— Так это ты, — Ли Ми, не знал имени гостя и о тех событиях слышал только от отца в общих чертах, однако интуиция подсказывала ему, что этот юноша был не прост.
Цзян Хэн не стал продолжать, а лишь жестом пригласил следовать за собой. На самом деле, прежде чем прийти, они с Гэн Шу обсуждали: а что, если Ли Ми, страшась авторитета Ли Хуна, наотрез откажется идти? Оглушить его и вынести, а потом вынудить поднять мятеж? Очевидно, это не годилось, но Цзян Хэн был уверен, что все же сможет его убедить.
Гэн Шу, стоявший снаружи, сказал:
— Времени мало.
Цзян Хэн взглянул на Ли Ми:
— Это наш единственный шанс, наследный принц Ми. Даже если после этой ночи Вы пожалеете об отказе, Ваш отец непременно усилит охрану дворца, и мы больше никогда не сможем попасть сюда.
Ли Ми глубоко вздохнул, помолчал несколько мгновений и наконец кивнул. Цзян Хэн подумал про себя: в этом он очень похож на Ли Хуна — сказано, значит сделано.
— Выведи меня, — сказал Ли Ми. — Остальное обсудим потом.
Гэн Шу тут же толкнул дверь и вошел с одеждой стражника в руках. Он бросил ее Ли Ми и жестом велел переодеться.
— Сейчас они войдут во внутренний двор, — сказал Гэн Шу. — Вы двое сидите внутри.
Сокол кружил все ближе. Некоторые уже заметили его и начали окружать боковой двор.
— Быстрее, — поторопил Цзян Хэн.
Ли Ми натянул одежду стражника. Гэн Шу достал меч, и принц все понял с первого взгляда.
— Шуан-эр послала вас? — спросил он. — Почему сразу не сказали?
— Если в сердце у Вашего Высочества есть желание, неважно, кто пришел, — ответил Цзян Хэн. — А если Вы решительно настроены не выходить, то кто бы ни пришел — все бесполезно. Разве не так?
Ли Ми холодно усмехнулся:
— Дайте мне меч.
— Нет, — ответил Гэн Шу. — У меня только один.
В это мгновение стражники, вооруженные мощными арбалетами, взобрались на стены внутреннего двора и закричали:
— Здесь наемники!
Цзян Хэн тут же схватил Ли Ми, выставил его перед собой и братом, словно щит, и выкрикнул:
— Давайте! Стреляйте! Убьете наследника престола — будете отвечать перед ваном!
Ли Ми: «...»
Стража: «...»
Стражники никак не ожидали, что этот человек будет прикрываться принцем, и на мгновение опешили. И в то же мгновение Гэн Шу уже выскочил вперед, одним махом взлетел на стену. Он выхватил меч Пылающего Света, и холодное сияние окутало его. Цзи Шуан сказала правду, этот меч действительно был несравненным божественным сокровищем. Его остро заточенный клинок отражал лунный свет и резал металл словно глину. Любое оружие, с которым он сталкивался, разлеталось надвое!
Стражники с воплями падали на землю, по стенам стекали ручьи крови. Цзян Хэн решительно крикнул:
— Быстро уходим!
Он поднял с земли мечи, один из них бросил Ли Ми и, подтолкнув его, побежал, огибая стену духов. Гэн Шу спрыгнул со стены и побежал вперед на разведку, но шум снаружи постепенно стихал.
— Наемники!
Вдалеке раздался еще один крик.
Ли Ми спросил:
— Где ваши люди?
Братья переглянулись. Гэн Шу ответил:
— Никого больше нет, нас только двое. Кто-то еще пришел? Кто?
Цзян Хэн мгновенно принял решение:
— Они отвлекают стражу на себя. Быстро уходим!
Цзян Хэн выбрал другой путь, и когда он промчался по галерее, увидел, что в саду земля усеяна телами стражников.
Цзян Хэн: «!!!»
Ли Ми остановился, едва не споткнувшись:
— Сколько же людей ты убил, чтобы вытащить меня?! — воскликнул Ли Ми.
— Это не я их убил, — ответил Цзян Хэн. — Не надо все сваливать на меня.
Гэн Шу поднял голову и посмотрел на северо-восток. Сокол развернулся и стрелой устремился прочь. Гэн Шу сказал:
— Там мало людей. Прорываемся на северо-восток!
Он взлетел на крышу и пинком сбросил стражника, который уже целился из арбалета, а потом втащил наверх Цзян Хэна. Тот протянул руку, чтобы помочь Ли Ми, но принц сам в несколько прыжков взобрался на карниз.
— Я справлюсь, — тяжело дыша, сказал он. — Не переживай за меня! Дан-дан... Осторожней и смотри вперед!
— Они здесь! — крикнул кто-то.
Еще больше людей полезло на крышу. Гэн Шу глубоко вздохнул, убрал меч и раскрыл ладонь. Он повернулся боком и ударил ногой по крыше — черепица со звоном взлетела в воздух. Затем он взмахнул ладонью — и разбитые черепки, словно метеоры, разлетелись во все стороны!
Это было поистине потрясающее мастерство, даже Ло Сюань не обладал такой способностью. Цзян Хэн смотрел, разинув рот.
Гэн Шу сказал:
— Чего уставился? Бежим!
Цзян Хэн очнулся. Пока Гэн Шу тащил его за собой, скользя по черепице вниз, он не забыл обернуться и спросить:
— А где наследный принц?
— Он сам сказал, чтобы за него не волновались, — ответил Гэн Шу. — Как повезет.
Запыхавшийся Ли Ми крикнул:
— Подождите меня!
Внизу на площадке стражи уже изрядно поубавилось — большинство валялось в беспорядке на земле. Вскоре Цзян Хэн снова услышал с юго-запада крики:
— Здесь убийцы!
Огни факелов потянулись в двух направлениях — юго-западном и юго-восточном. Гэн Шу проговорил:
— Есть еще одна или две группы. Что происходит? Сколько же сегодня людей пришло?
Пришедшие на подмогу, казалось, не обращали на них никакого внимания: они подожгли юго-восточный угол. Когда подул ветер, повалил густой дым, во дворце началась паника, и это позволило беглецам быстро покинуть дворец.
Гэн Шу, раскинув руки, словно ястреб, спрыгнул со стены, и свистнул. Примчались их боевые кони. Гэн Шу и Цзян Хэн сели на одного коня, Ли Ми — на другого.
— За нами, — бросил Гэн Шу.
Ли Ми оглянулся на дворец, потом решительно дернул поводья и поскакал за ними.
Сокол летел в небе следом. На востоке уже занималась заря. Гэн Шу повернул голову к Цзян Хэну, сидевшему позади:
— Возвращаемся в город?
— Поднялся слишком большой шум, — сказал Цзян Хэн. — Но давай попробуем.
Ситуация пошла не так, как планировалось изначально. Он хотел вывезти Ли Ми тайно, чтобы в дворце хватились только на рассвете, тогда они успели бы вернуться в столицу. Но после такого ночного переполоха, город немедленно введет военное положение. А если ворота закроют и начнут тщательные проверки, им некуда будет деться.
Они промчались галопом восемьдесят ли и вернулись к городским стенам столицы Западного Шу. Уже светало. Трое остановились на склоне у подножия горы Чжуншань за городом. У ворот действительно начался строгий досмотр, а они все еще были в одеждах стражи загородного дворца.
Гэн Шу спросил у Цзян Хэна:
— Что теперь делать?
Ли Ми увидел это и спросил:
— Кто из вас главный? Вы господин и слуга?
— Замолчи, — холодно бросил Гэн Шу.
С тех пор как они вошли во дворец, Гэн Шу не обменялся с Ли Ми ни единым словом. Принц еще не знал, что этот парень — его будущий зять.
Цзян Хэн не терял надежды. Он думал, не украсть ли три жетона, переодеться и изменить внешность, чтобы смешаться с императорской гвардией; или, может, пустить Фэнъюя на разведку, потом велеть Гэн Шу перелезть через стену и позвать Ло Вана на подмогу.
Но Гэн Шу сказал:
— Не надо рисковать. Если нас схватят, будет только хуже.
— Тогда остается только вернуться в уезд Сун, — сказал Цзян Хэн.
Внезапно Гэн Шу положил руку на меч Пылающего Света, медленно обнажая его, и обернулся.
Цзян Хэн тоже повернулся, выставил руку, заслоняя собой Ли Ми, и они оба отступили за спину Гэн Шу.
Из-за кустов на склоне показалась фигура.
Цзян Хэн уже видел этого человека. Тогда он произвел на него слишком сильное впечатление. Его лицо, изуродованное ужасными шрамами... Даже после одной мимолетной встречи в Лояне пять лет назад он не мог его забыть.
— В блестящем плане юного тайши случилась заминка, — сказал этот высокий и худой убийца. — Как же теперь быть?
Это был Цзе Гуй. Он приподнял пальцем свою войлочную шляпу, глядя на Гэн Шу, и оскалился в зловещей улыбке, от которой пробежал холодок по спине:
— Господин Чжоу Юй ждет Ваше Высочество на постоялом дворе столицы. Если не возражаете, позвольте мне проводить всех вас в город?
Ли Ми вздрогнул, услышав это и перевел взгляд с Цзян Хэна на Гэн Шу.
Когда появился Цзе Гуй, тот словно обрел другую личность и холодно ответил:
— Не нужно. Пусть так и сидит себе в городе.
Цзе Гуй усмехнулся:
— Это нехорошо. Господин Чжоу велел мне передать письмо. Ваше Высочество, будьте милостивы к бедным гонцам.
— Гэ... — вдруг окликнул Цзян Хэн.
Услышав это «гэ», Цзе Гуй совсем не удивился, напротив, на его лице появилось выражение «я так и знал».
Гэн Шу взглянул на Цзян Хэна и приподнял бровь, словно спрашивая: «Ты правда готов?» Цзян Хэн кивнул и сказал:
— Идем с ним.
Цзе Гуй сделал жест «прошу», и трое пошли следом.
— Вот я думаю, — небрежно протянул Цзян Хэн, шагая за Цзе Гуем первым. — Итак, вы тоже здесь. Телохранителям правящего дома настолько нечем заняться? Разве Вам не нужно охранять семью вана?
— Я тоже не хотел тащиться сюда, — ответил Цзе Гуй. — Но что поделать, коли в нашем царстве Юн в семье вана братья так дружны. Наследный принц действительно беспокоится о старшем брате, поэтому я приехал сюда лично.
Цзе Гуй привел их к пересохшему руслу за городским рвом, которое находилось как раз у подножия горы Чжуншань. Там был прорыт тоннель для сточных вод, и они вошли в него, наполненный гнилостным зловонием. Ли Ми взглянул на Гэн Шу, но в темноте его лица не было видно.
Ни Цзе Гуй, ни Гэн Шу не обмолвились о том, что произошло между ними в ту снежную ночь, когда был объявлен розыск, но каждый из них про себя все понимал.
— Кто такой Чжоу Юй? — спросил Цзян Хэн.
С тех пор как появился Цзе Гуй, Гэн Шу сохранял настороженный вид, шел позади него и все время держал руку на мече.
— Служит Восточному Дворцу[1] , — ответил он, — отвечает за связь с Гуань Вэем и поддержание контактов с царством Дай.
[1] «Восточный Дворец» — так называли и резиденцию наследного принца в Запретном Городе, и его свиту, и его самого, чтобы избежать прямого упоминания имени.
Развитие отношений между пятью царствами контролировал левый советник[2] Гуань Вэй. В последние годы внутренние и внешние дела Юна постепенно передавались наследнику престола, чтобы заранее подготовить передачу власти.
[2] «Левый советник» — самый главный из первых советников, наиболее приближенный к правителю, его «правая рука». В Китае левая сторона, как ближняя к сердцу, считается более значимой.
Но это дело явно выходило за пределы возможностей наследного принца Луна. Левому советнику пришлось помогать наследнику в попытке повлиять на ситуацию в царстве Дай.
— Ты человек Восточного Дворца, верно? — спросил Цзян Хэн у Гэн Шу.
Тот не ответил, но отозвался Цзе Гуй:
— Юный тайши весьма умен.
Гэн Шу тихо проговорил:
— Хэн-эр, дай мне объяснить.
Гэн Шу хотел что-нибудь сказать, но что он мог объяснить? За четыре года в царстве Юн он стал самым востребованным молодым полководцем при дворе, и в нем воспитывали одну цель — расчистить дорогу для дальнейшего наследования власти принцем Луном. Когда Чжи Цун унаследовал трон от своего умершего брата Чжи Лана, у него было много проблем из-за борьбы фракций между собой, поэтому ему пришлось позаботиться о том, чтобы будущая власть при дворе была полностью сосредоточена в руках его единственного сына.
— Не нужно объяснять, — сказал Цзян Хэн. — Я все понимаю.
Гэн Шу по тону голоса понял, что Цзян Хэн его не упрекает, и кивнул.
Ли Ми вдруг сказал из темноты:
— Вы из царства Юн?
— Верно, — сказал Цзе Гуй. — Наследный принц Ми тоже очень умен.
Ли Ми снова спросил:
— Мне не послышалось? Тот, кто заколол Чжи Цуна на заставе Юйби, был человеком из Юна?
Цзян Хэн уже собирался ответить: «Я не из Юна», но Цзе Гуй опередил его:
— Это всего лишь недоразумение.
— Это «недоразумение» многих подвело, — сказал Ли Ми. — Вам лучше постараться как следует объяснить это.
Ли Ми был прав: изначально Дай и Юн должны были заключить брачный союз. Именно из-за того покушения правитель Дая решил вместо свадебной процессии отправить в Юн войска. И весь этот необратимый хаос начался с того удара мечом, который нанес Цзян Хэн.
— Возможность будет, — сказал Цзе Гуй. — Мы, люди Юна, специально пришли, чтобы вызволить Ваше Высочество. Разве этого не довольно, чтобы загладить вину?
Ли Ми холодно усмехнулся. Цзе Гуй толкнул деревянную дверь в конце тоннеля и сказал:
— Пришли. Прошу Его Высочество наследного принца пожаловать на постоялый двор для беседы.
Они оказались во внутреннем дворе частной усадьбы. У ворот уже стояла повозка. Цзе Гуй надвинул поглубже войлочную шляпу, закрыв лицо, и сам сел на козлы. Гэн Шу, Цзян Хэн и Ли Ми втроем втиснулись внутрь и были доставлены во внутренний двор постоялого двора, где размещались люди царства Юн.
— Холодает, однако, — выдохнул облачко пара Цзе Гуй. — Господин тайши, не поболтать ли нам о старых временах?
http://bllate.org/book/14344/1642135
