Готовый перевод Help / Помощь: Глава 56. Око в зените

Подойдя к дверям казино, Цзя Сюй оглянулся на Фан Сю.

У Фан Сю не было руки и ноги, он выглядел как молодой саженец на грани увядания. «Жаль», – подумал Цзя Сюй. – «Возможно, это наша последняя встреча». От разных людей он слышал обрывки рассказов о так называемом «Аварийном выходе», в основном говорили те, кто пытался к нему подлизаться. Оказавшись внутри, людей неизбежно разделяли друг от друга, и каждый должен был в одиночку столкнуться со всевозможными страданиями и внутренними демонами. А еще пространство было огромным, его невозможно было полностью исследовать. Иллюзия каждого человека была разной, без какой-либо определённой закономерности. До сих пор еще никто не разгадал тайну «Аварийного выхода».

Шла всего третья ночь. У такого ослабленного человека, как Фан Сю, шансов не было. Цзя Сюй надеялся, что Фан Сю осознает всю сложность ситуации, но тот оказался ещё более гордым, чем он предполагал. В своей компании Цзя Сюй сталкивался с такими же упрямыми талантами. Конец всегда был один и тот же… Он их увольнял.

Мастерство без гибкости никуда не ведёт.

Цзя Сюй прошел сквозь двери «Вселенной Хуаньси» и глубоко вдохнул воздух казино. В нем чувствовался лёгкий аромат духов, а ослепительные огни заливали все вокруг, создавая ощущение, будто Цзя Сюй стоит под прожектором.

В этот момент Цзя Сюй больше не хотел уничтожать «Е» этого места.

Отношения с родителями у него были, мягко говоря, прохладными. Своей семьи у него не было. Что касается друзей… ну, все они были просто случайными собутыльниками. Так почему бы ему было не остаться? Большинство людей проводят жизнь в погоне за физическими желаниями и душевным удовлетворением.

Поначалу он не хотел бросать свою престижную работу. Теперь он обнаружил, что здесь он может чувствовать себя так же хорошо. Взгляды, которые на него бросали, как мужчины, так и женщины, были полны лести. Будь то знаменитости или магнаты индустрии, теперь они вились вокруг него, словно он был хозяином судьбы. Они, лишь бы вкусить его удачи, предлагали ему свои тела, связи, всевозможные щедрые обещания. А получат они её или нет, зависело исключительно от Цзя Сюя. Вдобавок ко всему, «Игральные кости, заимствующие удачу» были крепко связаны с ним. И хоть дядя Хоу гарантировал его безопасность, и ему не о чем было беспокоиться.

Ему повезло. Никогда в жизни он не чувствовал себя таким удачливым. Итак, что же касается вчерашних проигрышей? Просто стандартная статистическая неудача.

Во что же ему сыграть сегодня?

Цзя Сюй, обнимая соблазнительную малоизвестную актрису категории D, прогуливался по казино, словно король, осматривающий свои владения. Вдруг он заметил Гуань Хэ, слоняющегося возле стойки обслуживания. Гуань Хэ, стоя у стойки обслуживания, был явно ошеломлен полуобнаженным видом прелестной сотрудницы. Его лицо покраснело, взгляд был прикован к носкам своих ботинок.

– Ты не с Фан Сю? – Цзя Сюй поднял бровь.

Гуань Хэ подскочил, как испуганный кот:

– Н-нет. Я не с ним. Фан Гэ на этот раз толком ничего не объяснил, он кажется… странным. Я забеспокоился, но он сказал мне прийти сюда и обналичить фишки…

– Похоже, он потерял уверенность, – вздохнул Цзя Сюй. Затем он согнул пальцы и с привычной лёгкостью постучал по стойке. – Эй, помогите моему другу обменять фишки.

Девушка за стойкой мило улыбнулась:

– Молодой человек, что вы хотите обменять?

– Долг крови, – пробормотал Гуань Хэ, ещё больше опустив голову.

– Хорошо. Пожалуйста, подождите минутку, – девушка вытащила странно выглядящий сенсорный экран. – Пожалуйста, прижмите сюда всю ладонь, чтобы мы могли обработать вашу карму.

Мысль об истинной форме «Е» «Хуаньси Синь» заставила Гуань Хэ почувствовать некоторое беспокойство. Цзя Сюй, ошибочно приняв это за нерешительность, усмехнулся.

– Чего ты боишься? Она не кусается.

– Ага, – протянул Гуань Хэ.

Он неохотно опустил руку. Улыбка девушки мгновенно стала ещё соблазнительнее:

– Долг крови успешно обменян. Отныне ваше дело будет циркулировать по всему интернету смертных, привлекая огромное внимание. «Вселенной Хуаньси» также расскажет о нем. Спасибо, что дарите всем радость!

И она выложила на прилавок сверкающую фишку номиналом 1000. Цифра, словно невинный ребёнок, игриво мигала на поверхности фишки. В это же время заиграла радостная музыка, и замерцал гигантский экран над стойкой. Он начал показывать от первого лица ночь автокатастрофы. Но что страшнее, он закадровым голосом передавал мысли Гуань Хэ.

Возле стойки быстро собралась толпа, желая посмотреть, что за драма разворачивается на большом экране. Гуань Хэ знал, что в глазах большинства людей его долг крови не так уж и велик. Но как только он увидел этот знакомый ночной пейзаж, он зажмурил глаза, заткнул уши и присел на корточки.

Он раньше не понимал, почему «Е» «Хуаньси Синь» настаивает на публичном обнародовании долга крови. Но в этот момент он понял цель всего этого: уничтожить любую надежду на возвращение в мир людей.

Его долг крови, возможно, был одним из самых лёгких для прощения, но осознание того, что его самые тёмные воспоминания распространятся в реальном мире… На секунду ему не захотелось возвращаться. Он не мог представить какое выражение лица будет у его матери.

Он не знал, сколько времени просидел так, пока Цзя Сюй наконец не поднял его.

– Ладно, ладно, всё кончено. Ну же, всё было не так уж плохо. Посмотри на себя, трясёшься как осиновый лист.

Желтоволосый подкрался сзади и игриво шлёпнул его:

– Не будь таким слабаком.

– Тысячи фишек достаточно, – продолжил Цзя Сюй. – Сегодня я тебе всё покажу. Если выиграем по-крупному, я отведу тебя сегодня вечером куда-нибудь повеселиться.

– Я все еще несовершеннолетний… – нахмурился Гуань Хэ.

Цзя Сюй рассмеялся.

– Раньше отцами становились в 14-15 лет. А тебе уже 16, почти взрослый. Я знаю, старшеклассники много развлекаются. Не нужно притворяться невинным.

– Здесь очень внимательные девушки. Тебе больше не захочется уходить, – добавил с ухмылкой желтоволосый.

Гуань Хэ затошнило. Он высвободил руку из хватки Цзя Сюя:

– Я уже обещал сяо Тянь, что сегодня вечером буду с ней.

– Ого, запал на старшую девчонку, да? – поддразнил его желтоволосый.

Цзя Сюй на мгновение задумался:

– Эта сяо Тянь, та девушка с увеличенной удачей?

– Да, мы договорились заранее. Сегодня вечером я хочу тишины и покоя, – Гуань Хэ отступил назад и выпалил всё на одном дыхании.

Цзя Сюй не стал давить. Он щедро махнул рукой:

– Иди, иди. Найди меня, когда разберёшься.

Но Гуань Хэ не ушёл сразу. Он сделал несколько глубоких вдохов и спросил:

– Ты не волнуешься о Фан-гэ? Он провёл нас через два жертвоприношения.

– Наши пути разошлись. К тому же, я уже приглашал его. Я выполнил свою часть. Ты молод. Нормально, что ты не видишь общей картины. Даже без нас Фан Сю бросил бы вызов жертвоприношению. В конце концов, он делает это для себя.

– Тогда ему не нужно было бы обращать на нас внимания! – невольно выпалил Гуань Хэ.

– В команде работать легче. Конечно, он хотел сохранить численность. Фан Сю не в одиночку уничтожал «Е». Каждый внёс свой вклад. Не будь таким наивным, – Цзя Сюй закурил сигарету, и тон его голоса стал философским. – Сейчас твоё присутствие здесь для меня бесполезно. Я просто помогаю тебе.

Гуань Хэ не знал, что сказать. Он чувствовал, что что-то не так, но не мог возразить. Поэтому он повернулся и ушёл.

– Фу, слишком вспыльчивый. Ты всё ещё переживаешь за этого пацана, Цзя-гэ? – спросил у Цзя Сюя желтоволосый.

– Конечно. Как только Фан Сю умрёт, он поймёт, кто был прав, – небрежно ответил Цзя Сюй.

По сравнению с полным поражением Фан Сю, его победа выглядела бы гораздо более убедительной, поскольку он переманил пешку Фан Сю на свою сторону.

– Ну что, сыграем несколько раундов?

На другом конце казино.

Гуань Хэ нашел сяо Тянь, которая тихо ругалась. Грибное трио уже потратило свои фишки на «Сик Бо», теперь и у них оставалось всего восемь фишек.

Когда Гуань Хэ присоединился к ним, сяо Тянь растерянно посмотрела на стопку золотых фишек перед собой. 1000 фишек Гуань Хэ, плюс 35 фишек взявшихся неизвестно откуда, которые дал ей Фан Сю, плюс 5 фишек их группы, которые оставались после вычета трех, необходимых для выживания… В общей сложности теперь у неё было 1040 фишек.

…Она никогда в жизни не видела столько фишек!

Сяо Тянь сглотнула:

– Мы… действительно будем играть в азартные игры?

– Это не азартные игры.

Сяо Тянь нервно выдохнула.

Строго говоря, это была не совсем азартная игра. Согласно инструкции Фан Сю, сяо Тянь должна была вслед за Цзя Сюем присоединиться к одной из его игр и поставить одну фишку на результат, которой не совпадал бы со ставкой Цзя Сюя. Это была не игра в полной мере, а саботаж. Цзя Сюй должен был активно использовать свои «Игральные кости, заимствующие удачу», в то время как усиленная удача сяо Тянь было пассивным навыком, поддерживаемым Подземным миром.

Вчера вечером Цзя Сюй использовал «Игральные кости, заимствующие удачу», чтобы выиграть в рулетку, а затем проиграл несколько партий в покер. Тем не менее, у него всё ещё оставалось 8320 фишек. Сяо Тянь чувствовала себя так, словно использовала яйцо, чтобы сокрушить гору.

О чём думал Фан Сю? Как саботаж против товарища по команде мог иметь хоть какое-то отношения к рассеиванию «Е». Она не знала, как это перевернёт всё в казино с ног на голову. Но, как говорится, «кто платит, тот и заказывает песню», а их капитан Сун уже заключил с ним договор, так что у неё не было другого выбора.

Итак, товарищ Тянь сняла куртку, распустила волосы. Затем в зоне отдыха нанесла макияж, завершив его ярко-красной помадой, надела на лицо маску и превратилась из сушёного гриба в ослепительный мухомор. Оставшиеся трое мужчин притаились за ближайшей зеленью, стараясь не привлекать к себе внимания.

– Начинаем! – сяо Тянь торжественно махнула рукой и медленно направилась к Цзя Сюю.

***

Аварийный выход.

Нить кармы испускала слабое багровое свечение, уводя вверх, в темноту. Бай Шуанъин направлял её, а Чэн Сунюнь поддерживала Фан Сю, пока они трое поднимались по лестнице.

Хотя нить указывала верный путь, она не могла рассеивать иллюзии. Поэтому они шли медленно. Из трёх с половиной часов непрерывной ходьбы три часа Фан Сю выслушивал жалобы Чэн Сунюнь, главная мысль которых была: «Фан Сю, ты слишком худой, это плохо».

Фан Сю беспомощно вздохнул и в сотый раз поклялся:

– Понял, Чэн-цзе. Поем как следует, когда вернёмся.

После того, как Чэн Сунюнь разобралась со своей кармой, её настроение улучшилось, и она переключилась на Фан Сю.

– Просто хорошо питаться недостаточно. Нужно есть больше мяса! Слабые тела легче болеют. В наши дни даже простуда опасна. У худых людей низкая сопротивляемость организма… Моя дочь сидела на диете и выглядела ужасно худой. Тебе нужно быть здоровым…

Фан Сю умоляюще посмотрел на Бай Шуанъина.

Бай Шуанъин проигнорировал его.

– Я был неправ, мне не следовало говорить, что ты призрачная сваха, – прошептал Фан Сю.

Бай Шуанъин отвернулся, по-прежнему игнорируя его.

Фан Сю вздохнул. Его призрак действительно мог затаить обиду.

Несколько часов назад, сразу после того, как они вошли в «Аварийный выход», Чэн Сунюнь спросила:

– Почему твой призрак может видеть карму?

Фан Сю не знал истинной расы Бай Шуанъина, поэтому принялся выдумывать. Он описал Бай Шуанъина как сладострастного призрака, способного вмешиваться в кармические нити людей и искажать линии судьбы. Он даже изобразил его как «призрачную сваху». А объясняя, почему Бай Шуанъин появлялся в мужском обличье, он назвал его «призрачным посредником». Мужчины слева, женщины справа. У «призрачной свахи» родинка была в левой верхней части щеки, а у посредника – в правой нижней… Если бы ситуация не была серьёзной, Фан Сю мог бы сочинить предысторию происхождения Бай Шуанъина.

Пока Чэн Сунюнь ошеломленно слушала Фан Сю, лицо Бай Шуанъина сменилось с бесстрастного на полное отсутствие каких-либо черт. Фан Сю думал, что призрак остынет через несколько часов. Но теперь, три часа спустя, лицо Бай Шуанъина всё ещё оставалось пустым. В буквальном смысле.

Осознав всю серьёзность ситуации, Фан Сю, прихрамывая, подошёл ближе и оперся на него.

– Прости, – пробормотал он, поглаживая о рукав Бай Шуанъина. – Я не знал, что тебя это так волнует…

На пустом лице Бай Шуанъина появился глаз и посмотрел на него сверху вниз.

– С этого момента я буду говорить, что ты сверхсильный соблазнительный призрак, настолько могущественный, что можешь сотрясать красные нити человеческой судьбы!

Фан Сю снова погладил рукав. Его тело всё ещё горело от боли, холодный пот лился по коже. Но голос был бодрым, совсем не похожим на голос человека, находящегося в агонии.

– …Согласен? «Призрачная сваха» звучит не очень. Давай откажемся от этого.

Фан Сю говорил мягко. Через несколько секунд на лице Бай Шуанъина начали медленно проступать черты, и он увидел, что Фан Сю тихо улыбается.

Бай Шуанъин недоуменно посмотрел на него.

– Я просто очень счастлив, – Фан Сю провел рукой по прохладному рукаву. – Теперь ты знаешь, что я ненавижу, когда всё выходит из-под контроля. А я теперь знаю, что ты ненавидишь, когда твоё прошлое выдумывают… Чтобы дружба между людьми была крепкой, они должны знать, что не нравится другому. Сегодня я начал тебя немного лучше понимать. Это здорово.

Бай Шуанъин был немного растерян.

Фан Сю теперь казался искренним и теплым, но когда он говорил, что ненавидит, когда всё выходит из-под контроля, он показал совершенно другую, ледяную сторону. Этот человек… хотел общения, хотел друзей, но порой был даже более безжалостен, чем свирепый призрак.

Бай Шуанъин внезапно что-то смутно припомнил, но его память была слишком обширной, и ему было крайне трудно уловить этот проблеск. Пытаясь понять, что именно он вспомнил, они достигли конца лестницы.

То, что они увидели, походило на комнату технического обслуживания. Густой слой пыли покрывал потрескавшиеся цементные стены и полы. Всё выглядело совершенно обыденно. Красная нить кармы тянулась по полу и исчезала в центре комнаты. Фан Сю поднял призрачное пламя и вместе с Чэн Сунюнь двинулся вперед.

Вскоре они обнаружили декоративный световой люк. Он был небольшим и имел форму человеческого глаза. Красная кармическая нить проходила прямо через «зрачок», указывая строго вниз. Внизу было огромное пространство, ярко освещённое лунным светом.

В тот момент, когда Чэн Сунюнь увидела, что находится внизу, она отшатнулась назад и её вырвало. Лицо Фан Сю потемнело, но он выглядел сосредоточенным.

Нашли.

Кармическая нить Чэн Сунюнь уходила вниз, в чёрный механизм, занимающий примерно десять кубических метров. Этот механизм выглядела как группа чёрных шкафов, слившихся в единое целое и мерцающих красными огнями. Его поверхность была покрыта веществом, напоминающим ткани мозга. Это вещество окутывало половину машины, дрожа и извиваясь, изредка демонстрируя искаженные человеческие лица.

Над черными ящиками мерцали и вращались бесчисленные цифры и значки приложений, образуя золотистый поток, словно искривленный ангельский нимб, свернутый в огромный трёхмерный символ «∞».

«Значит, «Е» «Хуаньси Синь» действительно приложение для игр», – подумал Фан Сю.

Но его хостом был не телефон. Они нашли его сервер.

И теперь перед ними возникла огромная проблема.

Фан Сю молча смотрел на «Е» «Хуаньси Синь».

Они находились у светового люка на крыше «Вселенной Хуаньси». Отсюда он видел Цзя Сюя, желтоволосого, Гуань Хэ и грибное трио, а также группу дяди Хоу. Но «Вселенная Хуаньси» уже не казалась таким уж радостным местом. Впервые Фан Сю по-настоящему ощутил, что значит «иллюзия»…

Сегодня лунный свет был ярким, освещая всё в казино в мельчайших подробностях.

Истинная форма «Е» «Хуаньси Синь» занимало круглую стойку обслуживания, расположенную в центре большого зала. Но в казино не было ни света, ни музыки, ни красивых обоев, ни богато украшенных залов. Под лунным светом, льющимся из окон, находился лишь пустынный зал. Треснувшая плитка была покрыта пылью, а сломанные колонны обнажали арматуру. Пол был усеян сотнями трупов, чьи кости образовывали замысловатый «ковровый» узор. Не было ни изысканной одежды, ни украшений, ни сигарет, ни алкоголя, ни еды, ни идеальных любовников. Все были в своей настоящей одежде. Некоторые обнимали воздух, непристойно ощупывая его. Некоторые, словно фрукты, держали гнилое мясо, грациозно поднося его ко рту.

И подавляющее большинство людей жестикулировало в пустоту, их взгляды были прикованы к несуществующей азартной игре, они делали ставки на несуществующие фишки.

Фан Сю заметил дядю Хоу. Отсюда он совсем не казался толстым, на самом деле, он был худым, как высохший труп. Его одежда, пропитанная трупной жидкостью и кровью, застыла, как бетон. Волосы слиплись от грязи. Если бы не приметные черты лица, Фан Сю не узнал бы его.

И все же его осанка была уверенной.

Он стоял, заложив руки за спину, его несуществующий живот выпирал, и казалось, что он всё контролирует, хотя один из его глаз выпал из глазницы, и с него капала влага на лицо.

В иллюзии, среди наслаждения, люди толпились, быстро перемещаясь вокруг «Е» «Хуаньси Синь». Они танцевали и метались внутри ярко освещенной иллюзии, словно обезумевшие пчелы, поддерживая причудливый хаотичный порядок.

За исключением отсутствующих Фан Сю и Чэн Сунюнь, а также грибного трио и Гуань Хэ всего было ровно восемьсот восемьдесят две «обезумевших пчелы», опьянённых «Е» «Хуаньси Синь».

http://bllate.org/book/14500/1573218