Готовый перевод Early Moon Over the Sand Dunes / Ранняя луна над песчаными дюнами: Глава 5

Лян Юаньсин слегка отвёл взгляд… Его и правда часто хвалили за внешность — «красавчик», «маленький красавец» и всё такое. Но он никогда не придавал этому значения, люди же просто так говорят, из вежливости.

А тут, когда это сказал Дуань Циншэнь, у него даже щёки чуть не вспыхнули. Он поспешно вышел из забегаловки. В прибрежном городе ночной ветер едва не опрокидывал его мотоцикл, самое оно, чтобы остудить эту внезапную теплоту на лице.

Хотя пик туристического сезона на праздник Национального дня уже прошёл, в приморских городах всегда полно гостей, на дорогах много машин. Дуань Циншэнь скинул ему адрес отеля в WeChat на случай, если они потеряют друг друга. Лян Юаньсин настроил навигатор и сказал по рации:

— Порядок.

Сытый, под прохладным ветерком, он ехал вдоль береговой линии. Ночная езда за ведущей машиной самая комфортная: просто держишься за тем, кто впереди. Куда он — туда и ты; прямо, поворот, сброс скорости, остановка. Даже на ограничение скорости можно не смотреть, потому что Дуань Циншэнь и так держался ниже лимита.

Отель был в центре города. Дуань Циншэнь провёл в объезд участков, закрытых для мотоциклов, и через полчаса они приехали. Он сам оплатил номер, сказав, что «это за помощь». Лян Юаньсину стало немного неловко.

Он стоял со шлемом в руках и смотрел, как Дуань Циншэнь копошится в чемодане, что-то разыскивая.

— Шэнь-гэ, мне переодеться?

— Не надо, — не оборачиваясь, ответил тот. — Этот костюм очень крутой.

Лян Юаньсин оглядел себя:

— Но он грязноват.

Пятьсот километров пути — не шутка; не то что пыль, ещё и грязи налетело.

— Не смей её стряхивать, — сказал Дуань Циншэнь. — Мне нужен именно этот эффект.

Лян Юаньсин убрал влажную салфетку обратно.

Съёмка проходила в подземном паркинге отеля.

— Ты же говорил, ночные съёмки? — не понял Лян Юаньсин.

— Снаружи слишком много постороннего света, — ответил Дуань Циншэнь, глядя в видоискатель и двигаясь взад-вперёд, выбирая кадр. — На пляж мотоцикл не пустят.

Он велел Лян Юаньсину просто стоять в проходе парковки. Здесь было тихо, и если подъедет машина, они услышат и вовремя уступят дорогу.

Лян Юаньсин стоял, чувствуя себя немного глупо, прижимая шлем под мышкой, и смотрел на Дуань Циншэня. Тот явно вошёл в рабочий ритм, он видел только через видоискатель. Что в кадре, то и есть реальность.

— Включи фару мотоцикла, направь на то место, где стоишь, и вернись обратно.

— Хорошо.

Лян Юаньсин включил фару и вернулся на место. Свет ударил прямо в него; в сумраке подземного гаража в кадре проявился идеальный контровой свет.

Появился источник света, и Дуань Циншэнь снова покрутил настройки:

— Смотри вниз, но голову не опускай. Шлем возьми в другую руку. Спину расслабь.

— Так? — хотя ему сказали «расслабиться», Лян Юаньсин чувствовал, что он весь как каменный.

— Отлично, — подбодрил его Дуань Циншэнь. — А теперь иди к мотоциклу, обычным шагом.

Хотя ему и сказали «обычным», в таком состоянии как идти естественно? Лян Юаньсин не профессиональная модель, когда на него направлен объектив, он поневоле напрягается. И действительно, Дуань Циншэнь тихо усмехнулся.

Лян Юаньсин нахмурился и посмотрел на него.

— Не смотри в объектив, — Дуань Циншэнь по-прежнему смотрел на экран камеры. — Продолжай идти.

Дальше началась серийная съёмка. Дуань Циншэнь опустился на одно колено и нажимал на спуск, словно стрелял из пулемёта.

Он не просто успокаивал, кадры и правда получались потрясающие. Стены гаража были обычного тёмно-зелёного цвета, но по обе стороны как раз стояли чёрные машины. Чёрный костюм, чёрный мотоцикл. Дуань Циншэнь снимал сбоку, а Лян Юаньсин выглядел как чёрный рыцарь, приближающийся к своему боевому коню.

Над головой серо-чёрные трубы, обстановка слегка обшарпанная, но фигура подсвечена спереди, так что Дуань Циншэнь остался доволен.

— Пальцами проведи по фаре.

Пыль на мотоциклетных перчатках Лян Юаньсина была чётко видна. Дуань Циншэнь снова поймал то ощущение и почти погрузился в процесс. Он продолжал командовать:

— Шлем надевай, иди, садись на мотоцикл…

Внезапно раздался настойчивый звонок телефона. Это был телефон Лян Юаньсина.

— Прошу прощения.

— Ничего, отвечай, — Дуань Циншэнь выпрямился и хотел начать просматривать снимки. Но изображения ещё не загрузились, так что оставалось только пялиться на корпус камеры.

— Тётя! — Лян Юаньсин ответил на звонок, сияя улыбкой. — Вы ещё не спите? В Новой Зеландии уже почти два ночи? — Лян Юаньсин ходил по парковке, пытаясь найти место с лучшим сигналом. — Я благополучно добрался до Шаньдуна. Сяо Юй тоже не спит? Я слышу, она орет, наверное, опять шпильку сломала.

Наконец камера прогрузила снимки, и Дуань Циншэнь принялся просматривать их по очереди.

— Да, не волнуйтесь, у меня деньги есть, переводить не надо, — Лян Юаньсин отвечал на заботливые вопросы: — я в порядке, не волнуйтесь, ложитесь спать.

Разговор закончился, и возникло странное ощущение прерванного потока — как будто после паузы было уже неловко продолжать. Лян Юаньсин осторожно спросил:

— Мы… мы продолжим?

Спросил и сам замялся, как-то странно прозвучало.

Дуань Циншэнь поднял глаза, уже хотел сказать «да», но услышал шум мотора и увидел, как с другой стороны прохода ударил свет фар.

— Ладно, — он шагнул вперёд и показал Лян Юаньсину отойти в сторону. — Достаточно. Поднимаемся в номер, отдохнём.

А вечером в номере произошёл небольшой инцидент.

Дуань Циншэнь собирался остаться здесь на три дня. Номер был двухкомнатный, две спальни и общая гостиная. Когда они сидели за обеденным столом в гостиной и разглядывали снимки на ноутбуке — Дуань Циншэнь кадрировал и заодно объяснял Лян Юаньсину некоторые композиционные приёмы, — раздался громкий стук в дверь. Два оглушительных «БУХ-БУХ», очень недружелюбно. Лян Юаньсин подскочил и начал лихорадочно искать глазами, что можно использовать в качестве оружия.

Дуань Циншэнь встал и усадил его обратно на стул:

— Я открою.

Персонал отеля так стучать не мог, те обычно звонят в дверь. Лян Юаньсин снова вскочил, пошёл следом, весь настороже, готовый в любой момент вступить в рукопашную.

Дуань Циншэнь приоткрыл дверь, крепко держась за ручку, чтобы придержать её. Потом вдруг улыбнулся и распахнул дверь настежь:

— Как вы меня нашли?

Внутрь решительно шагнул коренастый мужчина и возмутился:

— А ты как думаешь?! Ты уже здесь, а мне даже не сообщил, прячешься в отеле, это что за дела?!

За ним вошёл ещё один парень и поддержал:

— Вот именно! Если бы я не жил в этом же отеле и не заметил тебя в холле, ты бы только в день свадьбы объявился?

Лян Юаньсин догадался: это, видимо, жених и его друг.

Войдя, они заметили Лян Юаньсина. Дуань Циншэнь представил:

— Мой ассистент на этой съёмке, Лян Юаньсин. А это жених Цзэн Сяоян, и один из шаферов, Хэ Вэньбин. Они оба мои одноклассники.

Лян Юаньсин пожал руки обоим, вежливо назвав их «Цзэн-гэ» и «Хэ-гэ».

Цзэн Сяоян пришёл не с пустыми руками. Он принёс большой пакет с шашлыками на вынос. Он поставил его на стол и сказал:

— Вэньбин сказал, что видел в холле отеля кого-то похожего на тебя, но не был уверен. Я говорю: спроси у администратора, какой у него номер.

Хэ Вэньбин подхватил:

— А я говорю: не надо, а то будет выглядеть, будто я за тобой слежу.

— … — Дуань Циншэнь с недоумением посмотрел на них. — И как же вы узнали номер?

— Я спустился забрать заказ из доставки и услышал, как менеджер на ресепшене во весь голос орёт: «Позвоните гостю из 2315 и скажите ему, что если проехать три светофора на восток, там есть магазин с фотографическим светом!»

Дуань Циншэнь с досадой прикрыл лоб ладонью. Тогда Лян Юаньсин задал вопрос, который вертелся у него на языке:

— А если бы это была случайность и дверь открыли не мы?

Хэ Вэньбин:

— Тогда извинились бы и оставили им пару шашлыков!

Лян Юаньсин:

— И так можно?!

Дуань Циншэнь с улыбкой покачал головой и закрыл ноутбук:

— Я хотел связаться с вами завтра. Сегодня мы приехали уже после восьми, если бы я позвонил, Сяоян стал бы искать место, чтобы нас накормить. Мы сначала решили обустроиться, да и этот парень на мотоцикле всю дорогу на ветру, замёрз.

Цзэн Сяоян, по сути, понимал, а его возмущение было скорее для вида. Он указал на пакет с шашлыками:

— Тогда время второго ужина.

На самом деле оба уже не могли есть: из-за голода и усталости они так плотно утрамбовались, что прошло меньше двух часов, а пища ещё и не переварилась. Трое — одноклассники, одного возраста; Лян Юаньсин был моложе их лет на шесть-семь.

Хэ Вэньбин взял несколько шампуров с бараниной и протянул ему:

— На, Сяо Лян, попробуй!

Протянув, спросил:

— А сколько тебе лет? Только чтобы не прогадать с обращением. Но выглядишь ты совсем молодым.

— Двадцать три, Хэ-гэ, — Лян Юаньсин принял шампуры — их было штук шесть-семь. Он всё ещё был сыт, поэтому украдкой глянул на Дуань Циншэня. Тот забрал у него две штуки.

— Мы только что поужинали, — сказал Дуань Циншэнь.

— Ему всего двадцать три, — сказал Цзэн Сяоян. — Не то что нам, уже по тридцать. В его возрасте только что наелся, и можно ещё два раза поесть.

Лян Юаньсин хотел возразить, но шашлык и правда был таким вкусным, что он только и мог, что жевать:

— Вкусно!

— Ну вот! — Цзэн Сяоян пожал плечами. — А теперь попробуй шашлычки из говяжьего жира!

Дуань Циншэнь не стал останавливать, только улыбнулся. Пусть ест.

Цзэн Сяоян спросил:

— Слушай, Циншэнь, ты же уволился, чем собрался платить ассистенту?

Дуань Циншэнь чуть повернулся, взглянул на Лян Юаньсина и ответил:

— Я учу его технике и оплачиваю проживание с питанием.

Цзэн Сяоян, прямой как рельса, сказал:

— Да брось, ты лучше поскорее продай этого красавчика моей жене, не мешай парню деньги зарабатывать!

— ? — Лян Юаньсин встревожился. — Постойте-постойте… Цзэн-гэ, я зарабатываю только честным трудом.

Дуань Циншэнь фыркнул:

— Нет, его жену зовут Цзян Юй, она занимается одеждой и недавно искала мужскую модель.

Лян Юаньсин серьёзно задумался на мгновение:

— Наверное, не стоит. Я лучше с Шэнь-гэ буду учиться фотографии.

— Не бойся, сестра Юй — местная богачка; если пойдёшь к ней, никто тебя не обидит, — в шутку сказал Хэ Вэньбин. — Кстати, Циншэнь говорил, ты на мотоцикле приехал? На каком?

— ADV, — сказал Лян Юаньсин. — Внедорожный.

— О! Знаю! — Цзэн Сяоян снова схватил горсть шампуров и сунул Лян Юаньсину. — Я тоже как-то ездил, но один раз жёстко упал и больше не садился. Ты будь осторожен.

— Поздно предупреждать, он уже попал в аварию, — сказал Дуань Циншэнь. Он подошёл к мини-бару и присел на корточки перед холодильником. — Что будете пить?

Вернулся он с двумя банками колы, одной спрайта и бутылкой минеральной воды; открутив крышку, отпил и продолжил:

— Он попал в больницу, и так мы познакомились.

— Охренеть! — Цзэн Сяоян внимательно оглядел Лян Юаньсина.

— Руки-ноги целы, Цзэн-гэ, — улыбнулся Лян Юаньсин. — Просто кожу содрал, в больницу попал из-за того, что крови много потерял.

Хэ Вэньбин тоже с любопытством рассматривал его:

— Как же ты упал?

Дуань Циншэнь знал всю историю, откинулся на спинку стула и с удовольствием слушал.

Лян Юаньсин чуть выпрямился и начал рассказывать:

— Я ехал по правой полосе, собирался повернуть направо, и вдруг на пешеходный переход на красный свет вылетела «старческая тележка». Я мог бы увернуться, если бы резко газанул, проскочил бы, и всё. Но…

— Но…

Двое мужчин уставились на него, не отрываясь.

Видно было, что им очень нравится слушать такие истории.

Но Лян Юаньсину было немного стыдно. Он вздохнул:

— У того дедушки электромобиль оказался не как у всех! У него… у него внутри стоял здоровенный Будда. Это меня так напугало, что я прям остолбенел.

— Будда? — переспросил Цзэн Сяоян. — В электромобиле — Будда?

— Огромный золотой Будда, — Лян Юаньсин показал руками. — У всех статуэтки обычно стоят лицом внутрь, а этот дедушка поставил Будду лицом наружу. Вокруг темно, золотой Будда сверкал в свете фар, как будто он и сидел за рулëм!

— Пф-ф-ф, — Хэ Вэньбин не сдержался. — Ха-ха-ха-ха-ха!!!

— А я подумал, что Будда пришёл забирать меня, — мужественно продолжал Лян Юаньсин. — И я не стал сопротивляться. Бах — мотоцикл завалился, и я упал.

Если посмотреть с другой стороны, эта статуэтка Будды действительно работала. Потому что ни с дедушкой, ни с его электромобилем ничего не случилось.

Хэ Вэньбин вздохнул:

— Что поделать, в «старческой тележке» обычно сидят двое самых опасных существ в обществе: дед и его внук.

— Вот именно, — согласился Лян Юаньсин. — Но, к счастью, они заплатили и извинились без проблем, не пришлось спорить.

Закончив, он посмотрел на Дуань Циншэня. Он хотел сказать что-то вроде «нет худа без добра», но стеснялся. Дуань Циншэнь всё время слегка улыбался, слушая его; в глазах читалась усталость, но не та, что бывает после долгой дороги.

Разговор естественно перешёл на текущие дела. Самое большое событие у Цзэн Сяояна — свадьба. У Хэ Вэньбина — задержка выпуска, но ему, похоже, было всё равно.

Ну а у Дуань Циншэня — увольнение.

— Ты, наверное, боишься, что отец тебя прибьёт, вот и сбежал за пятьсот километров, чтобы у меня на свадьбе укрыться? — жевал шашлычки из говяжьего жира Цзэн Сяоян.

Дуань Циншэнь отпил минеральной воды:

— Нет, отец пока не знает.

— Не знает? — удивился Цзэн Сяоян.

— Главврач нашего отделения, Сунь, старый друг моего отца, но он, кажется, не сказал ему, — пожал плечами Дуань Циншэнь. — В общем-то, всё равно, я уже уволился; ну прибьёт и прибьёт, дело-то сделано.

— Тьфу-тьфу! — сказал Хэ Вэньбин. — Раз не хочешь быть врачом, не надо, фотограф тоже хорошая профессия.

Лян Юаньсин жевал мясо и смотрел на того, кто говорил, переводя взгляд, как кинокамера. Когда заговорил Дуань Циншэнь, он посмотрел на него. Дуань Циншэнь как раз взглянул в ответ.

Дуань Циншэнь спросил:

— Ассистент Лян, как думаешь, хорошо быть фотографом?

Ассистент Лян отложил шампур, подумал и ответил:

— Хорошо. Но жаль, что ты пейзажный фотограф.

— Это почему? — с интересом спросил Дуань Циншэнь.

Двое других тоже уставились на него.

Он ответил:

— Пейзажные фотографы выживают в основном за счёт «северо-западного ветра» и «фотосинтеза».

Дуань Циншэнь поднял бутылку с водой и чокнулся с банкой спрайта, стоявшей рядом с Лян Юаньсином.

— Я не ошибся с ассистентом, — сказал Дуань Циншэнь.

__________________

Мммм, шашлычки из жира, мммм, ммммм, ах, мммм......

http://bllate.org/book/18450/1929622