Готовый перевод Transmigrating into Long Aotian’s Love Rival / Переселение в тело любовного соперника Лун Аотяня: Глава 1. Чем жить вот так, лучше уж прямо сейчас убить его!!!

Прежний хозяин этого тела происходил из прославленной семьи культиваторов. Его отец, Ли Яньби, был владыкой пика Фиолетовой Террасы и прославленным мастером меча своего времени.

По сравнению с никому пока не известным Чу Юэ, обременённым кровной враждой*, положение Ли Ланьсю было несравнимо выше: один словно находился на небесах, а другой — на земле**.

*Кровавая вражда (血海深仇 / xuèhǎi shēnchóu / сюэхай шэньчоу) буквально «глубокая ненависть, подобная морю крови» — непримиримая вражда, вызванная убийством близких или иным тяжким преступлением и требующая возмездия.

**Один на небесах, другой на земле (一个是天，一个是地 / yí ge shì tiān, yí ge shì dì / и гэ ши тянь, и гэ ши ди) — образное выражение, подчёркивающее огромную разницу в положении, возможностях или статусе двух людей.

В книге прежний Ли Ланьсю появлялся всего несколько раз и всякий раз вёл себя высокомерно и властно и, пользуясь могуществом своей семьи, притеснял тех, кто был слабее.

Позже Чу Юэ несколько раз публично унижал его и ставил на место*, пока доведённый до крайности Ли Ланьсю, словно загнанная в угол собака**, не решил во что бы то ни стало убить его.

*Публично поставить на место (打脸 / dǎliǎn / далянь) буквально «ударить по лицу» —публично посрамить человека, опровергнув его слова или наглядно продемонстрировав его несостоятельность.

**Загнанная в угол собака (狗急跳墙 / gǒu jí tiào qiáng / гоу цзи тяо цян) буквально «собака в отчаянии перепрыгивает стену» — доведённый до крайности человек способен решиться на безрассудный или отчаянный поступок.

В конце концов Чу Юэ выколол ему глаза, вырвал язык, разрушил его основу совершенствования, перерезал сухожилия на руках и ногах и заточил в тёмной хижине, где выращивали лекарственные травы. Затем он проделал в теле Ли Ланьсю несколько кровавых отверстий и стал выращивать в них лекарственные травы.

Тело практика само по себе было настоящим сокровищем. Лекарственные травы, выращенные в его теле, поглощали духовную энергию из моря ци и даньтяня*, благодаря чему обладали превосходными целебными свойствами. В то же время их сила подпитывала само тело, позволяя духовной энергии Ли Ланьсю постоянно восстанавливаться. Так лекарственные травы можно было выращивать и собирать снова и снова, практически без конца.

*Море ци и даньтянь (气海丹田 / qìhǎi dāntián / цихай даньтянь) — в даосской и фэнтезийной традиции даньтянь — энергетический центр в теле практика, а «море ци» обозначает область сосредоточения и накопления духовной энергии.

Что до того, почему Чу Юэ не лишил его ещё и слуха, причина была проста: так было «интереснее».

Заниматься любовью* с любимой невестой человека, который не мог ни пошевелиться, ни умереть, прямо у него на глазах, заставляя его слушать сладострастные стоны богини, которой он поклонялся, пока ею овладевал другой мужчина… Такое «развлечение» и в целом мире редко сыщешь.

*Заниматься любовью (巫山云雨 / Wūshān yúnyǔ / Ушань юнь Юй) буквально «облака и дождь над горой Ушань» — классический поэтический эвфемизм для сексуальной близости, восходящий к легенде о встрече правителя Чу с богиней горы Ушань.

В прошлой жизни Ли Ланьсю долгие годы страдал от тяжёлой болезни и в конце концов умер. Теперь, получив второй шанс на жизнь в теле прежнего Ли Ланьсю, он вместе с этим телом унаследовал и его судьбу. Отныне Ли Яньби был его отцом, а Пик Фиолетовой Террасы — его домом.

Ради собственной жизни, жизни отца и будущего их семьи он не мог просто сидеть сложа руки и ждать смерти…

Вцепиться в бедро* Чу Юэ и заискивать перед ним?

*Вцепиться в бедро (抱大腿 / bào dàtuǐ / бао датуй) дословно «обнять чьё-то бедро» — интернет-выражение: заручиться покровительством сильного и влиятельного человека, чтобы получить защиту или выгоду.

Отдавать ему счастливые возможности* и магические сокровища, вилять хвостом и униженно выпрашивать милость лишь ради того, чтобы сохранить себе жизнь?

*Счастливая возможность (机缘 / jīyuán / цзиюань) — благоприятный случай, встреча, находка или событие, способное резко продвинуть практика на его пути.

От одной мысли становилось противно.

Чем жить вот так, лучше уж прямо сейчас убить Чу Юэ!!!

По сюжету романа Чу Юэ вот-вот должна была подвернуться очередная счастливая возможность, а завтрашний день должен был стать началом всей дальнейшей жалкой судьбы Ли Ланьсю.

Поэтому сегодня он должен был встретиться с Чу Юэ.

*** *** ***

На другом конце Пика Фиолетовой Террасы шисюн Чусюань растирал киноварь в своей пещерной обители. На его поясе висел медно-золотой колокольчик Трёх Чистых*.

*Колокольчик Трёх Чистых (三清铃 / Sānqīng Líng / Саньцин лин) — даосский ритуальный колокольчик. «Три Чистых» — три высших божества даосского пантеона: 1) Юйцин Юаньши Тяньцзунь — Небесный Владыка Изначального Начала, 2) Шанцин Линбао Тяньцзунь — Небесный Владыка Чудесного Сокровища, 3) Тайцин Даодэ Тяньцзунь — Небесный Владыка Дао и Добродетели (Лао-цзы)

Динь-динь. Колокольчик вдруг зазвенел сам собой, хотя ветра не было.

Чусюань снял его с пояса, и изнутри донёсся женский голос:

— Сяньчжан*, молодой господин сказал, что хочет увидеть того смазливого красавчика.

*Сяньчжан (仙长 / xiānzhǎng / сяньчжан) буквально «Почтенный бессмертный» / «Старший бессмертный» / «Даосский старец» / «Уважаемый наставник» / «Почтенный даос» — почтительное обращение к даосскому практику, культиватору или человеку, достигшему высокого уровня духовного совершенствования.

Чусюань продолжал растирать киноварь пестиком.

— Вот как? Он ещё жив? Значит, мой шиди* всё ещё не успокоился и теперь решил сам с ним разобраться?

*Шиди (师弟 / shīdì / шиди) — младший по времени вступления или положению ученик той же школы; родства между учениками не подразумевает.

— Я не знаю. Молодой господин выглядит совершенно спокойным…

Пестик в руке Чусюаня замер. Он поднял голову, и лицо его стало мрачным.

— Я понял.

Он снова повесил колокольчик Трёх Чистых на пояс, закончил растирать киноварь в ступке и вышел наружу. У входа в пещерную обитель его уже ожидали несколько учеников Пика Фиолетовой Террасы в белых одеждах.

— Идёмте со мной, — вздохнул Чусюань. — Я сам отведу этого юношу к моему шиди.

*** *** ***

Среди облаков и лёгкой туманной дымки возвышался величественный дворец.

С резных карнизов свисали изысканные фонари, освещавшие всё вокруг так ярко, словно на дворе стоял день.

Чусюань остановился и обернулся. Среди белоснежных одежд учеников фигура юноши казалась единственным тёмным мазком густой туши. Будто, он сошёл со старинного живописного свитка: он был стройный, прямой и с редким благородством в осанке.

Чёрная одежда плотно облегала его стройное худощавое тело. Разорванные раны превратились в сплошное кровавое месиво, густая кровь пропитала ткань, и казалось, будто вся одежда была соткана из крови.

В воздухе стоял густой металлический запах крови.

Обычный человек от такой боли давно бы истошно кричал* и катался бы по земле.

*Истошно кричать (哭天喊地 / kū tiān hǎn dì / ку тянь хань ди) буквально «плакать к Небу и кричать к Земле» — громко рыдать, причитать и кричать от сильной боли или отчаяния.

Однако лицо Чу Юэ оставалось совершенно спокойным. Его глаза были закрыты, и по выражению лица невозможно было понять, что он чувствует.

Чусюань достал нефритовую подвеску, которую всегда носил при себе, и вставил её в квадратное углубление на двери.

Через мгновение створки сами собой разошлись в стороны. Просторный зал освещали ночные жемчужины, а ворвавшийся внутрь ветер подхватил алые полупрозрачные занавеси, и те плавно заколыхались.

Ли Ланьсю полулежал на мягком ложе, напоминавшем трон, и читал свёрнутую в рулон книгу. Позади него стояли две красивые служанки с чайными подносами в руках.

Поверх нижней одежды на нём была накинут просторный верхний халат с широкими рукавами. Он не подпоясал его, поэтому полы свободно расходились на груди, открывая чётко очерченные ключицы. Густые чёрные волосы были небрежно собраны, а в тускло поблёскивающем головном украшении покачивалось длинное павлинье перо.

Одну босую ногу Ли Ланьсю поставил на подставку; свободный подол одежды обвивал щиколотку, на которой блестел золотой браслет.

Ли Ланьсю лишь мельком взглянул на Чу Юэ, снова перевёл глаза на книгу и неторопливо перевернул страницу.

— Подойди сюда и встань передо мной на колени.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/13354/1187649