Готовый перевод Rebirth of the Virtuous Consort / Возрождение добродетельной наложницы: Глава 291

Это не было виной Ань Цзинсина и Лу Яньси. Лу Яньси с детства не следовал правилам, а Ань Цзинсин, хотя и не был любим, всё же был наследником престола и, естественно, не наблюдал, как должны вести себя слуги.

Ся Имин, увидев, что оба молчат, вздохнул с облегчением. Дело не в том, что он запрещал им говорить, но другие слуги держались прямо и с достоинством, а его перешёптывания были слишком заметны. Если бы они привлекли чьё-то внимание, это было бы плохо. Только что их разговор уже вызвал несколько косых взглядов, и если бы это продолжилось, их личности могли бы быть раскрыты.

Кроме Лу Яньси, другие также заметили отсутствие Ань Цзинжуя —

— А Жуй ещё не нашли? — Цзи Юи, глядя на полуприседшего перед ней охранника, нахмурилась.

— Да, мы уже были в резиденции князя Сяояо, и говорят, что его высочество князь Сяояо не возвращался домой с позавчерашнего дня, — охранник опустил голову, не понимая, почему император и драгоценная наложница так настаивают на присутствии князя Сяояо.

Это же просто пир полной луны. Хотя император устроил его с размахом, но если князь Сяояо не придёт, это не должно иметь большого значения, верно?

— Ищите! Продолжайте искать! — Ань Жуй, услышав это, нахмурился. С позавчерашнего дня не возвращался домой? Этот мой сын, почему он подводит в самый ответственный момент?

— Да, — охранник, услышав это, мог только повиноваться. Кивнув, он вышел из комнаты.

Ань Жуй, после того как охранник ушёл, посмотрел на небо за окном:

— Праздник скоро начнётся. Раз Цзинжуй ещё не пришёл, ты подожди его здесь. Когда он придёт, пусть сразу приходит.

Цзи Юи также взглянула на небо за окном и в конце концов кивнула:

— Хорошо.

Время уже поджимало, и дальнейшая задержка могла бы испортить дела, поэтому Цзи Юи, естественно, не стала удерживать Ань Жуя, а он, похлопав её по руке, вышел из комнаты.

Как раз когда придворные в зале собрались в небольшие группы и обсуждали дело восьмого принца, Ань Жуй уже поднялся на помост в зале.

— Встаньте! — Прежде чем придворные успели отреагировать, Ань Жуй взмахнул рукавом, показывая, что поклоны не нужны. Его лицо выражало радость.

— Благодарим ваше величество, — придворные, увидев выражение лица Ань Жуя в этот момент, обменялись взглядами. Некоторые были в замешательстве, а другие — с пониманием.

Не нужно и говорить, что по крайней мере четверть присутствующих знали о плане Ань Жуя.

— Во дворце уже давно не было пополнения в потомстве, и рождение восьмого принца меня действительно очень радует, поэтому я устроил большой пир полной луны, — Ань Жуй сказал, взмахнув рукой. — Скоро они принесут принца, чтобы вы тоже могли разделить радость.

— Благодарим ваше величество, — не правда ли? До беременности наложницы Мэй во дворце уже семь лет не было новых наследников. За эти семь лет даже ходили слухи, что император импотент. Хотя император уже вступил в старость, ни один мужчина не хочет признавать факт своей «неспособности».

Теперь рождение восьмого принца не только добавило королевской крови, но и развеяло слухи о несостоятельности императора. Сказать, что Ань Жуй не рад, конечно же, невозможно.

И один за другим они подходили, поздравляя, а сегодняшний Ань Жуй действительно был добродушен, поднимая бокалы с министрами и наслаждаясь общением.

Примерно через время, необходимое для сжигания одной палочки благовоний, Ань Жуй словно о чём-то вспомнил и помахал рукой Шуньдэ:

— Пойди посмотри, проснулся ли Чи? Принеси его, чтобы все могли увидеть!

Выражение лица, полное радости, могло бы заставить незнающего человека подумать, что восьмой принц — первый сын Ань Жуя.

— Да, — Шуньдэ поклонилась и направилась к выходу из зала. Из-за сегодняшнего пира полной луны вчера уже перевели восьмого принца в ближайший зал, ведь Дворец Чансинь действительно далековат.

— Чи — это имя Сяо Ба. Это имя дала наложница Мэй, сказав, что у дракона девять сыновей, и младший из них — Чи, — Ань Жуй после того, как Шуньдэ ушла, не забыл объяснить придворным происхождение имени «Ань Цзинчи».

Выражение лица, полное любви и беспомощности, было явно лицом мужа, который не может ничего поделать с женой.

— Наложница Мэй действительно образованна.

— У дракона девять сыновей, младший — Чи. Хорошее, хорошее имя!

— Не думал, что у наложницы Мэй есть такие познания!

...

Придворные в зале были людьми с опытом. Глядя на выражение лица Ань Жуя, они всё поняли. Вскоре в зале раздались бесконечные похвалы в адрес Лу Шуи, и никто не высказал возражений. Казалось, что имя принца, данное наложницей, — это совершенно нормальное явление.

— Хорошо! Награда! Всем награда! — Ань Жуй прищурился, принял похвалы министров, взмахнул рукавом и, неожиданно, решил наградить всех лишь за несколько слов похвалы.

Из-за отношения Ань Жуя в зале царила праздничная атмосфера, и похвалы наложнице Мэй сыпались одна за другой. Вскоре Лу Шуи была вознесена до небес, и такой человек, как она, не был и на земле.

Лу Яньси, слушая похвалы в зале, широко раскрыл глаза. Как он раньше не знал, что эти люди так умеют играть?

Конечно, кроме хвалящих, многие также наблюдали со стороны, и если присмотреться, то можно было увидеть, что большинство из них были людьми Ань Цзинсина.

Как раз в этот момент Шуньдэ вошла в зал, держа на руках младенца. По маленьким ручкам, время от времени выглядывающим из рук Шуньдэ, можно было понять, что восьмой принц уже проснулся.

Шуньдэ, принеся Ань Цзинчи, положила его в специальную колыбель в зале, а Ань Жуй, глядя на Ань Цзинчи в колыбели, помахал рукой:

— Давайте посмотрим! — Ань Жуй улыбнулся, глядя на лежащего в колыбели Ань Цзинчи, который не проявлял ни капли страха.

Министры по приказу Ань Жуя подошли и встали недалеко от колыбели. Ребёнок был розовым и нежным, маленьким комочком, завёрнутым в красную с золотом пелёнку, отчего его кожа казалась ещё белее. Пухленькое личико и мясистые маленькие ручки были особенно милы.

Возможно, из-за того, что вокруг вдруг стало много людей, Ань Цзинчи слегка нахмурился, затем надул губки, словно собирался заплакать, но вскоре снова засмеялся. Маленькая ладошка была засунута в рот, широко раскрытые глаза смотрели на окружающих, время от времени он улыбался, и казалось, что он совсем не боится незнакомцев.

— Восьмой принц с такого раннего возраста проявляет смелость, в будущем он обязательно добьётся больших успехов! — Министры, увидев действия Ань Цзинчи, также улыбнулись и поспешили польстить.

— Верно, черты лица восьмого принца очень похожи на ваше величество, в будущем он обязательно станет таким же выдающимся человеком, как и вы.

— Да, восьмой принц...

...

Как только похвалы наложнице Мэй стихли, в зале снова раздались хвалебные речи министров. Все говорили, что Ань Цзинчи — человек редких способностей, один на миллион.

Лу Яньси, слушая их похвалы, скривился. Как они могут такое говорить? Месячный младенец, и такие слова могут слетать с их уст. Не зря Ань Жуй воспитал таких министров.

Ань Жуй, слушая слова министров, которые казались похвалой Ань Цзинчи, но на самом деле льстили ему, улыбался во весь рот, находя лесть министров в этот момент крайне приятной.

— Ваше величество, — в этот момент в зал вошла служанка, поклонилась Ань Жую и слегка замялась.

Ань Жуй, увидев служанку, обнаружил, что это знакомое лицо, и слегка удивился:

— А Цзяо? Почему ты не служишь наложнице Мэй?

Да, это была А Цзяо, служившая при Лу Шуи.

— Наложница сказала, что хочет увидеть ваше величество, — А Цзяо поклонилась, и на её лице читалось некоторое замешательство.

Ань Жуй, услышав это, нахмурился, не понимая, почему Лу Шуи в этот момент послала А Цзяо за ним, но вскоре понял суть. Раньше он обещал, что на пиру полной луны Лу Шуи сможет увидеть, а теперь Чи пришёл, но её не пригласили. Вероятно, она волнуется.

Вспоминая то, как Лу Шуи смотрела на него с блеском в глазах, Ань Жуй разгладил брови, и его голос стал намного мягче:

— Где ваша наложница?

Смысл его слов был таков, что он собирался исполнить просьбу Лу Шуи. А Цзяо облегчённо вздохнула, слегка обрадовавшись:

— В боковом зале.

Ань Жуй, услышав это, помахал рукой министрам:

— Я скоро вернусь.

Придворные, услышав слова Ань Жуя, с удивлением посмотрели друг на друга. Не ожидали, что наложница Мэй обладает такими методами, что в такой момент осмеливается прервать, а император не наказывает её, а собирается исполнить её желание.

http://bllate.org/book/16474/1497599