Готовый перевод The Protagonist Only Thinks About Falling In Love / Главный герой просто хочет влюбиться: Глава 40. Дневник

【Не бойся, — буддистски-отстраненно произнёс Система. — И гром с молнией, и благодатная роса — всё это милость Небес [1]】.

[1] 雷霆雨露，俱是天恩 (léitíngyǔlù jùshìtiān'ēn) — идиома: и кара, и милость правителя (или судьбы) следует принимать как благодеяние.

Нин И: 【… Дружище, ты какой-то странный】.

【Да? В последнее время я почитываю буддийские сутры. Хочешь обменяться духовным опытом?】

Нин И: «…»

Система тяжело вздохнул.

【В предыдущие два месяца я много раз тебя предупреждал, но ты просто не слушал】.

Мужчина, поглощённый любовью, хе-хе.

Нин И: 【Ты был прав】.

В ту ночь Нин И мерил шагами камеру наблюдения, из-за чего сотрудники снаружи даже ошибочно решили, что у него началась мутация. Днём следующего дня сотрудники открыли дверь и отвели его заполнять регистрационные бланки.

Узнав, что Нин И — обладатель сверхспособностей, сотрудник проявил было интерес, но, услышав, что тот управляет стихией воды, сразу поскучнел, и былое воодушевление на его лице сменилось безразличием.

Заполнив регистрационные бланки и внеся данные, сотрудник выдал ему карту доступа и ключ.

Нин И выглядел опрятно и благородно, а вёл себя вежливо, поэтому сотрудник разговорился с ним чуть подробнее.

— Твоё жильё — корпус «D» в секторе «S», квартира 601. Вот информация о базе. Кроме того, жилье предоставляется бесплатно только на неделю. После тебе нужно будет расплачиваться либо трудом, либо энергетическими кристаллами. Что касается твоей водной способности, рекомендую пойти в сферу водоснабжения или что-то в этом роде. На этой же улице есть компания «SJ», зайдёшь и сразу увидишь…

Нин И терпеливо выслушал его до конца, поблагодарил и, забрав вещи, направился к своему жилью. Как только он вышел за дверь, то столкнулся с Шу Линь — она пришла специально, чтобы встретить его.

Сегодня её волосы не были завязаны, и Нин И только сейчас заметил, что её ранее длинные волосы до пояса были обрезаны — теперь они едва доставали до шеи.

— Привет, — поздоровалась она, подняв руку.

По пути Шу Линь рассказала ему немного о делах на базе. Порядок здесь был куда хуже, чем до конца света, но всё же ситуация не была совсем плачевной. Однако были места, куда лучше не соваться: если там во что-то влипнешь, а удача отвернётся — можно и на тот свет отправиться.

Кроме того, на базе есть места, где кормят, но за всё нужно платить кристаллами. Как и она раньше, можно получать их, отправляясь на вылазки за выжившими.

База немаленькая, и скрытых талантов здесь предостаточно, так что лучше первым в неприятности не лезть.

Шу Линь болтала с ним довольно долго, и только когда они подошли к корпусу Нин И, она вскользь упомянула Юй Фэнъюэ — до этого она всё не решалась спросить.

Она боялась, что с Юй Фэнъюэ что-то случилось, и этот вопрос заденет Нин И за живое.

Нин И ответил ей той же отговоркой: сказал, что их пути разошлись.

— Вот оно как… — с сожалением выдохнула Шу Линь, затем глянула на часы. — Ой, мне пора.

— Угу, спасибо, что проводила меня.

— Будут проблемы — ищи меня, — сказала Шу Линь. — Я в корпусе «А», вон там.

— Хорошо.

***

Его жилье было не самым лучшим, да и соседи вокруг не походили на порядочных людей.

Он перешёл из мира, где были только они с Юй Фэнъюэ, в толпу, где того не было, и, к собственному удивлению, почувствовал себя гораздо более одиноким, чем раньше.

Занимаясь какими-то делами, он по привычке оглядывался в поисках чужого силуэта, но того человека рядом больше не было.

Когда он ложился спать и поворачивался на бок, пространство вокруг, хоть и было тесным, казалось ему пугающе пустым.

Система напомнил ему, что уровень почернения Юй Фэнъюэ снова поднялся на единицу.

Глядя в потолок в абсолютной тишине, он думал: «Чем сейчас занимается Юй Фэнъюэ?»

На второй день после прибытия на базу Нин И заглянул в компанию по водоснабжению. Стоило ему войти, как его выставили вон, даже не дав объяснить цель визита. Управляющий заявил, что в обладателях водных способностей нет недостатка. Однако, когда Нин И выходил, он разминулся с другим претендентом с той же способностью — того любезно пригласили войти.

Он задумчиво посмотрел туда, где скрылись те двое. Он только-только прибыл сюда, так что затаить на него обиду могли лишь те люди.

Неужели они хотят сделать его жизнь здесь невыносимой?

Засунув руки в карманы худи, он пошёл прочь и снова получил уведомление от Системы.

【Уровень почернения главного героя достиг восьмидесяти двух процентов】.

Нин И остановился.

На третий день он получил такое же уведомление. Уровень почернения Юй Фэнъюэ рос в среднем на один процент в день. Изначально Нин И хотел покинуть базу, но каждый раз, когда он пытался это сделать, ответственные лица «занимались Тайцзи» [2]. Тогда Нин И понял: те люди решили взять его измором и загнать в тупик.

[2] 打太极 (dǎ tàijí) — идиома: уходить от прямого ответа, тянуть время или перекладывать ответственность на других (по аналогии с плавными движениями боевого искусства Тайцзицюань, где сила противника перенаправляется в пустоту).

Первые пару дней те четверо, что привели его на базу, не показывались ему на глаза. Снова он столкнулся с ними на улице: он задел кого-то плечом, отшатнулся на несколько шагов назад и тут же оказался окружён.

— Ой, да это же Нин И! Надо же, а ты всё ещё жив.

— Что такой осунувшийся? Видать, совсем не спалось.

Последние два дня Нин И только и думал о Юй Фэнъюэ, так что он и впрямь почти не спал.

— По мне, раз ты докатился до такого, чего ломаться-то? Шёл бы лучше на Ивовую улицу [3] подыскать себе работку.

[3] 柳街 (liǔ jiē) — квартал красных фонарей или любое другое место с сомнительной репутацией.

— Ха-ха-ха! А ведь и вправду, мордашка у него что надо…

— Как же противно вы треплетесь... Если не хотите, чтобы вам переломали руки, как в тот день, — не смейте меня трогать.

Нин И стоял посреди дороги, выпрямившись во весь рост; в нем не было и тени того страха, на который они рассчитывали.

Противоречия были неразрешимы, столкновение стало неизбежным. Нин И ввязался в драку с теми типами прямо на улице, что привлекло внимание ответственного лица — Ци Цюаня, заместителя командира того самого спасательного отряда.

Зачинщиков драки разняли и отвели в комендатуру.

Ци Цюань был очень удивлён, увидев Нин И. Он всё ещё помнил его: тогда парень отстал от группы, и то, что он сумел вырваться из окружения такой толпы зомби, говорило о его недюжинных способностях.

— Капитан Ци, не верьте ему! Он — подонок, который предал своих товарищей!

Услышав слова окружающих, Ци Цюань задал Нин И несколько вопросов. Разобравшись в его нынешнем положении, он почувствовал, что Нин И не из тех, кто способен на предательство. Услышав же про «предательство товарищей», он произнёс:

— Я помню… тогда с вами был кто-то ещё.

— Да, — сказал Нин И. — Мы потеряли друг друга.

Нин И хотел выбраться из этой ситуации, и Ци Цюань появился как раз вовремя — возможно, он сможет помочь.

Вечером пятого дня уровень почернения Юй Фэнъюэ необъяснимым образом начал снижаться.

***

Юй Фэнъюэ прождал Нин И в отеле три дня, но тот так и не вернулся.

Он сидел на диване, кончиками пальцев легонько постукивая по обложке дневника.

«Неужели почуял, что ко мне возвращается память, испугался мести и сбежал? — уголки его губ дёрнулись в усмешке. — Так что же это было — то, что мне нельзя было видеть?»

【Сегодня пасмурно. Когда он проснулся утром, его волосы забавно растрепались. Какой же милашка, так и тянет погладить. Он увернулся. Что ж, в другой раз — когда буду мыть ему голову, нажамкаюсь вдоволь за один присест】.

【Сегодня нашёл магазинчик, где продают алкоголь, выпили с ним вместе. Его лицо так раскраснелось от вина — до чего же он красив... Когда я мыл ему руки, он был таким послушным, что я не удержался и поцеловал его. У него чудесная улыбка, жаль только, что улыбается он редко】.

【Чуть не прокусил ему кожу на загривке. Кажется, он немного рассердился и весь день меня избегал. В следующий раз надо быть осторожнее... В последнее время я слишком своеволен】.

【Мы разошлись, пока были снаружи, и я вернулся поздно. Он очень злился. Ох и любит же он дуться, но я всё равно его обожаю】.

【Сегодня…】

Юй Фэнъюэ с хлопком захлопнул дневник.

«Какая своенравность — бросить меня здесь в одиночестве и сбежать. Этот дневник... он оставил его нарочно?»

Каждая страница внутри была связана с ним. Можно даже сказать, что там была записана история их двоих, где «в тебе есть я, а во мне — ты» [4].

[4] 你中有我我中有你 (nǐ zhōng yǒu wǒ, wǒ zhōng yǒu nǐ) — идиома: предельная близость или неразрывная связь, когда две судьбы переплетены так тесно, что их невозможно разделить.

Из открытого окна ворвался порыв ветра. Пряди волос на висках Юй Фэнъюэ зашевелились; отросшая чёлка уже немного колола глаза. Он повернул голову и посмотрел в окно.

Пришёл?

Причина, по которой последние несколько дней он так часто требовал у Нин И энергетические кристаллы, заключалась в том, что он чувствовал: рядом с ними бродит какая-то опасная тварь. Поэтому он хотел как можно скорее стать сильнее, ещё сильнее…

***

Два дня спустя ворота безопасной базы Чэнду, ведущие во внешний мир, распахнулись, и машины изнутри медленно поехали наружу.

— Ты уверен, что хочешь выехать вместе с нами? — спросил Ци Цюань у Нин И, находясь в машине.

Они ехали по дороге, ведущей за пределы города.

— Я хочу попытаться отыскать одного человека, — ответил Нин И. — Извини за беспокойство, ты очень выручил меня за эти дни.

— Не стоит говорить о беспокойстве, ты, напротив, меня очень удивил, — сказал Ци Цюань. — Не так много людей способны использовать водную способность настолько виртуозно.

— Ничего не поделаешь, — усмехнулся Нин И. — Жить-то хочется, вот нужда и заставила.

Ци Цюань повернул голову и окинул его оценивающим взглядом.

— А ты не совсем такой, каким тебя описывали те люди.

— И что же они говорили? — только и спросил Нин И, но, не дожидаясь ответа, добавил: — Впрочем, забудь. Наверняка ничего хорошего.

Ци Цюань издал два коротких раскатистых смешка.

— А ты метко гадаешь.

Ци Цюань не слишком верил в то, что Нин И мог вытолкнуть напарника из машины. Причина была в том, что во время прошлой спасательной операции он слышал: Нин И покинул машину именно ради спасения другого товарища.

Отзывы о нем были слишком противоречивы, так что Ци Цюань попросту перестал их слушать. Пообщавшись с Нин И лично и обнаружив его выдающиеся способности, он поначалу лишь проявлял заботу, но позже всерьёз задумался о том, чтобы переманить его на свою сторону.

Нин И посмотрел в окно машины. У ворот на другой стороне базы выстроилась довольно длинная очередь из выживших, ожидавших регистрации и карантина.

— В последние дни прибывает всё больше выживших, — заметил Ци Цюань. — Есть даже те, кто пришёл из других баз. Слышал, база в Ханчжоу на юге на днях подверглась ночному нападению волны зомби.

Среди людей в очереди стоял мужчина в лохмотьях. Его ноздри слегка дрогнули, и он повернул голову в сторону колонны машин, медленно выезжающих с другой стороны. В его карих глазах, казалось, вспыхнули едва заметные искры.

Он уже собирался выйти из очереди, когда сотрудник впереди окликнул его.

— Следующий! Быстрее, быстрее, поторапливайтесь.

Мужчина замер, а затем направился к пункту регистрации.

***

Нин И и Ци Цюань покинули базу и направились в другое место. Проезжая мимо того городка, он с трудом выбрался к отелю, чтобы заглянуть внутрь: двери здания уже сорвались с петель, а по холлу бродили зомби. Юй Фэнъюэ вряд ли мог всё ещё оставаться здесь.

Эта вылазка должна была затянуться больше чем на полмесяца.

Вечером следующего дня внезапно подал голос Система.

【Уровень почернения главного героя упал. Текущее значение — пятьдесят процентов. Режим чрезвычайной ситуации снят】.

В последние дни шкала прогресса постоянно колебалась, то поднимаясь, то опускаясь, но на этот раз произошёл резкий спад. Услышав уведомление Системы, Нин И вскочил на ноги и принялся оглядываться по сторонам.

Юй Фэнъюэ здесь?

Однако в итоге он так и не увидел поблизости даже тени Юй Фэнъюэ. Неподалёку Ци Цюань уже созывал всех в машины; Нин И отвёл взгляд и вместе с остальными сел в автомобиль.

***

Полмесяца спустя.

Был уже вечер, когда их отряд вернулся на базу. Потерь не было — все вернулись в целости и сохранности. После проверки на наличие ран и регистрации люди разошлись кто куда.

Пока со всей этой суматохой было покончено, наступила глубокая ночь.

Лифт в доме, где жил Нин И, уже не работал, но свет в подъезде, реагирующий на звук, всё ещё функционировал. Он поднялся по лестнице на шестой этаж, слегка запыхавшись.

В ночном подъезде стояла тишина. Нин И подошёл к своей двери и достал ключи.

Раздался негромкий щелчок — звук открывающегося замка эхом отозвался в застывшей тишине. Он толкнул дверь, вошёл внутрь, закрыл её и начал шарить рукой по стене в поисках выключателя. Он поднял руку, опустил ладонь...

Но пальцы коснулись не стены — он почувствовал мягкую ткань, хранящую тепло человеческого тела.

Дыхание его перехватило, и он в мгновение ока отпрянул на два шага назад.

Этот дом был небезопасным, замки здесь вскрывались без труда. Он и не думал, что кто-то и впрямь решится на взлом, да ещё и так искусно скроет своё присутствие.

Кто это? Один из тех парней? Или они пришли все вместе, собираясь накинуть ему мешок на голову и проучить как следует? В их прошлую встречу те типы изрядно получили по зубам, так что они точно не оставили бы это просто так...

Словно почувствовав его предельное напряжение, незваный гость с негромким щелчком включил свет. Комната мгновенно озарилась светом, и Нин И смог ясно разглядеть лицо стоящего перед ним человека.

Он остолбенел.

Знакомые черты лица, глубокие складки двойных век, уголки глаз чуть приподняты вверх. Взгляд больше не был мрачным и тяжёлым, как прежде: его золотисто-карие зрачки были удивительно красивы, в них поубавилось прежней отчуждённости, теперь они светились нежностью.

Это был Юй Фэнъюэ.

— Ты…

В голове теснилось столько вопросов, что, когда они дошли до губ, он не знал, с какого начать, и в итоге не смог вымолвить ни слова.

— Я пришёл... найти тебя, — сказал Юй Фэнъюэ всё тем же бесцветным и ровным голосом, что и раньше.

— Как ты узнал, что я здесь?

— Ты сам говорил, — ответил Юй Фэнъюэ, — что собираешься на базу Чэнду.

Когда он добрался сюда, то у ворот базы почувствовал запах, принадлежащий Нин И. После того как он очнулся в этот раз, все пять чувств стали намного острее, но он не стал говорить ему об этом.

Нин И смотрел на него, не задавая больше вопросов. Тот отвечал ему таким же долгим, тяжёлым молчанием.

Трудно было сказать, из-за изменения ли цвета глаз, но его аура стала иной. Он выглядел так, будто до сих пор ничего не помнит, но Нин И понимал: к нему вернулась вся память.

По этой причине его нынешнее поведение казалось крайне двусмысленным.

В этих глазах не отражалось ровным счётом никаких эмоций.

— Почему ты ушёл оттуда? — спросил его Юй Фэнъюэ.

— Это была случайность.

— Какая ещё случайность?

Нин И: «…»

Они смотрели друг на друга несколько минут. Юй Фэнъюэ сделал шаг навстречу, и Нин И подсознательно отступил назад. Юй Фэнъюэ заметил это; он замер и поджал губы.

В такой напряженной атмосфере лишь сохранение безопасной дистанции могло дать достаточное чувство защищённости.

Тот шаг, который сделал Нин И, не был вызван страхом — тело просто сработало на автомате. Однако стоило ему заметить, как Юй Фэнъюэ, совсем как прежде, выдает свою подавленность едва уловимыми жестами, как в душе отозвался укол сожаления.

Этот поступок со стороны выглядел как попытка избежать встречи.

— Ты… боишься меня? — тихо спросил Юй Фэнъюэ, опустив глаза.

— Нет, я просто… немного удивлён.

Юй Фэнъюэ появился слишком внезапно. Нин И был не готов и не знал, какую линию поведения выбрать в общении с ним.

Юй Фэнъюэ прислонился спиной к стене и молчал, опустив взгляд.

— Как ты сюда попал? — спросил Нин И.

— Пробрался… — внутрь.

Он не успел договорить, как в дверь постучали.

Брови Юй Фэнъюэ слегка дрогнули, а пальцы опущенной руки непроизвольно сжались.

— Кто там?

— Это я, — раздался снаружи голос Ци Цюаня.

Нин И посмотрел на Юй Фэнъюэ. Старые привычки взяли верх: первым делом он решил, что того нужно спрятать. Схватив Юй Фэнъюэ за руку, он окинул комнату взглядом — единственным местом, где мог поместиться человек, был шкаф.

Он распахнул дверцы и начал заталкивать Юй Фэнъюэ внутрь.

После короткой борьбы Юй Фэнъюэ всё же оказался заперт в шкафу. Нин И подошёл к двери и открыл её: это пришёл Ци Цюань, чтобы кое-что передать.

Юй Фэнъюэ был высоким, поэтому в шкафу ему пришлось сидеть, обиженно обхватив колени руками. Тусклый свет и теснота навевали дурные воспоминания, но здесь же висело несколько вещей Нин И, хранивших его запах. Он поднял голову, и подол одного из худи скользнул по его щеке. Он вскинул руку и сорвал его с вешалки, и та ударилась о дверцу шкафа с грохотом.

— Что за звук? — Ци Цюань заглянул внутрь комнаты.

— Наверное, мышь, — сказал Нин И, принимая энергетические кристаллы от Ци Цюаня. Раньше у Нин И на одежде не было карманов, и он временно оставил их у капитана, а по возвращении совсем об этом забыл. — Спасибо.

— Пустяки, — ответил Ци Цюань. — Ну, я пойду. Отдыхай.

— Мгм.

Как только Ци Цюань ушёл, Нин И закрыл дверь. Всё это заняло не более трех минут.

Дверца шкафа закрылась неплотно — из-за удара вешалки осталась щель, через которую на Юй Фэнъюэ упал свет из комнаты. Нин И распахнул дверцы, и хлынувший внутрь свет разогнал тьму.

Он увидел Юй Фэнъюэ: тот сидел, съёжившись и прижимая к себе его одежду. Почувствовав свет, он поднял голову. Влажные от пота пряди черных волос прилипли ко лбу, а взгляд был чистым и светлым, в нем не было ни капли агрессии.

Нин И на мгновение замер, глядя на одежду в его руках. Юй Фэнъюэ проследил за его взглядом, крепче сжал ткань и, запрокинув голову, едва заметно улыбнулся.

— Здесь, внутри, слишком темно.

— Выходи, — Нин И отошёл в сторону, освобождая путь.

— Кто это был? — спросил Юй Фэнъюэ.

— Друг.

— Так быстро... у тебя уже появились новые друзья? — голос Юй Фэнъюэ звучал легко и невесомо. — Неужели ты меня забыл?

Нин И почувствовал, что его настрой изменился.

— Ты ведь уже видел его — это Ци Цюань, — произнёс он, прислонившись к подоконнику.

Юй Фэнъюэ, всё ещё сжимая в руках черное худи Нин И, бросил ему обвинение:

— Я настолько не достоин того, чтобы меня видели? Зачем ты меня спрятал?

Нин И: «…» — если подумать, этот поступок и впрямь был лишним. Просто ему не хотелось ничего объяснять другим — слишком много мороки.

— Ты… — Нин И слегка пошевелил губами.

— А-а, — негромко отозвался Юй Фэнъюэ, многозначительно растягивая звук. — Хочешь спросить, всё ли я вспомнил? Я где-то выдал себя раньше? — его голос внезапно похолодел. — И именно поэтому ты так спешно меня бросил?

— Ты в то время... — поднял взгляд Нин И.

— Да, вспомнил кое-что, — подтвердил Юй Фэнъюэ. — Небось думаешь: «Как было бы хорошо, если бы я ушёл от него ещё тогда»?

— Я никогда так не думал, — отвернулся Нин И. — Каждый день, проведённый с тобой, приносил мне радость...

— Я не знаю, какие из твоих слов — правда, — снова прервал его Юй Фэнъюэ и посмотрел на Нин И. На его бледном лице промелькнула улыбка. — Ты всё время мне лгал.

Он скосил глаза на стоящий рядом шкаф и швырнул туда одежду.

— Я ненавижу сидеть в шкафу. Когда я был маленьким и плохо сдавал экзамены, родители в наказание запирали меня в шкафу. Я... просто ненавижу это.

Нин И внезапно вспомнил, что на протяжении всего их пути Юй Фэнъюэ никогда не оставался в машине на ночь, если внутри не горел свет.

— Ты теперь ненавидишь меня? — спросил он.

Юй Фэнъюэ смотрел на него, не произнося ни слова.

Раз уж он пришёл и наговорил столько всего, Нин И сделал ставку на то, что тот всё ещё что-то к нему чувствует. Он сделал шаг к Юй Фэнъюэ, но тот отступил назад.

— Не подходи.

— Я давно тебя не видел, — сказал Нин И. — Подойдя ближе, я смогу рассмотреть тебя лучше.

— Я убью тебя, — отозвался Юй Фэнъюэ. — Сейчас ты для меня не представляешь никакой ценности.

— Плевать, — Нин И не замедлил шага. — Считай, что я возвращаю тебе долг.

Юй Фэнъюэ понимал, какой именно «долг» тот имеет в виду. Он до сих пор не мог связать нынешнего Нин И с тем, прежним — по ощущениям это были два абсолютно разных человека. Перемена между ними была слишком резкой.

Его пятка упёрлась о край шкафа. Он откинулся назад и соскользнул вниз, оказавшись сидящим прямо в шкафу; несколько вешалок с одеждой упали рядом. Тень Нин И накрыла его целиком.

Не обращая внимания на упавшую одежду, Нин И наклонился. Упёршись левой рукой в стенку шкафа, он отбросил осторожные попытки прощупать почву. Его правая ладонь коснулась щеки Юй Фэнъюэ. Склонив голову, он мягко коснулся его губ поцелуем.

В ярко освещённой комнате Юй Фэнъюэ издал приглушенный стон и вскинул руку, чтобы оттолкнуть Нин И, но тот перехватил его запястье. Юй Фэнъюэ по инерции сделал пару чисто символических толчков и затих.

Нин И осторожно коснулся кончиком языка его губ. В ответ Юй Фэнъюэ вскинул вторую руку, вцепился в воротник Нин И и с силой дёрнул его на себя. Он ответил на поцелуй яростно и грубо: проявить хоть каплю нежности для него означало бы признать поражение, а он твёрдо решил не сдаваться.

В пылу поцелуя Нин И почувствовал лёгкую колющую боль на губах, и во рту разлился едва уловимый привкус крови.

Раздались влажные звуки поцелуя. Они не могли оторваться друг от друга, сплетаясь языками в бесконечном танце; вокруг воцарилась атмосфера невыразимой нежности. Дыхание, горячее, словно огонь, обжигало кожу, и этот жар дюйм за дюймом разливался по телу, пока лицо Нин И не покрылось густым румянцем.

Когда они отстранились, их губы на мгновение соприкоснулись — едва-едва, словно касание стрекозы о поверхность воды.

Подушечкой большого пальца Нин И нежно провёл по покрасневшим уголкам глаз Юй Фэнъюэ. Лизнув ранку на губе, он прошептал:

— Прокусил... Что же ты вечно норовишь меня укусить?

Нестабильное состояние, вызванное несколькими минутами в шкафу, сменилось иным чувством. Юй Фэнъюэ поднял руку и тыльной стороной ладони вытер онемевшие губы.

— Как ты узнал, что я здесь? — Нин И опустился перед ним на корточки. — Виделся с кем-то из своих прежних знакомых?

— Шу Линь сказала мне, — Юй Фэнъюэ бросил на него косой взгляд и криво усмехнулся. — Сказала, что ты здесь... и что живётся тебе неплохо.

Нет, на самом деле он столкнулся со своими прежними напарниками уже на второй день после того, как проник на базу.

— А-а... — Нин И внезапно приблизился к нему, опустившись на одно колено. — Твои глаза... ты надел цветные линзы?

— Это всё благодаря тебе, — внезапно рассмеялся Юй Фэнъюэ и мрачно уставился на Нин И. — За всю ту ложь, которой ты меня кормил, я с тобой сполна рассчитаюсь.

— И что потом?

— А потом... когда ты перестанешь быть мне интересен, на твоём месте я бы начал всерьёз за себя опасаться.

— Ты так открыто выкладываешь мне свои планы — не боишься, что я подготовлюсь заранее? — спросил Нин И. — Например, снова обведу тебя вокруг пальца.

— Можешь попытаться, — отозвался Юй Фэнъюэ. — Но если не хочешь подвергнуться наказанию — лучше этого не делай.

— Понял... — Нин И долго смотрел на него. — Я приложу все силы, чтобы ты не потерял ко мне интерес. Но я тебе никогда не лгал. Максимум — кое-чего не договаривал. То, что мне было хорошо с тобой, — правда. И когда ты говоришь такие вещи... мне больно, даже если это не всерьёз.

— ...С завтрашнего дня ты переезжаешь ко мне, — отвернулся Юй Фэнъюэ. — И не вздумай сопротивляться.

— Хорошо, — Нин И не стал спорить с этим жёстким требованием. Ему почудилось в этом что-то знакомое; мгновение спустя он вспомнил, что в самом начале, кажется, вёл себя с Юй Фэнъюэ точно так же.

Юй Фэнъюэ жил в корпусе «А». На следующий день, ещё до рассвета, он пришёл за Нин И. Тот взял с собой лишь немного одежды и ключи, после чего последовал за ним.

В отличие от вчерашнего дня, когда его так сильно штормило от перепада эмоций, сегодня Юй Фэнъюэ был куда спокойнее. Всю дорогу они провели в молчании.

Хотя корпуса «А» и «D» находились в одном и том же жилом комплексе, разница между ними была огромной. В корпусе «А» лифты работали круглосуточно, а квартира Юй Фэнъюэ оказалась очень просторной: две спальни и гостиная, окна выходили на юг, а снаружи даже виднелась зелень.

Юй Фэнъюэ привёл Нин И в ту комнату, где спал сам. Кровать была широкой, но проблема заключалась в том, что она была всего одна. Нин И не стал уточнять, придётся ли им спать вместе: вдруг Юй Фэнъюэ велит ему стелиться на полу? Это был бы неоправданный риск.

Юй Фэнъюэ, казалось, был очень занят: он ушёл утром и вернулся лишь в сумерках. Нин И обошёл квартиру и нашёл во второй спальне множество книг, за чтением которых незаметно провёл весь день.

Вернувшись, Юй Фэнъюэ сразу направился во вторую спальню и бросил Нин И мобильный телефон.

— Чтобы мне было удобнее связаться с тобой, если что-то случится, — сказал он.

— И какую цену я должен за это заплатить? — спросил Нин И, посмотрев на телефон в своих руках.

— И что же ты можешь предложить? — спросил Юй Фэнъюэ.

— Всё что угодно, — он коснулся указательным пальцем уголка губ. — Например, продать тебе себя.

Взгляд Юй Фэнъюэ потемнел. Он бросил на него глубокий, нечитаемый взор, развернулся и вышел из комнаты. Было неясно, разозлило его это или, наоборот, пришлось по душе.

Нин И опустил голову и принялся крутить в руках телефон. В списке контактов был всего один номер, записанный как «Юй».

Нин И немного подправил его. Теперь там значилось: «Золотце Юй».

Казалось, люди повсеместно используют слово «золотце» как ласковое прозвище для своих возлюбленных. Нин И это очень нравилось.

http://bllate.org/book/15223/1615367