Готовый перевод After Marrying the Evil God / После свадьбы со злым богом ✅: Глава 19: Кольцо

Мы были слишком бедны.

———

Ци Байча не сразу понял, о чём речь, или, скорее, он не ожидал, что Фу Минъе поведёт себя настолько… бесчеловечно.

п/а: не буквально, здесь имеется в виду, что он повёл себя не по-человечески.

Он бессознательно спросил:

— Что сделать?

Фу Минъе ответил:

— Тебя.

— …

Ци Байча широко раскрыл глаза:

— Меня?

— Да, — Фу Минъе холодно посмотрел на него. — Похоже, тебе на самом деле всё равно: ты и лекарство не мажешь, и от еды не отказываешься. Ты же такой способный, а теперь боишься боли? Ложись. — Последние два слова прозвучали приказным тоном, и, сказав это, Фу Минъе потянулся к пижаме Ци Байча.

Ци Байча тут же откатился от Фу Минъе, схватил одеяло и накрылся им с головой:

— Я спать.

Фу Минъе хотел поднять одеяло, но Ци Байча мёртвой хваткой вцепился в него и не отпускал, и на кровати образовалась небольшая горка.

— Ци Байча, — низким голосом позвал Фу Минъе, — чего ты прячешься?

Ци Байча не шевельнулся.

Фу Минъе смягчил тон и принялся уговаривать:

— Я просто пугаю тебя, разве я могу не заботиться о твоём здоровье… Всё же лучше намазать лекарство сейчас. Не тяни, мне за тебя больно.

— Долгая боль хуже короткой. Обещаю, что не буду смеяться.

— Чача, будь послушным.

Как бы Фу Минъе ни уговаривал, юноша продолжал пряться под одеялом и молчать.

— Ладно, ладно, не буду тебя трогать, только вылезай скорее; если ты не вылезешь и останешься там, ты задохнёшься, — вздохнул Фу Минъе.

Ци Байча не ответил, и Фу Минъе, воспользовавшись моментом, поднял одеяло, на этот раз успешно.

Увидев, что под ним, он улыбнулся.

Юноша лежал с закрытыми глазами, он уже спал. Из-за того, что под одеялами было душно, и он долго там пролежал, его бледное лицо раскраснелось, так и хотелось его укусить. Ресницы его были опущены, слегка изогнуты и тонки, каждая была видна по отдельности.

Фу Минъе какое-то время молча смотрел на него, затем беспомощно рассмеялся:

— Оказывается, я всё это время говорил сам с собой.

— Ах ты, — Фу Минъе сжал лицо Ци Байча, — мне тебя Белоснежкой назвать или Спящей красавицей?

Ци Байча нахмурился, но не проснулся.

«Он правда спит? — подумал Фу Минъе. — Или притворяется?»

Юноша рядом с ним молчал.

Фу Минъе подождал ещё немного. Убедившись, что юноша ровно дышит, он решительно принялся аккуратно расстёгивать его одежду.

Чего он ждал? Конечно же, он хотел полечить Чача, пока тот спит!

Он не ожидал, что, как только он попытается сделать первый шаг, юноша ловко перекатится к нему на руки, обнимет его за талию, а одной ногой согнётся и прижмётся к нему, лишив Фу Минъе возможности двигаться.

— Чача? — позвал Фу Минъе.

Ци Байча молчал, никак не реагируя.

Фу Минъе с подозрением посмотрел на него:

— У меня такое чувство, что ты притворяешься спящим… — Хотя Чача и любил спать, обнимая его, но его поза во сне не была такой смелой. Обычно он прижимался к нему, как маленький кролик, и уж точно не клал ноги ему на тело.

А вот Фу Минъе, который был очень беспечен, часто так делал. Ци Байча всегда думал, что он слишком тяжёлый, но не отталкивал его, привыкнув к такому проявлению близости.

Фу Минъе попытался убрать ноги Ци Байча, но юноша тут же снова прижался к нему, ещё крепче обнимая.

Фу Минъе несколько раз пытался, но всё было безуспешно. Он снова вздохнул и покорно прижал юношу к себе.

Он поцеловал юношу в лоб:

— Спокойной ночи.

———

— Доброе утро.

После привычного утреннего поцелуя Ци Байча попрощался с Фу Минъе:

— Я ушёл, пока.

Фу Минъе кивнул:

— Увидимся вечером.

Как только Ци Байча приехал в школу, он заметил, что сегодня здесь явно что-то не так.

На площадке перед школой было припарковано несколько роскошных автомобилей и микроавтобусов, а группа телохранителей в чёрной униформе не подпускала проходящих мимо учеников и учителей. Другие люди носили камеры, склонив головы и настраивая их.

Хотя эта школа была частной, но не элитной. Большинство детей были из семей высшего или среднего класса. Немногие родители могли позволить себе привозить детей в школу с таким размахом.

Неужели приехало какое-то начальство?

Это заинтриговало учеников с ранцами, проходивших мимо. Ученики в главном здании не сидели спокойно в своих классах, а толпились в коридорах и с любопытством смотрели вниз.

Ци Байча бросил взгляд на них, поднялся наверх и направился к своему кабинету, где увидел, как ряд учеников, столпившихся в коридоре, смотрит вниз. Он поднял руку и дважды постучал в дверь кабинета.

Ученики, услышав шум, тут же обернулись и стали послушными, как перепёлки:

— Доброе утро, господин Ци!

— Чего это вы все здесь стоите и глазеете? — напомнил им Ци Байча. — У нас чтение, возвращайтесь в класс.

— … Ох, — ученики неохотно вернулись в класс, расселись по местам и открыли учебники, но читать им явно не хотелось.

Один ученик не выдержал:

— Господин Ци, я слышал, что наша школа станет местом съёмок для какого-то развлекательного шоу! Несколько дней назад ребята из других классов проходили мимо кабинета директора и слышали, как он с кем-то обсуждал и согласовывал съёмки. Я не думал, что это правда!

— Я видел. На машине написано название шоу: «Бесконечная юность». А-а-а, я как раз недавно начал его смотреть, у них там много гостей, но неизвестно, кто именно.

— То есть мы увидим много знаменитостей! А разве Цзян Янь недавно не приезжал в город S? Может быть, он приехал сюда, чтобы сняться в этом шоу! Я смогу увидеть своего бога Цзян Янь-гэгэ? А смогу я попросить у него автограф?!

— Забудь, северный кампус пустует после того, как выпустились одиннадцатиклассники. Наверное, они поедут на северный кампус, чтобы подготовить его к съёмкам. Мы, девяти- и десятиклассники, с южного кампуса, их даже не увидим.

Разговор был в самом разгаре, но к чтению он не имел никакого отношения. Эти ученики впервые были так близки к знаменитостям, и они были очень взволнованы.

Ци Байча понимал их чувства и не мешал им. С такой атмосферой, царившей сегодня, даже некоторые учителя были втайне взволнованы, и ученикам было просто невозможно нормально учиться.

Чтобы не мешать учебному процессу, съёмочной площадкой для программы был выбран опустевший северный кампус, но этой новости всё равно было достаточно, чтобы отвлечь детей от учёбы.

Пока ученики болтали, в кабинет вошла красивая девушка с ранцем.

В классе на мгновение воцарилась тишина, а затем тема разговора сменилась.

— Чжуан Цзинъи вернулась!

— Чжуан Цзинъи, ты в порядке?

— Ты нас до смерти напугала в тот день.

Несколько девушек, которые были с ней близки, тут же окружили её, выражая свою обеспокоенность.

Чжуан Цзинъи вчера вообще не пришла на занятия. Она целый день восстанавливалась дома, и теперь её эмоции были гораздо спокойнее.

Она села на свое место, положила ранец, подняла голову и улыбнулась подругам по столу:

— Я в порядке, спасибо.

Она снова встала и поклонилась Ци Байча:

— Спасибо вам, господин Ци, что спасли меня. — Из того дня Чжуан Цзинъи помнила только, как её ударили по голове сзади, но не знала, что было потом. Но от родителей она слышала, что именно господин Ци вовремя пришёл ей на помощь и даже отвёз домой, сказав, что, когда она придёт в школу, она должна обязательно поблагодарить учителя.

Ци Байча слабо улыбнулся:

— Главное, что с тобой всё хорошо.

Ученики опешили:

— Так это господин Ци спас Чжуан Цзинъи?

— Ничего себе, господин Ци такой крутой!

— Ци-гэгэ такой классный!

Несколько разговорчивых парней из класса тут же принялись его хвалить.

— Хватит, сто раз похвалить — не то же самое, что сто баллов за контрольную получить, — покачал головой Ци Байча.

Он всегда был лёгок на подъём, и был для своих учеников не только учителем, но и другом. Эти полувзрослые дети его не боялись и даже непринуждённо болтали с ним.

— Кстати, господин Ци, я слышала, как Хуан Мэнцзя говорила, что видела вас в тот день в кондитерской, вы покупали торт на день рождения своей второй половинке. Ого, господин Ци, а вы когда женились?

— Точно, господин Ци так молодо выглядит, наверняка он ненамного старше нас.

Ци Байча подумал: «На самом деле, я намного, намного старше вас».

Его нынешняя внешность была создана по образу и подобию 27-летнего человека, но поскольку он и вправду был молод, то выглядел на несколько лет моложе.

Истинная сущность бога снега имела облик 17-летнего юноши; именно так он выглядел, когда превратился из снега, и этот облик оставался с ним всегда. В древние времена в возрасте 17 лет уже можно было поступать на государственную службу. Что же касается современности, то несовершеннолетним было слишком неудобно свободно передвигаться по миру, поэтому он и изменил свой облик.

Одна девушка спросила:

— А почему у господина Ци на руке нет обручального кольца?

У Ци Байча были очень красивые руки: худые, тонкие и белые, но они были не украшены, на них не было никаких аксессуаров.

Эти руки были настолько красивы, что их не нужно было ничем украшать, но обручальное кольцо всё же имело особый смысл. Ци Байча никогда не носил кольца на безымянном пальце, поэтому ученики и думали, что он не женат.

Ци Байча посмотрел на свои пальцы и улыбнулся.

На самом деле, кольца были.

С этими обручальными кольцами даже была связана целая история.

Ещё до свадьбы они с Фу Минъе договорились, что женитьба — это очень значимое событие. Обручальные кольца, подаренные друг другу, должны иметь свой смысл и новизну, их нельзя просто купить в магазине. Обычные бриллиантовые украшения не имели для них значения. Главное — смысл, и даже кольцо из травы подошло бы.

Поэтому они дали друг другу месяц на подготовку сюрприза.

Ци Байча не ожидал, что Фу Минъе подарит ему слезу русалки, которая символизирует вечную и чистую любовь.

Ходили слухи, что в глубоком море живут русалки, чьи слёзы превращаются в жемчуг. Русалки изначально были без сердца, но, полюбив однажды, их чувства никогда не менялись, их любовь была чрезвычайно чиста. Познав любовь, они роняли одну-единственную слезу. Жемчужины, созданные любовью, были самыми блестящими и гладкими, имели форму капель воды, а цена их была неизмерима.

Жемчужины, обронённые русалками, иногда попадали в руки искателей затонувших сокровищ или рыбаков, выходивших в море на лов рыбы, они поступали в продажу по высоким ценам и становились украшениями для знати.

Это была красивая легенда, но люди хотели верить в неё, поэтому многие драгоценные жемчужины называли слезами русалок, что символизировало верность русалок любви.

Те, что сейчас продавались на рынке, были обычными жемчужинами, носящими название «слёзы русалок». Фу Минъе смотрел на них свысока. Если уж дарить, то настоящую жемчужину русалки.

Поэтому господин Злой бог пересёк море, опустился на морское дно и заключил сделку с русалкой, обменяв желание на жемчужину.

Русалка сказала:

— Жизнь русалки длится триста лет, а смертный, которого я люблю, может прожить только сто. Не могли бы вы продлить жизнь моего возлюбленного до трёхсот лет?

п/а: использовано официальное «вы».

Злой бог на мгновение замолчал, а затем честно ответил:

— Нет. — Предел жизни был предопределён природой. Если бы он мог продлить его, то у него бы не было таких проблем с Чача.

Русалка улыбнулась, не расстроившись. Она снова сказала:

— Тогда, пожалуйста, помогите мне. Превратите мою жизнь в сто лет.

— Если он не может жить со мной, то я буду жить, стареть и умру вместе с ним. Это не так уж и плохо.

На мгновение злой бог был тронут этим предложением. Возможно, он тоже мог бы составить компанию Чача и состариться вместе с ним. В конце концов, кроме Чача, в этом мире не было ничего, по чему стоило бы скучать.

Но… бог не мог покончить с собой.

Злые мысли не рассеются. Он мог только вечно спать, не имея возможности умереть. За свою долгую жизнь злой бог, кажется, видел только один случай самоубийства бога, который оставил неизгладимый след в его душе, потряс её до глубины души.

Но кто это был и почему он навлёк на себя погибель, он не помнил. Возможно, это было потому, что он слишком долго спал, и его разум немного помутился.

———

Фу Минъе заполучил жемчужину русалки и сделал из неё для Ци Байча неповторимое кольцо.

Свадьба века была очень пышной. О ней говорили все, кроме Ци Байча, которого надёжно оберегали и не показывали никому. Кольцо с жемчужиной русалки тоже произвело сенсацию, о нём даже написали в газетах, а фотографии разлетелись по всему Интернету.

Ци Байча, конечно же, не мог носить его. Его бы приняли за подделку или раскрыли бы его личность, что было бы ещё хуже.

Ци Байча, разумеется, тоже понял, что это настоящая жемчужина русалки. Он спросил Фу Минъе, откуда у того кольцо. Фу Минъе небрежно ответил:

— Нашёл на берегу моря. По форме напоминает слезу русалки, а вспомнив, что она означает, я решил подарить её тебе.

Ци Байча рассердился и ударил его:

— Господин Фу, ну и отговорки у вас!

— Ты же сам сказал, что важен смысл, а не цена! — Фу Минъе сделал невинное лицо.

Желание русалки не было злым умыслом и не входило в обязанности злого бога, поэтому за это он был поражён молнией с небес. Конечно, это не было больно или неприятно, но нельзя сказать, что он не заплатил никакой цены. Если бы не Чача, он бы точно не стал этим заниматься. Жаль, что он не мог рассказать об этом господину Ци.

Только после этого Ци Байча простил его.

Эта вещь была бесценна; обычные кольца нельзя было обменять на что-то равноценное. Ци Байча немного подумал и в ответ подарил господину Фу в качестве обручального кольца жемчужину дракона.

В древние времена водилось много чудовищ, и однажды бог снега убил злого дракона. Это был первый зверь, которого он победил, и это имело для него особое значение, поэтому он выковырял глаза дракона и хранил их рядом с собой бесчисленные годы.

Жемчужина дракона была красивее любого драгоценного камня, и это было настоящее сокровище, которое нравилось Ци Байча. Дарить дорогие сердцу вещи было очень трогательно. К тому же господин Фу не знал, что это глаз дракона…

Господин Фу тогда как-то странно отреагировал:

— Откуда у тебя… это?

Ци Байча сделал вид, что ему всё равно, и сказал:

— Нашёл мраморный шарик, когда был маленьким. Раньше это была моя самая ценная игрушка. Должно быть, это достаточно значимая вещь.

Фу Минъе:

— … В самом деле.

Фу Минъе тут же представил себе маленького Чача, у которого в приюте не было игрушек, и который дорожил найденным стеклянным шариком, как сокровищем. Если так подумать, то Чача действительно отдал ему одну из самых дорогих своих вещей.

Если бы этот мраморный шарик не был глазом древнего цзяолуна…

Чача точно не знал, что это такое.

Поэтому Фу Минъе тоже не носил обручального кольца. Подарок Чача был слишком хардкорным, и ни одно нормальное существо не захотело бы носить глаз на руке, постоянно разглядывая его и любуясь им. Тот цзяолун умер, неся бремя вечного сожаления, а Фу Минъе не любил всё уродливое.

———

Сейчас же, столкнувшись с любопытными расспросами учеников, Ци Байча, немного подумав, отшутился:

— Мы были слишком бедны, чтобы позволить себе кольца, поэтому у нас был «голый» брак.

п/а: «голый» брак — это брак, в котором пара получает только свидетельство о браке, но не устраивает свадьбу, не покупает кольца, квартиру или не едет в свадебное путешествие.

Цзяолун — мифическое существо, похожее на дракона, но не совсем… представьте себе его как предэволюционную форму или что-то в этом роде.

http://bllate.org/book/14014/1231901