3 февраля 2017 года
Пятница, солнечно.
Я работаю сиделкой уже почти три года, но, честно говоря, никогда не видела ничего подобного.
Пишу эти строки, сидя возле палаты интенсивной терапии, где лежит несчастная девушка с ампутированной ногой в результате падения с высоты. Конечно, падения — не редкость, подобных пациентов я видела множество. Врачи говорят, она может остаться овощем. Такое я тоже встречала: полгода ухаживала за мужчиной в этом состоянии, пока его жена не забрала его домой из-за неподъемных счетов.
Пока пациент в реанимации, в моей работе нет ничего сложного: следить за капельницами и приборами, которые почти никогда не ломаются. На этом этапе еще не возникает пролежней и атрофии мышц, поэтому обычно родственники не нанимают сиделку сразу после госпитализации.
И это лишь одна из странностей этой истории.
Во-первых, у этой девушки нет семьи, и это всегда особенно печально. Во-вторых, сегодня утром передо мной предстал начальник полицейского управления Вестерленда, и вид у него был такой, будто его ударили по лицу.
— Мисс Молотова — консультант полиции, — объяснил он. — То, что произошло с ней… отчасти связано с нашим департаментом. Возможно, позже она подаст в суд, но сейчас мы обязаны оплатить ее лечение и круглосуточный уход.
Рядом стоял другой изможденный полицейский (Харди, кажется?), который, судя по объяснениям его шефа, работал с этой девушкой. Он пробормотал:
— Сэр, но...
— Заткнись! — рявкнул начальник так громко, что мы оба вздрогнули. — Если бы ты доложил о случившемся, половины этого можно было избежать! А эти из ФБР...
Он замолчал, видимо, сглотнув ругательства и так и не сказав, что же, черт возьми, там было с ФБР, а затем обратился ко мне:
— В общем, у нас состоится пресс-конференция. Ваша задача — позаботиться о ней... и быть готовой, что сюда нахлынет много журналистов. Очень много журналистов.
Я кивнула, не понимая, почему журналистам может быть интересен этот случай. Обычно их волнуют только серийные убийцы или внебрачные связи начальника полиции, да и то, если только он спал с женой мэра.
Но реальность превысила все мои ожидания, и факты повалились на меня как снег на голову.
Как выяснилось, это еще и история любви.
Было около часа дня, я ела сэндвич с тунцом из автомата в комнате отдыха (в прошлый раз урок я не усвоила, когда вкус у него был такой, будто рыба умерла своей смертью). У мисс Молотовой все было стабильно: приборы работали исправно, капельницу только что сменили, и следующая замена будет только через полтора часа. Однако, по словам врачей, у нее держится температура, и, если инфекция в правой ноге усугубится, ее тоже придется ампутировать.
По правде говоря, вероятность того, что что-то пойдет не так, минимальна. В реальной жизни пациенты не падают в обморок каждые пять минут, как в "Докторе Хаусе". Но раз департамент полиции платит хорошие деньги за круглосуточное наблюдение, я обязана быть начеку.
В общем, в обеденный перерыв я решила почитать «Сумерки. Сага. Новолуние», как раз самые захватывающие главы, когда Эдвард, думая, что Белла мертва, решает покончить с собой в Италии. Хотя я читаю уже в четвертый раз, эта сцена все равно меня трогает.
И тут я заметила мужчину, стоявшего в дверях палаты мисс Молотовой.
Нет, позвольте перефразировать: в дверях палаты стоял невероятно красивый мужчина с прекрасными каштановыми волосами. Клянусь, это был один из самых красивых людей, которых я когда-либо видела (не считая Роберта Паттинсона). Он стоял неподвижно, уставившись на безжизненную фигуру за стеклом.
Его лица я не видела, но моя женская интуиция подсказала мне, что оно наверняка искажено горем.
«Бедняга, наверное, это ее парень», — подумала я.
Спустя пару мгновений, когда я была готова снова погрузиться в романтический сюжет, в коридоре раздались шаги и какие-то постукивания. На этот раз из другого конца коридора появился седовласый мужчина с тростью.
— Доктор Бахус, — хрипло обратился он к красавцу.
Значит, парень консультанта полиции — врач. Какая идеальная пара! И как же должно быть больно ему, спасающему жизни других, осознавать свое бессилие, когда твой близкий человек находится в коме.
Хотя фамилия «Бахус» показалась мне знакомой, я не могла вспомнить, где слышала ее раньше.
— Мистер Хантер, — ответил симпатичный доктор мягким голосом. Я подумала, что он, наверное, из тех, кто держит свое горе в себе, не выказывая его. Я видала слишком много людей с таким самообладанием. — Не ожидал увидеть вас сегодня.
— Я что, похож на человека, который, поймав убийцу, просто шлепнет его по заднице и уйдет? — огрызнулся Хантер.
Как можно разговаривать с родственником пациента в таком тоне?
Задумчиво помолчав и, видимо, осознав, что был не слишком вежлив, он смягчил тон:
— Я восхищен работой Молотовой. Раньше знал ее лишь по слухам, но она явно оправдала свою репутацию.
— Я лишь хотел сказать, что ожидал увидеть вас на пресс-конференции в три часа. Разве вы не должны были на ней присутствовать? — терпеливо продолжил Бахус.
Хантер помрачнел:
— Они решили замолчать мою роль в этом деле.
— Угрожая лишением лицензии? — с интересом спросил доктор. Возможно, я ошиблась насчет его самообладания — оно явно не было вынужденным, и он держался прекрасно.
Но все же мысль о том, как он страдает, заставила меня смотреть на него с сочувствием.
Эти двое не замечали, как я подглядываю за ними, делая вид, что читаю, и Хантер продолжал ворчать:
— Эти идиоты считают, что я превысил полномочия. Им даже в голову не приходит, что не приди я к Ольге, то погибли бы люди. Разве смог бы Харди в одиночку спасти жену и дочь? Роль Молотовой очевидна.
— Сдается мне, — медленно произнес доктор Бахус, — не приди вы к Ольге, сейчас она не лежала бы здесь.
Боже правый! Я внезапно поняла, свидетелем какой сцены стала: «Если бы не ты, моя девушка не лежала бы овощем!» Что делать, если он ударит Хантера? Позвать охрану?
— Ты обвиняешь меня? — настороженно спросил Хантер.
— Нет, — ответил Бахус. — Вы поступили правильно.
...Что?!
— Это спасло многих людей. А Кларе всего десять, она не заслужила смерти от угарного газа, — добавил он.
Я уже не могла притворяться, что читаю, даже если это был мой любимый роман. Мне захотелось вскочить и поаплодировать: как трогательно! Пожертвовать любимой ради спасения других — это же верх благородства.
Хантер помолчал, а затем сказал:
— Пафосный бред.
Это вообще нормально? Я была в недоумении, почему каждое слово Хантера звучало все грубее. Может, он бывший парень мисс Молотовой и пытается разрушить ее отношения с доктором Бахусом? Хотя, конечно, разница в возрасте слишком велика для такого...
— Вы не согласны? — доктор Бахус проявлял чудеса самообладания, в его голосе не было и тени раздражения.
— Если бы ты действительно так думал, то в том доме на 15-й авеню не пялился бы на МакАдама с таким... интересом, — резко, почти угрожающе ответил Хантер.
— Неужели я так делал? — удивился Бахус.
— Именно так. Обычный человек не заметил бы этого, и, возможно, даже Армалайт ничего не понял, но у таких как я хороший нюх на подобные вещи, — быстро проговорил Хантер и сделал шаг вперед, явно нарушив личное пространство доктора Бахуса. Я не понимала сути их разговора, но не могла отвести взгляд: казалось, сейчас Хантер достанет пистолет. — Знаешь, о чем я тогда подумал? Что мой нож поразил не самого опасного зверя в той комнате.
— О, — голос Бахуса внезапно зазвучал низко, — и откуда вам знать, как выглядят опасные звери?
— Потому что разбираться в них — работа охотника. Они не попадают в капканы, не оставляют шерсть на ветвях и следы лап в грязи. Но когда охотник чует их запах, он сразу понимает, кто перед ним, волк или лиса. — Хантер сделал небрежный жест рукой. — Доктор Бахус, я изучал дело Лэндона. Сказали, это он убил ту девушку в подворотне за пабом. Но как тогда на ноже оказались твои отпечатки?
Я чуть не вскрикнула.
Наконец-то я вспомнила, где слышала эту фамилию! Альбариньо Бахус — главный судмедэксперт Вестерленда, тот самый, кого подозревали в убийстве бывшей девушки! Правда, потом его оправдали, и полиция даже выплатила ему компенсацию за моральный ущерб, об этом тогда много писали.
После того скандала одна из санитарок лет пятидесяти рассказывала мне сплетни. Она проработала в этой больнице почти всю жизнь и помнила, что родители Бахуса были здесь хирургами. Его отец, кажется, был очень известен в области кардиохирургии.
Но, к несчастью, когда Бахус был еще ребенком, его мать утонула при странных обстоятельствах, а через несколько лет отец покончил с собой из-за депрессии.
Что ж, неудивительно, что он стал ловеласом. Видимо, это психологическая компенсация безрадостного детства.
И вот теперь он наконец остепенился? Мисс Молотова, конечно, стройная, но не первая красавица (хотя, возможно, я просто не могу объективно оценить ее внешность в таком состоянии). Может, его покорили интеллектуальные способности консультанта полиции?
Прямо как в старых романтических фильмах: талантливый повеса влюбляется в скромную умную девушку, обретает с ней семейное тепло и становится достойным человеком.
— Вы меня подозреваете? — спокойно спросил Бахус.
Теперь я почти ненавидела Хантера: как он мог подозревать человека, которого несправедливо обвинили? В деле Лэндона все было ясно, у него дома нашли волосы жертв. Если бы убийцей был Бахус, откуда бы они там взялись?
— Я беспокоюсь о тебе, — хрипло сказал Хантер. —Во время расследования дела Лэндона я немного изучил твое прошлое. И обратил внимание на твою мать. Должен сказать, ее история... весьма любопытна. Надеюсь, ты не пойдешь по ее стопам.
Что за чушь?! Неужели он думает, что доктор Бахус может покончить с собой из-за травм подруги? Да я на его месте уже давно влепила бы Хантеру пощечину.
...Хотя стоп, разве не его отец покончил с собой из-за депрессии?
Я совершенно запуталась и уже ничего не понимала. Но доктор Бахус, кажется, не разозлился, в его голосе даже послышались нотки смеха.
— Мистер Хантер, — мягко сказал он, — советую вам быть осторожнее с обвинениями.
Какая благовоспитанность! Хантер помолчал, а затем невнятно пробормотал:
— Я буду следить за тобой.
Он развернулся и ушел, тяжело опираясь на трость.
Бахус проводил его взглядом, глубоко вздохнул и неспешно вошел в комнату отдыха, опустившись в кресло рядом со мной.
Я не выдержала, после всего услышанного молчать было невозможно. Резко повернувшись к нему, я выпалила:
— Не переживайте! Ваша любимая обязательно поправится!
Вспоминая, я теперь думаю, не напугала ли я его тогда? В любом случае, он на мгновение замер, а затем рассмеялся.
Он так обворожительно смеялся! Не будь у него девушки и такой преданности ей, я точно попросила бы номер.
— Спасибо, мисс, — тихо ответил он. — Полагаю, я еще не потерял любимого человека.
http://bllate.org/book/14913/1435030
