Готовый перевод Game loading / Игра загружается: Глава 104

Сунь Муцин решил, что его слова прозвучали недостаточно убедительно, и снова пригрозил:

— Ты думаешь, я блефую и не выложу эти снимки?!

Се Си остался совершенно бесстрастным:

— Валяй, — бросив это короткое слово, он развернулся и ушел.

Сунь Муцин в ярости закричал ему в спину:

— Ты с ума сошел! Неужели тебе плевать на собственное будущее?!

Будущее… Се Си был бледен, но его спина оставалась идеально прямой. Ему и так почти ничего не принадлежало в этом мире, а раз терять нечего, то и бояться не стоит. Ну и что с того, что его отчислят? Он продолжит учиться самостоятельно, будет и дальше совершенствоваться. Университет, безусловно, важен, но отсутствие диплома вовсе не означает конец жизни. В любом случае… он никогда не даст такому человеку, как Сунь Муцин, ни единого шанса навязать свою волю.

Вернувшись домой и переступив порог, Се Си наконец позволил своей натянутой, как струна, спине немного расслабиться. Прислонившись к двери, он почувствовал, как сильно тоскует по Цзян Се. Ему до боли хотелось увидеть его прямо сейчас, услышать его голос, почувствовать вкус поцелуя и просто знать, что он рядом.

Се Си не жалел о своем решении; фактически, выбрав путь рядом с Цзян Се, он подготовил себя к любым последствиям. Исключение — это лишь цена, которую нужно заплатить, а человек не должен быть слишком жадным. Он всё понимал, но тревога всё равно грызла его изнутри. Сможет ли он, не имея даже высшего образования, соответствовать человеку со званием профессора? Сейчас у них всё прекрасно, но что будет потом? Не начнет ли Цзян Се презирать его со временем? Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как Се Си почувствовал пронизывающий холод, хотя в квартире исправно работало отопление.

Цзян Се торопился как мог и добрался до дома лишь к часу ночи. Боясь разбудить юношу, он открывал дверь максимально тихо и ступал едва слышно. Се Си уловил каждое это движение, и лед в его сердце мгновенно растаял, сменившись щемящей нежностью, от которой защипало в носу. Едва сняв пальто, Цзян Се заметил фигуру на диване и слегка удивился:

— Еще не спишь?

Се Си поднялся, не отрывая от него взгляда. В комнате горела лишь неяркая подсветка, скрывающая детали лиц в теплом полумраке. Цзян Се с улыбкой подошел ближе:

— Что такое? Не спится без меня?

Только когда он оказался совсем рядом, он увидел, что малыш едва сдерживает слезы. Сердце Цзян Се мгновенно сжалось:

— Что случилось? Тебе плохо?

За время их знакомства он привык к тому, что Се Си обладает стойкостью, не свойственной его сверстникам. Кроме той самой первой простуды, он никогда не видел его таким беззащитным. Се Си отчаянно боролся с собой, но чем больше он старался сдержаться, тем хуже это получалось. Выдавив из себя подобие улыбки, он произнес:

— Я сварил кашу на косточке, пойду налью тебе тарелку, — он был уверен, что Цзян Се так и не поел нормально.

Когда юноша попытался уйти, Цзян Се перехватил его и развернул к себе:

— Рассказывай. Что произошло?

Се Си нахмурился, боясь опустить голову, чтобы слезы не брызнули из глаз, поэтому он просто отвел взгляд и тихо спросил:

— Учитель, если я так и не смогу закончить университет, ты…

Он не договорил, так как Цзян Се, нахмурившись, перебил его:

— С чего ты взял, что не закончишь? — он видел, как усердно учится Се Си. Это упорство порой даже пугало, вызывая одновременно жалость и восхищение. Разве такой старательный студент может провалиться? Се Си не собирался ничего скрывать и пересказал всё, что услышал сегодня от Сунь Муцина.

— У него есть фотографии. Если они попадут в сеть, у тебя будут огромные неприятности.

Так вот в чем дело… Малыш решил бросить учебу и пожертвовать образованием ради того, чтобы быть с ним? Цзян Се замер, долго не в силах вымолвить ни слова. Се Си горько усмехнулся:

— Ничего страшного, если я уйду. С твоей помощью я смогу учиться дальше. Ты ведь сам говорил, что хочешь учить меня лично? Вот и… полагаюсь на тебя.

Цзян Се наконец пришел в себя. В его глазах читалась такая нестерпимая нежность и любовь, что им не было места в этом мире.

— Глупенький, — нежно прошептал он. — Ну какой же ты милый, сильный и упрямый ребенок.

Осознание того, что Се Си готов отдать ему всё свое сердце, заставило Цзян Се задаться вопросом: чем же он заслужил такое сокровище?

— Вообще-то я хотел сказать тебе это в день рождения, — произнес он тихим, обволакивающим голосом.

Се Си было уже не до праздников, он лишь недоуменно вскинул голову:

— О чем ты?

Цзян Се взял его лицо в ладони, осыпая мелкими поцелуями лоб, веки, кончик носа и губы:

— Я уже уволился.

Се Си оцепенел.

— Заявление об уходе я подал еще в самом начале семестра, — пояснил Цзян Се. — Просто бюрократия в университете долгая, пришлось пройти кучу собеседований и уговоров, поэтому бумаги подписали только на днях.

Лицо Се Си мгновенно побледнело, он судорожно вцепился в рукав профессора:

— Зачем?! Как ты мог… как ты мог уволиться!

Цзян Се легонько щелкнул его по носу:

— Неужели ты думаешь, что я из тех людей, кто будет пользоваться статусом учителя, чтобы соблазнять студентов?

Се Си слушал, но смысл слов ускользал от него. Цзян Се продолжил:

— С того самого момента, как я признался тебе в чувствах, я решил уйти. Я хочу быть твоим возлюбленным, а не преподавателем.

Отношения между учителем и учеником — табу. Цзян Се так дорожил этим ребенком, что ни за что не позволил бы общественному давлению обрушиться на его плечи. Се Си лишь на первом курсе, до выпуска еще несколько лет. Если бы юноша не ответил на чувства, Цзян Се мог бы подождать, но раз сердце Се Си принадлежит ему, как он мог подставить его под удар? За четыре года может случиться всякое, и Цзян Се не хотел, чтобы его любимый человек стал мишенью для сплетен.

— Ты ведь на пике карьеры, — в отчаянии воскликнул Се Си. — Такой молодой и талантливый профессор, тебя все ценят, как ты мог…

Цзян Се наклонился, прижавшись своим лбом к его, и с улыбкой прошептал:

— Всё это не стоит и волоска на твоей голове.

Се Си широко открыл глаза.

— Тебе всего девятнадцать, а ты уже связал себя с тридцатилетним «стариком», — добавил Цзян Се. — Разве я могу допустить, чтобы ты страдал хоть немного?

В носу у Се Си нестерпимо защипало, и слезы, которые он так долго сдерживал, хлынули потоком.

— Не плачь, — тут же засуетился Цзян Се, — я больше всего на свете боюсь твоих слез.

Когда любимый человек плачет, хочется достать ему луну с неба, лишь бы он улыбнулся. Се Си сквозь рыдания выдавил:

— Ты… ты сумасшедший… как можно было так поступить, ты просто… просто… дурак!

Вытирая ему слезы, Цзян Се ласково уговаривал:

— Ну ладно, ладно, если злишься — ругай меня, только не плачь больше, не трать эти «золотые горошины».

Разве мог Се Си по-настоящему злиться на него? В душе смешались сладость, горечь и бесконечная признательность. Полюбить Цзян Се было самым большим счастьем в его жизни. Счастьем, похожим на прекрасный сон. Видя, как юноша мучается, Цзян Се решил разрядить обстановку:

— Не переживай, твой муж и без учительской зарплаты заработает кучу денег. Если захочешь — я тебе и луну с неба достану.

Се Си: «…» Луна-то тебе чем не угодила!

Заметив, что уголки губ Се Си дрогнули в улыбке, Цзян Се продолжил:

— Насчет звезд не обещаю, если они больше Земли, то при падении будут проблемы.

Се Си не выдержал и рассмеялся сквозь слезы:

— А если луна упадет, Земля, значит, выдержит?

— Мне плевать, — отрезал Цзян Се, — раз женушка хочет, значит, достану.

— Я не хочу никакую луну! — возразил Се Си и тут же спохватился: — И кто тут еще «женушка»!

— А чего же ты тогда хочешь? — с любопытством спросил Цзян Се.

Се Си помедлил и едва слышно прошептал одну фразу. У Цзян Се глаза загорелись, он едва не подпрыгнул на месте:

— Повтори!

Се Си густо покраснел:

— Не расслышал — и не надо.

— Нет уж! — заявил Цзян Се. — Либо говори четко, либо я прямо сейчас иду сбивать луну!

Бедная луна. Се Си, одновременно смеясь и тая от нежности, повторил отчетливо и громко:

— Я хочу только тебя.

Если бы это был мультфильм, старина Цзян в этот миг взорвался бы в небе ярким фейерверком! Он подхватил юношу на руки и понес прямиком в спальню. Сердце Се Си бешено колотилось. Уложив его на мягкие простыни, Цзян Се сорвал с себя галстук:

— Я больше не твой учитель, — он навис над ним, глядя прямо в глаза, — я твой муж, — с этими словами он прильнул к его шее. Терпение, которое Цзян Се хранил так долго, окончательно лопнуло. В ту ночь он «законно» присвоил себе студента Се Си.

На следующий день, в субботу, они проспали до самого вечера. Се Си проснулся первым, но обнаружил, что не может пошевелить и пальцем. Стоило вспомнить всё то, что наговорил этот старый лис ночью, как лицо Се Си снова вспыхнуло от стыда.

Цзян Се всё еще спал, крепко прижимая юношу к себе, словно боялся, что тот сбежит. Вчерашний день был изматывающим: перелеты, совещания, ночная дорога, а вместо ужина он с таким усердием принялся «вкушать» свою маленькую розочку… Если бы Се Си сопротивлялся, было бы легче, но юноша, чье сердце окончательно растаяло, отвечал на каждую ласку. Кто бы смог устоять? Лишь забота о том, что для Се Си это был первый раз, удержала Цзян Се от того, чтобы не безумствовать целые сутки напролет.

Стоило Се Си пошевелиться, как разноцветные глаза профессора мгновенно открылись. Раньше Се Си они казались странными, а теперь… ему хотелось их поцеловать. Темно-красный и глубокий синий — издалека они казались черными, но вблизи сияли собственным неповторимым светом. Се Си никогда особо не обращал внимания на чужую внешность, но сейчас он был уверен: Цзян Се — самый красивый человек из всех, кого он видел.

— Болит? — спросил Цзян Се. Се Си не чувствовал боли, только запредельную усталость.

— В порядке, — ответил он, но сам вздрогнул от собственного голоса.

— Ты так громко кричал, что сорвал голос, — усмехнулся Цзян Се.

Се Си: «…»

Цзян Се потерся подбородком о его плечо:

— Но звучало это потрясающе. Даже сейчас, только подумал, а в трусах уже тесно.

— !!! — Се Си не знал, куда деться. Против этого старого развратника у него не было шансов. Похоже, его съедят без остатка.

Сунь Муцин так и не успел ничего опубликовать. Цзян Се просто взломал все его устройства и стер фотографии. Впрочем, снимки были безобидными: мутные силуэты со спины, где двое мужчин просто идут за руку. Это никак не могло навредить репутации. Но прощать подлеца Цзян Се не собирался — он быстро нашел доказательства его реальных преступлений и отправил за решетку.

В день ухода Цзян Се из университета студентки выплакали все глаза.

— Не расстраивайтесь, — улыбался он им, — я буду часто заходить.

Девушки решили, что это лишь вежливое утешение. Но позже они действительно стали часто его видеть. Бывший профессор Цзян частенько парковал свою спортивную машину у ворот, дожидаясь окончания занятий студента Се Си.

http://bllate.org/book/15216/1420172