Готовый перевод Зелений ліхтар відображається у дзеркалі / Зелёный фонарь отражается в зеркале: Глава 40

Глава 40

— Жун-гэ, ты должен хотя бы немного отдохнуть, — Хуа Чэн тихо заговорил с младшим принцем, садясь возле него на деревянный пол.

В маленькой комнате заброшенного дома на самой окраине посёлка было холодно, но небо светлело, темнота постепенно отступала. Они нашли этот дом в нескольких километрах от своего сада, он был небольшим, заброшенным и старым. Отсюда было видно лишь поля, а до ближайших соседей было несколько сотен метров. Но Се Лянь защитил территорию барьером и талисманами, желая прогнать как демона в маске, так и свидетелей, которые могли найти их утром.

Их компании не стоило оставаться долго на одном месте. Они должны были идти дальше. Но сначала — найти одежду, купить еды и, конечно, дождаться наследного принца, который вернулся в дом для того, чтобы забрать хотя бы какие-то уцелевшие вещи.

— Жун-гэ…

Но Ци Жун как будто и не слышал друга. Он уже часами смотрел на Ло Мин, которая, почувствовав истощение, заснула не в силах бороться с болью. Парень считал её вдохи и выдохи, иногда она дрожала, и тогда он снова и снова укрывал её тонкой верхней одеждой, даже зная, что это не помогало.

— Хун-эр прав, — на этот раз к нему обратился Сян Ян.

Жених Ло Мин не отходил от неё. Среди ночи в его дом пришли Му Цин и Хуа Чэн. Парни не слишком долго объясняли, что произошло, позволили собрать лишь небольшую сумку и сказали, что он был в опасности. Как и они. Он схватил с собой только верхнюю одежду, кошелёк и подарки, которые готовил для будущей жены — шпильку и красный вышитый цветами пояс. Уже возле их имения, Сян Ян понял, что произошло — огонь уничтожил дом. Его же самый большой страх подтвердился скоро — Му Цин сказал, что Ло Мин выжила, но была ранена. Он не мог успокоить его, не мог ничего пообещать. Они шли молча, пока не догнали других.

Ци Жун не помнил, говорил ли с ним парень, но точно знал, что тот вытирал солёные слёзы рукавом и помогал нести Ло Мин дальше.

— Может ты сможешь хотя бы немного поспать? — Хуа Чэн всё ещё шептал, но младший принц отрицательно покачал головой.

Он не хотел спать. Всё его тело болело изнутри. На сердце лежал тяжёлый камень, который не давал дышать ровно и глубоко. Ему даже казалось, что он потерял голос, потому что слова никак не срывались с губ, он просто открывал и закрывал рот как немая рыба.

— Лянь-гэ скоро вернётся, он будет ругать нас, что ты такой замученный, — друг чуть ли не заглядывал ему в лицо, но Ци Жун всё ещё не реагировал.

Это его вина.

Это он во всём виноват.

Из-за него его близкие потеряли всё. Не просто дом над головой, а приют, где они могли прожить долгую и счастливую жизнь. Где не существовало проблем, которые нельзя было бы решить. Где раздавался смех, где строились планы на будущее. Где они совсем недавно делали украшения для свадьбы, где они готовили на открытом воздухе.

Там должны были рождаться мечты, а были похоронены все надежды.

Из-за него.

Если бы он только отступил… Если бы проигнорировал тёмную тень за спиной Тан Цзи…

Ничего бы не случилось. Ло Мин бы сегодня утром вышла замуж за парня, которого любила. Он бы держал Се Ляня за руку, Фэн Синь бы не терял силы, делая вид, что он был в порядке. Хуа Чэн и дальше бы удивлял всех своей открытостью и планами. Мать Му Цина бы имела место, где могла прожить спокойную жизнь, не думая о голоде и холоде. А Се Лянь… Се Лянь мог бы вознестись снова, не проходя испытание демона, который желал его падения.

Это Ци Жун стал причиной катастрофы.

Младший принц почувствовал, как кто-то нежно коснулся его плеча, а потом немного настойчивее сжал его.

— Тётя? — Младший принц поднял голову, встречаясь глазами с женщиной. Он бросил взгляд за её спину — Король всё ещё сидел, облокотившись спиной на стену. Его глаза были закрытыми, а руки скрещёнными, но он точно не спал.

Никто не мог.

— Жун-эр, иди сюда, — её голос был ласковым и мягким. — Ты должен отдохнуть.

— Тётя, я…

Ци Жун только отвёл взгляд в сторону.

Стыдно.

Было так стыдно смотреть на неё.

Он подвёл её. Не выполнил свои обещания. Ни перед кем из них.

— Да, Жун-гэ, — Хуа Чэн совсем легко, но всё же толкал его в спину. — Мы с Ян-гэ присмотрим за Ло Мин.

Младший принц невольно поддался им. Он медленно встал с земли и так же, перебирая ногами, пошёл за тётей. Проходя мимо Фэн Синя и Цзянь Лань, он снова посмотрел в другую сторону. Девушка сидела на полу, Фэн Синь же положил голову ей на колени. Он дышал тяжело, иногда хрипел, но не выдавал себя. Цзянь Лань нежно гладила его волосы, периодически касалась подушечками пальцев его сухих губ, словно оставляя на них короткие поцелуи.

Ци Жун с трудом проглотил тяжёлый ком.

Через большое окно Му Цин до сих пор высматривал Се Ляня, а его мать сидела возле него, утешая, что они со всем могли справиться.

В самом деле?

Она до сих пор в это верила?

— Жун-эр, — Королева снова обратилась к нему. — Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, — она говорила шёпотом, но он слышал её.

Они двое вышли через сломанную дверь на передний двор и прошли немного дальше. Трава здесь была по пояс, кое-где росли колючки. В воздухе витала влажность, но первые солнечные лучи уже появились на горизонте, окрашивая небо в оранжевый.

— Тётя…

Ци Жуну снова не хватало слов. Парень только тихо хмыкнул.

Он отчего-то начал щуриться. Солнце не было ещё ярким, но его глаза жгли. Слёзы снова подступили, а горло сжалось.

— Мы все тебе очень благодарны.

От услышанного Ци Жун внезапно повернулся к ней.

Благодарны? Как они могли быть благодарны?

Он всё испортил! Он почему-то поверил, что мог вмешиваться в чужие жизни без последствий для себя.

Но в ответ Ци Жун только замигал чаще, чтобы не выдать себя.

— Когда всё немного стабилизируется, когда Ло Мин будет лучше себя чувствовать, мы начнём снова. Где-то в другом месте, — женщина подошла ближе к нему и совсем легко коснулась его щеки, стирая влажные слёзы. — Ты научил нас двигаться вперёд.

Ци Жун, не скрывая удивления, смотрел на Королеву.

Он… научил?

— Показал, что даже в самое тёмное время, есть те и то, ради чего стоит жить, — тётя улыбнулась ему.

Совсем устало.

Грустно.

Но всё равно с какой-то лёгкой тенью надежды.

— Ты спас всех нас, когда никто не верил в спасение. В новую жизнь. В то, что в самые худшие времена нужно верить в себя. В людей, которые рядом.

— Но ведь дом… — Ци Жун тяжело выдохнул.

— Помнишь, ты говорил, что дом — это не стены, а люди, — женщина совсем ласково погладила его щёку. — Никто не винит тебя ни за что. И никогда не винил. Дай себе время. И нам тоже. Мы пройдём это все вместе, а потом… посмотрим, что будет дальше, — она на мгновение подняла взгляд чуть выше. — Сегодня будет хороший и тёплый день.

Ци Жун и сам видел, что солнце медленно поднималось вверх. Тьма расходилась, а на небе появлялось белое сияние.

— Мой сын всегда говорил, что ты вдохновляешь, — тихие слова Королевы звучали в голове, а парень почувствовал приятное тепло вокруг себя.

И, самое главное, внутри.

— Так и есть. Ты — вдохновение для многих. Надеюсь, через сотни лет ничего не изменится.

Ци Жун и сам не понял, как она обняла его. Через мгновение парень и сам прижался к ней.

Солнце полностью вышло из-за горизонта, а тени над их головами окончательно исчезли.

Младший принц глубоко дышал. Тепло чужих рук, уверенность в чужом голосе — это всё… Это всё отгоняло тревоги и страх.

Однако, наибольшее облегчение он почувствовал, когда совсем рядом с ними приземлился Се Лянь. Его сильная духовная энергия чуть не сбила их обоих с ног.

Ци Жун сразу посмотрел на парня. Наследный принц держал в руках два небольших мешка. Ещё один — побольше — был завязан за его спиной, а на поясе висело три меча. Выражение его лица было серьёзным и собранным.

— Се Лянь, — Ци Жун только почувствовал, что Королева отпустила его, позволив сделать шаг навстречу парню.

Уже через мгновение Се Лянь держал его в объятиях и шептал на ухо, что всё было хорошо. Из дома, поняв, что наследный принц вернулся, начали выходить другие. На пороге стояли Му Цин и Хуа Чэн. За ними — Король.

— Я забрал золото из подвала, некоторые украшения, вещи и мечи. Но многое пришлось оставить, возле дома уже начали появляться люди. Не знаю, привёл ли их господин Ван или это просто горожане, но…

Се Лянь не продолжил.

Всё было ясно — конечно, они будут ходить по их дому, ища то, что уцелело. То, что можно было потом продать или оставить себе, если оно имело ценность.

— Но что? — Хуа Чэн обратился к Му Цину, но его услышали все.

— Мародёрство… — друг ответил ему тихо.

На лице Хуа Чэна отобразился гнев, а в глазах плескалась злость.

— А можно проклясть вещи на расстоянии?

Му Цин лишь неоднозначно покачал головой, Хуа Чэн же, сделал свои выводы.

— Но здесь хватит, — Се Лянь жестом попросил друзей забрать мешки и вещи. Те сразу же выполнили просьбу и снесли все пожитки в дом. — Через несколько часов пойдём в посёлок, купим одежду и лекарства. Поищем повозку. Пойдём дальше, в малом городе на нас будут обращать внимание, это вызовет много вопросов, — он говорил чётко, план продумал уже давно. — Всё будет хорошо. Талисманы никто не повредил, значит, никто не идёт за нами.

За этим «никто» он скрыл одно конкретное имя.

Ни Ци Жун, ни Се Лянь не желали говорить родителям о демоне.

Но защитить их от него всё равно должны были. Мишенью Бай Усяна были они. Но, вдруг, всё могло измениться?

— Я вернусь в дом, — Королева оставила их вдвоём.

— Как ты? — Оба принца задали вопрос одновременно. А потом так же в унисон сказали «ты первый».

— Что осталось на месте пожара? — Ци Жун не мог не спросить. Но Се Лянь отказался об этом говорить.

— Это не первый раз, когда мы оставляем за спинами руины. Только тогда я был разбит, чуть не сломлен, думал, что потерял всё, — наследный принц всё ещё держал свои руки на его талии. — Но ты знал, что делать и шёл вперёд. Теперь я знаю, — его голос был ровным. — Ты должен мне довериться, — он легко возвращал ему все те фразы, которые когда-то говорил Ци Жун.

И слышать их было так важно.

— Как Ло Мин? — Парень невольно посмотрел на двери дома.

— Спит, — в глазах Ци Жуна снова появился страх и злость. На самого себя. И Се Лянь почувствовал её сразу.

— Ты ни в чём не виноват, — наследный принц на мгновение отклонился назад, его взгляд стал внимательнее.

— Она вернулась из-за рисунков! — Ци Жун только чудом сдержал голос от того, чтобы он сорвался на отчаянный крик. — Я не понимаю, почему она вообще решила, что их нужно спасать, что…

Слов не хватало. Как кусок бумаги мог стоить жизни? Как?

— Но если бы я… Бай Усян выкрал меня прямо из комнаты, и… — он хватал ртом воздух. Десятки мыслей в голове создавали хаос, хотелось одновременно говорить обо всём и молчать. — Нас предупреждали. Говорили, чтобы не лезли в это дело. Я должен был нас остановить, должен был почувствовать, что тот чертов господин Ван опасен не только для других, но ещё и для нас и…

— Ты делал всё правильно, — Се Лянь заговорил, как только младший принц замолчал и закусил губу. — Ты спасал, помогал, искал способ. Ты бы не смог пройти мимо. Я это точно знаю. И… это не твоя вина, — наследный принц притянул его ещё немного ближе к себе. — Это вина того, кто это сделал. Кто решился на это.

Ци Жун только тихо хмыкнул.

Когда-то он говорил эти слова Се Ляню. Тогда, когда Сяньле пылало, разрушалось и уходило в небытие.

Теперь он повторил их ему, напоминая, что все делали выбор. И не он нёс за него ответственность.

— Ты бы не мог не действовать, ты бы себе это не простил, — наследный принц поставил свои ладони ему на спину.

— А это прощу? Если что-то случится…

— Ты не знаешь будущего, и…

Но Ци Жун дёрнулся, услышав его слова. Се Лянь сразу почувствовал как мышцы под пальцами напряглись, а духовная энергия потекла быстрее.

— Что случилось? — Наследный принц начал выравнивать поток силы в его каналах.

— Мои видения… — парень заговорил тише. — Одно из них сбылось сегодня. Пожар, который я видел много лет назад. Я думал, что он касался семьи демоницы Бао Ли, но… Нет. Точно нет.

— Что ты видел ещё?

— Как… — но Ци Жун почувствовал тошноту и страх, которые подступили к горлу. — Как меня проткнули мечом. Сюда, — он коснулся солнечного сплетения. Се Лянь мигом побледнел, а потом накрыл своей рукой его пальцы. — И… падение с горы. Я думал это про Мо Гуаня, но…

— Этого не случится, — наследный принц покачал головой. — Я не дам этому случиться. Обещаю.

Ци Жун в ответ кивнул.

А что, если нет?

Что, если судьбу невозможно было обмануть? Они бежали от огней пылающего Сяньле, но они настигли их. Он так долго прятался от смерти, а она, возможно, просто ждала своего часа?

— Если ты снова что-то увидишь, ты должен рассказать мне.

Ци Жун снова согласился.

— Не бойся, — Се Лянь снова заговорил мягким голосом, как будто и не он секунду назад строго озвучил свою просьбу. — Мы справимся. Это не последний день для нас. Для всех нас. Впереди ещё много всего. И хорошего, и плохого…

— Это тоже мои слова? — Парень невольно улыбнулся самыми уголками губ.

— Я очень внимательно тебя слушал. Всегда, — Се Лянь бросил короткий взгляд себе за спину. И пока никто не видел, он позволил себе нежно коснуться губами кончика носа Ци Жуна. — Отдохни полчаса, а потом пойдём в город вместе. Я пока помогу другим разобрать вещи.

Наследный принц дал и себе ещё одно обещание — по возможности, не оставлять Ци Жуна одного. До вознесения. И до полной победы над демоном в маске.

Через сорок минут вещи были перебраны. Ци Жун быстро составил бюджет и взял необходимую им сразу сумму. На вещи, лекарства и еду. Младший принц всё ещё бросал короткие взгляды на Ло Мин. Девушка не проснулась, Сян Ян сидел возле неё, молясь богам и надеясь на чудо.

Дорога до небольшого рынка оказалась не такой уж и близкой. Но, к счастью, купить всё необходимое они всё же смогли, даже повозку со скидкой. Жители, конечно, спрашивали, откуда они шли, Се Лянь сказал, что они были купцами, которых обокрали на большой дороге, но они всё же смогли спрятать немного денег. Ци Жун его ложь быстро поддержал и уже через мгновение они вместе с торговцами жаловались на судьбу и власть.

Купив самую дешёвую одежду, они всё же выбрали лучшую еду, а на лекарствах не экономили совсем. Уже возвращаясь назад, младший принц заметил совсем маленький храм. Там горело две или три ароматические палочки, но людей внутри не было.

— Хочешь помолиться? — Се Лянь спросил удивлённо, но всё же расценил его желание правильно. — Императору?

— Нет, — Ци Жун ответил быстро. — Госпоже Шень и Янь Циао.

Они единственные, к кому он бы мог обратиться с подобной просьбой. Парень не был уверен, что они бы его услышали, но всё же стоило попробовать.

Наследный принц помог ему зажечь палочку, а потом опустил монетку в ящик. Ци Жун же закрыл глаза, обращая молитвы к людям, которых знал лично.

Он не просил мгновенного исцеления. Не умолял забрать испытания. Он просто хотел, чтобы у близкого человека появился шанс.

Чтобы Ло Мин пришла в себя. Чтобы её зрение не было повреждено, а шрамы не кровоточили. Чтобы боль отступила, а все эти события не имели последствий.

Он пообещал, что станет их должником. И обязательно, когда вернётся, отплатит.

Парни не ждали, когда палочка погаснет, они ушли раньше, чем дым от неё стал ощутимее, а в нём можно было узнать женский силуэт, который словно наблюдал за ними.

Когда они вернулись домой, на пороге их уже ждал Хуа Чэн. Парень подпирал плечом раму, но сразу стал ровно, увидев друзей.

Сердце Ци Жуна забилось быстрее, но на лице Хуа Чэна появилась улыбка и камень на душе разбился на мелкие осколки.

— Ло Мин очнулась, — Хуа Чэн, наверное, хотел ещё что-то сказать, но младший принц только и успел, что передать ему мешок с продуктами. Друг расценил всё по-своему. Значит, ужин был на нём. Глазами он уже искал Му Цина, который бы должен был ему со всем помочь.

Ци Жун влетел в дом, поднимая полами одежды пыль, которая лежала на полу. Ло Мин лежала на том же месте, но жестом она отгоняла от себя жениха, который всё никак не мог к ней подступиться.

— … не смотри на меня, — голос девушки был тихим, рядом с ней сидела Цзянь Лань, которая готовилась делать подруге перевязку. Королева была с другой стороны. Она медленно гладила плечи Ло Мин в местах, которых не коснулся огонь. — Не надо. Просто иди, — она чуть ли не плакала. Ци Жун сразу оказался рядом с ними и отдал Цзянь Лань лекарства и чистые бинты.

— Ло Мин, — младший принц чуть не упал рядом с ней на колени. За его спиной стоял Се Лянь. — Как ты?

Вопрос, наверное, был глупым, всё и так было ясно, но он сорвался с губ. Как надежда. Как ожидание.

— Ваша… Жун-гэ, — девушка поправилась. — Я… — ей всё ещё было тяжело говорить. Кожа неприятно натягивалась, немела, она не чувствовала собственной мимики.

Однако младший принц заметил, что самые большие раны уже не кровоточили.

— Болит, — Ло Мин могла сказать только это.

— Я принёс лекарства, — он видел, что Цзянь Лань быстро наносила их на бинты. — Сейчас станет лучше и…

— Сян Ян… — девушка перевела взгляд на жениха. — Не… смотри…

Но парень не отвернулся, более того, он делал всё то же самое, что и Цзянь Лань.

Ло Мин снова заснула. Только на этот раз после лекарств, перевязки и лёгкого супа, который для неё приготовила мать Му Цина.

За обедом никто не говорил. То ли не желая начинать тяжёлую тему, то ли потому, что никто пока не знал, что их ждало дальше. Ближе к вечеру Се Лянь сказал, что пора было покидать этот дом и идти дальше.

Король отказался ехать на повозке и отдал своё место Ло Мин. Королева же попросила Фэн Синя сесть возле девушки, которая до сих пор спала. Наверное, если бы не взгляд Цзянь Лань, друг бы тоже отказался, но её суровость подействовала лучше любых уговоров.

Они все не знали, куда им идти, но держали путь на север. Дальше. Куда-то.

Ночь была прохладной, но на удивление… спокойной. Они шли мимо леса, держа впереди себя небольшие фонари, единственное, что слышали — насекомых, птиц и журчание реки где-то совсем близко. Большая бледная луна была свидетелем их путешествия, которое пока не имело конечной точки.

— Всё будет хорошо, — слова Се Ляня вызвали покой в душе Ци Жуна.

Следующую неделю они провели в дороге, лишь иногда останавливаясь в крупных городах ради ночлега. Первой и главной целью — было отойти как можно дальше от мест, которые когда-то были им знакомы.

Ло Мин чувствовала себя лучше, лекарства и мази помогали, аппетит возвращался, но лёгкая слабость ещё оставалась. Она всё чаще прятала лицо в бинтах, старалась не смотреть в зеркальные поверхности и избегала разговоров с Сян Яном.

— Ло Мин, мы можем поговорить? — Младший принц нашёл девушку во внутреннем дворе гостиного двора, где они сняли несколько комнат, чтобы переждать возможный ливень ночью. Служанка сидела на широкой скамье и смотрела на двух рыжих котов, которые жили с хозяйкой этого места, а сейчас игрались на траве чуть дальше от них. Время уже было поздним, но она не возвращалась в комнату.

— Конечно, — она хотела встать, чтобы парень мог сесть, но он жестом попросил её не обращать внимания. Места было достаточно и для двоих.

В воздухе чувствовалось приближение грозы, а небо становилось темнее и тяжелее. Пока другие были в комнате, он хотел поговорить с ней один на один. Хотя бы несколько минут.

— Вы можете отвести глаза, Ваше Высочество? — голос Ло Мин стал ниже.

— Что за глупости? Почему мне нельзя смотреть на тебя?

Но ответ младший принц уже знал.

Она стеснялась свежих шрамов. Считала их уродливыми и такими, которые вызывали у людей ужас.

— Раны на лице затянутся. Ты всё равно очаровательная. Милая и прекрасная девушка, которая всегда готова помогать другим, — его тёплый голос заставил Ло Мин повернуть к нему голову. — Это тебя не изменило. Дай себе время. Ты была в шаге от смерти, то, что тебя спасли…

— Я очень благодарна за это, — она быстро перебила его, сглатывая слёзы.

— Ло Мин, я знаю, что ты вернулась из-за картин, — Ци Жун не мог не думать об этом факте.

— Я знаю, что вам кажется, что я не должна была этого делать, — она невольно начала сгибать и разгибать пальцы, скрывая за этим жестом собственные нервы. — Но я не могла иначе. Я верю, что в тех картинах есть частичка вашей души, я не могла позволить огню её сжечь, — она заговорила более твёрдым голосом. — Не вините себя ни в чём, — Ло Мин печально улыбнулась ему. — Вашим первым подарком мне стала картина. Цветы лотоса. Вы нарисовали её ещё в Императорском монастыре. Когда впервые обрели своё вдохновение…

Ци Жун молча слушал её, боясь перебить.

— Вы бы тогда видели своё лицо, — Ло Мин улыбнулась уже немного теплее. — Мне тогда казалось, что для вас не существовало преград. И… мне тоже хотелось быть такой. Как вы. Тогда. И дальше. Заботиться о других, верить в себя, много смеяться, говорить искренне и… не бояться. Я думаю, всё это есть в ваших картинах. В портрете Его Высочества наследного принца, в рисунках деревьев или солнца, в изображениях Короля и Королевы… и даже в том, который вы… готовили для меня, — она запнулась. — Мне казалось, что если они превратятся в пепел, это разрушит всё. Это как будто что-то тёмное… победило. Поэтому я вернулась, — она смотрела прямо на него. — Я… не жалею. Потому что если бы ваша работа была потеряна, я не знаю, начали ли бы вы рисовать снова. Если бы сгорели письма, которые вы писали Его Высочеству, помнили бы вы те слова, которые когда-то были такими важными, что вы перенесли их на бумагу?

Ци Жун только и мог, что глубоко дышать.

Он не знал, права ли была Ло Мин в своих словах и выводах. Но он понимал, что если бы не её отчаянный поступок, всё было бы уничтожено.

— В тех картинах не только краски и ваши движения кистью. Там кое-что больше.

Младший принц услышал её. Хоть принять это было тяжело.

— Ло Мин! — Голос Сян Яна прозвучал из здания. Парень быстро шёл к ним, игнорируя просьбы других оставаться в коридоре.

Девушка мгновенно спрятала лицо в ладони.

— Ло Мин! — Он снова обратился к ней, а когда девушка резко встала, чтобы сбежать, преградил ей путь. — Пожалуйста, не игнорируй меня, — он умолял, а в её глазах появились слёзы. — Почему ты убегаешь?

— Я не хочу, чтобы ты больше был моим женихом! — Девушка ответила на одном дыхании. Её собеседник побледнел, но всё равно не отступил.

— Ты больше меня не любишь?

Но служанка произнести «да» не смогла.

— Почему ты меня отталкиваешь? Я где-то тебя обидел?

Ци Жун видел, что каждое слово давалось Ло Мин нелегко. Но Сян Ян не собирался уходить. За всё это время он не задавал лишних вопросов, принимал всё как должное и помогал другим. Он не боялся работы, долгого пути и испытаний. И он не отказывался от девушки, которую любил.

— Я… просто не хочу больше никакой свадьбы, потому что…

— Это из-за шрамов? — Сян Ян говорил открыто, а Ло Мин сделала шаг назад. — Да?

Девушка лишь прижала обе руки к груди.

— Мне всё равно! Ты прекрасна! И очень-очень красива, — в голосе парня чувствовалась уверенность. — Я люблю тебя и хочу прожить с тобой всю жизнь, иметь много детей и большой дом, — его голос становился выше, из окон их комнаты на улицу начали выглядывать другие.

Ци Жун заметил Хуа Чэна, которого Му Цин всё старался затащить назад и после закрыть ставни. Вот только парень хотел всё увидеть своими глазами.

— Если ты меня больше не любишь, тогда я отступлю, — Сян Ян кивнул. — Но если это просто… из-за шрамов, тогда я хочу, чтобы ты знала, что ты для меня — весь мой мир.

Ло Мин отвела взгляд от парня. Она дрожала, но всё ещё молчала.

— Ты — самая красивая, — он не сдавался. — Я сделаю тебя самой счастливой, если ты дашь мне этот шанс.

Девушка обхватила себя руками, уже не сдерживая слёз. В ту же минуту Сян Ян, недолго сомневаясь, обнял её. Ло Мин расслабилась в его руках, позволяя себе больше не скрывать эмоции.

Она хотела услышать эти слова. Хотела, чтобы он её понял.

Со второго этажа к ним доносился голос Хуа Чэна. Друг, скорее всего обращался к Му Цину:

— Я думаю, надо будет снова готовиться к свадьбе… Хорошо, что у меня есть красное платье, да?

Ци Жун не слышал ответа Му Цина, но следующие слова Хуа Чэна вызвали улыбку:

— Что значит «отдашь Сян Яну»? Цин-гэ, почему ты так меня не любишь?

Младший принц, стараясь не отвлекать этих двоих друг от друга, ступая осторожно и тихо, вернулся в гостиный двор. Се Лянь как раз спускался на первый этаж, увидев его, он шире улыбнулся.

— У тебя хорошее настроение? — Уже через мгновение Се Лянь решил этим воспользоваться. — Пошли! — Наследный принц потянул его через центральные двери. А потом через всю улицу аж до большой площади, где уже не было ни одного торговца. Открытыми оставались разве что несколько таверн.

— Но уже поздно.

Се Лянь только тихо засмеялся, невзирая на время. Он, всё ещё идя вперёд, достал из рукава два больших розовых персика, один протянул младшему принцу, другой же начал есть сам.

— Хочу увидеть звёзды, — он уверенно обнял Ци Жуна за пояс. Всего несколько прыжков — и они оба уже сидели на крыше ближайшего нежилого здания. — Здесь красиво, — Се Лянь легко опустился на неудобную крышу. Но комфорт сейчас почему-то был последним, что их волновало.

Их словно никто не видел.

Никому не было дела.

Ци Жун перехватил его состояние, разделил настроение и лёг рядом с ним, опуская голову на его вытянутую в сторону руку.

— Помнишь, когда-то советник Сяньле говорил, что в звёздах записана наша судьба, — наследный принц смотрел вверх, видел перед собой кучу светил, но всё равно не знал, что они предвещали для них.

— Всё ещё не верю, что он мог предсказывать будущее по ним, — Ци Жун прозвучал скептически, а потом откусил спелый фрукт.

— Хочешь, я скажу тебе, что я вижу? — Он прозвучал восторженно.

— А ты научился?

— Я же не сказал, что по звёздам, — Се Лянь внезапно перевернулся и навис над ним. — Я вижу перед собой самого очаровательного парня во всём мире.

Младший принц лишь почувствовал румянец. Он нежно провёл рукой по чужим плечам, а потом зарылся в волосы.

— Который почему-то так засмущался, что даже не смог пошутить что-то вроде «о, Се Лянь, ты что видишь своё отражение в моих глазах?» — он легко сымитировал интонацию Ци Жуна, вызывая у него громкий смех. — А, знаешь, что я ещё вижу, — парень снова перевернулся на спину. Он вытянул руку перед собой, а потом отправил в небо поток духовной силы. Она превратилась в сотни золотистых фонариков.

— Фейерверк, — Ци Жун только и мог, что нежно улыбаться, наблюдая за тем, как огни вернулись к ним и зависли над головами, начиная формировать картины. — Так это представление? — Картинки менялись, изображая то героев, которые побеждали демонов, то драконов, которые летали совсем рядом. Ци Жун касался их пальцами, они распадались на огни, а потом снова собирались.

Парень снова откусил персик, но через мгновение на губах остался даже ещё более сладкий вкус. От нежного поцелуя, который ему подарил Се Лянь именно тогда, когда огни вокруг них завертелись в вихре.

http://bllate.org/book/15745/1410110