Готовый перевод I am Unexpectedly Not Human! / Я, оказывается, не человек!: Глава 85

Цан Ли с поистине ангельским терпением продолжал беседовать с Ши Чэнем.

Ши Чэнь искренне не понимал, с чего вдруг Владыка Драконов так к нему расположен. Судя по слухам, этот загадочный босс был фигурой недосягаемой, холодной и высокомерной — казалось, один его взгляд мог испепелить на месте. Но после пары минут разговора Ши Чэнь убедился: слухи врут! Мужчина был дьявольски красив, умопомрачительно сложен, да еще и с прекрасным характером! Редкое сочетание! Тот, кто распускал слухи о его недоступности, явно завидовал.

И всё же Ши Чэнь немного нервничал. Как-никак, он был обычным человеком, а страх перед неизвестным — это в природе людей.

— Я слышал от Янь-яня, что твоя сестра, Ши Ши, обручена с кем-то из семьи Сюй? — внезапно сменил тему Цан Ли.

Сам он никогда не интересовался подобными сплетнями, всё это он узнал от Кун Яня. Кстати, когда он пришел на ту помолвку, приняв приглашение от семьи Сюй, все его мысли были заняты лишь одним: как устроить случайную встречу с Кун Янем, как привлечь его внимание и завоевать симпатию. Ему и в голову не приходило вникать, чья это свадьба и кто там женится.

Ши Чэнь удивился такому вопросу, но скрывать тут было нечего: об этом знал весь светский Пекин.

— Да, — кивнул он. — Ши Ши обручена с Сюй Ботином. Сяо Янь даже был на помолвке.

К слову, будущим зятем он был вполне доволен. Сюй Ботин был вежлив, амбициозен, не замешан в скандалах и, в отличие от многих мажоров, не сидел на шее у родителей, а строил собственную карьеру.

Стоп! Прокрутив в голове свой ответ, Ши Чэнь вдруг понял, что что-то не сходится. Он еще раз мысленно повторил слова Цан Ли. Как Владыка Драконов только что назвал его друга? «Янь-янь»?! Сохраняя спокойное лицо, Ши Чэнь внутренне запаниковал. У него появилось жуткое, необъяснимое предчувствие.

«Нет, только не это! Умоляю, пусть это будет паранойя! Насколько близко вы общаетесь с Сяо Янем?! Даже я не называю его так приторно!»

Цан Ли невозмутимо кивнул:

— Передай своему дедушке, что семья Сюй нечиста на руку. И от этой помолвки лучше отказаться.

Заметив, как резко посерьезнело лицо Ши Чэня, он понял, что намек услышан. А уж прислушается семья Ши к его совету или нет — это не его проблемы. Ласково поглаживая спинку птенца, Цан Ли улыбнулся. Эта мягкая улыбка заставляла забыть о его подавляющей ауре:

— Считай это моей благодарностью за то, что вы так хорошо заботились о Янь-яне.

Это было прямое, недвусмысленное заявление о своих правах на Кун Яня.

Ши Чэнь нахмурился. Одна половина его мозга пыталась осмыслить слова о «нечистоплотности» семьи Сюй (что именно Цан Ли имел в виду?), а вторая половина билась в истерике. Фраза «спасибо, что заботились о моем человеке в мое отсутствие, но теперь я здесь, и ваши услуги больше не требуются» звучала слишком однозначно!

«Скажите мне, что мне это показалось! Умоляю!» Он почувствовал себя дурно.

Решив, что беседа окончена, а кредит доверия заработан, Цан Ли собрался уходить.

Увидев, что Владыка Драконов поднимается, Ши Чэнь мгновенно отбросил все сомнения. Он сжал кулаки. Да, его лучший друг умудрился влюбиться в существо, которое было не просто «не человеком», а «ходячей атомной бомбой» в мире духов. Да, это были межвидовые, межвозрастные и даже однополые отношения, которые наверняка сопровождались кучей трудностей. И, возможно, именно из-за стресса Сяо Янь сбежал за границу, не в силах поделиться этим с ним, своим лучшим другом! Поэтому он, как настоящий бро, просто обязан поддержать его!

«Но вдруг Сяо Янь просто повелся на эту смазливую мордашку и теперь страдает?! Этот Цан Ли — настоящая ходячая катастрофа! Такое вполне возможно!»

Ши Чэнь сжал зубы и, приняв вид мученика, идущего на эшафот, выпалил:

— Какое место он занимает в вашем сердце?

Задав этот вопрос, он уставился на Цан Ли, напряженно ожидая ответа.

Цан Ли, услышав вопрос, перевел взгляд на птенца, мирно дремавшего у него на руках. Его улыбка стала еще мягче, а голос потеплел:

— Янь-янь для меня дороже жизни. Он — моё всё.

Вообще-то он хотел сказать: «Ради него я готов уничтожить этот мир», но решил, что это прозвучит слишком пафосно, в стиле какого-нибудь властного книжного босса, поэтому выбрал более мягкую формулировку.

Птенец, до этого витавший в облаках, услышав свое имя, поднял головку и посмотрел на Цан Ли.

Выслушав ответ, Ши Чэнь не знал, радоваться ему или плакать. Он сам задал вопрос, но, не имея опыта в подобных делах, не знал, какой ответ считается правильным. Однако, глядя в серьезные глаза Цан Ли, решил поверить в его искренность. Он шумно выдохнул и только тут понял, что его ладони взмокли. Он мысленно поаплодировал своей храбрости: задать такой вопрос Владыке Драконов, стоя в эпицентре его пугающей ауры, — это дорогого стоит!

В этот момент он проникся к Кун Яню еще большим уважением. Как он вообще уживается с таким монстром? У него коленки не трясутся, когда они целуются? А комплекс неполноценности из-за такой идеальной внешности партнера его не мучает? А возраст? Цан Ли ведь древний, как мир! Если считать, что три года — это уже поколенческий разрыв, то между ними не просто пропасть, а Марианская впадина!

Но так как самого Кун Яня здесь не было, эти вопросы остались без ответа.

А кто из них сверху? — промелькнула шальная мысль, но Ши Чэнь тут же загнал ее в самые дальние уголки подсознания.

«Нет, об этом я точно думать не хочу!»

Му Дяньмо, заметив, что босс поднялся, понял, что миссия «Произвести впечатление на лучшего друга» выполнена, и тоже стал прощаться.

Остальные гости вежливо уговаривали их остаться, но в душе каждый из них вздохнул с огромным облегчением. Находиться в одной комнате с нечеловеческим существом такого калибра — то еще испытание! Боишься лишнее слово сказать, чтобы тебя не сожрали! Теперь они точно знали: их решение держаться от Отдела Шаньхай подальше было самым мудрым в жизни.

Чжао Чун тоже не стал их задерживать. Он добился своей цели и с дежурной улыбкой проводил гостей до двери.

Ши Чэнь остался сидеть, провожая взглядом широкую спину Цан Ли. Его переполняли противоречивые чувства. Он вдруг почувствовал себя «тещей, оценивающей зятя». Если раньше он просто восхищался внешностью Цан Ли, то теперь к этому примешалась куча страхов. С таким-то лицом он точно будет гулять налево! А межвидовые проблемы? А что, если из-за возраста у него... ну, проблемы в постели? Разница-то в миллионы лет! Эх, тяжело быть «матерью»...

Тем временем Цан Ли, шагая по мощеной дорожке с птенцом на руках, озабоченно произнес:

— Ши Чэнь сказал, что Янь-яню нужно лично забрать диплом.

Му Дяньмо и Ли Юй посмотрели на пушистый белый комочек. Лично? Боюсь, в деканате его не узнают.

— Может, придумать отговорку и попросить прислать диплом курьером в переулок Иньфэн? — предложил Му Дяньмо самый логичный вариант.

Ли Юй закивал:

— Можно и курьером. Но если нужно именно личное присутствие, у меня есть идея!

— Какая?

— Босс, вы можете превратиться в Сяо Яня! — Ли Юй был в восторге от собственной гениальности. — Вы же знаете его вдоль и поперек! Примете его облик, сходите в универ, заберете корочку — делов-то!

Его богатая фантазия тут же начала рисовать сюжет для нового фанфика: «Запретная любовь близнецов». Это же бомба! Рейтинги взлетят до небес!

«Стоп!» Вспомнив ледяной ад на вершине Эвереста, он содрогнулся. «Нет уж, спасибо, одного раза хватило». Идея с близнецами была тут же похоронена.

А Цан Ли задумался. Действительно, кто знает Кун Яня лучше, чем он? Принять его облик и забрать диплом — вполне рабочий вариант.

Особняк семьи Чжао.

Открыв дверь ключом, Чжао Чун включил свет в прихожей, переобулся и, подняв глаза, вздрогнул. На диване в гостиной, неподвижная как статуя, сидела его мать. Он на секунду замер, затем прошел в гостиную:

— Мама, почему ты не спишь? Бессонница?

Чжао Ижэнь была полностью одета — в строгом костюме и белой блузке, словно собиралась на совещание, а не готовилась ко сну. Но Чжао Чуна это не удивило. Он налил стакан теплой воды и протянул ей, садясь рядом:

— Ты плохо себя чувствуешь?

Она взяла стакан, но пить не стала, просто держала в руках. Глядя на ласково улыбающегося сына, она ровным голосом спросила:

— Где ты был до такого часа?

— На вечеринке. Сюй Босун пригласил, там были ребята из разных семей, — ответил он, сцепив руки в замок. В его голосе не было ни капли раздражения на материнский контроль.

Чжао Ижэнь нахмурилась. Морщины в уголках ее губ стали глубже, напоминая овраги, промытые дождями:

— С каких пор ты так сблизился с Сюй Босуном? — В ее тоне явно читалось недовольство.

— Ну, мы разговорились, и оказалось, что у нас много общего. Вот и стали чаще видеться. Мам, мне же нужно как-то отдыхать от работы, — его голос оставался мягким и спокойным. — Да, кстати, там мы случайно столкнулись с Цан Ли. Он был с Му Дяньмо, Ли Юем и той легендарной белой птицей. Пришли поужинать.

При этих словах лицо Чжао Ижэнь окаменело. Она медленно поднесла стакан к губам и сделала глоток, чтобы смочить пересохшее горло:

— Он... Владыка Драконов что-нибудь сказал?

— Мне — ничего. Но он долго о чем-то шептался с Ши Чэнем. Я сидел далеко и не слышал, о чем именно.

Чжао Ижэнь сдвинула брови и задумалась. Затем резко повернулась к сыну, в ее голосе прозвучало сомнение:

— Неужели он поверил в нашу версию?

— Не факт, — улыбнулся Чжао Чун, глядя на мать. — Но главное, чтобы зерно сомнения было посеяно, верно?

Они проболтали еще какое-то время, пока стрелки напольных часов не показали два ночи. Тогда Чжао Ижэнь велела сыну идти спать. Чжао Чун поднялся:

— Спокойной ночи, мам. Отдыхай. Если что-то понадобится, зови.

Чжао Ижэнь привыкла к его ежевечерним ритуалам. Она кивнула:

— Спокойной ночи. Иди. — Она откинулась на спинку дивана, выглядя совершенно измотанной.

Зайдя в свою комнату и включив свет, Чжао Чун закрыл за собой дверь. Он быстро подошел к письменному столу. На стопке чистой бумаги верхний лист был исписан.

«Спокойной ночи, сынок». Подпись: «Чун Жэнь».

Глядя на эти несколько слов, Чжао Чун улыбнулся. Но эта улыбка кардинально отличалась от той, что он демонстрировал матери: в ней сквозила леденящая душу жестокость и какая-то зловещая искренность. Он провел пальцем по иероглифам, особенно нежно касаясь слов «сынок» и «Чун Жэнь».

Спустя минуту он с видимым сожалением дотронулся до уголка листа. Бумага мгновенно вспыхнула белым пламенем и за пару секунд превратилась в пепел. На столе осталась лежать лишь стопка чистой бумаги.

Увидев, что свет в комнате сына погас, Чжао Ижэнь отложила книгу, потерла виски и выключила торшер. В ночной тишине она отчетливо слышала собственное дыхание. Глядя в потолок, она не могла уснуть. В голове крутилась сцена возвращения Чжао Чуна. Возможно, это была паранойя, но ей казалось, что с каждым днем сын всё больше становится похожим на своего деда — внешностью, интонациями, даже аурой.

Может, это и есть «зов крови»?

Ее пугало это сходство, она была в ужасе от этой неконтролируемой трансформации, но была обязана хранить тайну. Она так устала... В темноте она закрыла лицо руками, и сквозь пальцы прорвались сдавленные рыдания, скрытые покровом ночи.

Маленький театр от автора:

Владыка Драконов: Дорогой, я купил для тебя этот рыбный пруд!

Владыка Драконов: Сокровище мое, и эту гору я тоже купил для тебя!

Владыка Драконов: Малыш, чего тебе хочется? Пойдем скупим весь торговый центр!

Владыка Драконов: Янь-янь, ты выходишь? Я уже нанял девяносто девять телохранителей, они ждут тебя!

Кун (в полном шоке) Янь: Стоп, дайте мне прийти в себя... С кем я вообще связался?!

http://bllate.org/book/17666/1743886