Готовый перевод The Military Cadet Me Can’t Possibly Be a Zerg / Я, курсант военной академии, никак не могу быть зергом: Глава 29. За светской беседой

Какими бы целями они ни руководствовались, благодаря совместным усилиям ректора и Мануэля Янь Юй благополучно прошел проверку крови.

Ректор этим поступком завоевал доверие Янь Юя. Мануэль — его предельную настороженность. А Комитет по защите Менталов, просидев всю ночь над образцами крови всей школы, не получил ничего, кроме полного недоумения. У всех было «прекрасное» будущее.

Стафилинид Сантьяго был на грани нервного срыва. Он притащился в эту глушь, в Объединенный университет Байлань, подальше от центра власти, терпел удушения, лишился крыльев — прошел через все круги ада. И в итоге ему говорят: «Никого нет»? На целой планете нет ни одного Ментала?!

Иногда очень хотелось вызвать полицию: это же чистое мошенничество! Нет, ну как набор для обнаружения феромонов мог дать ложный сигнал? Мало того, что он столько выстрадал и не получил заслуг, так теперь еще и начальство вскружит ему голову за некомпетентность. Почему он такой несчастный?

Он в отчаянии вцепился в рукав Мануэля:

— Неужели совсем никого? Это точно все образцы?

— Я отдал тебе даже свой собственный, — отрезал Мануэль.

— Как же так? Невозможно, набор не мог ошибиться, где-то точно есть брешь! — Он в муке схватился за голову, но тут же одернул руки. Крыльев уже нет, нельзя потерять еще и волосы.

Его крылья на самом деле уже начали отрастать — Мануэль не вырвал их с корнем. Если усиленно питаться добавками, их можно восстановить. Однако процесс регенерации был мучительным: из-за специфического строения крыльев, которые убираются внутрь мышц, ему казалось, будто каждую секунду под кожу ввинчиваются осколки острого стекла. Такие страдания не могли быть напрасными! Где же Ментал?

Мануэль невозмутимо направил его мысли:

— Проверь, было ли какое-то движение персонала или студентов в те дни, когда прибор подал сигнал.

Стафилинид ухватился за это, как за спасательный круг:

— Точно! Это же были первые дни семестра? Я помню, в школе проходили вступительные экзамены. Мог ли господин Ментал провалить их и уехать?

Чем больше он об этом думал, тем логичнее казалось. С физическими данными Менталов завалить экзамен в военную академию — дело естественное. Если его генетический уровень был невысоким, остаточные феромоны в крови могли активировать прибор уже после того, как он покинул планету. Вопрос в том, куда он отправился?

Будучи курсантом, он наверняка подал документы в другое училище. Но как проникнуть в мир людей, чтобы найти его? Сейчас он официально Ментал, а Менталу полагается свита. Попытка войти в человеческое общество будет расценена как вторжение. Обязательно!

Сантьяго осторожно прикрыл короткие усики, спрятанные в волосах, опасаясь, что Мануэль вдруг решит заставить его маскироваться под человека и скажет: «Раз уж маскируешься, соответствуй образу: чего нет у людей, не должно быть и у тебя», — после чего одним взмахом ножа лишит его и усиков.

К счастью, Мануэль не был настолько жестоким и предложил иной выход:

— Есть один идеальный повод, позволяющий законно проникнуть в тыл человечества и вступить в контакт с другими военными академиями.

— Какой? — Стафилинид Сантьяго недоверчиво опустил руки.

— Межвузовская лига военных академий.

Сантьяго опешил: — Но Лига — это соревнование человеческих академий. Мы же не люди, как нам участвовать?

— Ты сам сказал — это соревнование академий, — спокойно произнес Мануэль. — Разве университет Байлань не является человеческой академией? Раз так, то наши студенты имеют полное право на участие.

«Это и есть преимущество высших генов? Находить лазейки даже в таком?» — Сантьяго был ошарашен. Но доля правды в этом была...

Ладно, стоит попробовать. По крайней мере, можно будет оправдаться перед начальством: мол, сделал всё, что мог. Провал задания — вопрос способностей, а не отношения к делу. Глядишь, и кулак руководства будет не таким тяжелым.

— Тогда... я пойду поговорю с людьми? — нерешительно спросил он.

— Иди, — кивнул Мануэль. Он поправил локон у уха, губ коснулась многозначительная улыбка. — Но помни: всё должно быть в тайне от ректора.

В вопросе поиска Ментала Зерги должны были быть едины, и вызывающее неуважение Мануэля должно было порицаться Комитетом. Но, странное дело, Сантьяго легко принял это предложение. И не только он — даже члены конвоя, стоявшие тенями в стороне, спокойно признали его слова. Ведь то, что Икарос тяготеет к человеческой расе, давно не было секретом для всех Зергов.

Мануэль шел по длинному коридору на пересменку. Воины и конвой отвечали за патрулирование космических трасс, чтобы исключить контрабанду или нелегальное проникновение.

Изначально это дежурство было не его, но в космопорту произошел взрыв, часть патрульных получила ранения, и ему пришлось выйти на замену. Идя на сверхурочную работу, он сохранял легкую улыбку и спросил адъютанта:

— Как думаешь, в этом взрыве есть рука ректора?

Вчера вечером он ходил в морг, собираясь срезать букет из алых нитей грибницы для студента Яня. Интересно, напомнит ли этот красный цвет Янь Юю пыльцу на крыльях бабочки? Мануэлю было любопытно. Однако, увидев пустой морг, он понял: Икарос обнаружил его действия. Это не было сюрпризом — он и так подозревал, что ректор знает, кто здесь Ментал. Но Икарос никогда не выдаст тайну, пока играет в свои «дочки-матери».

Он продолжит быть добрым и заботливым ректором, а значит, не сдаст и Мануэля, который тоже посвящен в секрет. В конце концов, ректор должен защищать своих студентов. Именно на этом строилось нахальное поведение Мануэля.

— В результате инцидента пострадало несколько Зергов, трое воинов из конвоя Комитета получили тяжелые ожоги и сейчас находятся в медицинских капсулах, — с улыбкой прокомментировал Мануэль. — Если это действительно дело рук ректора, то он чертовски жесток. Мне любопытно, почему он так поступил: потому что они не его студенты, или потому что они — Зерги?

Адъютант не разбирался в интригах больших чинов. Будучи не самым сообразительным, он просто зачитывал отчет:

— Расследование показало, что при взрыве также погибли двое людей.

«Те двое?» — Мануэль припомнил имена.

Ах да, те самые люди из плана Вань Ваня, засланные из Имперской столицы, чтобы доставить грибницу. Ректор счел, что депортировать их слишком хлопотно — это привлечет лишнее внимание, поэтому решил проблему «физической очисткой».

Адъютант наконец понял, почему подозрение пало на ректора, и обеспокоенно предупредил:

— Во время патрулирования, пожалуйста, будьте предельно осторожны.

Воин удивленно посмотрел на розоволосого помощника и усмехнулся:

— Боишься, что он подстроит аварию и убьет меня в пути? Нет, не посмеет. Если я умру здесь, клан Бабочек воспользуется этим как поводом для атаки, и его тихой жизни придет конец. Хм, максимум — подстроит столкновение, чтобы я впал в кому.

Адъютант: «...И это, по-вашему, намного лучше?!!»

Для Мануэля это действительно было пустяком. Борьба среди Зергов всегда была грубой и прямолинейной: если можно прикончить врага сразу, ему не дадут сделать второй вдох.

Мысль о том, что Икарос хочет его убить, но из-за статуса Мануэля вынужден сдерживаться, несказанно его забавляла. Мануэль тоже не остался в долгу. Ну и что, что его отослали? Комитет уже перевел его на военный факультет. Не обязательно вести занятия у сопляков, ему нужно было только официальное прикрытие. Сейчас он — единственный учитель-Зерг на военном факультете. Когда Комитет добьется участия Зергов в Лиге, по правилам именно он станет единственным законным руководителем команды.

Теперь все знали: люди и Зерги по разным причинам выстроили вокруг Байланя плотную блокаду. Единственный способ легально покинуть планету — участие в Лиге. Янь Юй хочет уйти этим путем, ректор хочет ему помочь. Неужели Мануэль этого не предусмотрел? Разве от того, кто наметил цель, так легко избавиться? Почему нельзя просто быть послушным? Действительно, непослушный «плохой мальчик».

Он взошел на борт меха Зергов. Их технологии в корне отличались от человеческих — из-за особенностей строения тела Зерги использовали меха-инсектоиды, предназначенные в основном для межзвездных сражений. Несколько мехов оторвались от причала и взмыли в небо.

Позади планета Байлань становилась всё меньше. В командном канале раздался спокойный голос Мануэля:

— Слева по курсу неопознанный объект, точек поддержки поблизости нет. Переключиться в боевой режим, сохранять связь, ждать указаний.

Второй ход Икароса начался. В бескрайнем космосе мусор и метеориты, освобожденные от оков гравитации, дрейфовали в пустоте. Издалека радары захватили малый звездный корабль, несущийся на перехват. На нем не было официальной маркировки, лишь небрежно нарисованный череп выдавал их сущность — космические пираты.

Внутри пиратского судна кто-то спросил:

— Это они?

Головарь со шрамами на лице мрачно ответил:

— Они.

Несколько дней назад с их бандой связались и дали указание атаковать группу Зергов. Напасть на Зергов? Главарь не был дураком: если бы они могли побеждать Зергов, они бы не пиратствовали, а давно пошли бы в регулярную армию за чинами и деньгами. Но таинственный заказчик привел один аргумент, который его убедил. Он сказал, что статус цели исключителен: если этот Зерг умрет, мирный договор между расами будет разорван в клочья.

Война. От этого слова у него помутилось в голове. Большинство пиратских банд состояло из выходцев Южного сектора — места, которое называли концентрационным лагерем космической эры или «Звездным Готэмом».

Земные сапиенсы ссылали туда представителей других планет и всех неугодных. Это была свалка для космического мусора и «мусорных» людей. С самого рождения жители Юга барахтались в войне.

Он вспомнил заплесневелую пуповину, младенцев в канистрах из-под топлива, серые лица. Вспомнил то, что видел в Имперской столице, когда выполнял грязную работу для аристократов. Там было так красиво, так чисто. На мгновение он словно вернулся в детство, сидя на коленях у матери и глядя на прекрасные картинки в книжке.

«Мама, неужели рай на земле действительно существует?»

В тот момент, стоя на сияющей улице, он чувствовал себя собакой, с которой содрали шкуру. Его сердце, пропитанное грязью и тьмой, сжалось от невыносимой боли. В ту секунду он ненавидел так сильно, что готов был потратить всю оставшуюся жизнь на эту ненависть.

Почему? Почему жители Юга должны скитаться в огне войны? Пыльная и грязная пуповина при рождении впрыснула в его сердце острую ненависть — ненависть поколений, которая текла по венам, превращаясь в красную реку. Если он сможет утянуть этих высокородных господ в эту реку, он готов умереть. Для такого изгоя, чья жизнь дешевле сорняка, смерть за «великое дело» была куда почетнее гибели в случайной потасовке. Земляки в Южном секторе будут воспевать его имя.

Поэтому пиратский отряд был здесь.

— Приготовиться к огню, — оскалился он. — Видите тот мех в центре? Даже если нам придется погибнуть, он должен остаться здесь навсегда.

Бой начался мгновенно!

В кабинете ректора витал аромат чая. Икарос неспешно совершал чайную церемонию. На коммуникаторе всплыл запрос видеосвязи. Это был Виктор Джо, отец Дэнни Грин и партнер Икароса по сделке. Ректор принял вызов, и перед ним появилась голограмма Виктора.

— Я отвел человеческие войска от линии обороны, как ты и просил. Где те двое, которых ты обещал вернуть?

Он имел в виду тех двух сообщников, что доставили грибницу. Пусть они стали бесполезны, их нельзя было оставлять. А вдруг они что-то разболтают?

После инцидента с Вань Ванем адмирал Виндзор крайне щепетильно относилась к безопасности Байланя. Просто убрать их было нельзя, поэтому Виктор договорился с Икаросом, что тот организует их вывоз. Теперь войска отведены, а людей всё нет.

— Поторапливайся! Если это затянется, кто-нибудь заметит неладное! — Виктор нервничал, ведь ради этой операции ему пришлось задействовать своих людей в военном министерстве.

— Ах, — Икарос не спеша отхлебнул чай. — Разве я не говорил?

Он изобразил на лице озарение и с улыбкой произнес:

— Пару дней назад они погибли в результате несчастного случая.

Лицо Виктора мгновенно потемнело, на виске запульсировала вена:

— Раз они мертвы, зачем ты заставил меня отводить войска?!

— Конечно же, чтобы впустить кое-кого внутрь, — молодой ректор продолжал неспешно пить чай. — Сейчас они, должно быть, бьются не на жизнь, а на смерть с воинами Зергов. Надеюсь, они не проиграют слишком быстро.

У Виктора застучало в голове:

— Кого ты впустил? И почему они напали на Зергов?

Икарос терпеливо пояснил:

— Я нашел в даркнете одну из топовых пиратских банд и нанял их убить одного Зерга, который постоянно мешает мне жить.

— ...Ты с ума сошел? Ладно, это твои дела, разбирайся сам! — Раз свидетели мертвы, Виктор в этот момент совершенно забыл, что его дочь всё еще в руках Икароса. Он уже собирался прервать связь и отозвать своих людей.

Но Икарос одной фразой остановил его:

— Кстати, в качестве контактных данных я оставил твой личный номер.

Он видел его в терминале Дэнни Грин — Виктор, конечно, общался с дочерью не по служебному каналу.

— ЧТО. ТЫ. СКАЗАЛ? — Каждое слово Виктор выцедил сквозь зубы.

— Не спеши, — Икарос с удовольствием наблюдал за его реакцией. — Не спеши, дальше будет еще интереснее. Забыл сказать: я не только оставил твой номер, но и знаешь, какой повод дал пиратам? Я сказал, что убийство цели позволит разорвать мирный договор и снова ввергнуть человечество в пучину войны.

Ректор говорил вкрадчиво, глядя на Виктора как на нерадивого ученика:

— Это не моё дело, это твоё дело. Номер твой, войска отвел тоже ты. Моего участия здесь нет и в помине...

Более того, этот мотив наемного убийства в точности совпадал с тем «ярлыком», который ректор уже навесил на Виктора. Любой, кто увидит это, назовет его предателем человечества. Стоит Икаросу выложить улики — и Виктору не отмыться.

Виктор сделал несколько глубоких вдохов, стараясь подавить ярость:

— Говори. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Опять ошибка, — мягко сказал ректор. — Не «я хочу, чтобы ты сделал», а «ты обязан сделать». Виктор, нападение на воина Зергов уже не предотвратить. Чтобы избежать обвинений, ты знаешь, что делать. Напасть первым на другую сторону — ваш излюбленный прием, не мне тебя учить.

Он имел в виду, что Виктор должен первым обвинить Виндзор в ненадлежащей организации обороны, из-за которой просочились пираты. Раз это промах обороны, то появление пиратов — случайность, а не чей-то злой умысел.

Таким образом, Виндзор призовут к ответу, и по закону и логике контроль над безопасностью школы полностью перейдет к нему, ректору. А через дипломатическое давление на людей его полномочия расширятся еще больше. Выгода по всем фронтам, не так ли?

— Чего ты добиваешься на самом деле? — спросил Виктор.

Икарос опустил глаза, черные волосы обрамляли его бледное лицо.

— Я лишь выполняю свое обещание — защищаю своих студентов.

С легким звоном он закрыл крышку чайной чашки.

http://bllate.org/book/17271/1618039