Готовый перевод Wu Chang Jie / В оковах непостоянства: Глава 16

Вернувшись в Подземную обитель, Се Биань выглядел немного встревоженным. Фань Ушэ бросил на него взгляд и произнёс:

— Это я сказал, что хочу пойти, и это я затеял драку с Сун Чуньгуем. Я сам объяснюсь с наставником.

— Не нужно об этом беспокоиться, — нахмурившись, ответил Се Биань. — Я не боюсь, что учитель будет нас бранить. Меня беспокоит другое: не помешает ли наша стычка в Фумэнхуэе ордену Улян расследованию?

— Не помешает. Скорее всего, они искали вообще не там.

— Почему ты так думаешь?

— Все действия этого похитителя золотых ядер не поддаются обычной логике. Я не думаю, что золотое ядро Мэн Кэфэя выставили на продажу — уж точно не в Фумэнхуэе.

— О? Продолжай.

Фань Ушэ начал анализировать:

— Мотивов вырезать золотое ядро Мэн Кэфэя может быть не больше трёх. Первый: кому-то понадобилось ядро высокоуровневого заклинателя. Второй: за него назначили награду. Третий: личная месть. Но главный вопрос — спланировали такое рискованное убийство заранее или оно было спонтанным? Если заранее, то почему убийца не подождал, пока Мэн Кэфэй не отправится в странствие? Мир велик. Убил бы его где-нибудь в глуши, уничтожил труп — и, возможно, никто никогда бы ничего не узнал. Поэтому я считаю, что какими бы ни были мотивы, смерть Мэн Кэфэя не была преднамеренной.

Се Биань кивнул:

— В твоих словах есть смысл. Ох, ну почему же ты вчера не сказал об этом наставнику?

— Какое мне дело до того, что он умер? — равнодушно отозвался Фань Ушэ. — Я увидел, как сильно тебя это заботит, и только тогда…

— Не говори так, — неодобрительно перебил его Се Биань. — Как последователи Дао, мы должны проявлять милосердие. К тому же, любой вправе покарать похитителя золотых ядер [1]. Если мы поможем ордену Улян поймать убийцу быстрее, значит, спасём ещё чьи-то жизни.

[1] 人人得而诛之 rén rén dé ér zhū zhī — букв. каждый человек может (и должен) убить его. Одно из самых сильных моральных осуждений в китайском языке, означающее, что человек совершил настолько тяжкое злодеяние, что каждый, кто его увидит, имеет право и даже обязан убить его на месте.

— Мгм.   

— Из твоих слов выходит, что смерть Мэн Кэфэя, скорее всего, не была спланирована. А из трёх мотивов наиболее вероятным кажется кровная месть. В Фумэнхуэе никто не назначал награду за ядро Мэн Кэфэя. Если бы убийце нужно было просто ядро высокоуровневого заклинателя, он бы не стал нападать на племянника Ли Буюя.

— Верно. Поэтому я предполагаю, что Мэн Кэфэя убили по личным мотивам. Вероятно, между ним и убийцей возникла ссора, они сцепились, и противник, убив его, вырезал золотое ядро, чтобы свалить всю вину на демонических заклинателей. Орден Улян наверняка до этого додумался. Скорее всего, они уже проверили всех, с кем у Мэн Кэфэя были конфликты. А обыск в Фумэнхуэе — возможно, просто попытка постучать по горе, чтобы спугнуть тигра [2], ну или желание убедиться, что ни одна рыба не ускользнула из сети.

[2] 敲山震虎 qiāoshān zhènhǔ — обр. запугать, устрашить

— Если это личная месть, — холодно хмыкнул Фань Ушэ, — то, скорее всего, это внутренние разборки самого ордена Улян. То, что убийство произошло на их территории — отличное тому доказательство.

Се Биань резко втянул воздух. Чем больше он об этом думал, тем логичнее казалась эта версия.

— Не исключено, что они уже давно выяснили, чьих это рук дело, но скрывают правду ради сохранения лица, изображая бурную деятельность и обыскивая все вокруг. Такой двуличный орден [3], как Улян… — Фань Ушэ осекся, заметив удивлённый взгляд Се Бианя, и понял, что сболтнул лишнее.

[3] 两面三刀 liǎng miàn sān dāo — букв. две стороны (лица) и три ножа. Резко отрицательный фразеологизм, описывающий лицемерного, двуличного человека, который ведёт себя по-разному с разными людьми и при этом способен на подлости и предательство.

Се Биань поморгал:

— Шиди слышал какие-то слухи об ордене Улян?

— Когда я прислуживал в винной лавке, наслушался разной болтовни.

— Орден Улян стоит во главе Союза Бессмертных, и в своих делах им волей-неволей приходится кому-то переходить дорогу. К тому же, у них десятки тысяч последователей, и невозможно поручиться за порядочность каждого. А в винных лавках часто болтают всякие небылицы. Так что о вещах, не имеющих под собой оснований, лучше говорить с осторожностью, — вздохнул Се Биань. — Только что мы оскорбили Сун Чуньгуя. Теперь, если нам придется отправиться с наставником в Юньдин, будет весьма неловко.

— Он напал первым. Нам вдвоём лет меньше, чем ему одному. Это ему должно быть стыдно.

— Это-то так, но всё же…

Беседуя, они миновали Дорогу жёлтых источников [4]. Перед ними раскинулась роща из гигантских ив. Говорить во множественном числе можно было лишь потому, что материнский корень достигал в толщину нескольких обхватов. Свисающие с него ветви-корни вгрызались в землю, давая жизнь дочерним деревьям, а те — новым. Так, тесно переплетаясь корнями и ветвями, они разрослись в бескрайнюю ивовую чащу. Путник, не знакомый с этими местами, зайдя вглубь, наверняка бы заблудился. А присмотревшись к корневищам, он увидел бы, что они багрово-чёрные, словно запёкшаяся густая кровь.

[4]黄泉路 huángquán lù — букв. дорога желтых источников. В китайской мифологии путь в загробный мир, дорога, которую проходит душа умершего после смерти, чтобы попасть в Подземный мир на суд Владык ада.

Сквозь лес пронёсся порыв ветра. Миллиарды листьев и ветвей затрепетали и закружились, издавая шелест, похожий на стенания призраков. Это дерево называлось призрачной ивой. Легенды гласили, что оно живёт столько же, сколько живы небеса и земля. Миновать стелу Инь-ян значило пересечь то, что в народе называли Вратами мёртвых. А пройдя до конца Дороги желтых источников, путник оказывался аккурат перед этой рощей. И только через неё можно было попасть в Подземную обитель.

Се Биань знал эти места как свои пять пальцев, но сейчас внезапно остановился и поднял голову. Сквозь зловещие зелёные тени ветвей пробивалось нечто ослепительно-красное. Это оказалось развевающимися одеждами. Фань Ушэ прищурился, глядя на человека — нет, на призрака — на дереве.

— Учан, — донёсся с ветвей тихий смешок. — Снова ходил развлекаться в мир живых?

Лицо Се Бианя напряглось, и он почтительно произнёс:

— Алое бедствие.

Человек в красном слетел с высокой ивы. Его чёрные волосы взметнулись танцем, а широкие рукава заструились по ветру. Он был лёгок и неуловим, словно резвящаяся в лесу бабочка. Зрелище было живописным, как на картине, но от него по спине пробегал холодок ужаса.

Мужчина был высок и строен. Лицо белое, как бумага, и только тонкие губы алеют каплей крови. Его красота была до крайности порочной и обольстительной — как цветок, распустившийся в миг своего наивысшего великолепия, — она завораживала и похищала душу. Это был глава десяти генералов Подземной обители, Призрачный повелитель Цзян Цюйлянь.

— Так это и есть новый ученик Высочайшего наставника? — Цзян Цюйлянь подошёл к Фань Ушэ. Его шаги были абсолютно беззвучны. Он слегка наморщил нос и протянул: — М-м, запах юного непорочного отрока. Небось очень вкусный. — Он говорил о Фань Ушэ, но глазами косился на Се Бианя. Тот шагнул вперёд, заслоняя шиди собой:

— Господин, это мой шиди, Фань Ушэ. Ушэ, поприветствуй главу.

Фань Ушэ лишь холодно уставился на Цзян Цюйляня. Тот изогнул губы в улыбке:

— Этот нрав чем-то напоминает Высочайшего наставника. Неудивительно, что он удостоился его расположения.

— Глава, у нас ещё есть дела во дворце Высочайшего наставника, так что мы…

— А ты, — Цзян Цюйлянь подмигнул Се Бианю. — Я видел, как ты рос. Если бы я действительно захотел тебя съесть, думаешь, Высочайший наставник сумел бы тебя уберечь? И чего ты до сих пор меня так боишься?

Се Биань ответил серьёзным тоном:

— Мы с Алым бедствием — генералы Подземной обители, служащие велению Владыки. Я вас не боюсь. Но мой шиди ещё молод и только прибыл в мир теней. Прошу, Повелитель, не насмехайтесь над ним.

Цзян Цюйлянь прыснул от смеха:

— Подумать только! В те годы ты был лишь сопливым младенцем в штанишках с дыркой на попе, а теперь смеешь заявлять, что мы служим на равных.

Се Биань слегка смутился и разозлился:

— Прошу, Алое бедствие, не выставляйте меня на посмешище.

— Знаешь, иногда мне кажется, что твоим наставником должен был быть этот старый зануда Цуй Фуцзюнь. Ты вечно так напрягаешься при виде меня, а я ведь всего-то пришёл попросить у тебя немного хорошего чая и вина.

— Завтра же я пришлю их в резиденцию Алого бедствия.

Лицо Фань Ушэ уже потемнело от гнева. Он только открыл рот, чтобы что-то сказать, но Се Биань крепко сжал его плечо:

— Ушэ, идём.

Цзян Цюйлянь смотрел им вслед — огоньки в его глазах то вспыхивали, то гасли. Вдруг он лениво окликнул:

— Биань.

Се Биань остановился, но не обернулся.

— Передавай от меня привет Высочайшему наставнику.

— Благодарю, глава.

Се Биань расслабился, только когда они вышли из рощи призрачных ив. Фань Ушэ с недовольством спросил:

— Ты настолько его боишься?

— Ты хоть понимаешь, кто он такой?

— Дух.

— Он — Призрачный повелитель, — глубоко вздохнул Се Биань. — И не просто повелитель, а глава десяти генералов Подземной обители.

Фань Ушэ лишь безразлично бросил: «О».

Великий император Бэйинь правит миром духов. В его подчинении находятся пять Призрачных Владык — они охраняют север, юг, восток, запад и центр Подземной обители и следят, чтобы миры людей и призраков не вторгались друг в друга. Но сами Владыки не вмешиваются в дела обители.

Подземной обителью управляют десять Владык ада, в чьих руках сосредоточены все ключевые механизмы власти в мире призраков — в первую очередь, суд, награды и наказания. При них состоят гражданские и военные Судьи. Гражданские держат в руках Книгу жизни и смерти и Кисть судьи, добавляя или убавляя годы земной жизни людям в зависимости от их добрых или злых деяний. Военные Судьи — боевая мощь мира теней, его великие защитники.

А ступенью ниже стоят десять генералов Подземной обители. У каждого из них свои обязанности. Дневной и Ночной дозорные патрулируют мир людей. Учаны отвечают за сбор человеческих душ, Нютоу и Мамянь управляют уже собранными [5]. Баовэй, Няоцзуй, Юйсай и Хуанфэн собирают души животных [6]. А глава десяти генералов — Призрачный повелитель — заведует наказаниями в аду.

[5] 牛头马面 niútóu mǎmiàn — букв. бычья голова и лошадиное лицо

[6] 豹尾 bàowěi — хвост барса, 鸟嘴 niǎozuǐ — птичий клюв, 鱼鳃 yúsāi — рыбьи жабры, 黄蜂 huángfēng — жёлтая оса

В подчинении каждого генерала Преисподней находится множество тёмных посланников. На восемнадцати уровнях ада правят восемнадцать повелителей призраков, которые днём и ночью вместе с мелкими духами карают тех, кто искупает свои грехи. Повелителем этих восемнадцати и является Цзян Цюйлянь.

— Он — демон, рождённый на Пути голодных духов [7], — сказал Се Биань. — Совсем не чета судье Цую: тот при жизни накопил великие заслуги, а после смерти пополнил ряды бессмертных духов подземного мира. А кто перерождается на Пути голодных духов — те при жизни были отпетыми злодеями, которым нет прощения. И даже после перерождения они остаются нечистью.

[7] Подробнее см. в конце главы

Взгляд Фань Ушэ потемнел и стал хищным:

— Он тебе как-то вредил?

— Нет… — Се Биань слегка смутился. — На самом деле, когда я был ребёнком, он даже давал мне наставления в постижении Дао. Но я всё равно его боюсь, с самого детства. Чтобы стать обычным повелителем призраков, нужно сожрать сотню живых или тысячу духов. Сколько же тогда душ пожрал тот, кто управляет всеми этими призрачными повелителями? Владыка назначил его главой генералов Подземной обители и поручил управлять адом ещё и потому, что опасался, как бы тот не устроил смуту в мире людей. Защитный барьер Фэнду его не удержит.

— Теперь рядом буду я, тебе не нужно его бояться.

Се Биань улыбнулся:

— С твоим появлением в мире теней у меня и впрямь появился товарищ.

— Ты завтра в самом деле собираешься отнести ему чай? Пошлёшь Бо Чжу?

— Нет, Бо Чжу его боится — да и нет мелких духов, которые бы его не страшились. Я пойду сам. По правде говоря, он ничего мне не сделает, он побаивается нашего наставника.

— Я схожу вместо тебя.

— Нельзя. Забыл? Тебе пока нельзя ходить по Подземной обители в одиночку.

— Тогда я пойду с тобой.

— Хорошо, — Се Бианю в самом деле не хотелось встречаться с Цзян Цюйлянем один на один.

— Какое же зло он совершил при жизни, раз попал на Путь голодных духов?

Из шести путей перерождения Путь голодных духов, Путь животных и Путь ада относятся к трём низшим путям. Нужно совершить поистине немыслимое злодеяние, чтобы переродиться на одном из них.

Се Биань покачал головой:

— Помню, в детстве я спрашивал его об этом, а он ответил, что не знает. Тогда я спросил, почему бы ему не сходить к Камню трёх жизней [8] и не взглянуть, а он сказал, что не желает этого знать.

[8] подробнее см. в конце главы

Глаза Фань Ушэ потемнели:

— А ты? Почему не сходишь к Камню трёх жизней и не посмотришь на свою прошлую жизнь? Тебе не любопытно?

— Я ходил.

Дыхание Фань Ушэ на миг оборвалось. Се Биань понизил голос:

— В Камень трёх жизней можно заглянуть только перед тем, как выпьешь суп Мэнпо, нельзя смотреть просто так. Только не проболтайся при чужих, я ходил туда тайком.

— И что ты увидел?

«Увидел ли ты грехи, совершённые в прошлой жизни?!»

— Ничего, — разочарованно произнёс Се Биань.

— Почему?

— Я спрашивал об этом судью Цуя. Разумеется, я не посмел признаться, что ходил туда сам, иначе он бы меня точно отругал. Я лишь сказал, что слышал, будто иногда Камень трёх жизней не показывает вообще ничего. Судья Цуй ответил, что Камень не может отразить небожителей. Те, кто перерождается на Пути небожителей — божества, они стоят за пределами Колеса Сансары [9], поэтому Камень трёх жизней их, естественно, не отражает.

[9] 轮回 lúnhuí — досл. круговорот, цикл; будд. сансара, круг жизненных перевоплощений, непрерывное перерождение

— Раз человек уже вышел за пределы Сансары, зачем ему приходить в Подземный мир для перерождения?

— Потому что этот человек — Сын Неба, — улыбнулся Се Биань. — Судья Цуй сказал, что люди с императорской судьбой — небожители, спустившиеся в мир смертных для прохождения испытаний. Они изначально родились на Пути небожителей, а затем пришли в этот мир, чтобы стать правителями людей. Если после смерти их благие заслуги окажутся совершенными, они смогут вернуться на Путь небожителей и вознестись к Девятым небесам. В противном же случае они низвергаются на Путь людей и обрекаются на муки Сансары. Так что, скорее всего, в одной из прошлых жизней я был императором.

Фань Ушэ пристально смотрел на Се Бианя, его глаза постепенно наливались кровью. Се Биань не замечал, насколько пугающим стало выражение лица Фань Ушэ, и лишь с самоиронией добавил:

— Жаль только, что правителем я, должно быть, оказался никудышным. Поэтому и не смог вернуться на небеса, а попал в Сансару — искупать свои грехи.

Фань Ушэ сжал кулаки, резко развернулся и зашагал прочь.

— Эй, шиди! Будем завтра утром есть вонтоны?

Переводчики снова погружают вас в прекрасный и загадочный мир китайской мифологии.

[7] 三生石 sān shēng shí — Камень трёх жизней: прошлой, настоящей и будущей. На этом камне высечены имена людей и их судьбы. Он хранит память о том, кого человек любил, кого ненавидел, кому остался должен и с кем связан неразрывной нитью судьбы (кармическим долгом).

В географии Подземного мира путь души строго прописан. Камень трёх жизней находится в самом конце этого пути: стоит на берегу Реки Забвения (Ванчуань — 忘川), прямо перед входом на Мост Безнадежности (Найхэ — 奈何桥), рядом с местом, где Тетушка Мэн (孟婆) раздает свой суп забвения. Перед тем как выпить суп Мэнпо, забыть всё и шагнуть в Колесо Сансары, душа может в последний раз посмотреть на Камень трёх жизней. В этот момент человек видит всю свою прошлую жизнь, настоящую и то, что ждёт его впереди.

***

[8] Шесть путей перерождений (六道轮回 liù dào lún huí)

В основе лежит идея о том, что после смерти душа не исчезает навсегда, а перерождается. То, кем или чем она станет в следующей жизни, зависит от её кармы (накопленных добрых и злых дел). Сами Шесть путей делятся на три «Высших» (добрых) и три «Низших» (злых).

Три Высших пути

1. Путь Небожителей / Богов (天道 — Тянь-дао)

Самое благое перерождение. Душа рождается божеством на Небесах. Жизнь там наполнена наслаждениями, длится тысячи лет, нет болезней и страданий. Но боги не вечны: когда их карма истощается, они умирают и снова падают в Колесо Сансары.

2. Путь Асуров / Демонов-воителей (阿修罗道 — Асюло-дао)

Сюда попадают те, кто совершал добрые дела, но был слишком горд, ревнив, гневлив или любил сражаться. Асуры обладают могуществом полубогов, но постоянно воюют друг с другом и завидуют Небожителям.

3. Путь Людей (人道 — Жэнь-дао)

Перерождение обычным человеком. Считается самым важным путём, потому что только люди испытывают баланс между страданиями и радостями. Только будучи человеком (или заклинателем), можно осознать истину и вырваться из Колеса Сансары, став Бессмертным.

Три Низших пути

4. Путь Животных (畜生道 — Чушэн-дао)

Наказание за невежество, глупость и следование низменным инстинктам. Душа перерождается в теле зверя, птицы или насекомого. Животные живут в страхе: их заставляют работать, на них охотятся, их съедают.

5. Путь Голодных духов (饿鬼道 — Эгуй-дао)

Наказание за невероятную жадность, скупость и зависть. Перерождение в виде уродливого духа с огромным животом и горлом толщиной с иглу. Они испытывают вечный, мучительный голод и жажду, но не могут проглотить пищу — она превращается во рту в огонь или пепел.

6. Путь Ада (地狱道 — Диюй-дао)

Самая страшная участь. Наказание за убийства и тяжкие преступления. Душа рождается в глубинах Преисподней, где подвергается бесконечным пыткам (варка в котлах, сдирание кожи, ледяные пустоши), пока её грехи не будут искуплены страданиями.

http://bllate.org/book/17076/1617266