеся ноги отказывались держать его.

— Теперь, когда… тело… найдут… — с трудом выговорил он, заставляя дрожащую руку коснуться земли.

Всё его тело била мелкая дрожь. И сквозь неё он вспомнил большое тепло руки, что поддержала его, когда он споткнулся.

— Лешак… он Первый Принц.

Насколько ему было известно, в Империи был только один человек, кого почтительно называли «Ваше Высочество». Тепло, запечатлевшееся на его коже, теперь сковывало ноги словно самые настоящие кандалы.

— О нет, — прошептал он, схватившись за голову и начав раскачиваться, как ребёнок.

В ушах стоял голос того, кто послал его в это место. Казалось, он нашептывал прямо в сознание: «Это принц Лешак! Сколько бы других ты ни убил, война не закончится. Ты должен убить Лешака! Если представится возможность, сделай это!»

Лицо Радана исказилось от отчаяния. Он отчаянно хотел выбросить из головы всё, что случилось сегодня, стереть до самого основания. Но в его памяти упрямо застыли сладкие, как леденец, слова принца, обещавшего ему иную жизнь, если он только захочет.

Но это было несбыточное желание! Их следующая встреча была уже предопределена.

http://bllate.org/book/13307/1183811