【В энциклопедии открыта новая запись: Бесплодное поле брани.】

【В далеком прошлом, во время первого масштабного вторжения войск демонического разлома на континент Орланка, Орден рыцарей-воителей вместе с армиями разных рас и земель, следуя указаниям Сияющего Бога, остановили демонов именно здесь.】

【Это была жестокая битва, в которой не оказалось победителей.】

【Трупы героев и демонов громоздились горами, а смерть, проклятия и чума превратили эти земли в пустошь.】

* * *

Даже белый снег суровой зимы не мог скрыть чудовищные последствия тех сражений.

Всё, куда ни кинь взгляд, было мертвым, заброшенным и разрушенным.

Земля изрыта бесчисленными воронками; лагеря погребены под снегом; остатки палаточной ткани и сломанные знамена сиротливо трепещут на давно сгнивших и покрытых плесенью рогатках; брошенные катапульты, покрытые ржавчиной, застыли навечно.

Вокруг — ни единого уцелевшего дерева.

Из-за плотной завесы проклятий на этой земле больше никогда не вырастет ничего живого, поэтому полчища мертвых деревьев так и застыли в том виде, в котором встретили свою смерть. Им на смену так и не пришла молодая поросль.

Одни переломлены пополам, рухнув наземь, оставив после себя лишь острые, как пики, пни. Другие высохли, точно хворост, и на их костлявых ветвях до сих пор болтаются жуткие, искореженные трупы демонов. Они раскачиваются на ветру под снегопадом. За долгие годы многие веревки истлели, и тела рухнули к корням мертвых деревьев, но некоторые все еще висят, словно мрачное предупреждение и демонстрация силы.

И, само собой, ни одного целого здания.

Возможно, до того как превратиться в поле брани, эти земли были обитаемы. Через определенные промежутки пути виднелись руины деревень, изредка попадались наспех сколоченные в военное время дозорные вышки, но и они большей частью обрушились, а их нутро замело снегом.

Изувеченные, расчлененные трупы, точно какие-то макабрические цветы смерти, усеяли каждый дюйм этой пустоши.

Слой снега немного смягчал визуальный шок.

Но торчащий из сугроба меч, сломанная алебарда, знамя с давно стершимся от времени гербом, массивный квадратный щит с вмятинами...

Всё это, возможно, служило надгробием какому-нибудь безымянному рыцарю.

С этой мыслью все вокруг начинало казаться одной огромной братской могилой.

* * *

Цзи Гуан в одиночку пересекал это поле брани.

Чем дальше он заходил, тем больше монстров ему встречалось. Поскольку нормальных животных здесь не водилось, любое движущееся существо можно было со стопроцентной уверенностью записывать во враги.

По крайней мере, пока что Цзи Гуану не встретилось ни единого исключения.

Если бы это были просто зараженные проклятием животные — еще полбеды.

Страшнее всего было наткнуться на другой тип монстров — на рыцарей, прошедших через горнило войны и обратившихся в чудовищ под действием проклятия.

Цзи Гуан уже имел удовольствие познакомиться с ними в карстовой пещере Великого леса Бэйну, когда сражался с Норманом Бреннаном, отцом Лизы.

— Закаленные в боях, отважные рыцари и воины, превратившиеся в монстров, представляли куда большую угрозу, чем звери.

Ведь они сохранили свои боевые навыки, а их физическая сила и выносливость превосходили те, что были при жизни.

Некоторые из них даже не забыли тактику внезапных атак. Прямо как сейчас: монстр, затаившийся в сугробе, стремительно вскочил и нанес Цзи Гуану удар мечом в спину, без труда пробив его не самую прочную броню и изрешетив сердце.

【Всего смертей: 589】

【Всего смертей: 595】

Изредка к ним присоединялись мелкие, лишенные интеллекта демоны, просто бродившие по округе.

В общем, эта локация оказалась куда опаснее, а плотность врагов тут была просто запредельной.

Не сказать, что с ними нельзя было справиться, но даже способность Цзи Гуана возвращаться во времени не спасала от их нескончаемого потока и изматывающих атак волнами. Шестнадцатого уровня, по правде говоря, было маловато. И хотя после боя с Повелителем Демонов Чревоугодия у него прибавилось здоровья и он перестал быть совсем уж «стеклянным», правило смертельного удара в уязвимое место делало этот запас не таким уж значительным.

Каждый шаг давался Цзи Гуану с трудом, но, как назло, он даже не мог злиться на этих рыцарей-монстров. И пусть умирал он часто и мучительно, ему не оставалось ничего, кроме как горько усмехаться, стискивать зубы и превозмогать. Злиться не получалось, хоть ты тресни. Оставалось лишь, как истинному фанату сюжета, с головой погруженному в игру, проклинать разработчиков и сценаристов.

Но были и хорошие новости.

За убийство бродячих демонов в этой локации наконец-то начали давать опыт.

Цзи Гуан был категорически с этим не согласен: «Да с какой стати! Почему за рыцарей-монстров опыт не дают? Обязательно демоны нужны?»

А ведь сражаться с рыцарями-монстрами было куда сложнее, чем с этой мелкой демонической шушерой!

Но сколько ни возмущайся, толку ноль — не дают, значит, не дают. Завидев демона, Цзи Гуан гнался за ним хоть на край света, а потом продолжал свой путь.

Зимой чувство голода и усталость накатывали быстрее. Из-за постоянных переходов и боев Цзи Гуану пришлось спешно искать место для ночлега.

Кругом — бескрайние снега. Ночевать под открытым небом, не зная, не таится ли в сугробе засада, было, мягко говоря, не лучшей идеей. Ночное зрение — это, конечно, хорошо, но оно не просвечивало сугробы насквозь. Цзи Гуан не мог знать, прячется ли кто-то под снегом, пока этот кто-то на него не нападал.

Но куда ни глянь — ни одного мало-мальски безопасного укрытия.

...Пришлось выбирать лучшее из худшего — руины старой церкви неподалеку.

Наступали сумерки, и это было единственное подходящее место в округе. Цзи Гуан осторожно приблизился. Пройдя сквозь пролом в стене, он, как и ожидалось, вскинул меч, едва успев отразить удар, прилетевший из темного угла.

Лязг!

Вспыхнули искры, и пронзительный скрежет металла резанул по ушам.

После бесчисленных смертей от рук врагов, выскакивающих из всевозможных щелей, Цзи Гуан теперь был начеку каждое мгновение. И в этом был свой плюс — по крайней мере, попадаться в такие ловушки он стал реже.

Осторожный, но отточенный бой завершился тем, что прямой меч Цзи Гуана пронзил горло нападавшего.

...Им оказался человек-рыцарь без шлема.

Его лицо было обезображено язвами до неузнаваемости, в помутневших глазах не было ни капли осмысленности, а по немногим уцелевшим участкам кожи расползались черные и красные шипы.

Всё было очевидно.

Это еще один рыцарь, оставшийся здесь со времен той древней битвы.

Рыцарь, обратившийся в монстра.

— ...Спокойной ночи, — пробормотал Цзи Гуан, вытаскивая меч. Сколько раз он уже произносил эти слова с тех пор, как оказался на этой локации?

Затем он поднялся, бдительно осмотрелся, и, лишь убедившись, что других врагов поблизости нет, опустил клинок. Убирать его в ножны он и не думал — меч всегда должен быть наготове, чтобы в любой момент отразить внезапную атаку.

Оглядевшись, Цзи Гуан понял, что это небольшая церковь, сложенная из каменных блоков. В длину она была около двенадцати метров, в ширину — примерно семь. Половина крыши давно обвалилась, стены тоже зияли огромными дырами, сквозь которые гулял ветер. Но все же нашелся один более-менее защищенный от сквозняков угол, где можно было присесть и развести огонь.

Внутри церкви покоилось множество останков рыцарей. Некоторые сидели, прислонившись к стенам, уже наполовину занесенные снегом, другие были погребены под обломками, и наружу торчали лишь руки или ноги.

Но все они тихо встретили смерть по углам.

Ни один из них не преграждал путь к центру церкви, к самому алтарю.

В центре возвышалась статуя божества.

Она была переломлена пополам, верхняя часть разбита вдребезги — не разобрать даже очертаний. Впрочем, даже будь она целой, Цзи Гуан вряд ли бы понял, кому именно она посвящена.

Ясно было лишь то, что это мужское божество.

Цзи Гуан машинально подошел ближе, чтобы рассмотреть статую.

И тут же на экране появилось окно взаимодействия.

【Выбор:

1. Поднести Ландышевый фимиам.

2. Ничего не делать.】

Точно, статуя.

Что там говорилось в книге?

...«Держа его в руках, помолиться перед статуей божества, а затем возложить к ее подножию»?

Странствующий кот-торговец Паця дал ему два цветка, так что один Цзи Гуан решил использовать на пробу.

Он достал ландыш и взял его обеими руками. Как правильно молиться, Цзи Гуан, разумеется, не знал, поэтому просто поднял цветок в бронированных перчатках ко лбу, а затем бережно положил у подножия статуи.

В этот момент сквозь пролом в крыше прямо перед полуразрушенным изваянием упал луч заходящего солнца.

— И этот луч каким-то чудом обогнул саму статую.

В итоге молящийся оказался в лучах света, а божество — в тени.

Крошечные белые колокольчики ландыша дрогнули на ветру.

【Особый цветок, наделенный магической силой. Способен донести молитву до слуха божества, даровать откровение или даже явить чудо...】

【Ваше желание: ______】

Ого?

Можно ввести самому?

Цзи Гуан моргнул. В памяти всплыла растворяющаяся ночь на дне Лунного озера; вспомнилась богиня Судьбы из вступительного ролика, с облегчением вздохнувшая, получив его ответ, и так же рассыпавшаяся прахом.

«Тогда я желаю...»

Цзи Гуан склонил голову и, опустив глаза, прошептал:

— Желаю, чтобы с последним из них, Владыкой Рассвета, всё было хорошо.

* * *

Цзи Гуану не нужно было загадывать желания.

В каком-то смысле, он сам пришел сюда, чтобы исполнить желание богини Судьбы.

* * *

Белый ландыш не подал никаких признаков магии, лишь колыхнулся на ветру у подножия статуи.

Казалось, ничего не произошло.

* * *

Разведя костер, Цзи Гуан благополучно пережил ночь. На рассвете, едва показалось солнце, он вновь отправился в путь, утопая в снегу.

Бесплодное поле брани было огромным, и Цзи Гуан не был уверен, правильное ли направление он выбрал. Он просто шел туда, где было больше всего трупов и остатков лагерей. А когда совсем сбивался с пути, расчищал снег, чтобы найти хоть какие-то следы грунтовой дороги.

По его расчетам, во время той войны войска, сражавшиеся с демонами, должны были стягиваться сюда именно из священного города Сило.

Следовательно, идя по следам древней битвы, можно было выйти прямиком к легендарному месту паломничества.

— По крайней мере, я на это надеюсь, — тяжело дыша, пробормотал Цзи Гуан. — Если я ошибся, дело дрянь.

Запасы еды подходили к концу, а поблизости не было ни единого источника пропитания.

Ну...

...Не есть же ему обращенных в монстров животных.

От такого тухлого мясца, как от мяса монстров в «ГолодO», сытость-то, может, и прибавится, а вот здоровье и рассудок улетят в минус с катастрофической скоростью.

Цзи Гуану совершенно не хотелось это проверять, да и не факт, что местная фауна вообще была съедобной. Поэтому, чтобы не умереть от голода и не запороть сохранение в этой локации, оставалось лишь экономить припасы и ускорить шаг.

Внезапно он прищурился. Благодаря своему острому зрению он заметил впереди стаю монстров.

Это были волки.

Штук семь-восемь, крупные, не меньше метра восьмидесяти в длину — вылитые североамериканские серые волки, считающиеся самыми крупными в мире.

Появление Цзи Гуана явно отвлекло их от того, к чему они крались. Они резко обернулись и оскалили пасти на более угрожающего противника.

Животные, ставшие монстрами, больше не представляли для Цзи Гуана опасности.

Конечно, с целой стаей повозиться придется, но опыт в таких делах у него уже был.

Безупречно, не получив ни единой царапины, прикончив последнего монстра, Цзи Гуан перевел дух, но не спешил расслабляться. Он помнил, что волки брали кого-то в полукольцо. Сжимая меч, он шагнул вперед, чтобы проверить, в чем дело.

И тут совершенно неожиданно из сугроба вырвалась фигура.

Нападавший, облаченный в покрытые инеем старые доспехи, был высок и стремителен. Его двуручный меч обрушился на Цзи Гуана с такой яростью, какой он не видел ни у одного из встреченных ранее рыцарей-монстров. Казалось, этот удар должен был разрубить его пополам.

...Цзи Гуан инстинктивно понял: блокировать нельзя.

Он отскочил в сторону и с замиранием сердца смотрел, как огромный меч с грохотом врезается в снег.

Снежные брызги разлетелись во все стороны, словно от взрыва снаряда.

Какой тяжелый и свирепый удар...!

Цзи Гуан сглотнул, напрягся и приготовился к тяжелому бою.

Но тут.

Бум!

Раздался еще один звук.

Нанеся этот сокрушительный удар, грозный высокий рыцарь вдруг рухнул лицом в снег.

...У... упал?

Цзи Гуан озадаченно склонил голову и моргнул.

Прошло довольно много времени, прежде чем он обратил внимание на доспехи противника.

Он знал эту броню.

В конце концов, один из коллег этого парня однажды спас ему жизнь.

— Это были доспехи рыцаря-воителя.

— Кха... кха-кха...

Слабый кашель и прерывистое дыхание.

Монстры так не кашляют и не задыхаются.

У Цзи Гуана мелькнула одна догадка.

Он опустил меч. В душе зародилось странное, невероятное чувство:

— Эй, ты... ты в своем уме?

— ...? — Рыцарь-воитель, казалось, тоже опешил. Его шлем чуть дернулся, и раздался едва слышный голос: — Ты...

Рыцарь-воитель: «...»

Рыцарь-воитель: «...»

Высокий рыцарь потерял сознание. Шлем, который он едва успел приподнять, снова уткнулся в снег.

Проклятье.

Цзи Гуан поспешно бросился снимать с него шлем, чтобы проверить пульс и дыхание.

Из-под шлема рассыпались золотые волосы, в которых мелькнули заостренные уши. Цзи Гуан стянул перчатку зубами и приложил пальцы к шее и носу рыцаря: пульс есть, дыхание тоже.

Жив!

Цзи Гуан с облегчением выдохнул и нацепил шлем обратно.

Немного подумав, он снял с себя медвежью шубу, все еще хранившую тепло его тела, вытащил рыцаря из сугроба и укрыл его.

Цзи Гуан не знал, далеко ли еще до Сило, и не представлял, сколько протянет этот рыцарь-воитель.

Но он точно знал одно: если он бросит его здесь без сознания, тот не переживет и ночи — так же, как стая монстров разорвала бы его, не появись Цзи Гуан вовремя.

Была только одна проблема.

...Братец, какой же ты тяжелый.

Когда Цзи Гуан взвалил его на себя, у него чуть кости не затрещали.

Как он может быть таким тяжелым? На вид ростом и комплекцией вылитый Мерлин, но почему весит в разы больше...

Ах да. Этот парень ведь с ног до головы закован в массивный латный доспех. И, как назло, еще и с двуручным мечом таскается.

Цзи Гуан подумывал было снять с него доспехи и выбросить меч, но в итоге передумал.

Сплошные латы рыцарей-воителей почти не пропускали воздух. А в такой глухой броне, если следить, чтобы она не покрылась льдом, да еще и укутать плащом, можно было неплохо сохранить тепло тела.

Что до двуручного меча...

...Потащу пока.

«Если совсем невмоготу станет, — мысленно пообещал Цзи Гуан, — не обессудь, выброшу к чертовой матери».


http://bllate.org/book/16948/1588018