Готовый перевод After the Divorce, I Became the Tycoon’s Sweetheart / После развода я стал любимчиком магната: Глава 27. Словесные унижения (1)

Атмосфера стала очень неловкой. Повисла тяжёлая, давящая тишина, которую было почти физически трудно выдержать.

Сян Каннин не ожидал, что нечаянно заденет чужую душевную рану. Он виновато посмотрел на мужа, потом снова на Хэ Яна. Супруги переглянулись, и он мягко, осторожно спросил:

— А ребёнка ты планируешь оставить?

— М-м. — Хэ Ян посмотрел на свой живот, погладил его привычным, уже почти рефлекторным движением. — Ребёнок — моё сокровище. Всё, что у меня осталось.

После этого разговора, каждый раз во время еды, эта пара специально приносила дополнительную порцию еды для Хэ Яна. Не спрашивая, не предлагая — просто ставили перед ним тарелку с тёплой, домашней едой и отворачивались, чтобы не смущать.

Хэ Ян получал тепло от незнакомых людей, и уголки его глаз слегка покраснели. Он молча ел и благодарил судьбу за эту случайную встречу.

Постепенно они стали ближе. Разговоры становились длиннее, улыбки — искреннее.

Оказалось, что эта пара была однокурсниками в университете. Сян Каннин — талантливый дизайнер, он тоже был интерсекс-человеком, его семейное положение было не очень хорошим, детство — трудным. Встретив свою любовь, его жизнь начала бежать по пути к счастью. Они полюбили друг друга, затем поженились, родили детей — всё было естественно и прекрасно. Так, как должно быть.

Простое, незамысловатое счастье было тем, о чём Хэ Ян мечтал больше всего. Тем, что у него отняли, даже не дав попробовать.

На третий день пребывания в больнице Сян Каннин родил. Это была девочка — крошечный, сморщенный комочек с тоненьким голоском.

Его муж был невероятно счастлив. Он и плакал, и целовал свою любимую, прижимаясь к его мокрому от пота лицу, и благодарил за то, что та, пройдя через трудности, подарила ему такое сокровище. Слёзы текли по его щекам, но он улыбался.

Говорят, что беременные люди очень чувствительны. Хэ Ян был тронут их любовью до глубины души и, улыбаясь, сам не заметил, как потекли слёзы. Он вытирал их тыльной стороной ладони, но они текли снова.

Сян Каннин, заметив это, мягко спросил Хэ Яна, не хочет ли он подержать его дочку.

Когда он взял на руки эту крошечную малютку, в душе Хэ Яна возникло невыразимое чувство. Что-то тёплое, щемящее, огромное. Держа это маленькое создание, он словно ощутил разряд тока — от кончиков пальцев до самого сердца.

Видя, как её маленькие глазки изучают этот новый, неведомый мир, как она хмурит крошечные бровки и смешно морщит носик, сердце его мгновенно наполнилось теплом.

Когда его малыш родится, он будет таким же, как эта крошка, — милым и красивым. И он будет любить его больше жизни.

Подержав немного, малышка громко заплакала. Её звонкий плач разнесся по всей палате, требуя внимания и еды.

Чэнь Цзядун сел с дочкой у окна и стал кормить её смесью, нежно придерживая бутылочку и что-то напевая.

Хэ Ян придвинул стул к кровати Сян Каннина, налил ему стакан тёплой воды и медленно помог выпить, поддерживая за плечи.

— Твоя дочка очень красивая, похожа на тебя, — сказал он, улыбаясь.

— Правда? — Сян Каннин усмехнулся. — Тогда он точно расстроится. — Он кивнул на мужа. — Он всё время хотел, чтобы дочь была похожа на него. Говорил, что у него лучше нос.

— Он хороший отец, — тихо сказал Хэ Ян. — Это видно.

— Хэ Ян, — Сян Каннин помолчал, собираясь с мыслями. — Хоть мы знакомы недолго, но, мне кажется, мы неплохо поладили. Позволь спросить напрямую: ты представляешь, сколько нужно мужества и сил, чтобы растить ребёнка одному? Это не шутка.

— М-м, — Хэ Ян кивнул, глядя куда-то в окно. — Я понимаю, о чём ты. Раньше я думал, что у меня счастливая семья и брак, но потом понял, что это не так. Часто это было лишь моим собственным желанием, моей иллюзией. Но я очень люблю его. — Он перевёл взгляд на Каннина. — Наверное, в этой жизни я полюблю только его. Даже если у нас с ним ничего не выйдет, даже если мы расстанемся навсегда... но если у меня будет малыш, и я смогу быть рядом с ним, пока он растет, видеть его первые шаги, слышать его первый смех — это будет замечательно.

Он говорил тихо, но в голосе его чувствовалась такая сила, такая уверенность, что Каннин невольно залюбовался им.

— Я знаю, что будет трудно и тяжело, — продолжил Хэ Ян. — Но я сделаю всё возможное, чтобы создать для него лучшую жизнь. Всё, что в моих силах.

В день выписки Хэ Ян и супруги Сян обменялись контактами. Они обещали писать, звонить, не теряться. Они попрощались с ним, держа ребенка на руках, — счастливые, полные, уходящие в свою светлую жизнь.

А он, выйдя из больницы, наоборот, растерялся. Места здесь были незнакомые, денег не было, и он действительно не знал, что делать. Стоял на крыльце и смотрел на проезжающие машины, чувствуя себя маленьким и потерянным.

С картами Baidu он был не очень дружен и, следуя указаниям, только путался ещё больше. Голос в наушниках говорил одно, а глаза видели другое.

Дойдя до одной автобусной остановки, он сел на скамейку и долго, не отрываясь, смотрел на аватарку Лу Тинфэна в WeChat. Просто смотрел, не решаясь написать.

На его звонки Лу Тинфэн не отвечал, на сообщения в WeChat тоже. Тишина. Горькое чувство безысходности разливалось в его сердце, заполняя каждую клеточку.

Чэнь Инань, получив звонок от Хэ Яна, очень разволновался. Голос в трубке был таким потерянным, таким беспомощным.

Узнав причину его звонка, он от жалости даже невольно вздрогнул. Сердце сжалось.

Чэнь Инань сам сел за руль и поехал в Аньчэн. Не раздумывая, не сомневаясь. На автобусной остановке он увидел эту худую фигуру, которая растерянным взглядом провожала один уходящий автобус за другим.

Он был словно потерявшийся ребёнок, ждущий, что кто-то придёт и заберёт его домой.

Чэнь Инань приехал.

В машине отопление работало на полную. Как только Хэ Ян сел, его встретил поток тёплого воздуха, который начал понемногу согревать замёрзшее тело.

Сидя на пассажирском сиденье, он поблагодарил ведущего машину Чэнь Инаня. Голос его дрожал.

Несколько дней назад Чжао Либин во время съёмок из-за ошибки с тросом упала с десятиметровой высоты и попала в больницу, что стало хитом в интернете. Все только и говорили, что об этом.

Но бросить свою жену и отправиться ухаживать за новой пассией — это уж слишком жестоко. Чэнь Инань думал об этом, но молчал.

Вернувшись в Пекин, он хотел продолжить помогать Хэ Яну, но тот вежливо отказался. Сказал, что справится сам, что не хочет быть обузой.

Тех, кто был к нему добр, он запоминал в своём сердце.

На третий день после возвращения Лу Тинфэн позвонил ему и спросил, где он живёт.

Хэ Ян ответил честно, и через час Лу Тинфэн велел ему спуститься.

Хэ Ян накинул длинное чёрное пуховое пальто, под ним была хлопковая кофта с белым зайчиком — Жуйси выбрал, сказал, что брату идёт, — и спустился вниз. Там он увидел Лу Тинфэна, прислонившегося к дверце машины.

Чёрная водолазка с высоким воротом, длинное чёрное пальто, чёрные ботинки «мартинсы» — всё это делало его фигуру ещё более стройной, высокой и красивой. Он курил, и дым медленно таял в холодном воздухе.

— Сегодня вечером нужно поехать поужинать в дом моего третьего дяди. — Он даже не поздоровался. — Садись в машину.

— Тогда... — Хэ Ян запнулся. — Я сначала поднимусь переодеться.

Хэ Ян думал, что он приехал, чтобы дать ему подписать соглашение о разводе, но не ожидал, что тот пригласит его поесть. Он быстро взбежал наверх, чтобы переодеться.

Лу Тинфэн, куря, поднял голову и посмотрел на левое окно на пятом этаже. Это был немного отдалённый пятый кольцевой район за третьим кольцом Пекина. Район, где жил Хэ Ян, был довольно оживлённым, просто дом, в котором он жил, был старым, ждущим сноса, поэтому цена была доступной.

Больше всего его удивило другое: он заметил, что Хэ Ян немного поправился. Хотя цвет лица был неважный — бледный, с сероватым оттенком, — но на лице явно прибавилось мяса, оно округлилось, отчего он стал казаться ещё более милым и по-детски непосредственным, чем раньше. Этакая мягкая, уютная округлость.

Лу Тинфэн затушил сигарету и отвернулся, прогоняя непрошеные мысли.

http://bllate.org/book/16098/1504893