Готовый перевод How Many Exes Do You Have?! / Сколько У Тебя Вообще Бывших?!: Глава 45 (1)

Полуденное солнце стояло высоко в небе.

Когда Вэнь Цзинь наконец немного успокоился, Цзянь Шанвэнь отвёл его обратно в маленький особняк.

В доме дежурили врачи. Один из них пришёл обработать волдыри на руках Вэнь Цзиня и заметил, что его сердечный ритм был нестабильным. Решив, что у парня, вероятно, солнечный удар, врач настоял, чтобы тот немного отдохнул в особняке и только потом возвращался.

— Останься. — сказал Цзянь Шанвэнь. — Врачи не сказали ничего хорошего. Помощник режиссёра и остальные сказали, что пришлют тебе еду.

Вэнь Цзинь жалобно кивнул, изображая из себя несчастного больного. Однако, крепко держась за руку Цзянь Шанвэня, всё равно не забыл напомнить:

— Если они будут спрашивать...

Цзянь Шанвэнь мягко улыбнулся:

— Скажу, что у тебя солнечный удар. Не переживай.

Глаза Вэнь Цзиня тут же просияли.

Он правда очень любил Цзянь Шанвэня.

Рядом с ним никогда не приходилось ни о чём беспокоиться. Каждый раз, ещё до того как Вэнь Цзинь успевал озвучить свои тревоги, тот уже всё продумывал за него. Такой внимательный... такой заботливый!

И тут Вэнь Цзинь вспомнил о положении Цзянь Шанвэня.

Он слышал, что в индустрии у того дела идут не слишком хорошо. Но если в будущем он всё-таки выйдет замуж за Шэнь И, то неужели не сможет попросить мужа подкинуть Цзянь Шанвэню пару второстепенных ролей?

Воодушевившись этой мыслью, Вэнь Цзинь сжал его ладонь и серьёзно сказал:

— Не волнуйся. Я помню всё добро, которое ты для меня сделал. Я никогда этого не забуду.

Глядя на лежащего на кровати юношу с жалким, почти детским выражением лица, Цзянь Шанвэнь вдруг вспомнил далёкое прошлое.

Когда-то Вэнь Цзинь был совсем маленьким.

Он часто болел. Стоило ему немного посидеть под вентилятором — и на следующий день поднималась температура. Но жара тоже была для него мучением, и тогда он плакал от дискомфорта.

Мать целыми днями работала вне дома.

Поэтому заботился о младшем брате в основном Цзянь Шанвэнь.

По ночам он сидел рядом с кроватью и обмахивал малыша веером. Рука немела от усталости, плечо ломило от боли, но только так Вэнь Цзинь мог спокойно уснуть.

Тогда...

Тогда Вэнь Цзинь тоже обнимал его вот так же, с покрасневшими глазами, прижимался к его плечу и шептал на ухо:

«Братик, я никогда не забуду, как ты обо мне заботишься. Когда вырасту, я обязательно отдам тебе всё самое лучшее.»

Цзянь Шанвэнь тогда смеялся и крепче прижимал к себе худенького младшего брата.

«Хорошо. Братик будет ждать.»

И он действительно ждал.

Но в итоге дождался лишь руки, которую с отвращением стряхнули.

Дождался спины, поспешно отвернувшейся прочь — словно от чего-то грязного, чего хотелось поскорее избежать и навсегда вычеркнуть из своей жизни.

«Всё самое лучшее — мне?..»

Цзянь Шанвэнь вынырнул из воспоминаний и посмотрел на Вэнь Цзиня, полулежавшего на кровати.

На его лице медленно расцвела ослепительная улыбка.

— Спасибо. Тогда я буду ждать.

Даже если ты забыл — ничего страшного.

Я помогу тебе вспомнить.

- - - - - - - -

Солнце поднималось всё выше.

Выйдя из маленького особняка, Цзянь Шанвэнь оказался под щедрыми, жаркими лучами. Он на ходу взял бутылку воды, сделал несколько глотков, словно пытаясь погасить остатки чувств, которые совсем недавно вскипали в груди, а затем неспешно направился обратно к пристани.

Он немного отстал от остальных участников съёмочной группы, но совершенно не торопился догонять их.

Прогуляться по родным местам, полюбоваться знакомыми пейзажами — в этом тоже было своё особое удовольствие.

Неподалёку от причала ему навстречу как раз шла стайка детей с рыбными корзинами в руках.

Заметив их, Цзянь Шанвэнь подошёл ближе и обратился к одному из мальчишек:

— Так руки быстро устанут. Лучше привяжи к корзине два ремешка и носи её за спиной. Так будет легче.

Присев на корточки, он ловко подтянул плетёные лямки, подгоняя их под рост ребёнка, а затем сказал:

— Попробуй теперь.

Мальчик надел корзину и тут же радостно просиял:

— Ого! Какой вы умный!

В детстве Цзянь Шанвэнь и сам часто таскал такие корзины.

Со временем поневоле научишься экономить силы.

Он лишь улыбнулся:

— Да ничего тут тяжелого нет. Когда подрастёшь, ещё до многого додумаешься.

Но дети не спешили расходиться.

Они столпились вокруг него.

Хотя рядом не было оператора, а сам он был одет совершенно обычно, незнакомое лицо на острове всё равно бросалось в глаза.

Один смуглый от солнца мальчишка нерешительно спросил:

— Вы большая звезда?

Цзянь Шанвэнь удивлённо моргнул и тихо рассмеялся:

— Чего ты так решил?

Мальчик смущённо почесал затылок.

— Потому что вы очень красивый. Самый красивый человек из всех, кого я видел. Мама говорила, что в эти дни на остров приехали большие звёзды снимать сериал. Может, это вы?

Цзянь Шанвэнь мягко покачал головой:

— Нет. Я не звезда.

— Понятно...

Дети дружно закивали.

Особого разочарования на их лицах не было.

Просто Цзянь Шанвэнь казался им слишком красивым и слишком добрым. Настолько, что будто принадлежал совсем другому миру, а не тому, который они знали каждый день.

От этого у ребят слегка кружилась голова, и думать о чём-то ещё было сложно.

Полуприсев перед ними, Цзянь Шанвэнь лениво продолжил разговор:

— Вам так хочется увидеть знаменитостей?

— Да! — послушно закивали дети.

— Почему?

На этот раз они заметно смутились.

— Мама сказала... если получится взять автограф, то потом наверняка найдётся много желающих его купить. Тогда... тогда...

Тогда дома станет немного легче.

Бедный рыбацкий остров.

И разве только бескрайнее море удерживало этих людей здесь?

Для многих семей рыбаков, которые едва сводили концы с концами, каждый выход в море был похож на игру со смертью.

Как деньги могли быть неважны?

Возможно, дети даже не понимали по-настоящему, что такое «большая звезда».

Они просто надеялись хоть чем-то помочь своим семьям.

Улыбка Цзянь Шанвэня стала ещё мягче.

— Прости. Боюсь, я не смогу вам помочь. Я ведь не знаменитость.

Его автограф-то хоть кому-то нужен?

Кто станет его поклонником?

Вместо помощи он, скорее всего, только создаст детям лишние проблемы.

Едва Цзянь Шанвэнь закончил говорить, как заметил вдалеке, у причала, группу людей, сходивших на берег.

Среди них мелькнула знакомая фигура.

На его губах сразу появилась улыбка.

Опустив взгляд на детей, он сказал:

— Но я могу позвать вам настоящую звезду.

Расстояние до причала было довольно большим, и кричать было бесполезно — его вряд ли бы услышали.

Цзянь Шанвэнь окинул взглядом окрестности, заметил неподалёку железное ограждение, наклонился, поднял с земли камешек и несколько раз постучал им по металлу.

Ритм звучал совершенно случайным.

По крайней мере, со стороны.

- - - - - - - - -

В это время на причале Ци Янь разговаривал с рыбаками.

Он внимательно слушал собеседника, когда вдруг уловил знакомый звук.

Рыбак заметил, как выражение его лица едва заметно изменилось.

Словно в глубине этих тёмных глаз вдруг вспыхнуло золото.

Перемена была почти неуловимой, но всё же заметной.

Ци Янь поднял голову и посмотрел куда-то вдаль.

После чего сказал:

— Простите. Кажется, меня ищут. Я ненадолго отойду.

Оператор позади удивлённо огляделся:

— В смысле? Я ничего не слышал.

— Звал.

На Ци Яне были широкие рабочие рыбацкие штаны и просторная одежда. На любом другом человеке такой наряд выглядел бы мешковато, но на его высокой фигуре даже это смотрелось эффектно и стильно.

Вытерев пот со лба, он спокойно повторил:

— Я слышал.

Оператор машинально посмотрел в сторону, куда был обращён его взгляд.

Очень далеко, почти у самого горизонта, действительно угадывался чей-то силуэт.

Он ошарашенно замер.

С такого расстояния разве можно что-то услышать?

Но не успел он как следует задуматься над этим вопросом.

Ци Янь уже направился туда.

- - - - - - - -

Когда Цзянь Шанвэнь увидел приближающегося мужчину, он отбросил камешек.

Когда-то давно они часто гуляли вместе и нередко теряли друг друга в толпе.

Тогда они придумали свой способ связи.

Если вокруг слишком шумно и крик можно не услышать, нужно просто найти что-нибудь звонкое и отбить определённый ритм.

Мелодию народной песенки с гор Улян.

Тогда Ци Янь говорил:

«Люди из наших мест слишком чувствительны к этой мелодии. Где бы я ни был, всё равно услышу.»

- - - - - - - - -

Полуденное солнце палило нещадно.

Ци Янь быстрым шагом подошёл к нему.

Увидев Цзянь Шанвэня, он сразу спросил:

— Что случилось?

Вместо ответа Цзянь Шанвэнь протянул руку:

— Значок, который вам выдали утром. Он при тебе?

Это был памятный бейдж программы с логотипом шоу.

Такие выдали всем участникам.

Потеряешь — можно получить новый.

Но для поклонников подобные вещи обычно становились дорогими сувенирами.

Ци Янь слегка опешил, но всё же кивнул:

— Да, у меня с собой.

— Дай сюда.

Увидев эту сцену, зрители трансляции мгновенно оживились.

Особенно фанаты Ци Яня.

Комментарии посыпались один за другим:

«И что он опять задумал?»

«А-а-а! Сказал «дай» — и тот сразу отдаёт?!»

«Он что, считает, что брат Янь его пёс на поводке?!!»

«Серьёзно, почему Ци Янь его слушается?!»

«Я уже ничего не понимаю в их отношениях...»

«Вот именно! Помани — прибежит, прогони — уйдёт!»

«Не обращай на него внимания!!»

Но не успели фанаты как следует возмутиться...

— А, это?

Ци Янь даже не задумался ни на секунду.

Он тут же достал из кармана карточку с символикой шоу, своей фотографией и именем.

— Зачем он тебе?

Цзянь Шанвэнь взял его и сразу протянул ребёнку.

— Держи. Подарок.

Ци Янь слегка опешил.

Мальчик растерянно принял карточку, совершенно не понимая, насколько ценным сувениром она считается в глазах поклонников.

Цзянь Шанвэнь потрепал его по голове и с улыбкой сказал:

— Только не продавай её, хорошо? Что бы ни предлагали — никому не отдавай.

Он на мгновение задумался и спросил:

— У вашей семьи ведь есть рыбный ларёк?

Мальчик кивнул.

— Тогда повесь его там. Братец Ци очень крутой. Такая штука будет отгонять злых духов и приносить удачу вашей семье!

Когда съёмки закончатся, сюда обязательно начнут приезжать фанаты.

Будут искать места, где побывали участники шоу.

А значит...

Если они увидят этот бейдж на прилавке, наверняка остановятся.

Появятся люди — появится и торговля.

Для рыбацкой семьи это куда ценнее, чем разовая продажа автографа.

Мальчик понял далеко не всё, но поверил безоговорочно.

Его глаза загорелись:

— Правда? Он такой крутой?!

Цзянь Шанвэнь улыбнулся ещё шире:

— Конечно. Не веришь — спроси сам.

Ци Янь мгновенно покраснел.

Когда тебя так нахваливают перед ребёнком, спорить как-то неудобно.

Особенно если этот ребёнок смотрит на тебя с таким восхищением.

Поэтому после короткой паузы он всё-таки кивнул.

Мальчик окончательно пришёл в восторг.

Сжимая карточку обеими руками, он радостно выпалил:

— Спасибо! Вы супер! Желаю вам прожить вместе сто лет в любви и согласии!

Он был ещё слишком маленьким.

Знал всего несколько красивых пожеланий и использовал первое, что пришло в голову.

На мгновение замерли все.

И Цзянь Шанвэнь.

И Ци Янь.

Ци Янь уже открыл рот, собираясь объяснить, что ребёнок всё неправильно понял.

Но раньше него заговорил Цзянь Шанвэнь.

Улыбнувшись, он легонько ткнул мальчика в нос кончиком длинного белого пальца.

— И кто тебя научил так разбрасываться словами? Мал ещё для таких пожеланий.

Мальчик растерянно моргнул.

Кажется, его только что отчитали, но он так и не понял за что.

Зато Ци Янь неожиданно кашлянул и вмешался:

— Зачем ты объясняешь такое ребёнку? Он всё равно ничего не поймёт.

Цзянь Шанвэнь приподнял бровь и бросил на него косой взгляд.

В голосе прозвучала лёгкая укоризна:

— Да? А если бы я ничего не сказал, потом твои фанаты опять начали бы возмущаться.

Он усмехнулся.

— В конце концов, поливают всегда только меня. Конечно, тебе всё равно.

Ци Янь поперхнулся словами.

Несколько секунд смотрел на него, а затем сказал:

— Не говори ерунды. Они не настолько глупы.

Улыбка Цзянь Шанвэня стала ещё глубже.

С каким-то многозначительным оттенком он протянул:

— Ну... это правда.

Говоря это, он как бы невзначай посмотрел прямо в объектив камеры.

По ту сторону экрана фанаты, которые ещё секунду назад собирались дружно наброситься на него с критикой, внезапно оказались загнаны в угол собственными словами.

Фанаты Ци Яня:

«...»

Молчание.

Неловкое.

Очень неловкое.

В чате трансляции, однако, были не только фанаты.

Появлялось всё больше случайных зрителей и новеньких, которые смотрели на происходящее совершенно другим взглядом.

«Не знаю почему, но мне кажется, что между ними что-то есть.»

«Да! Когда они рядом, возникает какая-то странная химия.»

«А может... они бывшие?»

«Но фан-сайты давно всё раскопали. За все годы после дебюта Ци Яня между ними вообще не было никаких связей.»

И всё же...

Некоторые начали сомневаться.

Конечно, оставались и самые преданные поклонники, которые категорически отказывались верить подобным теориям.

«Невозможно!»

«Наш брат просто добрый человек!»

«Он отдал значок ребёнку только потому, что постеснялся отказать.

«Это всё спектакль Шанвэня!»

Чат снова превратился в хаос.

Каждый отстаивал своё мнение.

Но среди зрителей были и те, кто обращал внимание на вещи, которые невозможно подтвердить скриншотами или фактами.

У них не было доказательств.

Только ощущение.

Со стороны всё выглядело вполне нормально.

Ничего подозрительного.

Ничего такого, что можно было бы предъявить в качестве аргумента.

Но...

Как это объяснить?

Наверное, дело было во взглядах.

Когда Цзянь Шанвэнь смотрел на Ци Яня — Ци Янь смотрел на него.

Когда Цзянь Шанвэнь отворачивался — Ци Янь всё равно смотрел на него.

Человек способен заставить себя не приближаться.

Способен держать дистанцию.

Способен запрещать себе прикосновения и близость.

Но есть вещи, которые контролировать невозможно.

Например, взгляд.

Тот самый взгляд, который ищет лишь одного человека ещё до того, как хозяин успевает это осознать.

Все вокруг твердили, что именно Цзянь Шанвэнь всё эти годы цеплялся за Ци Яня.

Но некоторые случайные зрители вдруг поймали себя на мысли:

А что, если на самом деле всё наоборот?

- - - - - - - - - -

После полудня пристань по-прежнему шумела и кипела жизнью.

Цзянь Шанвэнь и Ци Янь неторопливо шли обратно.

По дороге Цзянь Шанвэнь вытащил из кармана свой бейдж и протянул его спутнику.

— Возьми мой. Потом я схожу к режиссёру и оформлю новый.

Ци Янь даже не взглянул на протянутую руку.

— Не нужно. Я сам схожу.

— Да ладно тебе, большая звезда.

С лёгкой усмешкой Цзянь Шанвэнь всё-таки вложил бейдж ему в ладонь.

— Ты уже оказал мне услугу. Не могу же я ещё и заставлять тебя бегать оформляться. Тогда я буду чувствовать себя виноватым.

Карточка только что лежала у него под одеждой.

Поэтому, когда она коснулась ладони Ци Яня, пластик всё ещё хранил тепло чужого тела.

И едва уловимый сладковатый аромат, принадлежащий только Цзянь Шанвэню.

Пальцы Ци Яня почти инстинктивно сомкнулись.

Пока вещь не оказалась у него в руках, он ещё мог отказаться.

Мог вернуть.

Мог сказать «не нужно».

Но стоило ей лечь в его ладонь...

И слова исчезли.

Это принадлежит Цзянь Шанвэню.

Мысль вспыхнула в голове и больше не желала уходить.

Он крепко сжал бейдж.

Слишком крепко.

Будто держал не кусок пластика, а нечто гораздо более ценное.

Нечто, от чего давно следовало отказаться.

Нечто, что давно следовало забыть.

Но чем сильнее он пытался избавиться от этой зависимости, тем глубже она проникала в кровь.

Как человек, мучающийся от жажды, который прекрасно знает, что в чаше яд.

И всё равно подносит её к губам.

Потому что иначе — не может.

Вернувшись на пристань, они обнаружили, что остальные участники уже закончили работу.

Увидев Цзянь Шанвэня, Юй Цань сразу замахал рукой:

— Шанвэнь, вы вернулись!

— Вернулись, — с улыбкой ответил Цзянь Шанвэнь.

Его взгляд скользнул к стоявшему неподалёку Фу Цзиньчэну.

Нельзя было не признать: даже в самой простой водонепроницаемой рабочей одежде этот человек выглядел так, будто только что сошёл с подиума высокой моды.

Некоторые вещи действительно бывают врождёнными.

Манеры.

Воспитание.

Благородная осанка.

Сдержанность каждого жеста.

По его прямой спине и спокойному, безупречному облику невозможно было догадаться, насколько одержимым и ненормальным он был на самом деле.

Цзянь Шанвэнь сказал:

— Вэнь Цзиню стало плохо. Похоже, солнечный удар. Ему обработали руки, но врач решил оставить его отдыхать. Так что я один.

Юй Цань обеспокоенно ахнул:

— Всё настолько серьёзно?

— Да, — серьёзно кивнул Цзянь Шанвэнь.

Разумеется, он намеренно слегка преувеличил.

Ему было любопытно посмотреть на реакцию остальных.

Но неожиданно первым заговорил вовсе не тот, от кого он этого ожидал.

Фэй Чэн нахмурился:

— У него настолько здоровье слабое?

— Нет, просто ему нужно немного восстановиться, — ответил Цзянь Шанвэнь.

После этого он незаметно перевёл взгляд на Фу Цзиньчэна и Лян Шэня.

И обнаружил, что оба лишь слегка нахмурились.

И всё.

Цзянь Шанвэнь едва не рассмеялся.

Ну надо же.

Опять начали играть свои роли.

Он прекрасно помнил, что произошло после его смерти.

Тогда он уже знал, что живёт внутри романа, и от скуки даже просмотрел дальнейшее развитие сюжета.

Позже Вэнь Цзинь однажды попал в небольшую автомобильную аварию и повредил лицо.

Существовала вероятность, что останется шрам.

И тогда Фу Цзиньчэн и Лян Шэнь чуть с ума не сошли.

Вели себя так, будто небеса рухнули.

Готовы были разорвать врачей на части.

А сейчас?

Эти двое вдруг стали такими спокойными и невозмутимыми.

Прямо образцы зрелости и самообладания.

«Вам бы не в бизнес идти, а в актёры», — безжалостно съязвил про себя Цзянь Шанвэнь.

После этого вся компания отправилась на обед.

Местные рыбаки подготовили для гостей настоящий пир.

На столах один за другим появлялись блюда из свежайших морепродуктов.

Всё было приготовлено просто, но с особым островным колоритом.

Креветки.

Крабы.

Рыба.

Моллюски.

От одного вида разыгрывался аппетит.

Некоторые участники обычно были довольно привередливы в еде.

Но после целого утра тяжёлой работы никто уже не капризничал.

Тарелки опустели почти полностью.

После обеда все вернулись в дом.

Вэнь Цзинь тоже поел, хоть и принесли ему более лёгкую и пресную пищу.

Поздоровавшись с вернувшимися участниками, он сразу ушёл к себе отдыхать.

Комната Цзянь Шанвэня находилась прямо по соседству.

http://bllate.org/book/17232/1691432