Готовый перевод My husband supports us soldiers [farming] / Муженёк кормит мою армию [Земледелие] [💗] ✅: Глава 40. Праздник полного месяца Часть 2

— Генерал Ду, так нельзя!

— Янь Кань, быстрее, малыш уже перестал плакать!

Все в панике бросились через галерею.

Ду Фан поднял голову с бесстрастным лицом, но в его холодных глазах явно читалась настороженность.

Янь Кань провел пальцем перед глазами малыша в его объятиях.

Янь Сяобао заморгал, увидев родного отца, его губки задрожали:

— У-у…

— Ваааа!!!

— Заплакал! Ду Фан, ты довел ребенка до слез! — Несколько военачальников побледнели. Они не знали, то ли брать малыша на руки, то ли успокаивать его, и в итоге засуетились, словно муравьи на раскаленной сковороде.

В глазах Ду Фана мелькнула паника. Он бережно прижал ребенка к себе и уставился на Янь Каня еще более ледяным взглядом.

Ци Си, стоявший рядом, приподнял бровь.

«Похоже, этот молодой генерал просто не умеет выражать свои чувства».

В итоге Янь Сяобао вернулся в объятия Янь Каня, но его ротик все еще дрожал, а личико, было мокрым от слез. Носик и глазки покраснели — зрелище было до боли трогательным.

Янь Кань успокоил его и с улыбкой поддразнил:

— Обычно он редко плачет. Ду Фан, ты действительно умеешь удивлять.

Рука Ду Фана дрогнула, а выражение его лица стало леденящим.

Ци Си, стоявший рядом, вздохнул.

«Янь Кань по натуре любит подшучивать над людьми — в нем есть эта вредная привычка».

Военачальники обычно были заняты своими делами и редко собирались так непринужденно.

Ци Си подошел, взял Янь Сяобао из рук Янь Каня, чтобы дать им спокойно пообщаться.

Но когда он уже собирался уйти, Янь Кань мягко схватил его за запястье и усадил рядом с собой.

Так что Ци Си остался, развлекая малыша и слушая их беседу.

К полудню начался пир.

Янь Сяобао тоже отправили подкрепиться.

За двумя столами расположились: за одним — Ци Си, Янь Кань и военачальники, за другим — А Син, А Чу и несколько солдат, которым позже предстояло отнести своих командиров домой.

На столе стояло двенадцать блюд: холодные закуски, горячие блюда, десерты и даже тарелка с фруктами — все было приготовлено в соответствии с традициями города Сеша.

Перед тем как пить, нужно было закусить, поэтому все сначала сосредоточились на еде.

Попробовав несколько кусочков, присутствующие удивились.

Янь Чоу первым не выдержал и спросил:

— Откуда эти блюда? Я столько лет живу в Сеша, но никогда такого не пробовал.

Янь Кань улыбнулся:

— Вырастили сами. Вкусно?

— Прекрасно, просто прекрасно!

— В следующем году и в нашем лагере нужно такое посадить.

За едой военачальники постепенно разошлись, принялись за выпивку.

Янь Кань, с одной стороны, следил, чтобы Ци Си поел, а с другой — выдерживал напор товарищей, подносивших ему чашу за чашей. Даже когда Ци Си уже встал из-за стола, лицо Янь Каня оставалось невозмутимым.

Ци Си взглянул на шумную компанию и неспешно направился на кухню.

«Судя по всему, придется приготовить похмельный отвар».

***

Как и следовало ожидать, застолье затянулось с полудня до вечера.

Впрочем, все здесь были привычны к выпивке — несколько походов в уборную, и на лицах не осталось и следа опьянения.

Остаток дня они провели в кабинете, обсуждая, судя по всему, военные дела.

К вечеру снова сели за стол, но на этот раз почти не притрагивались к еде, сосредоточившись на вине.

Луна сияла ярко, и ночь выдалась особенно светлой.

Даже маленький виновник торжества, Янь Сяобао, уже был отправлен спать, когда гости наконец стали расходиться.

Заранее ожидавшие слуги тут же принялись поить своих господ приготовленным Ци Си похмельным отваром, после чего одних отправили в лагерь, а тех, кто не мог идти, отнесли в подготовленные для гостей комнаты.

Вскоре усадьба опустела, остались лишь хозяева.

Слуги принялись убирать со стола, а Ци Си занялся пьяным супругом.

Янь Кань сидел, а Ци Си стоял перед ним.

Пламя свечи мерцало, окутывая мягким светом двоих — одного стоящего, другого сидящего.

— Янь Кань, ты пьян?

Янь Кань покачал головой и притянул руку Ци Си к своему лицу. Ладонь была прохладной, слегка снижая жар разгоряченных щек. Ее мягкость приятно ласкала кожу.

— Тогда пойдем.

Стол уже убрали, а он все сидел. Даже когда А Син пытался помочь ему подняться, тот не шелохнулся.

Ци Си опустил взгляд на лицо мужчины.

Янь Кань сидел с невозмутимо-строгим выражением, с поджатой челюстью. Осанка прямая, вид степенный и надежный.

Выглядел так, будто и правда трезв.

«Но как он может быть трезв, если лицо такое горячее?»

— Пошли.

— Пойдем.

Ци Си взял его за руку, пытаясь поднять, но тот, пользуясь силой, перехватил инициативу, обвил Ци Си руками и притянул к себе.

Теперь Ци Си стоял между его ног, ощущая жар ладоней на пояснице. В следующее мгновение тяжелая голова опустилась ему на живот.

— Мой супруг~

«Пьяный — и еще более влюбчивый».

Ци Си слегка шевельнул пальцами, затем поднес ладонь к подбородку Янь Каня, бережно приподнимая его лицо.

Янь Кань запрокинул голову, мягко упираясь подбородком в живот Ци Си, и покорно поднял взгляд.

— Мой супруг~

Его глаза сияли, словно звезды, и весь этот свет был обращен лишь к Ци Си.

Дверь была открыта, вечерний ветерок лениво шевелил воздух. Расслабление после долгого дня накрыло Ци Си волной усталости.

Он стоял лицом к двери, на мгновение закрыв глаза, позволяя ветру овевать лицо.

Человек, обнявший его, не шевелился, будто застыв.

Ци Си решил, что тот уснул, но, опустив взгляд, встретился с глазами, которые пристально наблюдали за ним. В них была вся вселенная — бездонная и непостижимая.

— Мой супруг.

Увидев, что Ци Си снова смотрит на него, Янь Кань обрадовался и, щурясь, не скрывал своих чувств.

Ярких, искренних — от них сердце Ци Си смягчилось.

Он тихо вздохнул и потянул руку мужчины за спиной.

— Пойдем, пора спать.

Янь Кань встал, слегка пошатнувшись.

Ци Си тут же перекинул его руку через свое плечо.

Янь Кань тут же уцепился за него, словно осьминог, второй рукой обвивая шею.

К счастью, он понимал свой вес и не наваливался всем телом, лишь прижимался к Ци Си, нежно потираясь щекой о его лицо.

Затем губы коснулись кожи. Прикосновение было мягким, но сам Янь Кань, казалось, удивился этому.

Через мгновение он повторил поцелуй.

Ци Си не оставалось ничего, кроме как позволить пьянице покрыть свое лицо алкогольным ароматом.

Наконец в комнате Ци Си опустил его на постель.

Он собирался принести похмельный отвар, но руки Янь Каня не отпускали.

Ци Си пристально посмотрел на него:

— Янь Кань, отпусти.

Янь Кань надул губы.

В этот момент Ци Си словно увидел перед собой Янь Сяобао с тем же обиженным выражением.

Его голос смягчился, он осторожно снял руки с шеи:

— Я никуда не уйду. Просто принесу отвар со стола.

— …Не уходи. — Янь Кань по-прежнему не отпускал.

Без вариантов, Ци Си пришлось вести его обратно к столу. Придерживая, чтобы тот не упал, он наблюдал, как Янь Кань залпом выпивает похмельный отвар.

Выпив отвар, Янь Кань громко рыгнул.

Его глаза стали мутными, но взгляд по-прежнему не отрывался от Ци Си.

— Мой супруг.

Ци Си поставил чашу на стол и отозвался.

— Мой супруг…

Руки Ци Си оказались зажаты в ладонях Янь Каня и прижаты к его лицу. Ци Си ткнул пальцем в его щёку и тихо произнёс:

— Янь Кань, ты такой прилипчивый.

— Мой супруг~

— Угу.

Янь Кань успокоился.

«Если не отвечать — он будет повторять без конца».

— Господин, горячая вода готова. — А Син вошёл, неся таз.

В тот же миг якобы послушный до этого Янь Кань нахмурился и уставился на вошедшего мрачным взглядом. Его глаза горели, как у голодного волка из лесной чащи, будто он готов был разорвать А Сина на части.

— Господин, если что — позовите, я уже ухожу! — Поставив таз, А Син тут же бросился вон, опасаясь, что его хозяин в невменяемом состоянии устроит ему взбучку.

Ци Си неожиданно рассмеялся.

Янь Кань застыл, заворожённый.

Ци Си тут же спохватился, мгновенно сбросив улыбку, и холодно приказал:

— Умывайся.

— Мой супруг… м-м…

Ци Си просто зажал рот этому прилипале ладонью и кое-как довёл процедуру до конца.

Вернувшись на ложе, Ци Си снял с себя цепкие руки.

— Хватит дурачиться, пора спать.

Янь Кань отполз вглубь постели, но руку Ци Си не отпускал.

— Спать.

Ци Си взглянул на кровать и покачал головой:

— Ты спи здесь.

— Супру… м-м…

Ци Си снова закрыл ему рот ладонью, приподнял его лицо. Их взгляды встретились, и он чётко проговорил:

— Спать. Будь послушным.

Ладонь внезапно обожгло влажным теплом. Зрачки Ци Си сузились, и он мгновенно отдёрнул руку.

«Похоже, сейчас Янь Кань вообще не воспринимает мои слова».

Ци Си высвободил свою руку, решительно прижал Янь Каня к постели и накрыл одеялом до пояса.

— Не шевелись. Спи.

Янь Кань: — Су…

Рот снова оказался закрыт ладонью. Янь Кань прищурился, словно довольный удавшимся коварным планом, улыбаясь, как лис.

После долгих мучений он наконец закрыл глаза.

Ци Си осторожно высвободил свою руку.

Он зевнул и в изнеможении плюхнулся на кровать. Только начал погружаться в сон, как к его спине прижалось что-то теплое.

Ци Си пробормотал сквозь сон:

— Янь Кань...

— Мой супруг, я хочу спать на кровати.

Волна усталости накрыла Ци Си, сознание оборвалось — он просто провалился в сон.

***

Утром Ци Си проснулся от духоты.

Открыв глаза, он увидел прямо перед собой увеличенное лицо. Чье же еще, если не Янь Каня.

Ци Си нахмурился, смутно припоминая невнятный голос перед сном.

Они лежали так близко, что Ци Си попытался отодвинуться. Но рука на его талии сжалась, притягивая его глубже в объятия.

Легкий аромат туши заполнил ноздри — теперь все вокруг пахло Янь Канем.

Лицо Ци Си прижалось к его обнаженной груди, и он не мог понять, что горячее — его собственные щеки или тело Янь Каня.

Смущенно Ци Си произнес:

— Янь Кань, отпусти.

Рука на талии была сильной, изгибая его стан в изящную дугу.

Через тонкую ночную рубашку он чувствовал каждую черточку кожи.

— Чей это супруг... такой красивый.

Ци Си поднял взгляд.

Янь Кань с улыбкой смотрел на него.

— Как я оказался в постели моего супруга?

Ци Си уперся ладонями в его грудь, почувствовал тепло и тут же сжал пальцы.

— Вчера какой-то пьяница...

— Это был я. — Янь Кань уткнулся лицом в плечо Ци Си, вдыхая его запах. — Мой супруг так хорошо пахнет, не хочу отпускать.

Он рассмеялся, грудь вибрировала под ладонями Ци Си, заставив его отдернуть руки.

Теперь большая рука переместилась на спину, слегка надавила — и Ци Си снова оказался прижатым к Янь Каню.

Ци Си окончательно сдался.

«Ладно, пусть обнимает, если хочет».

Когда Ци Си затих, Янь Каню стало не по себе. Он опустился ниже, подложил руку под шею Ци Си, их лбы соприкоснулись.

— Мой супруг, я прошу разрешения спать на этой кровати всегда.

Они были так близко, что Ци Си чувствовал его дыхание на своих губах. Он слегка отклонился назад.

Янь Кань приблизился, его взгляд на губах Ци Си потемнел. Сдержанно он поцеловал его подбородок.

В груди Ци Си что-то сжалось. Он спрятал лицо в шее Янь Каня.

— Могу я отказать в этой просьбе? — прозвучал его приглушенный голос.

— Не разрешается.

«Все тот же Янь Кань, неизменно властный».

— Я уже забрался в постель моего супруга, значит, обратного пути нет. Разве не так? Мой супруг, подумай — будь на моем месте ты, разве ты бы ушел?

— Такой возможности нет. — Ци Си поднял голову, глядя в наполненные смехом глаза Янь Каня. — Я бы не полез ночью в чужую постель.

— Хе-хе... — Янь Кань рассмеялся.

Он крепче прижал Ци Си к себе, нежно потираясь щекой о его плечо.

— Мой супруг, что будем делать, если от меня уже не избавиться? Даже если ты прогонишь меня, я все равно могу ночью пробраться...

Ци Си поднял руку и закрыл ему рот ладонью.

Его черные волосы растрепались от трения. Закрыв на мгновение глаза, он пробормотал:

— Хочешь спать здесь — спи.

— Благодарю моего супруга!

Ответил он удивительно быстро.

Ци Си слегка оттолкнул его:

— Пора вставать, а то снаружи уже начнут звать.

— Хорошо, как скажешь, мой супруг.

Теперь Янь Кань не смел ни в чем перечить Ци Си — все из-за страха, что его господин передумает и лишит его права делить с ним ложе.

Проснувшись сегодня и увидев Ци Си рядом, а также получив то, о чем так долго мечтал, Янь Кань пребывал в прекрасном настроении.

А Син, заметив это, не удержался:

— Господин, не случилось ли чего радостного?

Ци Си, опасаясь, что тот наговорит лишнего, оборвал:

— Завтрак.

Янь Кань усмехнулся:

— Действительно случилось.

А Син округлил глаза от любопытства:

— Что же именно?

Янь Кань бросил на него взгляд и сказал:

— Есть.

А Син надулся, обиженно думая:

«Какое неравноправие!»

— А где остальные?

— Ушли на рассвете. — А Син засеменил следом за Янь Канем. — Господин, что делать с подарками, которые вчера принесли горожане?

Только боги знают, каково было А Сину, когда они вчера открыли ворота — корзины с провизией едва не похоронили их под собой.

И все это богатство появилось у ворот так тихо, что привратник ничего не заметил.

Вчерашнее мероприятие Янь Кань затеял, чтобы близкие познакомились с Ци Си и узнали о существовании Янь Сяобао. Скрывать это он не планировал.

Хотя дела генеральского дома не принято разглашать, и хотя прямо об этом не говорилось, все должны были понимать границы.

— Выясни, кто разболтал. Передай, что если повторится — больше не понадобятся их услуги.

— Будет исполнено.

— Что касается этих подарков… нужно сначала обсудить с господином.

***

После завтрака Янь Кань повел Ци Си во внешний двор.

Как и говорил А Син, подарков действительно было много.

Ци Си прошел между ними, разглядывая красные яйца, игрушки, вырезанные плотниками, одежду, овощи и даже кур с утками… Все это было тем, что люди могли позволить себе отдать, считая хорошими подношениями.

— Мой супруг, вернуть обратно?

— Ты можешь сопоставить эти вещи с теми, кто их принес?

«Конечно, лучше всего было бы вернуть. Помимо того черного щенка, усадьба никогда не принимала подарков от людей. Если сделать исключение сейчас, в будущем будет еще сложнее отказывать».

Янь Кань:

— Могу, но это потребует некоторых усилий.

— Тогда верни.

Ци Си задумался на мгновение, постучал пальцами по подолу одежды и посмотрел на Янь Каня:

— Может, добавим что-то от себя?

Янь Кань с любопытством переспросил:

— Что именно?

Ци Си:

— Овощи.

— А Син, овощи у соседей уже собраны?

— Нет.

Предыдущий урожай был отправлен соседним воинам, а из этого использовали лишь немного для приготовления блюд. Овощи, подаренные воинам, не были выращены в их собственном огороде — их бы просто не хватило.

— Тогда пойдем, соберем.

Янь Кань поймал руку Ци Си, свисавшую вдоль тела, и пошел с ним рядом:

— Мой супруг хочет пойти туда?

Ци Си бросил на него взгляд и ответил:

— Я всегда только слышал об этом месте, но никогда не видел. Мне любопытно.

Янь Кань кивнул с серьезным выражением лица, но при этом упорно переплел пальцы с Ци Си.

А Син не мог на это смотреть и сказал:

— Тогда я позову побольше людей.

***

К северу от усадьбы, где сейчас жил Ци Си, раньше находились сады прежних владельцев.

Территория была огромной, занимая большую часть северо-восточной части города.

За усадьбой, к западу от Аптекарского сада Чжоу Цзытуна, после прохождения через ворота и поворота на юг, находилось то самое «соседнее место», о котором так часто говорили в генеральском доме.

За воротами начиналась дорога, выложенная каменными плитами, по обеим сторонам которой стояли искусственные скалы. Клены и кустарники создавали тень, почти полностью перекрывая солнечный свет.

Здесь действительно было довольно живописно.

Пройдя эти несколько десятков метров и выйдя из кленовой рощи, они оказались перед ровными полями. На ближайших участках земля то пустовала, то была засажена овощами, а кое-где еще оставались лекарственные травы.

«Похоже, это земли генеральского дома».

На других полях просо клонилось к земле под тяжестью колосьев, меняя цвет с зеленого на светло-желтый. Там и сям росли бобы и… хлопок?

— А вон там?..

А Син хихикнул:

— Это я посадил по методу господина, и выросло вот такое странное растение. Все считают его красивым и ждут, когда господин скажет, что с ним делать.

Ци Си невольно вспомнил грубые шерстяные одежды, которые большинство носит зимой. Он провел рукой по своему шелковому наряду и тихо сказал:

— Когда цветы почти отцветут, соберите белые части. Семена внутри тоже сохраните.

— Хорошо.

Ци Си стоял на краю поля, его взгляд скользил вдаль. На востоке виднелись дома.

«Совсем как деревня, совсем не так, как я представлял».

— Пойдем туда? — спросил Ци Си у Янь Каня.

Янь Кань покачал головой:

— Если пойдем, только побеспокоим их.

Без лишних слов они с А Сином направились к участку с овощами.

Сзади за ними шел А Чу с маленькой корзинкой за спиной. Дойдя до поля, он ловко перекинул корзину на бок и зашагал между грядками.

Участок был немаленьким. Взгляду открывались отдельные грядки с перцем, помидорами, баклажанами, арбузами, бататом, картофелем и даже кукурузой…

«То, что было обычным в моей прошлой жизни, здесь тоже есть. Просто выращивают мало, поэтому редкость».

А Чу стоял перед ними, его маленькие пальцы аккуратно срывали зеленый перец с ветки.

Ци Си закатал рукава. Янь Кань, заметив это, помог ему закрепить их повыше.

Он не стал отговаривать Ци Си — работа легкая, ничего страшного.

Янь Кань последовал за ним, тоже ступив на поле.

Земля здесь была хорошо обработана, не слежавшаяся. Виднелась примесь золы. Почва под ногами была мягкой, качество земли неплохое.

Кроме того, грядки были приподняты, а между ними оставлены проходы.

Сбор урожая, несомненно, радовал. На кустах перца, благодаря удобрениям, все еще висело множество плодов, а белые цветки продолжали распускаться.

Помидоры были подвязаны к кольям и тянулись вверх.

Ярко-красные плоды свисали гроздьями, их кожица переливалась румяным оттенком. Собирая их, трудно было удержаться, чтобы не сорвать один прямо сейчас и не съесть.

— Господин, как распределим эти овощи? В одну корзину поместится совсем немного.

Ци Си стоял среди грядок, его талию скрывали ветки растений. Виднелась лишь верхняя часть тела с прямой спиной, длинные волосы ниспадали на спину. Движения были неторопливыми, но точными — даже за сельской работой он сохранял изящество.

Он сорвал помидор и протянул Янь Каню:

— Главное не сами овощи, а семена.

А Син вздрогнул, сразу поняв:

— Вы хотите, чтобы они тоже посадили эти овощи?

Эти семена были редкостью. Простые люди не знали, что это такое, и не хотели тратить деньги на дорогие семена для посадки. Поэтому до сих пор эти культуры не получили широкого распространения.

Если задумка Ци Си сработает, это значительно разнообразит рацион людей!

«Это же прекрасно!»

Янь Кань тоже не ожидал такого решения от своего супруга. Он принял из рук Ци Си овощи и положил в корзину у себя на плече:

— Значит, будем давать каждой семье разные овощи. Что кому достанется, то и достанется.

Ци Си:

— Верно.

— Как же это прекрасно! Благодарю господина! — Вмиг А Син, будто обретя крылья, засуетился на поле с новыми силами.

«Как же я сам до этого не додумался?»

«Хотя... нет. Будь на моем месте, я тоже не купил бы семена незнакомых растений».

Ци Си устал и слегка выпрямился. Только он поднял руку, как Янь Кань уже вытер капли пота у его виска.

— Мой супруг, отдохни немного.

Ци Си посмотрел на него, уголки губ приподнялись.

— Хорошо.

Вдруг он заметил группу людей, направляющихся к ним, и замер. Он тронул руку Янь Каня, указывая взглядом на восток.

Янь Кань тихо рассмеялся, его низкий голос прозвучал приятно в ушах:

— Они нас увидели и пришли помочь.

— Генерал!

— Командир!

Люди весело подбежали, неся свои корзины.

Те, кто называл Янь Каня «генералом», сражались под началом его отца или старшего брата. А те, кто обращался к нему как к «командиру», были теми, кто оставил службу после того, как он сам стал главнокомандующим.

Поприветствовав их, все сразу принялись за работу.

Янь Кань, заметив взгляд Ци Си, улыбнулся с легкой досадой.

Ци Си обратил внимание, что эти люди были либо пожилыми, либо с ампутированными руками, хромыми, или же без видимых увечий, но с замедленными движениями.

Однако на их лицах не было и следа уныния от ран — напротив, каждый выглядел искренне спокойным и радостным.

Вдруг он словно заглянул за завесу, которой Янь Кань прикрывался перед ним, и увидел его истинную ответственность как главнокомандующего.

Сердце Ци Си дрогнуло, и он мягко произнес:

— Им тоже нужно дать.

— Конечно. — Янь Кань улыбнулся, глядя на его лицо, белое с легким румянцем, и ему захотелось поцеловать его.

Их взаимодействие не ускользнуло от внимания солдат. Они не видели Ци Си раньше, но, судя по рассказам А Сина, могли догадаться, что человек рядом с генералом — его супруг.

«Но одно дело — слышать, а другое — увидеть своими глазами».

Когда люди узнали, что Янь Кань женился на мужчине, большинство не могло в это поверить. В империи Великой Шунь даже содержание мужчин-наложников нужно было скрывать — кто же открыто делает мужчину своей женой?

Но когда они воочию увидели Ци Си, все замолчали.

Этот человек, похожий на небожителя… Кажется, вполне нормально, что генерал его полюбил. Что касается того, жена он или нет…

«Хм…»

«Главное, чтобы генералу нравилось».

Меньше чем за четверть часа борьбы с собой все пришли к пониманию.

Когда Янь Кань вернулся, чтобы высыпать переполненную корзину с овощами, к Ци Си подошёл любопытный юноша.

— Госпожа…

Ци Си увидел молодого парня, очень юного на вид — лет семнадцати-восемнадцати. Несмотря на хромоту, на его лице сияла безудержно радостная улыбка.

— Госпожа…

— Зови меня Ци Си.

— Господин, зовите его господином! — вмешался А Син, размахивая руками. — Они всё равно не смогут называть вас по имени!

— Господин… Вчера мы ели прекрасные блюда и вино, присланные из усадьбы, но ещё не поблагодарили госпожу… то есть господина.

Ци Си, видя, как молодой парень робел, слегка улыбнулся:

— Вчера следовало бы пригласить вас в усадьбу.

— Да что вы, что вы…

Заметив, что Янь Кань уже идёт к ним большими шагами, парень съёжился и поспешно спросил:

— Вчерашние блюда были очень вкусными! Не могли бы вы, когда у этих овощей появятся семена, поделиться ими с нами?

В этот момент Янь Кань уже подошёл вплотную.

Уставившись на съёжившегося парня, он строго сказал:

— Конечно.

«!!!»

— Тогда, генерал, я откланиваюсь! — Парень тут же бросился наутек.

Ци Си взглянул на Янь Каня.

Опять специально пугает людей.

Янь Кань тут же расплылся в улыбке, а затем неожиданно поцеловал Ци Си в уголок губ.

Ци Си дёрнулся.

С хрустом ветка на сорванном фрукте переломилась.

Лицо Ци Си мгновенно залилось румянцем.

Он редко когда осмеливался гневно взглянуть, но сейчас, с покрасневшими веками, в нём не было ни капли устрашения.

Янь Кань придвинулся ближе и, бесстыдно ухмыляясь, спросил:

— М-м? Что, мой супруг?

Паренёк, только что спрашивавший о семенах, тут же прикрыл глаза ладонями.

«Он думал, что генерал так зол из-за какой-то его ошибки… А это просто ревность!»

Ци Си стиснул зубы и ущипнул Янь Каня за упругий бок.

Янь Кань скривился:

— А-ай!..

http://bllate.org/book/13339/1186334