Члены съемочной группы разбежались, и на пляже не осталось ни души. Ань Сюмо уверенно, но все также медленно подошел к Чжоу Цзиньчэню. Все это время мужчина смотрел на море, а услышав приближающиеся шаги, молча обернулся.
— Брат… — мягко позвал его Ань Сюмо. — Что-то произошло?
Чжоу Цзиньчэнь совсем не был похож на человека, которого он привык видеть.
— Нет.
— Тогда ты…
— В чем дело?
Между ними изначально были сложные отношения, поэтому резкий тон Чжоу Цзиньчэня заставил юношу тут же прикусить язык. Все же Ань Сюмо оказался прав: Чжоу Цзиньчэнь перед камерами и тот, кто сейчас стоял перед ним, — два совершенно разных человека.
— Сейчас ты… — прошептал Ань Сюмо, — выглядишь совсем иначе.
— Я просто закончил работу, — голос Чжоу Цзиньчэня прозвучал холодно, безразлично и совершенно безэмоционально.
Ань Сюмо обомлел, услышав откровенный ответ. Естественно, он и до этого знал правду: на варьете и реалити-шоу, таких как «Солнечные выходные», в дополнение к уютной атмосфере, которую должны создать участники, присутствует еще один важный фактор — «реальность». Выполняя условия шоу, артисты так или иначе вынуждены показать себя настоящих, и ни для кого не секрет, что они выставляют себя только в лучшем свете. Но Чжоу Цзиньчэнь… Этот мужчина полностью отличался от человека перед камерами. Кто бы подумал, что даже в реалити-шоу он мастерски применяет таланты актера и полностью меняет личность.
— Значит, мир в объективе камеры и за ним… для тебя делится на два разных?
— Каждый из нас живет так, как ему комфортно. Для меня… — Чжоу Цзиньчэнь взглянул на него, — работа не закончена, пока включена хотя бы одна камера. Я не могу расслабиться, пока нахожусь под прицелом объектива.
Вдруг кто-то из съемочной группы окликнул их издалека. Чжоу Цзиньчэнь тут же повернулся и направился в сторону домика, Ань Сюмо последовал за ним, продолжая переваривать услышанное.
Перед камерами Чжоу Цзиньчэнь ловко демонстрирует кулинарные навыки и умение выполнять разного рода домашние обязанности и даже проявляет заботу — все это часть работы.
Утром он нанес мазь на рану Ань Сюмо, поделился кокосом в обед… Чжоу Цзиньчэнь проявлял доброту или просто следовал образу?
После короткого разговора с Чжоу Цзиньчэнем юноша понял одну простую и очевидную вещь. У Ань Сюмо недостаточно опыта работы перед камерой, нужно быть осторожней, чтобы не доставить брату еще больше неприятностей.
Когда они вернулись в каменный домик, за окном уже совсем стемнело. Через какое-то время Янь Сяншэнь и Чжан Чживэй приступили к съемкам рекламной сцены спонсорского товара — сушилки. Это заняло кое-какое время. Когда они закончили, участники шоу поднялись наверх и расстелили кровати. На втором этаже находились две спальни, разные по размеру: одна — маленькая, другая — большая. Поскольку все участники одного пола, не было нужды думать о каком-то особом размещении. После тяжелого съемочного дня никто не хотел размышлять слишком много: мужчины наобум выбрали место для сна и разом провалились в сон.
Даже Ань Сюмо, который обычно не мог уснуть в чужой постели, не стал исключением — едва коснувшись подушки, он мигом вырубился.
В темной комнате стояла оглушительная тишина, которую изредка разрушал нежный и мелодичный шум прибоя. Эта ночь идеально подходила для глубокого и крепкого сна, вот только… На первом этаже внезапно громко заиграла странная музыка.
Ань Сюмо вскочил с кровати и ошарашенно огляделся. Даже сидя на высокой кровати, он четко ощущал сильную вибрацию на полу. Звук разбудил и остальных участников шоу, которые так же, как и новичок, стали растерянно озираться по сторонам. Ань Сюмо включил ночник, а после того, как все окончательно проснулись, зажег свет в комнате.
— В чем дело? — Янь Сяншэнь протер глаза, встал с кровати и подошел к двери. — Что происходит внизу?..
Ань Сюмо машинально покачал головой и взглянул на настенные часы, которые показывали два часа ночи.
Когда люди вот так внезапно просыпаются среди ночи, их сознание долгое время остается спутанным, но звук на первом этаже оказался настолько громким и раздражающим, что все участники шоу довольно быстро пришли в себя и вместе спустились вниз, чтобы посмотреть на виновника.
В гостиной стояла группа людей, которая днем просилась укрыться от дождя. На этот раз они пришли в этнических костюмах и с усилителем громкости. Из колонок звучала музыка для национального танца, которому участники обучались днем.
Мужчина, стоящий впереди группы, заговорил первым:
— Вы должны повторить танец, иначе нам придется забрать награду, которую мы сегодня вам вручили.
Вернуть кокосы? Но они уже были съедены, и даже их сок полностью выпит. Очевидно, организаторы шоу продумали это с самого начала — режиссер и сценарист любят делать такие нечестные ходы.
Чжан Чживэй и в прошлый раз с трудом справился с задачей — ему пришлось сжать всю волю в кулак, чтобы выполнить задание, так что ему делать сейчас? Остальным также пришлось нелегко. Среди них только Хан Мин умел танцевать и смог выполнить задание без особого труда. Но сможет ли он вспомнить все движения? Кроме того, съемочная группа не упоминала об этом задании, поэтому участники осознанно выбросили из головы ненужную информацию.
Люди, которых разбудили среди ночи, обычно долго не могут сконцентрироваться. Хан Мин и И Тхэньмин воспроизвели несколько движений, но лидер тут же отклонил их неумелую и неловкую попытку и сказал, что для выполнения задачи нужно воспроизвести хотя бы 80% от всего танца. Участники переглянулись, прекрасно осознавая, что это просто невыполнимо.
Но, поскольку шоу носит развлекательный характер, организаторы не стали бы давать сложное задание, которое нельзя было решить — всегда можно найти лазейку и обойти правила. Чжан Чживэй решил провести переговоры с лидером группы и попросить об изменениях условий. Почему-то он был уверен, что это сработает.
Их разбудили посреди ночи, и участники хотели поскорее лечь спать — завтра им предстояло пережить еще один съемочный день, поэтому пройти задание как можно скорее было просто необходимо. Но прежде чем Чжан Чживэй заговорил, шум в гостиной разбавил неуверенный голос Ань Сюмо:
— Учитель Чжан… Могу я попробовать?
Увидев, что желающих нет, Ань Сюмо решил испытать судьбу. Другие участники явно знали, что не справятся, поэтому не хотели глупо выглядеть перед камерами.
Чжан Чживэй удивился инициативе Ань Сюмо и ответил мягко:
— Спасибо, что вызвался. Конечно, попробуй. Ничего страшного, если не получится — мы что-нибудь придумаем.
Ань Сюмо вышел вперед и остановился в центре гостиной под пристальным взглядом участников и членов съемочной группы. Так волнительно… Юноша сделал глубокий вздох, выполнил несколько легких движений и, уловив ритм, плавно последовал зову музыки и пустился в пляс.
Резвая мелодия и бойкий танец… Красивый и высокий юноша отбросил привычные застенчивость и кротость и продемонстрировал комбинацию взрывных движений. Привлекательная и притягательная сторона Ань Сюмо, которая обычно скрывалась от глаз под пеленой однообразных будней и пустой суеты, открывалась только под ритмичные движения танца. Каждая часть его тела и каждая клеточка кожи словно ожили в порыве безудержного танца. Юноша увлеченно двигался, исполняя движения с особым усердием, привлекая внимание людей и не позволяя никому даже на мгновение отвести от себя взгляд.
Камеры в гостиной послушно запечатлели каждый кадр этого невероятного выступления.
Танец Ань Сюмо даже близко не стоял с неловкими потугами Хан Мина. Юноша не колебался и не сомневался ни в одном из движений. Он допустил несколько незначительных ошибок, но они были пустяковыми. Исполнение народного танца в таком виде с лихвой должно было хватить для выполнения задания. После трех-четырех минут даже Чжан Чживэй вспомнил несколько заученных ранее танцевальных связок.
Закончив последнее движение, Ань Сюмо несколько раз глубоко вдохнул, и приведя дыхание в порядок, ощутил дикое смущение.
— Кажется, я ошибся в нескольких местах.
Лидер группы растерянно уставился на Ань Сюмо, совершенно позабыв об остальных участниках. Все это время он так же, как и остальные, завороженно ловил каждое движение юноши. Придя в себя, лидер поспешно ответил:
— Это не страшно. В основном, танец исполнен просто отлично. Вот только, чтобы задание было засчитано, нужно станцевать всем участникам.
Поскольку танец только что снова был исполнен, повторить его коллективно будет не так сложно. Под руководством Ань Сюмо каждый из участников вспомнил движения, и вскоре все приступили к выполнению задания. Повторное исполнение танца позволило Ань Сюмо еще раз попасть под объективы камер и создать огромное количество удачных кадров.
После танца Янь Сяншэнь похвалил новичка:
— У Сяомо такая хорошая память.
Выполнив задание, Ань Сюмо вернул привычную застенчивость, мягко улыбнулся и произнес в ответ:
— Просто многие движения этого танца позаимствованы из фольклора. Раньше я исполнял народные танцы, поэтому легко запомнил комбинации и связки.
И Тхэньмин, стоявший рядом с ними, выглядел неоднозначно. С одной стороны, он был довольным, потому что смог с остальными участниками выполнить задание, а с другой стороны — хмурым и раздраженным.
— Если подумать, этот народный танец и мне кажется знакомым, — внезапно произнес он.
Лидер группы странно улыбнулся.
— Наша труппа состоит из восьми человек из разных этнических групп. В основу танца мы взяли фольклор народа Бай и семи других. Этот танец — последняя постановка нашей труппы.
Изначально И Тхэньмин хотел принизить заслуги Ань Сюмо, но тут же получил пощечину. Слова лидера оказались правдой: он принял участие на съемках шоу, чтобы продвинуть свою труппу. Естественно, И Тхэньмин не мог знать этого наперед.
В гостиной присутствовал еще один человек, на котором совсем не было лица — Хан Мин. Он не пытался как-то принизить Ань Сюмо, как И Тхэньмин, или сделать нечто другое, чтобы подняться в глазах присутствующих, потому что, откровенно говоря, он был поражен до глубины души. Искренность, усердие и коммуникация, которые принято проявлять на реалити-шоу, были не так важны для артистов. В отличие от актеров и других членов шоу-бизнеса, они могли заслужить внимание фанатов только проявлением профессиональных качеств. Актеры полагаются на актерское мастерство, а айдолы и артисты — на способности к пению и танцам.
Как бы Ань Сюмо не отнекивался и не отмахивался смущенно от похвалы, это испытание отразило его талант и трудолюбие. Как только эпизод шоу выйдет в эфир, все узнают о новичке, который помнит наизусть танцевальные комбинации как минимум восьми разных народов. Хан Мин впервые ощущал себя клоуном, которого взяли для контраста со звездой.
Хан Мин медленно перевел взгляд на Чжоу Цзиньчэня. Красивое лицо мужчины было обращено к Ань Сюмо, который о чем-то болтал с Янь Сяншэнем.
Немыслимо…
Даже ослепительный Чжоу Цзиньчэнь сосредоточил свое внимание на этом неизвестном новичке, который еще не дебютировал.
http://bllate.org/book/16037/1430421
