Цзян Вань выбирал среди множества ароматов «заменителей феромонов Альфы» то, что ему хотелось бы попробовать в этот раз. Мятный? Надоело. Еловый? Пресно. Вереск? Слишком прямолинейно.
Он без всякого интереса снова улегся в постель, скучая и вспоминая Альфу, которого видел вчера. Тот был достаточно юным, только-только достигнув совершеннолетия, и от него исходил прохладный, естественный аромат кедра. Его кожа была прекрасной, прохладно-белой, и он совсем не походил на тех самодовольных и напыщенных Альф, которых Цзян Вань привык видеть.
Как же его звали?
Доу Мин?
Да, его имя должно быть Доу Мин.
Сын Доу Дели, того самого человека, который задолжал компании триста тысяч, и скрылся. Кто бы мог подумать, что у него такой красивый сын?
По идее, долг отца должен платить сын... Цзян Вань на мгновение задумался о том, чтобы заставить Доу Мина расплатиться с долгом своим телом.
Но, вспомнив изящные черты юноши, пленительный аромат его феромонов и высокую фигуру, Цзян Вань инстинктивно почувствовал, что использовать свою власть, чтобы давить на него – не лучшая идея.
Он хотел, чтобы юноша сделал это добровольно... поделился своими феромонами. Достаточно одного вдоха в день. Да, одного вдоха в день будет достаточно.
Цзян Вань посмотрел на себя в зеркало. В последнее время он никак не мог найти приятных альфа-феромонов и ощущал себя розой, теряющей влагу: поры расширились, а цвет лица стал тусклым и безжизненным.
Он быстро наложил на лицо маску, чтобы увлажнить кожу.
Сняв маску и увидев в зеркале своё посвежевшее отражение, он принял решение.
*** *** ***
На следующий день.
Цзян Вань надел школьную форму старшеклассника, которую принес его ассистент, и, сев в скромный Майбах, полный предвкушения направился в школу.
У входа в 12-й класс 2-й параллели уже некоторое время ждал классный руководитель.
До него дошли слухи, что сын одного из членов школьного совета подвергся издевательствам в престижном учебном заведении, поэтому его и перевели сюда в этот критический для него момент.
Классный руководитель, поглаживая свою лысеющую макушку, подумал про себя: "Нужно обязательно создать для этого юного господина атмосферу домашнего уюта в моем классе".
Если он сможет угодить юному господину, то мог бы рассчитывать на щедрую спонсорскую помощь!
С такими мыслями классный руководитель с энтузиазмом поприветствовал Цзян Ваня.
— Ученик Цзян, ты пришел так рано! Пойдем, учитель познакомит тебя с одноклассниками, — лицо классного руководителя, похожее на сморщенный подсолнух, расплылось в улыбке. Он смотрел на Цзян Ваня так, словно видел перед собой ходячий банкомат, и даже не смог удержаться, чтобы не протянуть руку и не погладить Цзян Ваня по голове.
Цзян Вань прищурился и засунул руки в карманы. Слабо уловимый запах феромонов с ароматом сливы, исходивший от его тела, утратил свою сладость, став холодным и отстраненным.
Рука учителя замерла в воздухе.
Цзян Вань быстро бросил холодный взгляд на вспотевшую ладонь классного руководителя, а затем, прежде чем классный руководитель успел среагировать, он снова изобразил милую улыбку, наклонил голову и ловко увернулся от руки учителя.
Он сделал вид, будто склоняет голову в милом очаровательном жесте, и тихим, слабым голосом спросил:
— Учитель, я опоздал? Может, поскорее зайдем в класс?
Не дожидаясь ответа, он поспешил внутрь.
Учитель застыл на месте, наблюдая как Цзян Вань вошел в класс с совершенно послушным и благовоспитанным видом. Он не мог не задаться вопросом: “Мне показалось, или я почувствовал в его взгляде жажду убийства? Это было лишь мое воображение?”
“Да, наверное, просто показалось”.
Классный руководитель успокоил себя и, подгоняемый взглядом Цзян Ваня, поспешил в класс, чтобы представить его ученикам.
— Всем тихо, — прочистил горло учитель, собираясь с мыслями.
Но он тут же с удивлением обнаружил, что в классе воцарилась странная тишина, еще до того как он успел открыть рот.
— Черт возьми! Только что в класс вошел красавчик! Да еще и Омега! — в классе, наполненном Бетами и Альфами с их беспокойными феромонами, температура стремительно поползла вверх.
Во времена, когда Омеги были большой редкостью, элитные школы почти безоговорочно открывали перед ними свои двери. Но в обычной школе, такой как у них, было практически невозможно встретить живого Омегу, не говоря уже о классе, где учились в основном Беты и несколько Альф.
Многие за всю свою жизнь ни разу не видели Омегу.
Легендарная, милая, сладкая, нежная, ангелоподобная Омега!
Все ученики двенадцатого класса затаили дыхание, широко раскрыв глаза и не отрывая глаз смотрели на Цзян Ваня.
“Пахнет, действительно пахнет!”
От этого Омеги исходил прямо «божественный» аромат!
Аромат был таким сладким, таким опьяняющим, таким благоухающим, что даже у таких Бет, как они, участилось сердцебиение, а лица раскраснелись.
Беты, красные, как раки, смотрели на Цзян Ваня и вдруг осознали: если даже они в таком состоянии, то что же будет с двумя Альфами в их классе?
Верно, во двенадцатом классе было два Альфы, что можно считать очень примечательным для обычного класса среднестатистической школы.
Ведь в некоторых классах Альф не было вообще.
Все ученики-Беты дружно обратили свое внимание на одного из Альф – члена спорткомитета, Чжоу Куя.
Разве Чжоу Куй обычно не хвастался своей самообладанием, утверждая, что даже если перед ним будет сотня Омег, это на него не подействует и он не продемонстрирует никакой реакции?
Цзян Вань проследил за взглядами одноклассников и тоже посмотрел на Чжоу Куя. Этот высокий парень, сидевший на последней парте у прохода, сохранял невозмутимое выражение лица, словно его действительно не волновали сладкие феромоны Омеги.
— Черт, Чжоу Куй впечатляет!
— Разве учитель биологии не говорил, что ни один Альфа не может сопротивляться влечению между Альфой и Омегой, если у него нет помеченного партнера?
— Значит, Чжоу Куй крут!
Беты перешептывались, с недоверием глядя на Чжоу Куя, и осторожно бросали косые взгляды на Цзян Ваня, опасаясь, что отсутствие реакции со стороны Чжоу Куя заденет самолюбие Омеги.
Ведь равнодушие Альфы к Омеге было почти оскорблением для последнего.
Однако Цзян Вань не обратил внимания на эти взгляды. Его взгляд переместился и остановился на парне рядом с Чжоу Куем.
Парень был одет в школьную форму – простую белую рубашку, застегнутую до самой верхней пуговицы. Под аккуратно подстриженными волосами его карие глаза, сверкали словно драгоценные камни, отражая солнечный свет.
Он не смотрел на Цзян Ваня, а сосредоточенно читал книгу, но сердце Цзян Ваня пропустило удар.
Это был Доу Мин.
В одно мгновение феромоны Омеги стали еще более концентрированными, и этот опьяняющий, сладкий аромат, наконец, прорвал защиту Альфы.
— Подождите… перестаньте восхвалять Чжоу Куя, посмотрите на его штаны…
— Пф-ф-ф…
— Он меня чуть не обманул...
— Как и ожидалось от Альфы – у него такая большая «штука»…
Цзян Вань опешил, но потом пришел в себя и снова посмотрел на Чжоу Куя. Этот парень с правильными и привлекательными чертами лица, но с каким-то странно простодушным видом, даже не осмелился взглянуть на Цзян Ваня. Его лицо напряглось, он резко встал и поспешно вышел из класса.
— Чжоу... — неловко окликнул его учитель, замялся и замолчал. Зачем возвращать Чжоу Куя? Чтобы все увидели, как его «проблема» усугубляется? Лучше дать ему самому с этим разобраться... Школьная медсестра, наверное, рассказывала ученикам что нужно делать в таких случаях, верно?
Обеспокоенный знаниями учеников по физиологии, учитель быстро представил Цзян Ваня и указал ему место.
— Ученик Цзян, ты можешь сесть на третий ряд.
Несмотря на то, что Цзян Вань был Омегой, он не был низкорослым, но учитель, желая ему угодить, посадил его в относительно близко к доске.
Цзян Вань изобразил понимающее выражение лица и сказал:
— Учитель, если я сяду в третий ряд, то закрою обзор ученикам заднего ряда. Пожалуйста, разрешите мне сесть в последний ряд.
Не дожидаясь ответа учителя, он направился к последнему ряду и с улыбкой обратился к сидевшему за одной из парт парню-Бете:
— Можно я сяду рядом с тобой?
Лицо Беты залилось румянцем, он начал заикаться и не мог произнести ни слова.
Другие одноклассники, которые следили за Цзян Ванем, дружно уставились на счастливчика. Некоторые разочарованно вздохнули, готовые замахать руками и крикнуть Цзян Ваню: «Мой сосед по парте сказал, что готов уступить тебе свое место!»
Счастливчик, казалось, почувствовав на себе недобрые взгляды и, запаниковав, воскликнул:
— Ко-конечно, можно!
Цзян Вань любезно улыбнулся, повернулся к учителю и игриво подмигнул, кокетливо прося:
— Учитель, можно я буду сидеть здесь?
Его наигранная миловидность вызвала у окружающих вздохи восхищения.
— Черт, какая прелесть!
— Моя жизнь прекрасна, я так счастлив, что теперь могу умереть без сожалний!
— У Омеги такой приятный голос.
Цзян Вань, 25-летний одинокий Омега, беззастенчиво принимал комплименты старшеклассников, и под всеобщее внимание и восхищенные возгласы неторопливо грациозно сел. Он гордо повернул голову и взглянул на Альфу, сидевшего у окна через проход.
“Ну что, Доу Мин, будешь и дальше притворяться, что учишься? Твои одноклассники уже очарованы моей миловиднстью”.
Тем временем ученики-Беты тоже с любопытством посмотрели на Доу Мина, желая узнать, действительно ли последний оставшийся в классе Альфа сохраняет спокойствие или он тоже стал жертвой сладкого аромата.
Или он, как и Чжоу Куй, уже... тц-тц-тц...
Под нарочито безразличным взглядом Цзян Ваня и жадными, широко раскрытыми глазами Бет, Доу Мин отложил книгу и медленно встал.
— Смотрите, Доу Мин встал!
— Неужели тоже!
— Эй, нет, у него как-то все плоско.
— Может быть, у него... слишком маленький?
— Да ладно тебе, он же Альфа!
— Ты думаешь, он такой же, как ты?
— Отвали! У меня намного больше твоего.
— Потом сравним после урока.
— Хорошо, сравнивать так сравнивать. Увидимся после уроков в туалете.
-----
Цзян Вань не обращал внимания на странный разговор, который начали вести между собой Беты, и украдкой следил за каждым движением Доу Мина, размышляя: "Может, он хочет сменить позу, скорректировать траекторию обзора, чтобы ему было лучше видно меня..."
Увидев реакцию Чжоу Куя, Цзян Вань был полон уверенности в себе. Разве неопытный парень, который еще не познал плотских утех, не был легкой добычей, быстро попавшейся ему на крючок? Если бы Доу Мин позже признался ему в своих чувствах, стало ли ему притворяться невинным и разыгрывать из себя недотрогу?
…С тихим щелчком Доу Мин открыл окно.
Цзян Вань вырвался из своих фантазий и в замешательстве посмотрел на него.
Молодой Альфа стоял у окна, поднеся руку к носу и размахивая ею, словно пытаяся избавиться от какого-то ужасного запаха, будто кто-то рядом пукнул, и он хотел выгнать зловоние за окно.
Цзян Вань: — ...
В классе снова воцарилась тишина. Ученики-Беты смотрели то на Доу Мина, то на Цзян Ваня, не осмеливался произнести ни слова.
http://bllate.org/book/13357/1187663
