Готовый перевод Accidentally Pregnant with the Brother of my Secret Love / Случайно забеременел от брата моей тайной любви ✅️: Глава 19. Не хочет… этого ребенка?

Глава 19. Не хочет… этого ребенка?

—

Услышав эти слова, Янь Шитин медленно повернул голову и посмотрел на Юй Ли.

Юноша сидел, низко опустив голову и упорно избегая его взгляда. Тяжелые слезы, запутавшиеся в его ресницах, делали их визуально еще более густыми и темными. Плечи и шея парня были до предела напряжены, он судорожно покусывал нижнюю губу, и во всей его позе сквозила какая-то глубокая, детская обида.

Янь Шитин прекрасно понимал, что Юй Ли еще слишком далек от того, чтобы принять факт своей внезапной беременности. Его дальнейшее присутствие в этой комнате сейчас могло лишь сильнее запутать и без того растрепанные мысли юноши.

Мужчина отвел взгляд и медленно поднялся с дивана:

— Хорошо, я уезжаю обратно в офис.

— Водитель Чэнь ждет ровно на том же месте, где мы выходили. Чуть позже он отвезет тебя обратно в университет.

— Если…

Он искренне хотел сказать: «Если ты категорически не хочешь этого ребенка, я сам обо всем позабочусь. Мы просто дождемся наиболее подходящего для операции срока, и всё будет позади». Однако, успев произнести лишь первое слово, Янь Шитин резко осекся.

Он замер прямо перед диваном, сверху вниз глядя на макушку Юй Ли с его мягкими волосами. Опущенная вдоль тела правая рука мужчины невольно сжалась в кулак. В конечном счете он так и не решился озвучить эту фразу целиком. Развернувшись, он размашистым шагом покинул кабинет.

Услышав отчетливый щелчок закрывшейся двери, Юй Ли мелко вздрогнул. Он поднял голову и несколько секунд совершенно потерянным, блуждающим взглядом гипнотизировал дверное полотно. Что именно Янь Шитин собирался сказать ему в это мгновение?

Впрочем, парень почти сразу заставил себя отвернуться. Он абсолютно не знал и не понимал Янь Шитина как человека, а потому любые попытки разгадать чужие мотивы были изначально обречены на провал.

Спустя полчаса дверь кабинета снова тихонько приоткрылась, и внутрь вошел доктор Сюй. В его руке покачивался плотный аптечный пакет, доверху набитый блистерами с пиридоксином.

— Возьми это с собой, — мужчина протянул пакет юноше. — Это обычный витамин B6. Когда приступы токсикоза будут становиться невыносимо сильными и мучительными, принимай по две таблетки за раз. Но учти, слишком сильно увлекаться ими и пить как конфеты нельзя — максимальная дозировка составляет не более трех раз в сутки.

Юй Ли послушно принял упаковку, его пальцы судорожно и неловко сжали шуршащий пластик:

— Большое спасибо, доктор Сюй.

Договорив, он украдкой заглянул в лицо врача, пытаясь уловить малейшие признаки осуждения или брезгливости. К его огромному облегчению, лицо доктора Сюя оставалось абсолютно спокойным и доброжелательным. Юй Ли мысленно перевел дух и немного расслабился.

Едва представительский автомобиль доставил его обратно к воротам Университета Y, на мобильный Юй Ли поступил звонок от службы доставки с просьбой забрать заказ у центрального входа.

Парень как раз только что покинул салон машины. Подойдя к курьеру, он с удивлением обнаружил, что на его имя оформлено сразу два внушительных пакета. В первом находился контейнер с легким, диетическим и абсолютно нежирным обедом, а во втором лежали несколько крупных спелых апельсинов и круглая пластиковая коробочка с аккуратно очищенными дольками сочного помело.

Мякоть цитруса выглядела невероятно аппетитно, переливаясь на солнце хрустальными янтарными гранями. От одного только взгляда на эту картину во рту моментально пересохло, а рецепторы предвкушающе отозвались на будущую кисло-сладкую свежесть.

В том, кто именно являлся тайным отправителем этого заказа, сомнений не было никаких. Юй Ли только-только успел добраться до кампуса, а курьер уже стоял на проходной — пунктуальность и способность Янь Шитина просчитывать время до секунды порой откровенно пугали.

Юй Ли плотно сжал губы, а в его глазах промелькнул сложный, трудночитаемый блеск. Спустя минуту он молча подхватил оба пакета и медленным шагом направился в сторону своего общежития.

Вся эта поездка в клинику отняла у него практически половину светового дня, так что его внезапное появление в комнате ближе к вечеру вызвало у соседей массу вопросов. Взглянув на неестественно бледное лицо Юй Ли и его отрешенный, словно блуждающий в тумане взгляд, Янь Суй первым нарушил тишину:

— Юй Ли, ты наконец-то вернулся! Чего так долго-то? Ну как, тебе хоть немного полегчало?

Лю Цун тоже не остался в стороне, проявив искреннее участие:

— Тебе сделали нормальное обследование? Что в итоге врачи-то сказали, какой диагноз?

Юй Ли низко опустил голову, его губы судорожно шевельнулись, прежде чем он смог выдавить из себя дежурную ложь:

— Да… ничего страшного. Обычный острый гастрит. Мне выписали нужные лекарства, всё в порядке.

Услышав это, Янь Суй облегченно выдохнул и понимающе закивал головой:

— Ну и отлично. Тогда давай скорее садись за стол, поешь нормально, прими свои таблетки и марш в кровать отсыпаться.

— Хорошо, — Юй Ли послушно кивнул и опустился на свой рабочий стул.

Его по-прежнему слегка мутило, поэтому диетический обед он смог осилить едва ли наполовину — дальше еда просто не лезла в горло. А вот сочное помело пришлось как нельзя кстати: кислинка идеально легла на воспаленный желудок, и парень сам не заметил, как в один присест подчистил всю пластиковую коробочку до самого дна.

Когда его пальцы в очередной раз нырнули внутрь и наткнулись на пустоту, Юй Ли на мгновение замер. Он задумчиво уставился на пустой прозрачный контейнер, и в его душе снова поднялась целая буря противоречивых мыслей.

Интересно, о чем в действительности думал Янь Шитин, когда авторитетный доктор Сюй во всеуслышание объявил о его беременности? Юй Ли слишком хорошо помнил тот момент: когда он в панике обернулся к мужчине, тот выглядел абсолютно невозмутимым, величественным и собранным, словно в мире не существовало силы, способной выбить почву у него из-под ног.

И нельзя было не признать, что именно эти спокойствие и уверенность Янь Шитина в тот миг послужила для Юй Ли своего рода невидимой точкой опоры. Они уберегли его от немедленного падения в бездну безумия и не позволили окончательно лишиться чувств от шока. Более того, стоило ему покинуть стены больницы, как мужчина тут же позаботился о его рационе, заказав именно те продукты и фрукты, которые были необходимы в его положении.

Судя по всему, Янь Шитин адаптировался к этой сумасшедшей реальности куда быстрее и успешнее его самого.

Юй Ли медленно убрал руку, аккуратно собрал со стола весь пластиковый мусор и забрался на свою верхнюю кровать. Некоторое время он просто лежал на спине, безучастно разглядывая плотную ткань занавесок, после чего его ладонь сама собой, повинуясь какому-то неосознанному инстинкту, плавно опустилась на живот.

Там, внутри него, прямо сейчас зарождалась новая, крошечная жизнь. Но на физическом уровне это абсолютно никак не ощущалось.

С момента оглашения страшного вердикта прошло уже несколько часов, и хаос в мыслях Юй Ли постепенно сменился глухим, тяжелым штилем. В памяти неожиданно всплыли финальные слова женщины-гинеколога:

«Если вы по каким-то причинам категорически не настроены вынашивать этот плод, то после того как эмбрион немного сформируется и репродуктивная полость естественным образом увеличится в размерах, её можно будет удалить вместе с содержимым».

Не хочет… этого ребенка?

Юй Ли сурово сдвинул брови к переносице. Его пальцы на животе судорожно сжались, сминая тонкий трикотаж домашней футболки в плотный, измятый комок.

Шесть часов вечера того же дня. Загородный особняк семейства Янь.

Женщина-врач неторопливым шагом вошла в просторный холл великолепной виллы, крепко удерживая за руку маленькую девочку лет десяти на вид. Дворецкий Хэ, который буквально секунду назад закончил детальный доклад Янь Шитину по поводу текущих хозяйственных расходов поместья, при виде вошедшей гостьи на мгновение буквально лишился дара речи.

— Госпожа Янь… Вы… — мужчина даже слегка заикнулся от неожиданности.

Когда первый шок прошел, на его лице расплылась широкая, искренняя улыбка, а вокруг глаз собралась целая сетка добрых морщинок.

— Неужели это действительно вы?!

Доктор Янь тепло улыбнулась ему в ответ и мягко произнесла:

— Мы не виделись целых десять лет, управляющий Хэ. Надеюсь, у вас всё благополучно?

Радость пожилого слуги была настолько бурной, что её невозможно было скрыть. Он тактично перевел взгляд на замершего в кресле Янь Шитина, затем снова посмотрел на гостью и с воодушевлением засуетился:

— Ой, да что же мы стоим на пороге! Проходите скорее, присаживайтесь, а я сейчас же организую для вас свежий чай.

С этими словами дворецкий Хэ поспешно скрылся в направлении кухни. Как только он ушел, госпожа Янь вместе с девочкой проследовала в глубь гостиной.

При виде величественной фигуры Янь Шитина, восседавшего на диване, малышка испуганно вжала голову в плечи и поспешно спряталась за широкую спину своей родственницы.

— Яояо, ну же, не бойся, это твой старший дядя, — женщина мягко присела перед ней на корточки, проявляя колоссальное терпение. — Разве ты забыла? Когда тебе было всего пять лет, именно твой дядя лично привез тебя к бабушке.

Девочка сперва недоверчиво посмотрела на женщину, после чего робко, из-за её плеча, покосилась на мужчину. Даже в сидячем положении высокий, широкоплечий Янь Шитин обладал поистине подавляющей, тяжелой аурой. Что уж говорить о его абсолютно лишенном эмоций лице и ледяном, пронизывающем взгляде из-под стекол очков… Малышка невольно задрожала.

Янь Шитин окинул племянницу коротким безучастным взглядом, после чего переключил внимание на родственницу:

— Тетя, присаживайся.

Женщина понимающе кивнула и увлекла девочку за собой на соседнее кресло. В этот момент в гостиную вернулся дворецкий Хэ, неся на подносе исходящий ароматным паром фарфоровый чайник с чаем и целую тарелку с разнообразными изысканными пирожными для ребенка.

Госпожа Янь вежливо поблагодарила его, сделала небольшой глоток изысканного чая янтарного оттенка и с легкой ностальгической улыбкой заметила:

— Меня не было в этом доме долгих десять лет, а в поместье, смотрю, абсолютно ничего не изменилось. Всё точно так же, как в старые добрые времена. — Она аккуратно вернула чашку на блюдце и как бы между прочим поинтересовалась: — А где наш А-Суй?

Дворецкий Хэ тут же с готовностью отозвался:

— Младший молодой господин сейчас безвылазно сидит в университете. Заявил, что твердо вознамерился поступать в магистратуру, так что теперь на вилле появляется исключительно по выходным дням, да и то не всегда.

Женщина искренне удивилась:

— В магистратуру? — Однако уже в следующее мгновение в её голове, видимо, сложились определенные пазлы, и она издала тихий, едва слышный смешок. — Что ж… Приходится признать, что парню сейчас приходится несладко.

Поскольку госпожа Янь действительно не переступала порог этого особняка целое десятилетие, дворецкого Хэ буквально прорвало на разговоры. Он принялся наперебой выкладывать ей все накопившиеся новости: то детально расписывал глобальные изменения в структуре Корпорации Янь за эти годы, то с гордостью углублялся в подробности взаимоотношений и успехов двух братьев — Янь Шитина и Янь Суя.

Женщина на протяжении всего монолога сохраняла исключительное спокойствие, внимательно слушая старика и периодически одаривая его мягкой, понимающей улыбкой. Маленькая Яояо тем временем, видимо, окончательно адаптировалась к новой непривычной обстановке и уже вовсю уплетала предложенные сладости.

Спустя добрых полчаса поток красноречия дворецкого Хэ наконец иссяк. Только тогда Янь Шитин медленно перевел взгляд от экрана своего рабочего планшета на слугу и ровным тоном распорядился:

— Уведи Минъяо поиграть в сад.

Пожилой мужчина мгновенно считал скрытый подтекст этой фразы: хозяин планировал остаться с госпожой Янь наедине для конфиденциального разговора. Он понимающе кивнул и с самой доброй, отеческой улыбкой увлек маленькую девочку за собой на улицу.

Янь Шитин поднялся с места и пригласил тетю проследовать за ним в небольшой уединенный рабочий кабинет. Стоило им расположиться в креслах, как женщина без лишних предисловий прямо заявила:

— Шитин, давай начистоту. Тот бледный мальчик, которого мы сегодня обследовали в клинике… Ведь вторым родителем плода в его животе являешься именно ты, я права?

В том, что она догадается, Янь Шитин ни секунды не сомневался. Его лицо не изменило своего бесстрастного выражения, он лишь едва заметно кивнул головой и поудобнее устроился напротив родственницы:

— Всё верно. Это мой ребенок.

В глазах женщины вспыхнул неподдельный, живой интерес:

— И какие же отношения связывают вас двоих на данный момент?

Несмотря на то, что все эти годы она безвыездно проживала за границей, до неё с завидной регулярностью долетали слухи о делах на родине. Она прекрасно знала, что вокруг Янь Шитина никогда не вращались постоянные партнеры или фавориты. И когда сегодня среди дня ей на мобильный внезапно поступил срочный звонок от племянника с конфиденциальной просьбой провести специфический осмотр, она, помимо глубочайшего шока, испытала колоссальное любопытство.

Однако, услышав этот прямой вопрос, Янь Шитин лишь сильнее сжал губы, так и не найдя в себе сил дать хоть какой-то внятный ответ. Взаимоотношения между ним и Юй Ли… Пожалуй, их текущий статус был куда более катастрофическим и сложным, чем банальное понятие «отсутствие всяких отношений».

Заметив эту тяжелую, угрюмую реакцию на лице племянника, госпожа Янь медленно и сурово нахмурилась.

— Ты… — женщина резко осеклась на полуслове.

Она слишком хорошо знала специфический, жесткий и авторитарный характер своего племянника, а потому сочла любые дальнейшие расспросы и нотации абсолютно бессмысленными.

Янь Шитин прекрасно заметил чужую недосказанность. Не желая развивать эту скользкую тему, он резко перевел русло беседы в чисто практическую плоскость:

— Тетя, если именно ты лично возглавишь операционную бригаду и проведешь хирургическое вмешательство по удалению репродуктивной полости… Каковы наши реальные шансы на успех?

Женщина мягко улыбнулась, стремясь успокоить излишне напряженного мужчину:

— Можешь не переживать на этот счет, сложность данной манипуляции по медицинским меркам не так уж велика. Тот самый зарубежный профессор, который имеет за плечами успешный практический опыт проведения подобных операций по иссечению полости, является моим близким давним коллегой. Все его уникальные методические наработки, клинические протоколы и видеозаписи операций находятся в моем полном распоряжении.

— Так что отбрось пустые страхи. Процент успешного исхода стремится к максимуму, и эта процедура в будущем абсолютно никак не скажется на качестве его дальнейшей жизни или общем состоянии здоровья.

Только после этих авторитетных заверений жесткая линия губ Янь Шитина едва заметно смягчилась. Когда доктор Сюй в кабинете настоятельно рекомендовал ему привлечь к делу проверенного гинеколога, первой и фактически единственной кандидатурой, вспыхнувшей в его сознании, стала именно его родная тетя, недавно вернувшаяся в страну. Эта женщина отдала акушерству и гинекологии без малого тридцать с лишним лет своей жизни, а её уникальные операции в самых безнадежных случаях не раз становились главными темами для статей в авторитетных медицинских журналах. С точки зрения профессионализма и абсолютной конфиденциальности, он мог безоговорочно доверить эту тайну только ей.

Янь Шитин отбросил лишние мысли и сосредоточенно спросил:

— Если он примет окончательное решение избавиться от этого плода, на каком конкретно месяце беременности будет безопаснее всего провести данную операцию?

Госпожа Янь на секунду задумалась:

— Не ранее пятого месяца. — Она удивленно вскинула брови и пристально посмотрела на племянника. — Постой, так он уже твердо решил, что не хочет оставлять этого ребенка?

Янь Шитин опустил веки, его массивные ладони на полированной поверхности письменного стола судорожно переплелись в замок.

— Он еще не озвучил своего окончательного решения.

Но в данном контексте чужие метания не имели значения. Независимо от того, захочет Юй Ли сохранить эту беременность или решит прервать её, Янь Шитин был обязан сделать всё от него зависящее, чтобы предстоящее хирургическое вмешательство прошло идеально и без малейших накладок. В его распоряжении оставалось как минимум три месяца — колоссальный срок, за который он должен был досконально подготовить изолированную операционную, нанять лучших ассистентов и закупить самое передовое медицинское оборудование экстра-класса.

Женщина немного помолчала, после чего задала вполне логичный вопрос:

— И ты совсем не планируешь детально обсудить этот вопрос с ним самим?

Янь Шитин недовольно нахмурился, и его холодный взгляд переместился на открывающийся за окном пейзаж:

— Мое прямое вмешательство в этот процесс лишь спутает ему карты и разрушит его собственные суждения.

Давать ли этому ребёнку право на жизнь или нет — этот выбор должен был сделать исключительно сам Юй Ли. Никакого давления со стороны быть не могло.

Госпожа Янь посмотрела на племянника невероятно сложным, глубоким взглядом. Хотя она понятия не имела, какая именно драма разыгралась между этими двумя молодыми людьми, ее жизненный опыт позволял отчетливо видеть: Янь Шитин сейчас сам разрывался от глубоких внутренних противоречий.

Она слегка повела уголком губ и негромко спросила:

— Ну а каково твое личное отношение ко всей этой ситуации? Чего хочешь именно ты?

Янь Шитин плотно сомкнул губы и предпочел оставить этот вопрос без ответа. Его личные желания и мотивы в данном уравнении не имели абсолютно никакого веса.

В этот момент в дверь маленького кабинета деликатно, но настойчиво постучали. На пороге показался дворецкий Хэ с виноватым видом: он сообщил, что привезенная госпожой Янь маленькая Минъяо внезапно потеряла из виду любимую бабушку, впала в настоящую панику и теперь безутешно плачет навзрыд, а все его попытки отвлечь ребенка игрушками потерпели крах.

Женщина тут же поднялась со своего кресла. Перед тем как покинуть комнату, она бросила на замершего племянника долгий, сочувственный взгляд и сокрушенно вздохнула:

— Шитин… Ты просто до смерти боишься открыто признаться самому себе в том, что внутри тебя тоже живут самые обычные, эгоистичные человеческие желания. Но ведь в эгоизме как таковом нет абсолютно ничего постыдного. Мы все живые люди, и это совершенно нормально.

Оставив эти слова напоследок, она стремительным шагом вышла из кабинета.

Когда тяжелая дубовая дверь за ней бесшумно закрылась, Янь Шитин медленно прикрыл глаза. Да, эгоистичные мотивы и тайные желания живут в сердце каждого человека. Вот только свои собственные желания он просто не имел права выпустить на свободу.

—

http://bllate.org/book/14496/1282981