Готовый перевод I Have a Multipurpose Cabinet / У меня есть павильон сокровищ!: Экстра 7

Ли Сянсин рассмеялся:

— Ты умеешь готовить?

Ли Шаоси: «...»

Он умеет быть на подхвате у Бога Кулинарии!

— Кхм... — Ли Шаоси, опираясь на дверцу машины, сказал отцу: — Вы с сестрицей Юнь просто приезжайте ужинать, а я побежал!

Старина Ли махнул рукой, не придав этому особого значения.

Что касается учебы Ли Шаоси. Ни Ли Сянсин, ни Чэнь Луюнь не переживали. Гаокао был уже на носу, обратный отсчет пошел на третий десяток дней, но в доме семьи Ли по-прежнему царила спокойная атмосфера, без малейшего намека на панику. Они прекрасно знали, на что способен их сын. Если он нормально сдаст экзамен, то без проблем поступит в приличный университет «Проекта 211» (престижные вузы Китая). А если не повезет...

Что ж. Образование — это важно, но оно не определяет всю твою жизнь. К тому же, как бы Ли Сянсин и Чэнь Луюнь ни тревожились, это не изменит результата. Некоторые вещи человек должен пройти сам. Даже родители не могут прожить жизнь за своих детей.

Хорошее воспитание — это поддержка, наполненная любовью. Правильное наставничество — это умение дать зрелый, разумный и выполнимый совет или помощь, когда ребенок в этом нуждается. Чем психовать из-за оценок ребенка, лучше работать над собой. Такова была философия воспитания Старины Ли и Чэнь Луюнь. Именно благодаря такой атмосфере в семье, узнав о долге в восемьдесят миллионов, Ли Шаоси не впал в отчаяние и не попытался сбежать, а решил встретить проблему лицом к лицу и найти выход.

Услышав историю Ли Шаоси, Толстяк как-то поинтересовался. Ведь по логике, должниками были родители Ли Шаоси. Почему же Красное Поле активировалось у него?

Юнь Юй дал ему ответ:

— Есть разница между последствиями собственных действий и бедой, свалившейся как снег на голову.

Действительно, Ли Сянсин и Чэнь Луюнь были отличными предпринимателями, но именно их ошибка в управлении привела к разрыву цепочки финансирования и повесила на семью неподъемный долг. Они сами посеяли эти семена, и сами пожали плоды. Это не называется «не терять надежды в безвыходной ситуации».

Ли Шаоси был их сыном, членом семьи Ли, но он никогда не участвовал в управлении компанией и не принимал никаких решений. Он просто родился в этой среде, на него обрушилась катастрофа, и всё же он взял всё бремя на себя. Он не сеял эти семена, но принял их плоды. Вот это и значит — «не терять надежды в безвыходной ситуации».

Возраст тоже играл свою роль. «Разлом» в основном выбирал Игроков среди молодежи. Не потому, что люди постарше чаще впадают в отчаяние, а потому, что с возрастом физические показатели неизбежно падают, и такие люди с большей вероятностью погибнут в Красном Поле. Это было проявлением милосердия «Разлома» к реальному миру.

Вернувшись в школу, Ли Шаоси внезапно почувствовал легкую меланхолию, глядя на своих беззаботных одноклассников. После нескольких месяцев дистанционки все немного отвыкли друг от друга, но... стоило кому-то открыть рот, как все снова становились неразлучными братьями.

Ли Шаоси был душой компании, поэтому вокруг него сразу же собралась толпа друзей, обсуждая всё подряд. Парни, как водится, больше всего болтали об играх. Сколько звезд набил, какой ранг апнул? Крутил новую гачу, как тебе «новая вайфу»?

Слушая это, Ли Шаоси испытывал целую гамму сложных эмоций. Игры — это весело. Но Черные Поля — это совсем-совсем не весело! Теперь у него была стойкая фобия игр. Наверное, он ненавидел их больше, чем их классный руководитель. Особенно симуляторы свиданий... Там же чуть до смерти не залюбили, ну серьезно!

Вскоре все более-менее разговорились. Сосед Ли Шаоси по парте наклонился к нему и прошептал:

— Говорят, к нам новенький перевелся.

Соседа Ли Шаоси звали Хоу Сюэсэнь — высокий, тощий парень. Имя Сюэсэнь явно указывало на большие надежды, которые возлагали на него родители. Однако оценки Хоу Сюэсэня, от математики до физики, были настолько плачевными, что его имя звучало как насмешка.

Ли Шаоси с Хоу Сюэсэнем довольно хорошо ладили. Хоу Сюэсэнь учился из рук вон плохо, но очень старался и постоянно задавал вопросы. Поначалу Ли Шаоси это немного раздражало. Как-то он пожаловался отцу, но сестра Юнь строго посмотрела на него:

— Разве это не лучшая возможность для учебы?

Ли Шаоси понял, что мама не шутит, и вытянулся по струнке. Чэнь Луюнь сказала:

— Лучший способ научиться самому — это научить другого. Хоу Сюэсэнь — полезный друг. Тщательно объясняй ему задачи.

И эти слова оказались пророческими. Когда Ли Шаоси, пересилив нежелание, начал объяснять Хоу Сюэсэню материал, его собственные оценки стремительно поползли вверх. Ли Шаоси всё понял. Это не он помогал Хоу Сюэсэню, это Хоу Сюэсэнь помогал ему. Если ты можешь объяснить задачу человеку, который в ней ничего не понимает, так, чтобы он всё усвоил — значит, ты сам владеешь материалом в совершенстве. Настолько в совершенстве, что на экзамене подобные задачи щелкаешь как орешки.

Благодаря этому их отношения с Хоу Сюэсэнем становились всё крепче. Настолько крепкими, что...

Ли Шаоси шепотом обратился к нему:

— Лао Хоу.

Хоу Сюэсэнь:

— Чего?

Ли Шаоси кашлянул:

— Как думаешь, вид с той одиночной парты... наверное, шикарный, а?

В их классе было четное количество учеников, но с приходом «новенького» поставили еще одну свободную парту. Ли Шаоси, естественно, знал, кто этот новенький. Поэтому он хотел мягко «выпроводить» Хоу Сюэсэня за одиночную парту, чтобы освободить место для своего нового соседа.

Но Хоу Сюэсэнь тут же брякнул:

— Пф-ф, слава богу, я не новенький. Сидеть одному за партой — это же такой отстой.

Ли Шаоси: «………………» Ничего не отстой, дубина!

В этот момент дверь класса открылась. Классный руководитель вошел с сияющей улыбкой:

— Ребята, давайте поприветствуем нашего нового одноклассника...

До Гаокао оставалось меньше месяца, а к ним кто-то перевелся. Это было странно. Ладно, это было ОЧЕНЬ странно! Даже не знаешь, кто тут более безбашенный: сам новенький или его родители. Перевестись в такой ответственный момент... Снимаю шляпу! Просто снимаю шляпу!

Вслед за пухлым классным руководителем в класс вошел высокий парень. Как только он переступил порог, еще даже не успев представиться, весь класс, и парни, и девушки: «!!!»

О девушках и говорить нечего: независимо от того, были ли они падки на красивую внешность, в этот момент они просто лишились дара речи. Но даже на 100% гетеросексуальные парни испытали настоящий шок. Эстетическое восприятие у людей схоже. Когда ты видишь истинную, абсолютную красоту... Ты не можешь кривить душой.

Ли Шаоси тоже замер... Ученик А.

Цзянь Юэ так хорошо его знал. Его одежда, его стиль — всё было в точности как у Ученика А. И даже аура была один в один. Он стоял там, излучая холодную отстраненность. Черно-белая школьная форма еще больше подчеркивала бледность его кожи. Высокий и стройный, но отнюдь не хрупкий — он походил на изумрудный бамбук под дождем, о котором сразу ясно: однажды он пронзит небеса.

Черный рюкзак небрежно висел на левом плече, а за опущенными темными ресницами читалась непробиваемая дистанция. А уж когда он заговорил, его холодный, чистый голос заставил весь класс почувствовать себя так, словно им плеснули в лицо ледяной водой — бодрит невероятно.

Новенький был до умопомрачения красив. Но одновременно с этим почти каждый ученик, включая классного руководителя, подумал: «К нему просто так не подступишься!»

Именно в этот момент новенький поднял глаза, и его темный, лишенный блеска взгляд остановился на предпоследней парте у задней двери.

Хоу Сюэсэнь: «!!!» Аж мороз по коже пробрал!

Ли Шаоси поспешно подмигнул ему. Тонкие губы новенького дрогнули, складываясь в улыбку, от которой весь класс невольно задержал дыхание.

Этот парень, холодный как ледяная скульптура... Оказывается, умеет улыбаться!

Ученикам с их ракурса было не видно, кому он улыбается, но классный руководитель всё прекрасно понял. Ли Шаоси? Ли Шаоси! Глаза классного руководителя загорелись. План был готов. Он очень любил Ли Шаоси: отличник, душа компании, да еще и послушный. К тому же, семья Ли не скупилась на пожертвования для школьных мероприятий. Не любить такого ученика было просто невозможно.

Учитель как раз ломал голову, куда бы посадить новенького. А вот и идеальное местечко! С покладистым характером Ли Шаоси они точно поладят. Классный руководитель откашлялся:

— Хоу Сюэсэнь, собирай вещи.

Старина Обезьяна: «???»

Классный руководитель:

— Цзянь Юэ у нас новенький, ему нужен кто-то, кто хорошо знает школу, чтобы помочь освоиться, а ты...

Услышав это, Хоу Сюэсэнь запаниковал:

— Учитель, я...

Мамочки, этот новенький выглядит таким неприступным, он вовсе не горел желанием становиться его нянькой...

Классный руководитель продолжил:

— Освободи место, пусть Ли Шаоси сидит с ним.

Хоу Сюэсэнь: «!»

Ли Шаоси тоже опешил: Ого, само в руки плывет?

Хоу Сюэсэнь уже бодро рапортовал:

— Слушаюсь!

Он сгреб свои вещи со скоростью света, бросив на Ли Шаоси сочувственный взгляд. Сам погибай, а товарища выручай... но не в этот раз! Прощай, братишка Ли!

Ли Шаоси, разумеется, прочитал все его мысли. Он молчал, молчал, еще раз промолчал... но в итоге не сдержался, и его губы растянулись в улыбку, сияющую ярче солнца.

Проваливай, Обезьяна! (прим.: фамилия Хоу - созвучна со словом обезьяна) Ты мне тут уже давно мешался!

Много-много позже. Хоу Сюэсэнь наконец-то осознал:

— Братишка Ли, это же называется... променять друга на любовь?

Ли Шаоси покосился на него:

— Это называется «вовремя понять намек и не отсвечивать».

Цзянь Юэ посадили за одну парту с Ли Шаоси. Не успел он сесть, как его юный сосед на полном серьезе выдал:

— Студент Цзянь...

Цзянь Юэ повернулся к нему. Ли Шаоси придвинулся ближе и прошептал:

— Ты такой красивый.

Цзянь Юэ: «...»

Сказав это, Ли Шаоси сам залился краской и уткнулся носом в учебник. Цзянь Юэ легонько постучал пальцами под партой. Сердце Ли Шаоси учащенно забилось. Стоило ему опустить руку, как ее тут же переплели с другой.

Ну всё... Лицо загорелось еще сильнее!

Цзянь Юэ слегка сжал его пальцы:

— Внимательно слушай урок.

Ли Шаоси: «………………» Как тут вообще можно что-то слушать?!

Весь класс сидел как на иголках. Внезапное появление новенького, чья внешность даст фору любой знаменитости, заставило бы нервничать кого угодно. Как жаль, что в школе запрещены телефоны. Иначе все чаты классов уже бы взорвались от сообщений. У многих в голове уже крутилась мысль: «Этот новенький точно не звезда под прикрытием? С такой внешностью он бы порвал все чарты!»

И пока одноклассники строили безумные теории, они и не подозревали, что их новенький прямо сейчас... Кхм. Просто держится за руки со своим соседом по парте, никаких более интимных действий не предвиделось.

Цзянь Юэ пришел в школу, чтобы составить компанию своему парню, а не учить его плохим вещам. Насчет учебы Ли Шаоси изначально был полон оптимизма. Он считал себя пусть не гением, но всё же хорошистом. И хотя последние полгода он мотался по Черным Полям, школьную программу он не забрасывал. Ведь с таким читом, как «Разлом», всегда можно было выкроить секундочку параллельного времени, чтобы подтянуть знания.

Ли Шаоси нисколько не сомневался в способностях Цзянь Юэ. Он просто думал, что за тысячелетия в Черных Полях Цзянь Юэ давным-давно забыл всю эту школьную премудрость.

Забыть-то он забыл. Но разве это проблема? Достаточно было просто полистать учебник. Не стоит забывать, что особым навыком Ученика А был — Домен Бога Учебы. Навыки каждой карты отражали то, в чем Цзянь Юэ был по-настоящему хорош. Шеф-повар готовил как бог, а Ученик учился так, что никому и не снилось.

К концу первого же урока Ли Шаоси отбросил все мысли о том, чтобы подтягивать Цзянь Юэ по учебе. Кого подтягивать? Тут бы самому за ним угнаться! Ну и ладно, он просто хотел ходить в школу вместе с Цзянь Юэ. А бесплатный репетитор такого уровня — это просто шикарный бонус!

На перемене некоторые одноклассники начали проявлять активность. Поначалу им казалось, что Студент Цзянь — это неприступный ледник, к которому страшно подойти. Но, увидев, как непринужденно и тепло он общается с Ли Шаоси, они воспрянули духом!

Может, он только с виду такой холодный? Может, с ним легко найти общий язык? Самый смелый одноклассник осторожно приблизился, открыл рот, но даже не успел произнести слог «Цзянь»... как замерз на месте!

Боже. Он и правда ледник! К нему просто невозможно подойти!

Ли Шаоси вмешался:

— Цзянь Юэ, знакомься, это Сунь Цзецзе.

Сунь Цзецзе, который до этого даже дышать боялся, услышав голос Ли Шаоси, почувствовал, как лед тает, уступая место теплой весне и ласковому ветерку.

Цзянь Юэ кивнул:

— Привет.

Сунь Цзецзе: «!» Запнувшись, он с трудом выдавил:

— П-привет.

В тот момент Сунь Цзецзе испытал глубочайший шок. И сам не до конца понимал, от чего именно. Цзянь Юэ был настоящим, неподдельным айсбергом. А Ли Шаоси был тем самым маленьким огоньком, способным этот айсберг растопить. И самое поразительное заключалось в том, что такой крошечный огонек, по идее, не должен был даже поцарапать ледяную гору. Сам этот огромный, могучий айсберг бережно оберегал эту маленькую искорку, добровольно и с радостью позволяя ей себя растопить.

Школьная жизнь оказалась даже интереснее, чем он ожидал. Впрочем... Когда Ли Шаоси и Цзянь Юэ были вместе, всё казалось интересным.

Ли Шаоси спросил:

— В какой университет хочешь поступить?

Цзянь Юэ ответил вопросом на вопрос:

— А ты?

Ли Шаоси замялся. Цзянь Юэ сразу всё понял и мягко предложил:

— Если не хочешь уезжать отсюда...

Изначально Ли Шаоси действительно не хотел уезжать из родной провинции. Но с оценками Цзянь Юэ они могли бы замахнуться на самые престижные вузы страны.

Ли Шаоси стиснул зубы:

— Ничего страшного. Захотим домой — это дело одной минуты.

Особенно с помощью телепортации через Домен добраться из столицы до дома — дело одной секунды.

Цзянь Юэ напомнил:

— А как мы это объясним твоим родителям?

Ли Шаоси: «...»

Цзянь Юэ улыбнулся и ласково сказал:

— Всё в порядке, университет...

Но Ли Шаоси вдруг заупрямился:

— Нет! Если уж поступать, то только в самый лучший вуз страны!

Ли Шаоси прекрасно понимал, к чему клонит Цзянь Юэ. С их нынешними способностями зачем им вообще университет? По сравнению с безграничными знаниями тысяч миров, любой университет в реальном мире — это лишь песчинка в океане. У них были куда более продвинутые способы получения информации. Что же касается так называемого диплома... С нынешними активами Ли Шаоси любой из богатейших людей мира кусает локти от зависти... Диплом любого вуза для него — просто бумажка. Он так упрямо хотел поступить в лучший столичный вуз только по одной причине...

— Мы должны сделать выпускное фото, чтобы показать его бабушке.

Цзянь Юэ: «...»

Он давно догадался о намерениях своего лисенка, но от этих слов в груди всё равно разлилось тепло, согревая сердце. Ли Шаоси был очень внимательным, особенно когда дело касалось Цзянь Юэ. Он видел старый дом Цзянь Юэ, видел портрет бабушки, видел брошюру столичного университета, спрятанную под стеклом на столе.

Без сомнений, это было заветное желание старушки. Ее несбывшаяся мечта перед самой смертью. Как бы она ни ушла из жизни, и в какую бы пучину отчаяния это ни ввергло Цзянь Юэ. Она навсегда оставила в его сердце лучик света. Лучик, который не позволил подростку, оказавшемуся в безвыходной ситуации, потерять любовь к этому миру.

Ли Шаоси глубоко вздохнул:

— Всё, решено! Не переживай, Старина Ли и сестрица Юнь будут только рады сплавить такого здоровенного оболтуса подальше...

Цзянь Юэ улыбнулся:

— Хорошо.

В крайнем случае, можно расширить бизнес семьи Ли и перенести штаб-квартиру в столицу — тоже неплохой вариант.

Вспомнив проходные баллы столичного университета, у Ли Шаоси всё же слегка заныла голова. Он посмотрел на Цзянь Юэ и жалобно протянул:

— Эм... а есть какой-нибудь способ быстро поднять баллы?

— Есть.

Глаза Ли Шаоси загорелись:

— Какой?

— Вернемся в Домен, и я позанимаюсь с тобой.

Ли Шаоси: «………………»

Цзянь Юэ добавил:

— С восемью репетиторами дело пойдет быстрее.

Ли Шаоси: «……………………»

Он понимал, что речь идет о настоящих занятиях, а не о «парном совершенствовании».

Но! ОН! Вспоминая свой прошлый метод повышения уровня, он просто физически не мог спокойно воспринимать цифру «восемь», а-а-а-а!

Отложив вопрос с репетиторством на потом, Ли Шаоси потер лоб. Сейчас его больше волновало то, что должно произойти вечером:

— Эм...

— М-м?

Ли Шаоси пробормотал:

— Утром я сказал Старине Ли... кхм, маме с папой, что вечером приведу тебя на ужин.

Цзянь Юэ: «...»

Ли Шаоси занервничал еще сильнее:

— Не переживай... они ничего не знают. Я сказал... только что приведу одноклассника.

Уголки губ Цзянь Юэ приподнялись:

— Хорошо.

— Ты...

Цзянь Юэ посмотрел на него:

— Я очень рад.

Ли Шаоси: «!»

Вообще-то он боялся, что Цзянь Юэ не захочет знакомиться со Стариной Ли и сестрицей Юнь. Ну, как бы это сказать... Они из разных миров... А в итоге... Что ж! Сейчас Ли Шаоси был счастлив. Самый счастливый человек на свете!

Проработав весь день, Ли Сянсин и Чэнь Луюнь всё же успели вернуться домой к шести. Вообще-то у них было запланировано еще одно совещание, но Чэнь Луюнь вспомнила утренние слова сына и велела мужу:

— Перенеси в онлайн. — Провести совещание из дома после ужина — вполне рабочий вариант.

Ли Сянсин согласился:

— Хорошо.

Сын скоро сдает Гаокао. На словах они говорили, что им всё равно и они не переживают, но в душе всё равно хотели дать ему как можно больше заботы и поддержки. Как ни крути, это важный этап в жизни. И они хотели быть рядом с ним.

Ли Сянсин и Чэнь Луюнь даже не догадывались, насколько важным окажется этот вечер. Зайдя в дом, они почувствовали аппетитный запах еды. Супруги переглянулись, прочитав в глазах друг друга удивление. Неужели сын и правда сам готовит?!

Они открыли дверь и увидели двоих юношей, стоящих у обеденного стола. От волнения Ли Шаоси вытянулся по струнке, а его голос предательски дрогнул:

— Папа, мама, это Цзянь Юэ.

Затем он посмотрел на Цзянь Юэ, занервничав еще сильнее:

— Цзянь Юэ, это мои родители.

Ли Сянсин и Чэнь Луюнь посмотрели на опрятного, до невозможности красивого юношу, от которого просто невозможно было отвести взгляд, и услышали его чистый, звонкий голос:

— Здравствуйте, дядюшка, тетушка.

Ли Сянсин и Чэнь Луюнь почти в один голос ответили:

— Здравствуй, Цзянь Юэ.

http://bllate.org/book/17077/1607565