Готовый перевод There’s No Love In the Deathzone / В Зоне Смерти нет любви: Глава 18. Неожиданный комфорт

Глава 18. Неожиданный комфорт

Ещё до того, как проснуться, Дзен знал, что лежит не в своей постели. Это было понятно, потому что он помнил, как остался в гостевых апартаментах. Но он также помнил, что уснул на диване, который уж точно не был бы таким удобным.

Он удивился, когда, открыв глаза, увидел, что на улице уже светло. Ну, настолько светло, насколько это возможно в пасмурную погоду пограничья. Но четырёх лет жизни здесь было достаточно, чтобы Дзен понял: он проспал.

— Что...

— пробормотал он, садясь на кровати. Да, на кровати. Дзен коснулся приятной поверхности простыни и почувствовал упругость матраса.

Он был на кровати, и не на какой-нибудь. Размер комнаты был небольшим, но он был уверен, что это самая большая комната во всём пограничье. Как и качество матраса. Дзен сразу догадался, что это хозяйская спальня гостевых апартаментов.

И было легко догадаться, кому принадлежала хозяйская спальня.

— Бассена Васки...

Дзен покачал головой и встал с кровати. Эспер перенёс его с дивана? Но зачем? Он посмотрел на кровать, которая была смята и продавлена только в том месте, где он лежал. Это означало, что Дзен был единственным, кто спал там прошлой ночью.

— Похоже, у него всё-таки есть хоть какое-то чувство приличия, — сонно пробормотал он. У Дзена не было часов, но в комнате висели часы, которые показывали, что прошло уже несколько часов после рассвета. На несколько часов больше его обычного времени пробуждения.

Это было странно. Дзен не был чутко спящим. Он жил в среде, где можно было многое потерять, если ослабить бдительность во сне. Он натренировал себя реагировать на любые звуки и движения, чтобы просыпаться, если чувствовал опасность.

И всё же он проспал. Мало того — кто-то перенёс его тело, а он даже не проснулся.

Было только два возможных объяснения такой глубины сна — либо он был чрезвычайно измотан, либо чрезвычайно расслаблен. Но Дзен не чувствовал усталости, так что это могло означать только то, что он находился в состоянии, когда чувствовал себя... в безопасности. В безопасности и комфорте.

По правде говоря, прошлой ночью у него был лучший ужин, он попробовал свежую сладость и остался в лучшей комнате пограничья.

И в присутствии эспера класса Святой.

Даже если этот самый эспер очевидно делал на него заход.

Дзен снова посмотрел на кровать. Бассена вёл себя так, будто хотел похитить Дзена со вчерашнего дня, но, на удивление, ничего не сделал с беззащитной фигурой проводника.

Может, потому что он был из высокой зоны? Похоже, в отличие от эсперов из конечной зоны, он был не из тех, кто сразу переходит к нападению только потому, что другой человек ему отказал.

Или это могло быть также потому, что Дзен всё ещё был необходим для их экспедиции.

Размышляя об этом, он умылся в раковине, которая была в комнате. Как и ожидалось от лучшей комнаты, в ней было всё. В квартирах проводников Дзен делил спальню и ванную с другими проводниками. Единственным, у кого было всё своё, был проводник A-класса — но только потому, что тот мужчина был психом.

— Ах, доброе утро, шеф, — внезапно услышал Дзен голос Сьерры из гостиной. За ним последовали звуки отодвигаемого стула и стоны Хан Шина.

— Уф, совсем не доброе, Сьерра, — страдальчески пробормотал целитель.

— Я всё время просыпался ночью...

Дзен услышал ещё один стон, и, похоже, Хан Шин повалился на диван.

— Тебе не кажется, что кровать в нашей палатке лучше, чем здешняя кровать?

Хм... Дзен хотел рассмеяться. Он спал так комфортно, потому что матрас был намного лучше всего, на чём он когда-либо спал, но, очевидно, для молодого господина он был даже хуже, чем кровать из подземелья.

— Шеф, не стоит сравнивать свою кровать с другими кроватями, — это был голос Наоми.

— Конечно, любая другая кровать будет казаться недостаточно хорошей по сравнению с той, что сделана по технологии Мортикс.

При этом Хан Шин снова застонал.

— Я никогда не проходил двухнедельную полевую вылазку вот так. Что же мне делать ночью? О, ты принёс моё мармеладное варенье?

Ха... Дзен действительно хмыкнул на этот раз. Было довольно забавно, как эти люди относились к экспедиции в Зону Смерти как к пикнику.

— Я хочу, чтобы они были поджарены с обеих сторон — о, доброе утро, Дзен!

— Хан Шин помахал рукой, лёжа на диване.

— Хочешь завтрак? У нас есть — постой... почему ты выходишь из комнаты Баса?

Остальные присутствующие повернули на него глаза, а это были практически все: Сьерра и Балдуз, готовившие завтрак, Наоми, печатавший что-то в своём блокноте, Юджин, пивший утренний кофе, и Аниз, выглядывавшая из-за толстой книги.

Но Дзен просто пожал плечами в ответ. Он оглядел комнату и обнаружил, что одного человека не хватает.

— Где он?

Хан Шин поднял бровь. Он ожидал, что Дзен смутится или что-то в этом роде, так что было разочаровывающе, что мужчина был всё так же невозмутим.

— Откуда мне знать? Это ты вышел из его комнаты, — он развёл руками, подозрительно прищурив чёрные глаза.

— Господин Васки в тренировочном зале, — ответил водитель, он же танк, он же повар, с кофейником в руке.

— Не желаете?

Дзен кивнул и сел за стол, отвечая кивком на приветствие учёного-мужчины.

— Спасибо.

— Если он собирался проводить дни и ночи с этими людьми, стоило начать немного сближаться.

— А? С каких пор?

— удивлённо воскликнул Хан Шин, даже сев прямо.

— Я видел, как он вышел сразу после рассвета.

— Почему, шеф? Господин Васки никогда не пропускает тренировку тела, верно?

— спросила Сьерра, больше удивлённая реакцией Шина.

— Да, но он обычно не делает это утром, он всегда просыпается поздно, знаешь, — целитель зевнул, а затем внезапно щёлкнул пальцами.

— А, наверное, он тоже не мог уснуть, как я, верно?

Дзен потягивал горячий кофе, размышляя. Хм, поэтому мужчина не тронул кровать и вместо этого уложил спать Дзена? Это действительно было более разумно...

— В любом случае!

— как обычно, речь Хан Шина всегда была полна пузырьковых восклицаний.

— Мы сегодня согласуем маршрут и отправим Юджина и Аниз прогуляться по пограничью, чтобы привыкнуть к воздуху, — говорил он, жуя тост с любимым вареньем, так что его голос звучал приглушённо.

— А, Балдуз, давай достанем оборудование из фургона и дадим нашему господину проводнику его опробовать.

Дзен отвёл взгляд от свежего яйца и бекона, которые Сьерра поставила перед ним.

— Оборудование?

— Хм? Разве это не было указано в контракте?

— Наоми поднял лицо от блокнота, пристально глядя на Дзена.

Было ли? Дзен попытался вспомнить содержание контракта, который он подписал только вчера. Оборудование... оборудование... у него действительно была плохая память.

— Мы предоставим оборудование, необходимое для вылазки, и вы оставите его себе после окончания экспедиции, — напомнил ему Наоми, слегка раздражённо.

— О, — Дзен усмехнулся.

— Я никогда не читаю пункт о льготах, — он пожал плечами. Ему нужно было знать только об опасности и о том, сколькими клиентами он будет руководить. Чтение о льготах не имело для него смысла, поскольку чаще всего в Зоне Смерти миссии заканчивались провалом или смертью.

Но было приятно знать, что он получит новое оборудование, даже если только на время экспедиции. Давно пора было сменить маску и перчатки.

Он видел, как Наоми вздохнул, а Хан Шин хихикнул, пока Юджин протягивал ему жёлтый фрукт. «Банан», если он не ошибался. Балдуз стоял там, обслуживая Хан Шина как преданный дворецкий, а Сьерра разносила кофе Наоми и Аниз как секретарь.

Хм... неплохая атмосфера для импровизированной команды, которая будет работать вместе всего две недели. Дзен кивнул, отправляя завтрак в рот.

— Ты либо в хорошем настроении, либо эти яйца божественны, — знакомый голос поприветствовал его сзади, и, не поворачивая головы, Дзен знал, что это Бассена.

У мужчины, похоже, была склонность появляться из ниоткуда.

«Это потому, что его атрибут — тьма?»

— О, Бас, я и не знал, что ты стал рано вставать!

— поприветствовал эспера Хан Шин с возмутительной усмешкой.

— Я и не стал, — только и сказал Бассена, прежде чем сесть на стул рядом с Дзеном. От эспера пахло мылом, запахом, который Дзен никогда раньше не чувствовал. Определённо не общинным мылом из душевой Отряда.

Дзен посмотрел на мужчину, чьи волосы были полностью распущены и лишь наполовину высушены. Для того, кто, скорее всего, не спал, он выглядел так же остро, как обычно. Не было даже следа теней под сияющими янтарными глазами.

Ох... Дзен моргнул. С такими волосами мужчина казался ему довольно знакомым. То чувство дежавю, которое было у него прошлой ночью, снова нахлынуло.

— Мне нравится, когда ты на меня смотришь, но в чём дело?

— эти глаза повернулись, чтобы посмотреть на него, но вместо ответа Дзен наклонил голову и приблизил лицо, голубые глаза сощурились, чтобы лучше видеть.

Наоборот, это на самом деле Бассена выглядел... слегка смущённым. Ну, не совсем смущённым. Мужчина просто немного напрягся и моргнул, глядя на приближающееся красивое лицо.

— Ты кажешься... знакомым, — пробормотал Дзен, и янтарные глаза засияли ярче. Но прежде чем Бассена успел что-то сказать, Дзен отстранился и покачал головой.

— Хм, не знаю, не могу вспомнить...

Ошеломлённый, Бассена закрыл лицо и тихо засмеялся, пока его плечи не задрожали, до такой степени, что Балдуз отступил назад с чашкой кофе Бассены в руке. Только после того, как Бассена перестал смеяться про себя, он поставил чашку на стол.

— Что желаете, сэр?

К этому моменту Дзен был уверен, что Балдуз был кем-то вроде дворецкого для этих молодых господ.

— Дай мне то же, что и у него, — Бассена указал на тарелку Дзена.

— Хочу узнать, насколько это вкусно.

Это было вкусно, потому что Дзен редко ел свежие яйца раньше, но кто он такой, чтобы мешать мужчине разочаровываться?

— Где ты спал прошлой ночью?

— спросил он, глядя на ухмыляющееся лицо Бассены.

— Я не спал.

Ожидаемый ответ, честно говоря.

— Недостаточно удобно?

— Нет, потому что эсперам в первую очередь не нужно много спать, — на губах появилась насмешливая ухмылка, янтарные глаза уставились на Дзена.

— Что, Шин слишком сильно ноет?

— Ну...

— Дзен покосился на целителя, который всё ещё развалился на диване, жуя свой тост.

— Ты думал, что я просто ещё один молодой господин, не так ли?

— Бассена подпёр голову рукой, опершись на стол, эффективно отгородив пространство между ними и остальными людьми.

Если он так сказал, то...

— Да, — честно ответил Дзен.

Янтарные глаза превратились в полумесяцы и излучали только тепло.

— Другие люди не говорят мне такого в лицо, знаешь ли.

Дзен, как обычно, даже не дрогнул.

— Даже если они скрывают это, ты всё равно знаешь, о чём они думают.

— И?

— И ты в любом случае расстроишься, — на лице Дзена появилась едва заметная улыбка, словно он бросал вызов реакции эспера.

Бассена потёр губы, глаза ещё больше сузились.

— Ты всегда такой честный?

— Работать с людьми, которые скрывают свои мысли, никогда не бывает весело, — легко ответил Дзен. Особенно в сфере, где на кону стоит жизнь. Эсперы должны быть честны в отношении своего уровня коррозии, а проводники — в отношении своих возможностей.

— А если им это не нравится?

— Тогда пусть ищут другого проводника, — Дзен откинулся назад и скрестил руки.

— Или ты хочешь, чтобы я тебе поддакивал?

Как любят, когда с ними обращаются молодые господа.

— Нет, — эспер тихо засмеялся, так же мягко, как свет в его глазах.

— Раз ты ненавидишь работать с сопляком, верно?

...а? Дзен моргнул. Он когда-нибудь это говорил? Он хотел спросить, но Бассена уже заговорил о другом.

— В любом случае, как думаешь, есть ли в финальном испытании Башни что-то вроде жилья?

— О?

— Дзен поднял бровь. Башня... он был в этом заинтересован.

— Думаю, там ничего нет?

— Конечно нет, она была спроектирована так, чтобы проходящий испытание чувствовал себя максимально несчастным. Настолько несчастным, что божество сжалилось бы над тобой, — Бассена усмехнулся, поднимая чашку и выпивая всё ещё горячий кофе залпом.

— Вот почему это заняло так много времени, в отличие от остальных этажей. Ты должен удовлетворить садистские наклонности божества, — прошептал он последнюю фразу, словно говорил о чём-то неприличном.

Возможно, так и было; судя по тому, что видел Дзен, большинство эсперов поклонялись божествам Башни, так же как большинство проводников поклонялись богиням Храмов. Но, похоже, Бассена не был одним из них, несмотря на то, что был класса Святой и получил благословение.

— Я хорошо знаком с неудобствами, не волнуйся. Шин просто избалованный сопляк.

— Я слышал это!

— закричал целитель с дивана.

— Хорошо, ты позор для Хан Джуна, — Бассена повернул голову с усмешкой, за что получил кипящего от злости Хан Шина.

— Не впутывай моего хёна в это!

Бассена только усмехнулся и снова повернулся к Дзену.

— Можешь поверить, что он из военной семьи?

— Правда?

— Дзен поднял бровь, заглядывая в мальчишеское, ноющее лицо молодого господина.

— А что такое «хён»?

— Старший брат, — ответил Бассена, наконец заинтересовавшись своим завтраком.

— Это довольно архаично, от их предков. Думаю, только их семья это использует.

— Его брат в армии?

— О, это тот самый Хан Джун из «Мёбиуса»?

— внезапно вклинился Рон.

Дзен посмотрел на разведчика с поднятой бровью.

— Когда ты пришёл?

— Я пришёл вместе с господином Васки, — Рон закатил глаза.

— Извините, что я не такой интересный.

Фыркнув в ответ на обиженного мужчину, Дзен снова посмотрел на Бассену.

— А что такое «Мёбиус»?

К этому моменту Бассена уже привык к недостатку знаний Дзена о мире. В конце концов, как ещё этот человек мог даже не знать его? И всё же он чувствовал прилив радости, когда Дзен выбрал спросить именно его, хотя было очевидно, что Рон тоже должен знать о «Мёбиусе».

— Это спецназ Восточной Федерации, — объяснил он.

— Я думал, ты не интересуешься внешним миром?

— Хм...

— Дзен перевёл взгляд на остатки завтрака и продолжил есть.

— Вы, люди, довольно интересные, — тихо пробормотал он, почти шёпотом. Но, конечно, это не могло ускользнуть от обострённых чувств эспера.

— Это включает меня?

— спросил Бассена низким голосом, приблизив лицо к проводнику.

— ...пожалуй.

— Почему ты колеблешься?

— Бассена надул губы.

— Ну, я приму это, пожалуй.

На этот раз Дзен действительно улыбнулся. Не вызывающе, а просто, забавно. И Бассена застыл во второй раз за это утро, размышляя, хочет ли он запечатлеть эту картину своим коммуникатором или заслонить других от её лицезрения.

Потому что эта улыбка была определённо его. Ведь это он заставил этого ледяного проводника улыбнуться, верно?

Даже если он только что выпил чашку кофе и стакан воды, Бассена почувствовал, что у него пересохло в горле.

— Ты только что —...

— Дай мне свою руку, — так же внезапно, как и появилась, улыбка исчезла так же быстро, и лицо, ставшее на секунду мягким, снова стало деловым.

Всё ещё в оцепенении, Бассена протянул руку на раскрытую ладонь Дзена, словно щенок, которого просят дать лапу. Это стало ещё более очевидным с его ошеломлённым лицом, пустым взглядом, устремлённым на проводника. Прошло некоторое время, прежде чем он осознал, что Дзен ведёт его.

— ...а?

— тупо отреагировал он, глядя на их соединённые руки под столом. А затем поднял взгляд, чтобы посмотреть на Дзена, и увидел, что проводник нахмурился.

— Что?

— Ты...

— Дзен поднял взгляд, его глубокие голубые глаза стали светлее.

— Насколько же велик твой резерв маны?

http://bllate.org/book/17653/1645610