]
Си Нань бросился к У Синьянь, стоявшей в первых рядах, и, достав из мягких недр своего тактического рюкзака стеклянную бутыль, испещренную трещинами и наполненную неведомым составом, вложил ей в руки.
— Избегай тряски, постарайся бросить как можно дальше, — коротко бросил он.
У Синьянь, словно солдат, готовый к бою, намертво вцепилась в эту бутыль с нитроглицерином и тревожно переспросила:
— А если не получится добросить?!
Си Нань на мгновение замолчал.
— Молись.
— … — У Синьянь вздохнула. — Пожалуй, потренируюсь-ка я сначала на булыжниках.
Неподалеку Чжоу Жун отвел взгляд от автомобильного окна, тяжело вздохнул и вдруг потрепал Чунцао по волосам:
— Травушка-муравушка…
Его «приемная дочка», не поднимая головы, продолжала протирать ствол винтовки ветошью:
— Чего тебе?
— Как думаешь, не пора ли бате остепениться и найти себе нормального Омегу, чтобы жить как все?
Весь салон разом поднял головы. Люди в шоке уставились на Чжоу Жуна, а сидевший за рулем Янь Хао в тот же миг выкрутил руль, вильнув машиной так, что она выписала огромную букву «S».
Си Нань, подбежав к машине, ухватился за железную лестницу, в одно движение взлетел на броню и ловко забрался в кузов. Он озадаченно оглядел притихших товарищей, но в этот момент всем было не до его недоумения. Чунцао отложила автомат, крепко ухватилась за руку своего «приемного папаши» и с чувством произнесла:
— А нельзя ли не нести этот бред, будто найдется хоть один Омега, который на тебя позарится?
— В этой машине меньше всего шансов найти Омегу именно у тебя, — добавила она.
Броневик с грохотом прорезал дорогу. Зомби по обе стороны шоссе обернулись на шум, но пыль и дым уже скрыли машину из виду — они мчались вперед, к разрушенному, опустевшему городу B.
— Когда ты говоришь «меньше всего», ты учитываешь нашего временного сотрудника, товарища Си? — спросил Чжоу Жун.
Чжан Инцзе, сидевший на переднем сиденье и изучавший дорожную обстановку, обернулся и усмехнулся:
— Брат Жун, ты не понимаешь. Бета с приятной внешностью — самые желанные для Омег. Вечно твердят про чуткость, нежность, взаимное уважение…
Чжоу Жун указал на Си Наня и возмущенно воскликнул:
— Да где в нем хоть капля нежности? Где хоть какое-то уважение?!
Си Нань, прижимая к груди микропистолет-пулемет Uzi, прислонился головой к вибрирующей стенке кузова и прикрыл глаза, даже не пытаясь вступить в спор.
— Си Сяонань — тоже вариант сомнительный, — объективно и беспристрастно оценила Чунцао. — Больше всего шансов либо у Янь Хао, либо у Сянцзы. Про Янь Хао и говорить нечего: с такой-то мордашкой он везде пройдет, у него от природы этот «интеллигентный и меланхоличный» шарм, который Омеги как раз и ценят.
Янь Хао, не отрываясь от руля, вежливо кивнул:
— Благодарю организацию за высокую оценку.
— А с Сянцзы все просто: может пользоваться своим происхождением, чтобы давить авторитетом, а на крайний случай — деньгами закидать, — продолжала рассуждать Чунцао. — Верно ведь, Сянцзы? Научи нашего Братца Жуна, глядишь, все вместе…
Чжоу Жун, Янь Хао, Инцзе и Дин Ши, до этого лишь добродушно посмеивавшийся, в один голос вскрикнули:
— Только не это —!
Но было уже поздно.
Го Вэйсян обернулся и медленно проговорил:
— Я так и знал, что вы взяли меня в отряд ради этого…
— Опять его накрыло, — вздохнул Чжоу Жун.
Город B встретил их бесконечными пустыми улицами, усеянными почерневшими останками, от которых исходила невыносимая зловонная вонь. Мухи облепили разлагающиеся трупы и канализационные люки, взмывая в воздух с гулким жужжанием всякий раз, когда проезжал автомобиль.
Витрины магазинов были разбиты, стеллажи опрокинуты, а повсюду валялся мусор — город выглядел так, будто пережил настоящий апокалипсис.
— В чем именно я торможу отряд, а? Скажите мне! — Го Вэйсян, охваченный праведным гневом и скорбью, начал тыкать пальцем в лицо каждому члену отряда. Си Нань, сидевший рядом, тихонько отполз на метр и теперь, устроившись возле Дин Ши, замер в той же самой позе скрещенных на груди рук, даже голову наклонил под тем же углом, что и раньше.
— Еще когда я только вступил в отряд, я задавался вопросом: почему из тысячи с лишним заявок выбрали именно меня? Неужели здесь правда нет никакой подоплеки? Почему меня не выгнали после провала первого же экзамена — вы ведь точно хотели через меня найти себе пары?
— Скажите, кроме того самого первого экзамена, в чем еще я не соответствую требованиям подразделения 118? Разве за эти годы мой вклад не был очевиден? Считаю, что с какой стороны ни посмотри, я достоин быть здесь. Почему с самого детства люди видят лишь мой статус и никто не признает моих собственных способностей и заслуг?!
— У него что, психологическая травма? — вполголоса спросила Чунцао.
Весь отряд синхронно помотал головой. Чжоу Жун прошептал:
— Похоже, это врожденное.
— И раньше его так же «клинило»?
— После вступления в отряд это случалось трижды. Первые два раза тебя еще не было, а третий раз ты пропустила — была в отпуске.
— Вы не считаете меня настоящим, полноценным солдатом, — отчеканил Го Вэйсян, подводя итог. — Вы смотрите на меня предвзято, считаете «сыном чиновника», которому не по плечу трудности и который рано или поздно сам напишет рапорт об увольнении. Вы думаете, что зачислили меня только ради того, чтобы оказать услугу вышестоящим, и что через мои связи можно выйти на Омег — мол, так весь отряд пристроится. Вы отрицаете мою ценность как бойца 118, хотя я…
Молодой мастер Го был красноречив, а весь отряд молчал, боясь пошевелиться.
— Но, — внезапно открыл глаза Си Нань, — ты же сам себе не можешь найти пару.
Наступила мертвая тишина.
— Ты еще и хочешь быть самым главным петухом в курятнике, — добавил Си Нань.
Чжоу Жун не успел его остановить и в отчаянии зажмурился.
Янь Хао обернулся с водительского кресла, вытянул шею, глядя на выражение лица Го Вэйсяна, и медленно поднял стальной щит, разделяющий кабину и кузов.
Город B напоминал огромное, жуткое чудовище с окровавленной плотью, чьи улицы и переулки были запутанной сетью артерий. Чем глубже они проникали в город, тем ближе оказывались к его леденящему кровь сердцу.
Дорога на выезд из города была наглухо забита машинами. Между бесконечными колоннами бродили группы зомби. Водители, не успевшие бежать, были загрызены прямо в своих креслах — пристегнутые ремнями безопасности, они тупо раскачивались, подставив встречным ветрам свои серые, разлагающиеся лица.
В сторону въезда дела обстояли немного лучше: Янь Хао с помощью своего мастерства объезжал или давил мешавшие машины. Но как только они съехали с шоссе, путь преградил рухнувший путепровод.
— Что делать? — спросил Янь Хао. — Разворачиваемся и ищем другой путь?
— GPS сдох, в критический момент надежда только на «Бэйдоу»… — Чжан Инцзе с тоской открыл военный планшет. Спустя мгновение он покачал головой: — Не выйдет. До ближайшей развилки два часа пути, и не факт, что ее уже не заняли орды зомби. Янь Хао, ты ведь местный, глянь, еще ловит «Бэйдоу»?
Янь Хао долго настраивал позиционирование и удивленно воскликнул:
— Работает! Похоже, остались еще действующие наземные станции мониторинга, можно хлопушки пускать от радости!
Он осторожно заглянул в кузов: приступ Сянцзы закончился, и теперь Чжоу Жун, обнимая его за плечи, наставлял на путь истинный. Все остальные клевали носом. Янь Хао опустил стальную перегородку:
— Кто хочет отпраздновать факт выживания наших спутников и взорвать эти завалы к чертям?
Чжоу Жун, словно только этого и ждал, вскинул руку:
— Я! Я! Я!
Все уставились на него, а затем, как по команде, перевели взгляд. В центре внимания оказался Си Нань — тот самый, что с начала «военных действий» притворялся спящим, но теперь, поняв, что отмолчаться не выйдет, крякнул, поднялся и, подхватив тактический рюкзак, спрыгнул на землю.
Подрывное дело — тонкая наука. Си Нань достал пластичную взрывчатку, которую изготовил из нитроцеллюлозы, нитроглицерина, мыла, резины и жеваной жевательной резинки, тщательно заложил ее в расщелины между камнями, использовал черный порох в качестве детонатора, а затем, спрыгнув с развалин, чиркнул военной спичкой.
Он направился к броневику, небрежно бросив спичку за спину.
Огонек описал в воздухе красивую дугу и точно угодил в завал.
В следующее мгновение раздался оглушительный взрыв. Порыв ветра взметнул полы одежды Си Наня. С рюкзаком на плече, одной рукой в кармане, он шел к машине, и на его красивом лице не дрогнул ни один мускул.
— Глядите, как он пафосно… — начал Чжоу Жун, но тут же вскочил на ноги, срываясь на крик: — Си Нань! Беги! —
Фразу договорить он не успел: из эпицентра взрыва с пронзительным визгом вырвалось нечто, вызвавшее содрогание земли.
Взрывной волной Си Наня отбросило в сторону. С глухим ударом его впечатало в капот броневика, стоявшего в десяти шагах. В глазах потемнело, мир закружился, и из носа хлынула кровь.
http://bllate.org/book/18220/1745417
Готово:
