Готовый перевод Bastard's Counterattack [Rebirth] / Контратака ублюдка [Возрождение] [❤️]✅: Глава 59. Вечер и утро. Часть 1

Чжао Цзэюн одним махом допил тёплый сладкий суп и сказал: 

- Неплохо. А тебе как?

- Неплохо, - ответил Жун Ютан, не зная, плакать ему или смеяться, забирая бамбуковый стаканчик. - Ваше высочество, вы голодны? Неужели вы ещё не ужинали?

Князь Цин редко ел сладости, а сладкий суп в резиденции готовили специально для девятого принца.

Го Да тоже нахмурился: 

- Неужели восьмой принц тоже ещё ничего не ел?

- Староста сварил ему мясную кашу, но у него болит рука, и у него нет аппетита, - с беспокойством сказал Чжао Цзэюн. - Завтра нужно будет прислать сюда повара.

- А вы тоже ели кашу?

Чжао Цзэюн покачал головой: 

- Не успел. Нужно было убедиться, что восьмому брату комфортно. Он впервые покинул дворец, многое ему непонятно.

- О, - Го Да скрестил руки на груди. Даже близкие как братья, прошедшие огонь и воду, не могли говорить все, что думают. Некоторые вещи было трудно произнести вслух.

- Эта еда ещё тёплая, может, попросить кухню... - Жун Ютан указал на жаровню.

- Не нужно, - мягко ответил Чжао Цзэюн. - И так хорошо.

Го Да был раздражен, но все же переживал за двоюродного брата, который до поздней ночи работал на голодный желудок. Он помог расставить еду на столе, но ставил тарелки с чуть большей силой, чем обычно.

- Вот, - Жун Ютан протянул князю Цину завёрнутые в салфетку палочки и ложку.

Чжао Цзэюн взял палочки, но посмотрел на Жун Ютана и спросил: 

- Сяо Эр, что случилось?

- Ничего, - сухо ответил Го Да, глядя в тарелку и поджав губы. Несмотря на свой высокий рост, он съёжился на маленьком табурете, грея руки над жаровней.

Чжао Цзэюн усмехнулся, прекрасно зная характер двоюродного брата, и не стал настаивать, начав есть.

Жун Ютан мысленно считал: раз, два, три... девять...

И точно!

Го Да не выдержал и нахмурился: 

- Если восьмой принц ранен и ему нужен покой, то разве есть для этого условия в Северном лагере? Сегодня он ночует у старосты, завтра ему пришлют повара, послезавтра - императорских лекарей... Разве это нормально? В деревне Фан уже начали сносить дома, там шумно, пыльно, люди туда-сюда ходят, кричат... Это не место для выздоровления! По-моему, даже если не возвращаться во дворец, то в свою резиденцию он должен поехать.

- Господин Го прав, - серьёзно согласился Жун Ютан. - Через пару дней, когда жители деревни переедут, дом старосты тоже снесут. Он как раз находится на главной дороге, будет мешать подвозить материалы.

- Именно! - с пафосом заявил Го Да.

Чжао Цзэюн поднял голову, собираясь отложить палочки...

- Вы сначала ешьте, - поспешно сказал Жун Ютан. - Я просто так сказал.

- Не к спеху, раз уж мы здесь остановились, - Го Да сделал вид, что успокоился. - Я тоже просто так сказал.

- Хм, - усмехнулся Чжао Цзэюн.

После ужина посуду убрали в угол, позже за ней должны были прийти из кухни. Поскольку главнокомандующий и офицеры остались ночевать в лагере, началась суета: принесли жаровни, постельные принадлежности, на печке грели воду.

- Ох... - Го Да бросил халат на одеяло, залез под него, подложил руку под голову и, блаженно прикрыв глаза, сказал: - Брат Жун, когда чай заварится, принеси мне чашку.

- Хорошо, - Жун Ютан возился с маленькой чайной печкой. - Эта штука на самом деле очень удобная, но за всё время я пользовался ей всего пару раз. Смотрите, сюда можно добавлять разные ингредиенты.

- А что ты добавил? - лениво спросил Го Да. Постель расстелили прямо в передней части шатра, так он сам распорядился, как и на северо-западе.

- Жасминовый чай и лунцзин.

- Звучит неплохо.

На улице стоял мороз, ветер трепал плотную ткань шатра, заставляя её хлопать и развеваться.

Одежда покрылась слоем пыли, но условия были спартанские, поэтому все только обтерлись горячей водой и переоделись в чистое.

- То, о чём вы говорили, я тоже обдумывал, - Чжао Цзэюн сам заговорил о восьмом принце. - Но он не хочет возвращаться, не могу же я связать его и бросить в повозку.

- Тогда что делать? - забеспокоился Го Да. - В ближайшие дни Его Величество приедет с инспекцией, и все подумают, что мы плохо обращаемся с восьмым принцем, заставляя его есть простую еду и жить в деревне!

- Не думаю, - усмехнулся Чжао Цзэюн. - Об этом нельзя умолчать. Завтра утром отцу будут представлены три доклада. Все зависит от его решения.

Жун Ютан немного занервничал и выпалил: 

- Его Величество обвинит нас в том, что мы плохо присматривали за восьмым принцем?

- Хм? - Чжао Цзэюн поднял бровь и спокойно сказал: - Если и обвинит, то меня. Но никто не может гарантировать безопасность во время путешествия. Отец это понимает.

Пользуясь случаем, Жун Ютан подробно рассказал о ходе действий в то время, чтобы князь Цин был в курсе дела.

- Чего бояться? - Го Да, съёжившись под одеялом, пробормотал: - На северо-западе было в десять раз опаснее, и кто там костей не ломал? Все держались, стиснув зубы, и все проходило.

Чжао Цзэюн решил, что двоюродный брат говорит во сне, и обратился к Жун Ютану: 

- Передай тем, кто участвовал в поисках, что я ценю их старания и запишу им это в заслугу. Но восьмой брат все же серьёзно пострадал, и хотя людей он выбрал сам, официально награждать вас не стоит. Считайте, что заслуги и проступки уравновесили друг друга. Награжу вас позже, когда подвернётся случай.

- Когда мы услышали, что восьмой принц упал и сломал руку, то очень испугались, - вздохнул Жун Ютан. - Какие уж тут награды.

Чжао Цзэюн, пристально посмотрев на него, улыбнулся: 

- Неужели думал, что тебя сделают крайним?

Жун Ютан хотел что-то сказать, но вдруг замолчал и, опустив голову, занялся чаем. Он был рассеян, перебирал щипцами маленькие фарфоровые чашечки и, не глядя, взял одну и хотел положить её содержимое в чай.

http://bllate.org/book/14308/1266203