Глава 8. Ведь я тот, кто так настойчив
Улыбка Вэньжэнь Ляня была тёплой и дружелюбной. Даже задавая такой вопрос, он не вызывал ощущения злонамеренности.
Если Куань Чжэн был как гора, а Гэ Чжу — прохладным, освежающим ветерком, то Вэньжэнь Лянь напоминал хитрую лису. Он не использовал свои гадательные способности или скрытно наблюдал, как это делала Чжо Чжунцю. Вместо этого он просто открыто проявил любопытство, задав прямой, но трудный для ответа вопрос.
Конечно, Цзян Ло никогда не делил постель с Чи Ю.
На самом деле, ответ был очевиден и самому Вэньжэнь Ляню, ведь Е Сюнь и Лу Юй рассказали, что Цзян Ло осознал свою любовь к Чи Ю только после его смерти.
Так как же они могли быть близки при жизни?
Но…
Цзян Ло продолжал смотреть в окно, подперев подбородок рукой.
Полуденный солнечный свет лился через стекло, освещая его фигуру и создавая ощущение застывшего времени и умиротворения. Вдруг к окну подлетел воробей и ловко приземлился на раму. Его крохотные глазки внимательно наблюдали за Цзян Ло.
Цзян Ло протянул руку, чтобы погладить птичку, и, задумчиво следя за золотистым сиянием, что танцевало в воздухе, подумал, что в месте с таким прекрасным фэн-шуй духи вроде Чи Ю не могут появляться.
С этими мыслями он уверенно ответил:
— Нет, никогда.
Глаза Вэньжэнь Ляня изогнулись в тонкие дуги, но его реакция была совершенно спокойной. Однако, прежде чем он успел что-либо сказать, Цзян Ло продолжил:
— Но прошлой ночью меня придавил к кровати призрак.
Воробушек вздрогнул, его движения стали неловкими.
Прекрасное лицо Цзян Ло слегка покраснело, словно цветок персика, медленно наполняясь розовым оттенком. Эта внезапная застенчивость вызвала лёгкий трепет у окружающих. В глазах воробья, отражающих лицо Цзян Ло и его опущенные ресницы, было что-то необычайно живое.
Однако покрасневшее лицо Цзян Ло пробудило у окружающих странное предчувствие.
И оно подтвердилось, когда он, слегка кашлянув, неуверенно произнёс:
— Мне приснился эротический сон.
Глаза Вэньжэнь Ляня чуть расширились от удивления.
В популярном романе «Злой дух» Чи Ю занимал пассивную позицию, и Цзян Ло приходилось брать на себя активную роль. И хотя лицо Цзян Ло было красивее, чем у Чи Ю, это не задевало его уверенности.
Похоже, Цзян Ло действительно смутился. Он поднял руки, закрывая лицо, а чёрные волосы с двух сторон мягко скрыли его ладони и щёки. Медленно, почти с оттенком уязвимости, он добавил:
— Во сне он был очень настойчив.
Цзян Ло с трудом сдерживал смех, рассказывая сладким, почти приторным тоном. Он продолжил описывать особенности тела Чи Ю, как это было упомянуто в книге:
— Я только теперь узнал, что у него на пояснице есть три маленьких родинки, расположенные рядом.
После недавнего ожесточённого противостояния между Цзян Ло и Чи Ю маски с обеих сторон были сорваны окончательно.
Поскольку Чи Ю либо полностью игнорировал его, либо, наоборот, стремился убить, эта неуравновешенность окончательно убедила Цзян Ло: противостояние с таким человеком требует крайних мер.
Чтобы защитить себя, Цзян Ло был готов идти на всё, и в ответ на удушение, которому подвергся ранее, он намеренно добавил «масла в огонь».
— Я не знаю, получил ли он травмы, — тихо проговорил Цзян Ло, опустив руки. Его голос звучал обеспокоенно, а взгляд был опущен, будто он был настолько расстроен, что мог заплакать. — Но он всегда такой… Он делает всё ради моего счастья, совсем не думая о себе.
Окружающие ахнули в унисон.
Все они инстинктивно затаили дыхание.
Поскольку они знали Чи Ю гораздо дольше, чем Цзян Ло, особенно парни в группе, которые не раз сталкивались с Чи Ю в горячих источниках за университетом, им было известно о его особенностях, включая три родинки, расположенные необычным образом.
Положение родинок, как и их значение, несло глубокий символизм. Однако их значение оставалось для них загадкой.
Но тот факт, что Цзян Ло смог точно описать эту скрытую деталь, подтверждал правдивость его рассказа.
Выражения лиц собравшихся стали странными.
Чем больше они слушали, тем больше им казалось, что именно Цзян Ло занимал доминирующую позицию.
Цзян Ло с нескрываемым удовольствием расставил все роли по местам. Он украдкой улыбнулся уголками губ, а затем перевёл взгляд на крохотного воробья, сидящего на подоконнике.
На мгновение он замер, затем мягко погладил воробушка. Птичка не двинулась с места, пока он её трогал, но, как только Цзян Ло попытался убрать руку, воробей внезапно клюнул его в палец, а затем расправил крылья и улетел.
Цзян Ло почувствовал резкую боль, похожую на укол иглы. Подняв руку, он заметил на пальце крошечное красное пятнышко и каплю крови, размером с рисовое зёрнышко.
Он достал бумажный платок, чтобы вытереть кровь, и в течение полуминуты пристально смотрел на ранку.
— Местные птицы какие-то агрессивные, — заметил он.
— Задушенный призраком, эротические сны… — Вэньжэнь Лянь медленно выпрямился. — Это выходит за рамки моих ожиданий.
Он задумчиво вздохнул, а затем, с улыбкой, добавил:
— Цзян Ло, ты останешься в университете на ночь?
Цзян Ло кивнул.
На самом деле студенты их факультета должны были проживать на территории университета, но прежний владелец тела считал, что жизнь в кампусе слишком простая. К тому же, все в его группе были гораздо сильнее и талантливее, чем он. Пользуясь своим высоким статусом, прежний владелец тела пренебрегал правилами университета, часто приходил поздно и уходил рано.
Правила университета, впрочем, не были строгими. Даже Чжо Чжунцю, старшая дочь семьи Чжо, оставалась жить на территории кампуса, не покидая его без важной миссии или необходимости. Это было связано не с почтением к уставу, а с нежеланием уезжать из места с таким превосходным фэн-шуй.
Слияние жизненной энергии с духовной силой формировало «жилу дракона». Когда есть возможность извлечь выгоду, кто станет её упускать?
Прежний владелец тела был ограничен в мышлении, переоценивал свои способности и даже смотрел свысока на Чжо Чжунцю, несмотря на её статус.
Поскольку Цзян Ло не проживал на территории университета, его комната была преобразована в кладовую. Вэньжэнь Лянь предложил:
— Ты можешь временно пожить в комнате Чи Ю, согласен?
Скорее всего, это было проверкой. Если бы Цзян Ло солгал или убил Чи Ю, жить в комнате умершего вызвало бы у него страх или странное поведение. Но вместо этого он спокойно сказал:
— Я давно хотел посмотреть на его комнату.
***
Общежитие находилось за учебным зданием. Вся территория принадлежала восьми студентам их группы. На пути к общежитию Цзян Ло видел тренировочные площадки, залы для медитации, музыкальные комнаты, бассейны, горячие источники и спортивные площадки.
Цзян Ло:
— …
Так вот что в понимании прежнего хозяина тела называлось «простотой жизни студентов».
Комната Чи Ю была больше, чем у других студентов, поскольку он был преподавателем. Открыв дверь, Цзян Ло обнаружил, что комната была огромной, около 180 квадратных метров. Она казалась просторной даже для одного человека.
Цзян Ло обошёл комнату кругом. За ним следовали Лу Юй и Е Сюнь, опасаясь, что пребывание здесь всколыхнёт его эмоции.
Е Сюнь предложил:
— Если тебе некомфортно, можешь пожить с нами.
Цзян Ло спросил:
— А у вас какие комнаты?
Лу Юй немного подумал:
— Пятьдесят квадратных метров.
— Нет уж, я останусь здесь, — тут же ответил Цзян Ло.
Е Сюнь нахмурился:
— Хорошо. Но не рассчитывай, что Чи Ю появится. Здесь, на территории университета, всё нечистое исключено. Даже если ты останешься здесь, ты его не увидишь.
Лицо Цзян Ло тут же побледнело.
Е Сюнь, будто зная его мысли, сказал:
— Мы приведём твою комнату в порядок через пару дней. Ты останешься здесь всего на одну ночь. Чи Ю больше нет. Люди и духи не могут быть вместе. Смирись с этим.
Цзян Ло опустился на диван, его плечи поникли.
Остальные смотрели на него в замешательстве. Гэ Чжу покачал головой, вздохнул и вышел, оставив за собой тишину и опустевшую комнату, в которой витали тени трагической судьбы.
***
Когда Вэньжэнь Лянь уходил последним и закрывал дверь, он услышал, как Цзян Ло тихо сказал:
— Вэньвэнь, можешь дать мне сигарет?
Вэньжэнь Лянь остановился, слегка улыбнулся, вернулся к дивану и положил на стол пачку элегантных тонких сигарет из своей сумки. Затем он добавил к ним зажигалку с резным узором розы с шипами.
— Почувствовал запах дыма от меня?
Цзян Ло ответил, с лёгкой улыбкой:
— Точно.
Вэньжэнь Лянь рассмеялся, поправил шаль на плечах и развернулся к выходу:
— Цзян Ло, не кури слишком много.
Звук высоких каблуков становился всё тише, пока дверь не закрылась.
Цзян Ло дождался, пока все уйдут, прежде чем поднять голову. Он лениво развалился на диване, стряхнул с себя обувь, затем встал и направился в спальню, чтобы открыть шкаф Чи Ю.
Чи Ю умер совсем недавно, и в комнате до сих пор царил порядок. В шкафу висели только строгие рабочие костюмы. Не найдя ничего повседневного, Цзян Ло выбрал новую рубашку, свободную и слегка великоватую. Включив песню на телефоне, он насвистывал мелодию, направляясь в ванную.
Звук воды разносился по комнате. Полчаса спустя Цзян Ло вышел с всё ещё влажными волосами, капли воды стекали по лицу.
Босиком он прошёл к холодильнику, достал холодное пиво и налил его в высокий стеклянный бокал. С бутылкой и бокалом в руках он направился к столу, где зубами открыл крышку.
Его настроение было явно хорошим. Капли воды с мокрых кончиков волос впитывались в серое полотенце, накинутое на шею. Свободная рубашка скрывала бёдра, её подол едва доходил до середины бедра.
Глоток холодного пива после душа был самым приятным моментом дня. Цзян Ло облегчённо вздохнул, держа бокал в одной руке. Второй рукой он достал сигарету, зажёг её и медленно направился на балкон.
Полуденное солнце сияло ярко, лёгкий ветерок обдувал его, расслабляя тело после горячей воды. Облокотившись на перила, он с наслаждением выдохнул облако дыма.
Рубашка развевалась на ветру, обнажая то, что она скрывала. Неподалёку на ветке дерева приземлился воробей и, склонив голову, наблюдал за Цзян Ло.
Под солнечным светом его чёрные влажные волосы быстро сохли, спутанные пряди вздымались на ветру. Длинные стройные ноги были обнажены, и это придавало сцене почти идиллическую красоту. Закончив первую сигарету, Цзян Ло прикурил вторую, задумчиво оглядывая университетский пейзаж.
Воробей следил за ним, его глаза были мёртвыми и пустыми, словно он давно умер.
Цзян Ло наслаждался красивым пейзажем. Его настроение заметно улучшилось. После прогулки он вернулся в комнату, чтобы отдохнуть.
Свежий воздух кампуса быстро убаюкал его, и вскоре он заснул.
***
Ночь вступала в свои права.
Воробей с дерева слетел на балкон, прошёл внутрь комнаты и взлетел на кровать.
Он выплюнул каплю свежей тёмной крови между бровей Цзян Ло.
Яркое сияние зловещей крови озарило комнату. Лицо Цзян Ло исказилось, когда он погрузился в ещё более глубокий сон.
Его тело покрылось потом.
Дыхание стало тяжёлым, словно его охватила нестерпимая жара. Запах гари проник в его ноздри.
Он делал глубокие вдохи, которые становились всё более прерывистыми.
Сознание Цзян Ло постепенно прояснялось, но тело оставалось неподвижным, словно на него давил вес целой горы.
Вот же невезение.
Его придавило параличом сна.
Цзян Ло изо всех сил пытался открыть глаза, но вдруг прямо у уха раздался смех. Этот странный звук мгновенно развеял тяжесть, сковывавшую его тело, и Цзян Ло резко распахнул глаза.
Яркий свет обрушился на его глаза.
Комната была объята пламенем, и огонь бушевал именно там, где он лежал на кровати.
Цзян Ло охватила паника. Его инстинкты взывали встать, но через мгновение его рывок прервало резкое движение — его силой дёрнуло обратно на кровать. Цзян Ло поднял голову и заметил, что его руки были крепко прикованы железными цепями.
Его лицо исказилось в выражении смеси злости и шока, когда он повернул голову в сторону.
Рядом с письменным столом сидел высокий человек. Он держал в руках книгу и выглядел на удивление невозмутимо, его губы были тронуты лёгкой, но фальшивой, как показалось Цзян Ло, улыбкой. Молодой человек был одет в элегантный чёрный костюм, его лакированные туфли блестели в свете пламени. Всё в его облике говорило о том, что он принадлежит к высшему обществу.
Этот человек, почувствовав на себе взгляд Цзян Ло, медленно отложил книгу на колени, положил тонкие пальцы на её обложку и повернулся к нему.
— Добрый вечер.
Это был Чи Ю.
Цзян Ло посмотрел на него таким взглядом, в котором невозможно было ничего прочесть.
Комната, казалось, разделилась на две части: в углу, где сидел Чи Ю, царил покой, тогда как в том месте, где находился Цзян Ло, огонь бушевал с пугающей силой. Цзян Ло просто не мог поверить, что дух Чи Ю, разрушенный и уничтоженный, смог появиться перед ним в таком виде и в таком месте. Ещё меньше он верил в то, что Чи Ю мог спокойно проникнуть на территорию университета.
Цзян Ло попытался совладать с охватившим его жаром и быстро привести мысли в порядок. Вскоре он заметил нестыковки. Стол, который днём стоял справа, теперь был слева. Он поднял взгляд к окну и заметил, что снаружи царила густая мрачная мгла, напоминающая потусторонний мир. Даже рама окна была такая, что её можно было открыть только левой рукой.
Всё в комнате было перевёрнуто, словно отражение в зеркале. Выражение лица Цзян Ло постепенно становилось всё более спокойным. Он посмотрел на фигуру за письменным столом и произнёс с лёгкой улыбкой:
— Это зеркало или сон?
Не дожидаясь ответа от Чи Ю, Цзян Ло сам продолжил:
— Скорее всего, сон. Потому что ты не смог бы затащить меня в зеркало на территории университета.
Его губы изогнулись в чуть насмешливой ухмылке.
— Это так, Чи Ю?
Чи Ю улыбнулся, откладывая книгу с перевёрнутым текстом на стол.
Звуки его лакированных туфель, смешиваясь с треском огня, создавали безумную мелодию, от которой мурашки пробегали по коже. Он медленно подошёл к изножью кровати, и отблески пламени, освещая его лицо, разделили его черты на зоны света и тьмы, словно ломая реальность. Чи Ю тихо засмеялся, протягивая руку из темноты.
Хотя рука не касалась Цзян Ло, он почувствовал, как невидимая сила сжала его горло, заставляя его запрокинуть голову, как будто он был лебедем, повисшим на петле. Его чёрные волосы разметались по подушке.
— Как человек, который любит тебя настолько, что даже смерть не заставит меня отпустить, — голос Чи Ю звучал мягко, но зловеще, как у охотника, нашедшего идеальную жертву. — Я просто обязан исполнить твоё желание.
Он медленно направился к кровати, шаги звучали с пугающей размеренностью, словно отсчитывая последние мгновения жизни. Тяжесть, давящая на горло Цзян Ло, внезапно исчезла, и он рухнул обратно на кровать, жадно глотая воздух. Но вскоре над ним появилась рука, грубо схватив его за волосы.
Цзян Ло поднял голову. В отблесках огня лицо Чи Ю напоминало демона. Он с усмешкой наклонился ближе.
— Призрак давит на кровать*?
(* 鬼压床 также означает сонный паралич.)
Пламя вспыхнуло с новой силой, словно откликнувшись на его слова, и Цзян Ло почувствовал, как жар обжигает его кожу. Запах дыма и горелых волос наполнил его ноздри, а боль охватила всё тело. Он не мог двигаться, не мог бороться, мог лишь стиснуть зубы и смотреть на Чи Ю, стоящего у изголовья.
Чи Ю улыбался, но под этой улыбкой таилась ледяная пустота, как у призрака. Тени играли на его лице, подчёркивая хищные черты.
Цзян Ло горел заживо.
Когда боль утихла, он снова открыл глаза. Он по-прежнему находился в жуткой тёмной комнате, всё ещё во сне, где реальность была перевёрнута.
Его лицо было бесстрастным, когда он встал с кровати. Подойдя к холодильнику, он вытащил бутылку пива, разбил её о край стола, превращая в опасное оружие, и двинулся по квартире, выискивая Чи Ю.
Проходя одну комнату за другой, он вошёл в ванную. В тот момент, когда он пересёк порог, кто-то внезапно схватил его сзади и с силой толкнул в ванну.
Едва он оказался внутри, ванна, которая только что была пуста, заполнилась ледяной водой. Чья-то рука грубо прижала его вниз.
— Искал меня? — голос Чи Ю прозвучал над водой. Его улыбка была язвительной, когда он добавил, повторяя слова произнесённые Цзян Ло утром: — Нет, так не годится. Раз это сон, значит, я должен быть очень настойчив.
http://bllate.org/book/14895/1571539
