Готовый перевод The Socially Anxious Young Master Goes Viral on a Dating Show / Наследник с социальной тревожностью стал звездой любовного шоу: Глава 12

Ян Хао сидел в гостиной, бросая на Чжан Шо настороженные взгляды.

— И кому же Шо-гэ отдал свою карточку? — спросил он.

Он вел себя слишком очевидно. Вряд ли среди присутствующих нашелся бы хоть кто-то, кто не понял бы его подтекста. Однако Чжан Шо сделал вид, будто не уловил сути вопроса, и вместо ответа обратился к ведущей:

— А это разрешено разглашать?

[Ха-ха-ха-ха-ха! Да что тут такого «секретного», даже если ты не скажешь, мы-то знаем!]

[Чжан Шо, ну так нельзя, ты слишком официально себя ведешь!]

Ведущая не ожидала, что Чжан Шо обратится именно к ней. Поймав взгляд Ян Хао и увидев выражение его лица, она сухо ответила:

— Да, это можно обсуждать.

Ответ ведущей явно удовлетворил Ян Хао. Он вызывающе посмотрел на Чжан Шо, ожидая, когда тот произнесет имя Чэн Ши. Тогда бы он просто добавил: «Какое совпадение, я тоже». Ян Хао был плох в подобных скрытых подковерных играх — ему куда больше нравилось преследовать цель в открытую!

Чжан Шо равнодушно мазнул взглядом по Ян Хао. Тонкая металлическая оправа очков покоилась на переносице, скрывая за стеклами острый блеск глаз, что придавало ему вид человека невозмутимого и предельно сдержанного.

— Но я не хочу говорить, — спокойно отрезал он.

Ян Хао: «… Я сейчас взорвусь!»

[Ха-ха-ха-ха-ха, учитель Чжан, оказывается, тот еще вредина!]

[Ян Хао, этот глупый пес, просто не дотягивает до уровня учителя Чжана!]

[Эх, похоже, Ян Хао суждено проиграть в пух и прах.]

[Думал, он прожженная старая лиса, а оказался просто щеночком.]

У ведущей мгновенно выступил холодный пот. Да что там ведущая — даже стоявший у мониторов помощник режиссера почувствовал, как по спине пробежал холодок. Никто не ожидал, что человек, казавшийся самым надежным, выкинет такой фортель.

Популярность «Лета и любви» сейчас была на пике, а шоу шло в прямом эфире. Слова Чжан Шо явно задевали гордость Ян Хао. Столько людей смотрят на это прямо сейчас. Если ситуацию не разрулить на месте, то «доброжелатели» нарежут куски, и фанаты обоих лагерей устроят настоящую войну, что может серьезно ударить по репутации проекта.

В этой звенящей тишине внезапно раздался игривый голос Жун Иии:

— А я свою карточку написал Чэн-гэ!

Ян Хао: (лицо, полное недоумения)?

Чжан Шо: (прищуренный, изучающий взгляд).

[!! Хотя я и готовилась к этому морально, услышать это от самого Жун Иии было шокирующе.]

[Пойду закурю. Не могу понять, Жун Иии такой милашка, ему бы в пару какого-нибудь сурового гуна...]

[Нет, я не к тому, что Чэн Ши плох, просто эти двое...]

Слыша всё это, Инь Юэ с трудом удерживал на лице маску спокойствия. Зависть и ненависть в глубине души уже невозможно было подавлять. С какой стати этот Чэн Ши получает столько внимания?! Ведь это он, Инь Юэ, должен быть всеобщим любимцем!

«Нужно только, чтобы Чэн Ши все возненавидели. Тогда я стану самым ярким на этом фоне. А этот тупица Жун Иии, который только и умеет, что плакать — разве он мне конкурент?»

Гу Синчжоу был единственным из присутствующих, кто знал Чэн Ши с давних времен. Он прекрасно помнил, каким тот был на самом деле, и именно поэтому не мог взять в толк: как у кого-то может возникнуть интерес к бывшему сталкеру?

Он с каменным лицом наблюдал за этой троицей, а в голове крутилась абсурдная мысль:

«Если бы они увидели Чэн Ши в старшей школе, остались бы они такими же заинтересованными?»

В глазах мелькнуло презрение. Он был уверен: ответ — категорическое «нет».

Слова Жун Иии стали спасательным кругом для ведущей, и она тут же подхватила тему:

— Если я правильно помню, у учителя Жуна синий шар?

Жун Иии поник и тихо пожаловался:

— Да... К сожалению, у меня синий. А не то я бы и сам хотел пригласить Чэн-гэ на свидание.

[Жун Иии, ты даешь!]

[Это реально происходит!]

[Ребята, вы оба выглядите как «принимающая сторона», советую даже не мечтать — вы просто не сойдетесь ролями.]

Ведущая не зря ела свой хлеб. Даже если в душе она была согласна с комментариями в сети, на лице сияла безупречная улыбка.

— Не могли бы вы рассказать, каким вам кажется учитель Чэн?

Глаза Жун Иии мгновенно засияли:

— Чэн-гэ кажется человеком, который очень хорошо умеет заботиться о других. К тому же он готовит! И сам по себе он очень крутой!

[Внезапно я поняла, что в симпатии Жун Иии есть логика.]

[Если сравнить со всеми остальными, то только Чэн Ши попадает под эти критерии "сердечного трепета".]

[Простите, но Инь Юэ тоже прекрасно умеет заботиться о людях!]

[Да ваш Инь Юэ глаз не сводит с Гу Синчжоу, алё!!]

[Это лишь доказывает преданность Инь Юэ! В отличие от кое-кого, кто только и делает, что коллекционирует ухажёров!]

Инь Юэ, который строил свой имидж на «заботливости» и пытался заработать очки, готовя ужин: «...Тебе вообще знакомо понятие вежливости?»

Ян Хао, стиснув зубы, внутренне усмехнулся: «Даже если он тебе нравится, шансов у тебя ноль».

Чжан Шо выразил молчаливое согласие.

Гу Синчжоу: «Я начинаю подозревать, что мы говорим о разных людях».

В этот момент послышался скрип двери — Чэн Ши вышел из «Домика симпатий», сжимая в руках три карточки. На нем было серое худи с капюшоном и всё те же черные шорты. Из-под края шорт виднелись бледные стройные ноги, а на лодыжке белела повязка. Сжатые губы и холодное лицо придавали ему вид гордого «маленького господина», но в глубине взгляда читалось явное нежелание здесь находиться.

Пять пар глаз одновременно уставились на него.

Чэн Ши: «Я маленький, беспомощный и хочу свалить!»

***

Картинка через объективы камер передавалась прямиком на мониторы.

Чжэн Хэ, наблюдая за этой сценой истинного «поля Асуры», приподнял бровь и с насмешкой покосился на стоящего рядом Фу Цзиня:

— А это любопытно. Кто бы мог подумать, что половина участников выберет Чэн Ши.

«Соперников у тебя хоть отбавляй», — эту фразу он, конечно, не рискнул произнести вслух, оставив её для внутреннего монолога.

Фу Цзинь молча смотрел на экран. Его взгляд был мрачным, а тон — далеким от дружелюбного:

— В следующем выпуске организуй мне место.

Леска заброшена, рыба клюнула — охотнику пора выходить на сцену.

— Ты хочешь на шоу?! — Чжэн Хэ вытаращил глаза, не веря своим ушам. Ему даже показалось, что начались галлюцинации. Представить Фу Цзиня, который добровольно вызывается участвовать в каком-то захудалом любовном реалити, было выше его сил.

Фу Цзинь холодно мазнул взглядом по Чжэн Хэ. Его глаза опасно блеснули, а тонкие губы разомкнулись:

— Что? Нельзя?

Тон был небрежным, но не терпящим возражений. Теперь Чжэн Хэ убедился — не послышалось.

— Почему нельзя? Конечно, можно! Нужно!

В конце концов, этот «предок» был главным инвестором проекта.

Фу Цзинь отвел взгляд и больше не проронил ни слова. Чжэн Хэ продолжал дежурно улыбаться, но в душе уже рыдал навзрыд. Устроить Фу Цзиня на шоу — задача нехитрая, проблема была в семействе Фу. Если они увидят наследника в телевизоре и что-то пойдет не так, с него, Чжэн Хэ, живьем снимут кожу!

«Брат, спасай! Брат!» — к сожалению, старший брат Чжэн, находившийся в заграничной командировке, не мог услышать крики о помощи своего непутевого родственника.

***

Чэн Ши медленно дошел до своего одиночного кресла и сел. Лицо его оставалось холодным, он сверлил взглядом зажатые в пальцах карточки и упорно избегал смотреть кому-либо в глаза.

[Что же там написано, раз у Чэн Ши-Ши такое лицо...]

[Такой холодный... Кажется, он совсем не рад...]

[Хм, просто выпендривается.]

[Твою же! Выше — это хейтер, что ли? Чэн Ши-Ши реально стал популярным, раз у него даже антифанаты завелись!]

Увидев Чэн Ши, ведущая почувствовала себя так, словно получила помилование. Как только он сел, она тут же перешла к следующему этапу — ей не хотелось оставаться в этой удушающей атмосфере ни секундой дольше.

— Итак, раз учитель Чэн к нам присоединился, на этом этап «Свидание симпатий» завершен! Участники, получившие карточки, не имеют права отклонить приглашение. Если же вы получили несколько карточек, вы вправе выбрать только одного партнера для свидания. Пожалуйста, дайте свой ответ адресатам до двенадцати ночи!

Услышав фразу про «невозможность отказа», двое счастливчиков, получивших весточки — Чэн Ши и Гу Синчжоу — одновременно замерли.

«Чертов бессердечный стафф!» — синхронно пронеслось в их головах.

http://bllate.org/book/17294/1618115