Готовый перевод The Protagonist Only Thinks About Falling In Love / Главный герой просто хочет влюбиться: Глава 38. Он любит меня

Ночь сгустилась, костёр почти прогорел. Шу Линь давно ушла в машину, а двое, оставшиеся у огня, погрузились в тишину: Юй Фэнъюэ безмолвствовал, верный своей привычке, Нин И же был занят собственными мыслями.

Они просидели так довольно долго. Наконец Юй Фэнъюэ поднялся, принёс из машины одеяло и накрыл плечи Нин И. После чего принялся ворошить палкой угли, заставляя фонтаны крошечных искр разлетаться в разные стороны.

Нин И краем глаза наблюдал за ним.

— Энергетические кристаллы… — в его голосе звучала лёгкая усталость. — Почему ты отдал их мне?

Юй Фэнъюэ, ворошивший угли, на мгновение замер и произнёс:

— Они будут у тебя на хранении. Так не потеряются.

— А если всё-таки потеряю?

— Ничего страшного.

«Просто погасишь долг чем-нибудь другим».

Прислонившись к стволу дерева, Нин И сидел с закрытыми глазами. Спустя несколько минут он ощутил совсем близко чужое тёплое дыхание. Разомкнув веки, он увидел перед собой лицо Юй Фэнъюэ — тот стоял почти вплотную.

Юй Фэнъюэ остановился на расстоянии кулака.

— Сыграем в карты? — спросил он и поджал губы.

Когда он говорил, его едва уловимое дыхание касалось лица Нин И.

— В карты? — Нин И чуть приподнял подбородок, губы тронула усмешка. — Или всё-таки хочешь… укусить меня?

После его тихого смешок и последовавшего за ним молчания Юй Фэнъюэ атмосфера вокруг них стала тягучей и двусмысленной.

Юй Фэнъюэ опустил веки. У него уже мелькала мысль сделать Нин И таким же, как он сам. О чем же он тогда думал? Ах да… Став таким же, Нин И не пришлось бы избегать его ради других.

Издалека полоснул свет дальних фар.

Усмешка на губах Нин И померкла. Он слегка повернул голову, заглядывая за плечо Юй Фэнъюэ. К ним приближались пикап и два внедорожника; рёв их моторов бесцеремонно разорвал ночную тишину.

Юй Фэнъюэ всё ещё заслонял его собой. Нин И сунул одеяло ему в руки.

— Иди в машину.

Юй Фэнъюэ сжал одеяло, его взгляд слегка потемнел: «Почему вечно кто-то лезет и всё портит?».

— Ты собираешься... — Юй Фэнъюэ перехватил запястье Нин И, когда тот попытался пройти мимо, — уйти с ними?

— Я возьму тебя с собой. Мне... — Нин И замер на полушаге и обернулся, — всё же больше нравится быть с тобой. Без тебя всё это не имеет смысла.

Хватка Юй Фэнъюэ на его руке ослабла.

Пикап подкатил ближе и замер позади их автомобиля; ослепительный дальний свет сменился мягким ближним. Стоило Нин И подняться и сделать шаг навстречу, как с пассажирского сиденья тоже кто-то вышел.

Человек в темно-синей униформе с фонариком в руке, вопреки высокому росту, не казался угрожающим. Его правильные черты лица и весь облик в целом дышали благородством и решимостью.

— Здравствуйте, — поздоровался Нин И с вежливой и мягкой улыбкой.

Незнакомец представился, ответил на приветствие и произнёс:

— Мы — спасательный отряд из безопасной базы Чэнду. Я Ци Цюань, заместитель командира спасательного отряда.

Услышав от Нин И, что их машина заглохла, он подошёл осмотреть её и заключил, что без инструментов ремонт невозможен. Затем он предложил Нин И пересесть к ним, так как поблизости других машин нет и найти подходящий транспорт будет трудно.

После недолгих обсуждений Нин И согласился. Он подошёл к машине, наклонился и велел напарникам собирать вещи: нужно было поскорее пересесть в пикап и покинуть это место.

— Постарайся, чтобы они не увидели твоих глаз, — прошептал Нин И на ухо Юй Фэнъюэ, улучив подходящий момент.

Ночная тьма могла скрыть большинство странностей, так что Нин И не особо беспокоился.

Шу Линь прихватила всё необходимое; её чемодан хоть и выглядел маленьким, оказался на редкость вместительным.

На заднем сиденье пикапа уже сидели люди, оставалось лишь немного места. Нин И и его спутники по очереди забрались внутрь, потеснив остальных; Юй Фэнъюэ сел с самого края.

Сидевший сзади сотрудник тылового обеспечения подсветил им фонариком. Нин И бегло оглядел присутствующих, и его взгляд замер на троих из них. Присмотревшись, он понял, что это действительно те самые люди, с которыми он столкнулся несколько дней назад.

Шу Линь села напротив Нин И. Рядом с ней оказалась женщина с короткой стрижкой. Когда Шу Линь устраивалась, та помогла ей с багажом и спросила:

— Вы пара?

— Ах, нет… — Шу Линь не успела договорить, как над их головами раздался голос.

— Нет, — отрезал Юй Фэнъюэ. — Женщины его не интересуют.

Нин И: «…?» — это он сейчас про него?

— Он любит меня, — Юй Фэнъюэ покосился на Нин И и тут же отвёл взгляд; половина его лица скрылась в густой тени.

Нин И: «…»

— Ой, простите, простите! Я думала... — девушка покраснела и начала извиняться. Она просто хотела завязать разговор с Шу Линь, спросив первое, что пришло в голову.

— Всё в порядке, — мягко улыбнулся Нин И.

«Ни с того ни с сего на меня навесили ярлык».

— Не будем тратить время на представления, — произнёс сотрудник тылового обеспечения. — Когда доберёмся до безопасной базы, ещё будет возможность познакомиться.

Из-за шума сидевшие трое в глубине салона тоже заметили Нин И. Раны на их лицах ещё не затянулись; при виде него и сидящего рядом Юй Фэнъюэ им почудилось, будто старые ссадины заныли с новой силой.

Особенно они опасались Юй Фэнъюэ. По их напряжённым лицам было ясно: они до смерти боятся даже намекнуть на то, что уже встречались с этой парой раньше.

— Вы, должно быть, не в курсе, так что я просвещу вас, — сотрудник, не заметив ничего странного, выключил фонарик для экономии заряда и начал свой ликбез: — Насчёт зомби — за последние месяцы вы и сами наверняка узнали немало. Они кусают всех без разбору, а их внешность отличается от человеческой, так что узнать их легко. Но недавно безопасная база объявила о новой информации: среди зомби появился один крайне опасный субъект. У него невероятная способность к регенерации, он умеет скрываться, обладает интеллектом и легко может затесаться в толпу. На что стоит обратить внимание: у него очень бледная кожа, а зрачки меньше и чернее, чем у обычных людей...

Нин И откинулся на спинку сиденья, опустив веки.

Этот сюжетный поворот произошёл рановато. В оригинальном сюжете главный герой позже, по прибытии на безопасную базу, уже сталкивался с подозрениями из-за необычного цвета глаз и кожи.

На заднем сиденье было тесно, и руки Нин И и Юй Фэнъюэ соприкасались. Он чувствовал, как напряжены мышцы спутника. Нин И мельком взглянул на него и заметил, что тот безотрывно смотрит в окно.

Это из-за того инструктажа? Или всему виной пережитое когда-то предательство, оставившее в его душе глубокий след?

— Хочешь поменяться местами? — прошептал Нин И ему на ухо.

Дыхание коснулось его ушной раковины, заставив мочку уха покраснеть.

— Не хочу, — сказал Юй Фэнъюэ.

Его голос звучал не так, как обычно: в нем сквозила холодная жёсткость и какая-то отчуждённость.

Нин И больше ничего не сказал. Он нащупал запястье Юй Фэнъюэ и слегка сжал его. Но стоило ему попытаться отстраниться, как тот крепко перехватил его ладонь, переплетая свои пальцы с его.

Нин И посмотрел на их сцепленные руки. Внутри возникло странное чувство. Раньше он не обратил бы на это внимания, но разговор с Шу Линь, состоявшийся этим вечером, заставил его задуматься.

Это было похоже на шкатулку с запретным предметом: раз открыв её, уже невозможно притвориться, будто не видел того, что внутри.

Его большой палец бессознательно поглаживал ложбинку между большим и указательным пальцами Юй Фэнъюэ.

Спасательный отряд хорошо знал эту дорогу; до безопасной базы Чэнду оставалось всего лишь около ста километров.

До апокалипсиса такое расстояние не считалось большим, но теперь из-за всевозможных препятствий машины не могли быстро добраться до цели.

В час или два ночи машины остановились на обочине для отдыха. Юй Фэнъюэ потащил Нин И за собой прочь от всех, в укромное место. Увидев это, рослый бородач присвистнул.

— Куда это вы так припустили, а? Прямо невтерпёж? — хохотнул он, и в его смехе слышалось что-то сальное.

Нин И остановился и бросил взгляд на мужчину. Это был один из троих, которых он избил. Увидев, что Нин И смотрит на него, бородач скривил губы и отвернулся.

— Что случилось? — спросил он у Юй Фэнъюэ.

— Холодно.

Нин И коснулся его руки — она была ледяной, а плечи парня била мелкая дрожь.

Хотя глубокой ночью и впрямь было прохладно, но явно не до такой степени.

— Пойду принесу тебе что-нибудь из одежды, — Нин И развернулся, чтобы уйти.

Они взяли с собой только рюкзак с едой.

— Не ходи, — Юй Фэнъюэ крепче сжал его руку. — Посидим здесь немного.

Нин И поднял другую руку и приложил её к его лбу.

— Ты весь в поту, — он придвинулся ближе к Юй Фэнъюэ. — Лица на тебе нет.

— Не смотри, — отвернулся Юй Фэнъюэ.

— Я же просто правду говорю. Почему ты капризничаешь? — рассмеялся Нин И.

Юй Фэнъюэ: «…»

Вся группа отдыхала часа два или три. Наконец спасатели позвали всех в машину. Впереди скопилась толпа, поэтому Нин И и Юй Фэнъюэ не спеша направились следом.

Земля под ногами едва заметно задрожала. Сперва Нин И подумал, что ему показалось, но тут кто-то громко закричал.

— Зомби! Быстрее в машины!

Выжившие запаниковали, карабкаясь в кузов один за другим; кто-то уже вовсю торопил спасательный отряд поскорее трогаться. Нин И и Юй Фэнъюэ оказались последними в очереди. Нин И успел запрыгнуть и обернулся, чтобы втянуть Юй Фэнъюэ, но в этот момент в спину ему пришёлся сильный удар.

Кто-то толкнул его.

Нин И и без того ещё не успел толком обрести опору, поэтому поддался инерции удара и невольно толкнул Юй Фэнъюэ, который уже наполовину занёс ногу в машину, обратно наружу.

Юй Фэнъюэ смотрел на лицо Нин И и его протянутую руку; в этот миг всё вокруг будто замерло в замедленной съёмке. В сознании всплыла сцена, пугающе похожая на то, что происходило с ним сейчас, и она становилась всё более ясной и детальной…

Пыль, застилающая небо; уезжающий пикап; преследующие его зомби; и Нин И, который на этой картинке выталкивает его прочь... и та самая рука, за которую он успел ухватиться...

Как и в прошлый раз, рука Нин И описывала дугу в воздухе.

Стоило ему лишь протянуть руку, и он мог бы утянуть его за собой, совсем как тогда.

Протянуть руку или нет?

На его губах заиграла улыбка.

Да ну его.

Нин И оцепенел. Это была первая улыбка Юй Фэнъюэ с тех пор, как тот превратился в иное существо — ни человека, ни зомби. И выглядела эта улыбка совершенно пугающе и не к месту.

Видя, как Юй Фэнъюэ теряет равновесие и падает, Нин И, не успев даже подумать, вытянул руку вперёд.

Ах…

Улыбка Юй Фэнъюэ на миг застыла. В его глазах промелькнуло изумление, которое тут же исчезло — всё произошло так быстро, что никто и не заметил. Он в ответ крепко схватил протянутую ему руку.

Поймал.

Вес взрослого мужчины в сочетании с инерцией заставили Нин И покачнуться и податься вперёд. Сзади напирала толпа; кто-то кричал: «Не толкайтесь!», но толку от этого не было.

Нин И рванулся вперёд и обхватил Юй Фэнъюэ за талию. Приняв защитную позу для смягчения удара, он вместе с ним несколько раз перекатился по земле.

Спасательный отряд не заметил, что кто-то отстал. В тот самый миг, когда они вдвоём рухнули вниз, водитель вдавил педаль газа в пол, и машина на полной скорости рванула прочь. Правило спасательного отряда было простым: по возможности избегать любых ненужных столкновений.

Шу Линь, зажатая в глубине кузова, видела, как они упали, и закричала во все горло. Но чем сильнее она паниковала, тем слабее становился её голос. Он охрип и затих, будто она вовсе потеряла способность говорить.

— Там люди! Там ещё люди остались!.. Подождите!

***

Нин И стремительно поднялся на ноги.

Машина постепенно скрылась из виду.

Зомби было около двух сотен; Нин И и Юй Фэнъюэ расправились с ними общими усилиями. Нин И полностью истощил свои силы и в изнеможении опустился на землю, прислонившись к огромному валуну.

Небо на горизонте начало светлеть.

Нин И положил руки на колени и, уткнувшись лбом в ладони, закрыл глаза, чтобы перевести дух. Вокруг всё было усеяно трупами. По другую сторону валуна, с перепачканным кровью лицом, сидел Юй Фэнъюэ, скрестив ноги на плоском камне.

— Почему ты спрыгнул за мной? — спросил Юй Фэнъюэ.

— Я же говорил: если мы не идём вместе, то в этом нет никакого смысла, — криво усмехнулся Нин И.

Это была поверхностная причина.

В той ситуации он действовал инстинктивно. А что до того, почему инстинкт заставил его схватить Юй Фэнъюэ? Кто знает…

— И вот мы снова вдвоём... — протяжно вздохнул Нин И.

— Это точно, — отозвался Юй Фэнъюэ. Он притворно сокрушался, но уголки его губ поползли вверх. Голос звучал по-прежнему ровно, однако в нем невольно проскользнули нотки радости.

Они просто возвращались к прежнему привычному укладу, и всё же что-то неуловимо изменилось.

В рюкзаке, который они прихватили, падая с машины, оставалось немного еды. До следующего городка оставалось ещё далеко, когда Нин И накрыл откат: тело вдруг обмякло, окончательно лишившись сил. Не желая выдавать свою слабость перед Юй Фэнъюэ, он на чистом упрямстве преодолел ещё километр и лишь затем рухнул на колени, судорожно хватая ртом воздух.

— Давай… ещё немного отдохнём.

Юй Фэнъюэ не стал спорить и присел рядом.

Раньше Нин И чаще приходилось связывать Юй Фэнъюэ. Он всё ещё помнил, как тот, уходя из их первого убежища, только и помышлял о том, как бы его помучить, и даже прихватил из склада какую-то книжку.

Отдохнув несколько минут, Юй Фэнъюэ опустился перед ним на корточки и произнёс:

— Я понесу тебя на спине.

Нин И посмотрел на подставленную ему спину и спустя пару секунд прижался к ней. Коснувшись губами кончика его уха, он прошептал:

— Справишься?

Юй Фэнъюэ на мгновение замер, а затем выпрямился вместе с ним.

— Справлюсь.

Раз уж Юй Фэнъюэ сказал «справлюсь» — значит, так оно и будет.

Он был в отличной физической форме: пронеся Нин И целых два километра, он лишь стал дышать чуть тяжелее, но не выглядел особо уставшим. Ладонь Нин И ощутила влагу на его шее; он провёл рукой вверх-вниз и коснулся его кадыка.

Он подметил одну любопытную вещь: стоило ему коснуться кадыка Юй Фэнъюэ, как тот судорожно дёргался вверх-вниз.

— Я ничего тебе не сделаю, — прошептал Нин И ему на ухо.

Юй Фэнъюэ лишь коротко хмыкнул в ответ — то ли поверил, то ли нет.

К полудню они добрались до небольшого городка. Отыскав в одной из гостиниц чистую комнату, Нин И пролежал в беспамятстве целые сутки, прежде чем пришёл в себя. А едва очнувшись, тут же почувствовал сильный голод.

Теперь, когда они были в относительной безопасности, корка засохшей крови и грязь на теле стали невыносимыми. Ванная в номере была в ужасном состоянии, но внизу нашлась общественная душевая. И хотя там было ненамного чище, по крайней мере, там можно было хотя бы встать на пол.

После того как Юй Фэнъюэ перебил там всех зомби, внутри остались лишь пятна крови на полу.

Прихватив чистый таз и раздобыв сменную одежду, Нин И направился в душевую. На входе была рулонная штора, но, чтобы не оказаться в ловушке в случае внезапной опасности, он не стал её опускать.

Он скинул одежду, бросил её в сторону и принялся мыться. Из душевой донёсся шум бегущей воды.

Юй Фэнъюэ замер у входа в душевую, перед самой шторой.

Спустя долгое время он наконец откинул занавес и вошёл внутрь.

Шум воды заглушил тихие шаги Юй Фэнъюэ. Когда Нин И спохватился, тот уже стоял прямо у него за спиной.

Нин И одним движением откинул назад мокрые волосы. Он держался совершенно естественно, не пытаясь прикрыться или спрятаться — у него и в мыслях не было смущаться.

— Что такое?

— Помыться. Грязно, — опустил взгляд Юй Фэнъюэ.

Так они общались и раньше, поэтому Нин И сразу понял, что тот имеет в виду.

— Снимай одежду, — сказал Нин И.

Юй Фэнъюэ разделся без лишних раздумий. Нин И на мгновение замер: он было заподозрил, не вспомнил ли Юй Фэнъюэ что-нибудь из прошлого, но по его поведению это не было похоже.

Если бы тот и впрямь что-то вспомнил, разве не прикончил бы его на месте? С чего бы ему тогда тащить его на себе весь путь досюда и разговаривать в такой манере? А если это расчётливая игра, то он слишком уж себя истязает.

Спустя пару секунд Юй Фэнъюэ уже стоял перед ним — они предстали друг перед другом в абсолютной наготе.

Нин И, как и прежде, принялся тереть ему спину. Корочка со следа от укуса на плече уже сошла; тогда он укусил неглубоко, и теперь осталась лишь едва заметная отметина.

Под мертвенно-бледной кожей перекатывались жгуты сухих мышц, он был похож на затаившегося леопарда. Облик Юй Фэнъюэ дышал холодной отстранённостью, отросшие черные пряди волос рассыпались по шее, а изгиб кадыка выглядел пугающе притягательным.

Всё было как раньше, и в то же время — совсем иначе.

Изменились именно ощущения Нин И — всё, на что падал его взор, теперь виделось в ином свете.

Времена былой невинности и простоты ушли безвозвратно.

И именно поэтому Нин И совершил несколько лишних движений.

Оба молчали, слышался лишь шум воды.

Внезапно Нин И замер. Вода стекала с его кончиков пальцев, разбиваясь о пол. Он поднял голову и встретился взглядом с опущенными глазами Юй Фэнъюэ.

После долгого зрительного контакта Юй Фэнъюэ отступил на шаг и повернулся к нему спиной. Но его мочки ушей густо покраснели — при дневном свете это было поразительно заметно.

Нин И облизнул губы: «Ах, кажется, я натворил дел».

— Юй Фэнъюэ.

— …Мгм.

— Похоже, ты всегда неплохо в этом разбирался, — Нин И убрал со лба мокрые пряди.

Он имел в виду ту самую книгу — «Как заставить его молить о жизни и жаждать смерти».

Юй Фэнъюэ: «…»

— Я ведь уже говорил тебе тогда, помнишь? — Нин И шагнул к нему. — Ты можешь использовать меня в своё удовольствие.

Он закинул руку ему на плечо; его кожа, омытая холодной водой, так и веяла прохладой. Нин И слегка наклонился так, что его голова оказалась совсем рядом с лицом Юй Фэнъюэ, и заглянул ему в глаза, любуясь этим чистым, полным смущения выражением лица.

— Извлеки из меня максимальную пользу, — прошептал Нин И ему на ухо. — Хочешь?

Юй Фэнъюэ опустил глаза, пряча свой взгляд, и его кадык снова судорожно дёрнулся.

***

Прошёл почти час.

Нин И впервые помогал кому-то в подобном деле, так что его «профессиональные навыки» оставляли желать лучшего.

Он тщательно вымыл руки и принюхался к кончикам пальцев. Юй Фэнъюэ краем глаза заметил это и повернул голову.

— Похоже, запах не отмывается, — произнёс Нин И с усмешкой.

Юй Фэнъюэ: «…»

Он отвернулся, поджав губы. Алое пламя на его ушах ещё не погасло, но в уголках рта затаилась едва заметная улыбка.

Их отношения в формате «потребитель и используемый» оставались на редкость стабильными. Карты Нин И пропали, и он лишился своего единственного развлечения.

На тумбе под телевизором в гостиничном номере он нашёл несколько журналов, пестревших разнообразной рекламой. Каждый день, возвращаясь с прогулки с Юй Фэнъюэ, он прихватывал с собой пару новых выпусков, чтобы почитать на досуге.

Каждое принятие душа стало временем для развлечений.

Их отношения неуловимо менялись. К примеру, Нин И стал замечать: порой, сталкиваясь взглядом с Юй Фэнъюэ, он ловил себя на мысли, что тот выглядит обезоруживающе обаятельным. Ему казалось, что даже если бы Юй Фэнъюэ сейчас набросился и вцепился в него зубами, он всё равно нашёл бы это милым.

В такие моменты он невольно вспоминал Шу Линь. Интересно, добралась ли эта проницательная девушка до базы Чэнду? У него к ней накопилось несколько вопросов.

Как говорится, «участник событий пребывает в заблуждении, а сторонний наблюдатель видит ясно».

Нин И лишь чувствовал, что, погружаясь в эти отношения, он испытывает невероятное... удовольствие и возбуждение.

Он задавался вопросом: «Неужели это чувство радости, которое дарит мне Юй Фэнъюэ, и есть та самая ❝любовь❞?»

Говорят, первобытная движущая сила любви — это продолжение рода. Любишь — значит, возникает инстинктивное желание близости.

Ночь была туманной; занавески на окне плавно колыхались от ветра. Нин И, одетый в светлый свитер с V-образным вырезом, сидел перед журнальным столиком. Напротив него расположился Юй Фэнъюэ, один за другим выкладывая на стол энергетические кристаллы и методично их пересчитывая.

Нин И наклонился вперёд, воротник его свитера свисал вниз.

— Всё сосчитал? — спросил он.

Юй Фэнъюэ приподнял веки. Его взгляд замер где-то чуть ниже линии челюсти Нин И.

— Мгм.

— Почему ты в последнее время перестал поглощать кристаллы?

— Тебе.

— Мне столько не нужно. Зачем ты отдаёшь их все мне?

— Хочу и отдаю, — Юй Фэнъюэ перевёл тему. — Почему ты всё время на меня смотришь?

— Потому что нравится, — Нин И облокотился на стол. — Разве не ты сам это сказал? Что я тебя люблю.

Это было полмесяца назад.

Юй Фэнъюэ достал из кармана новую, ещё не распечатанную колоду карт и положил её на стол.

— Нашёл в круглосуточном магазине.

— Хм? — Нин И опустил взгляд на карты. — Сыграем вместе?

Нин И не держал карт в руках уже столько дней и порядком по ним соскучился. Он вскрыл упаковку, несколько раз перетасовал новую колоду, возвращая привычное ощущение в пальцах, и протянул её Юй Фэнъюэ.

— Вытащи счастливую карту.

Юй Фэнъюэ вытянул самую верхнюю — тройку червей.

— Тройка червей, значит... — Нин И перевернул следующую карту — это был красный джокер. Он зажал её между указательным и средним пальцами. — Моя особая карта. Помнишь игру, в которую мы играли?

Юй Фэнъюэ уставился на него своими черными глазами и, едва разомкнув тонкие губы, ответил:

— Помню.

— Хм, — Нин И задумался. — Раз уж ты и так отдал мне все кристаллы, они больше не могут быть ставкой в игре.

— Поцелуй, — сказал Юй Фэнъюэ.

Взгляд Нин И на мгновение застыл, но уже в следующую секунду он как ни в чём не бывало поднял глаза — в них заиграл лукавый блеск.

— О... так вот о чем ты думаешь?

Идея сделать поцелуй ставкой и диктовать условия проигравшему показалась ему весьма недурной.

— Какое совпадение, — он забрал карту из руки Юй Фэнъюэ. — Я как раз хотел предложить то же самое.

В последнее время Юй Фэнъюэ начал открыто выражать свои желания. Он больше не был пассивным, как раньше; его намерения стали чёткими и явными. И даже... пожалуй, он стал чересчур инициативным.

«Значит ли это... что он чувствует то же самое, что и я? А это совсем неплохо».

В первом же раунде Юй Фэнъюэ вытянул красного джокера. Его требование было предельно простым: всего лишь поцелуй. Нин И упёрся одной рукой в стол и уже начал наклоняться к нему, как вдруг в дверь постучали — три размеренных, тихих удара.

Нин И остановился на полпути и посмотрел в сторону двери.

— О, у нас гости.

Кто бы это мог быть в такой глухой час?

Юй Фэнъюэ нахмурился: «Опять. Вечно кто-то мешает».

Будучи прерванным на самом интересном месте, Нин И поднялся и подошёл к двери. Прислонившись к косяку, он заглянул в дверной глазок, но снаружи было слишком темно, чтобы что-то разобрать. Стук продолжался. Он выпрямился и распахнул дверь.

Юй Фэнъюэ молча встал у него за спиной. В тот миг, когда дверь распахнулась, зомби, бившийся об неё головой, потерял опору и мешком рухнул внутрь комнаты. Нин И не успел и глазом моргнуть, как стоявший позади Юй Фэнъюэ нанёс сокрушительный удар.

Мимо его уха будто пронёсся порыв ветра — он задел мочку, заставив прядь волос качнуться.

В следующий миг раздался оглушительный грохот — зомби буквально отлетел назад, впечатавшись затылком в стену коридора.

От одного только звука удара Нин И самому стало больно.

Зомби сполз по стене в сидячее положение. По бетону побежали трещины, посыпалась штукатурка, а следом потекла какая-то жижа — в темноте было не разобрать, кровь это или мозги.

Юй Фэнъюэ с громким хлопком захлопнул дверь. Нин И развернулся и прислонился к ней спиной.

— Грубовато ты с ним...

— Он сам виноват, — спокойно сказал Юй Фэнъюэ. Он опустил взгляд на его глубокий вырез. — Ты в порядке?

Нин И приподнял бровь.

Раньше Юй Фэнъюэ просто оглядел бы его с ног до головы или вовсе остался бы равнодушным, но точно не стал бы спрашивать.

— Разумеется, — ответил Нин И.

«Нет... если бы к Юй Фэнъюэ вернулась память, он бы так просто меня не отпустил», — размышляя об этом, Нин И почувствовал себя немного скверно.

— О чём ты думаешь?

— Ни о чём.

— Нет, думаешь.

— Ладно, — сдался Нин И. — Думаю о том, добралась ли Шу Линь до безопасного места.

— Ты так сильно о ней беспокоишься?

— Мы ведь знакомы, это своего рода судьба, — ответил Нин И.

— Она что, настолько хороша?

«Неужели лучше, чем я? Почему, находясь передо мной, он думает о других?»

— Ты слишком враждебно настроен к окружающим, — осознал одну вещь Нин И.

— Лицемерные, подлые, не заслуживающие доверия.

— Не все люди такие, — возразил Нин И. — Вот, например, Шу Линь. Или та группа, которую мы встретили на днях... Ци Цюань...

Юй Фэнъюэ услышал, как с губ Нин И сорвалось очередное чужое имя. Нин И запомнил того мужчину, хотя они едва перекинулись парой слов.

— Они славные ребята, по крайней мере, на первый взгляд, — продолжал Нин И. — И хотя люди меняются — кто-то в худшую сторону, а кто-то в лучшую...

Чтобы предотвратить почернение главного героя, нужно начать с прививания ему правильных мыслей.

— А ты? — спросил Юй Фэнъюэ, не сводя с него глаз.

Сколько из тех нравоучений он действительно принял к сердцу — знал только он сам.

— Я?

— К какой категории людей ты относишь себя? — фокус внимания Юй Фэнъюэ сместился.

В тех примерах, что приводил Нин И, самого себя он не упомянул.

Нин И на мгновение опешил, а затем тихо рассмеялся.

— Я... — он поднял руку и нежно коснулся губ Юй Фэнъюэ, потирая их большим пальцем. Приблизившись почти вплотную, он выдохнул: — Я из тех людей, что любят тебя.

Он подался вперёд и запечатлел поцелуй на его губах. Дыхание обоих было едва слышным, но обжигающе горячим. Нин И закинул руки на плечи Юй Фэнъюэ, сплетая пальцы у него на затылке.

Его ресницы дрогнули над полуприкрытыми глазами. Слегка улыбнувшись, он отстранился на полшага.

— Во втором раунде я буду играть с тобой посерьёзнее.

http://bllate.org/book/15223/1611587