Теперь Яэ Мико была уверена, что не ослышалась: кое-кто здесь — настоящая собачка Фурины.
Когда она прыснула со смеху, то краем глаза заметила, как у Чжу Цина вспыхнули щеки.
Тот молча открыл браузер, чтобы скрыть обои рабочего стола, и с виноватым видом пробормотал:
— Вы не понимаете, Фурина — мой духовный идеал.
Кирара, не мигая, с изумлением смотрела на мерцающий, словно звезды, свет:
— Это называется проектор? Почему госпожа Фурина там?
Чжу Цин хмыкнул и, стараясь выглядеть невозмутимым, тихо произнес:
— Сейчас я введу вас в курс дела и расскажу об этом мире.
Затем он вкратце описал устройство мира, его технологии, культуру, страны и объяснил, кто он такой. Разумеется, о такой сокровенной вещи, как Система, он умолчал, сказав лишь, что обладает особыми методами поиска пришельцев из Тейвата.
Узнав, что Чжу Цин — самый обычный человек, Яэ Мико с улыбкой заметила:
— Теперь-то ты перестанешь быть обычным.
Чжу Цин усмехнулся и признался:
— Необычные здесь вы, а не я... Мико, возможно, тебе больше подошло бы место главного редактора.
Яэ Мико мягко, словно утешая, ответила:
— Не факт. Литературные вкусы в Тейвате и на Синей Звезде сильно различаются. Лучше уж оставайся дворецким!
Они увлеченно беседовали, но Кирара, стоявшая в стороне, выглядела не особо воодушевленной. Чжу Цин понял, что ее что-то гложет.
Заметив это, он перевел тему:
— Кстати, Мико, найдется ли кому подхватить недоставленные заказы Кирары в Тейвате?
Раздался успокаивающий голос Яэ Мико:
— Разумеется, не волнуйся. У Комании есть и мои знакомые.
Услышав это, глаза Кирары засияли:
— Правда? Госпожа Мико!
Яэ Мико рассмеялась:
— Маленькая кошечка, разве я когда-нибудь тебя обманывала? Согласись?
Чжу Цин повернулся к Кираре: ее глаза, цвета изумруда, искрились, словно прозрачные горные ручьи в летний день. Сбросив груз с души, Кирара наконец широко улыбнулась:
— Дворец... Чжу Цин, как ты думаешь, какая работа мне подошла бы?
Она начала мечтать вслух:
— Я бы хотела работу, где нужно много бегать! Хочу увидеть пейзажи этого мира!
Чжу Цин улыбнулся самой добродушной улыбкой. Сама напросилась, а я-то боялся, что ты сочтешь работу слишком утомительной.
— О, у меня есть отличная идея, — неспешно произнес он.
— Какая?
— Доставка еды!
— Доставка?
В этот момент Чжу Цин почувствовал себя черным посредником, который заманивает невинную девушку на каторгу. Но ради аренды, ради выполнения заданий Системы, ради адаптации Кирары к реальности и спасения мира... Оснований было предостаточно, и он обязан был это сделать.
Чжу Цин кивнул и ловкими движениями пальцев открыл страницу с вакансией курьера:
— Да, это очень похоже на твою прежнюю работу.
Кирара восторженно смотрела на экран, а два ее хвоста бешено метались из стороны в сторону, то и дело хлопая Чжу Цина по плечу. Она смотрела видеопрезентацию вакансии, и ее дыхание участилось: вот курьер мчится по городу, спасая от голодной смерти студентов...
Чжу Цин, не скрывая улыбки, спросил:
— Ну как?
Яэ Мико в стороне задумчиво протянула:
— Выглядит утомительно. К тому же, внешность у кошечки слишком отличается от человеческой.
Чжу Цин кивнул:
— Верно, но сейчас осень. Если она будет одеваться потеплее, это скроет детали, проблем быть не должно.
Кирара закивала:
— М-м, это потрясающая работа! Я люблю человеческое общество, а еще больше люблю видеть довольные улыбки клиентов, когда они получают заказ. Давай остановимся на этом! Пожалуйста, пожалуйста!
Кошечка вцепилась в плечи Чжу Цина так, будто не отпустит, пока он не согласится.
Обнаружена совместимость с должностью: 85%.
Услышав сигнал Системы, Чжу Цин улыбнулся и кивнул:
— Хорошо, давай попробуем. Поработаешь месяц, а там посмотрим.
К настоящему моменту он уже получил от Системы три тысячи шестьсот единиц валюты — этого хватит, чтобы оплатить три месяца аренды. Хотя на счету оставалось еще несколько тысяч, а долг исчислялся семизначной суммой, кто же станет снижать уровень жизни ради оплаты жилья? Однако, поскольку Кирара еще не приступила к обязанностям, Чжу Цин пока не мог получить награду за выполнение задания.
Яэ Мико, видя, что решение принято, больше не стала спорить и лишь насмешливо хмыкнула:
— Смотри, малышка, не пожалей.
Не успела она договорить, как в дверь постучали.
— Тук-тук-тук!
— Чжу Цин, ты дома? Я пришла к тебе!
Яэ Мико, лениво развалившись на диване, с предвкушением посмотрела на Чжу Цина:
— Чжу Цин, кто эта девушка за дверью?
— Это домовладелица, Картошечка, — серьезно ответил он, не сводя глаз со слайма, который деформировался под подушкой дивана.
Затем он перевел взгляд на дверь:
— Я не платил за аренду уже полгода, должно быть, пришла требовать долг.
— Домовладелица? — Яэ Мико прищурилась, наклонилась к самому уху Чжу Цина и прошептала: — Что-то здесь не так, верно?
Чжу Цин цыкнул на нее, жестом приказывая обеим спрятаться в кладовке:
— Тихо, ни звука.
Отвернувшись от любопытных личиков Кирары и Яэ Мико, он с грохотом захлопнул дверь кладовки.
— Иду! — крикнул Чжу Цин и быстро подошел к входной двери. — Доброе утро, Сяоянь, что-то случилось?
Эта Картошечка была знакома с ним уже два с половиной года. Ей хлебом не корми — дай походить по соседям и помешать Чжу Цину отдохнуть.
Она была милой, с безупречно белой кожей, похожей на фарфоровую куколку, которую все обожали, — все, кроме Чжу Цина, которому она вечно доставляла хлопоты.
Чэнь Сяоянь любопытно привстала на цыпочки, пытаясь заглянуть внутрь: ей послышался женский голос. Неужели Чжу Цин прячет здесь девушку?
Чжу Цин, словно не замечая этого, встал в проходе, загораживая обзор, и туповато спросил:
— Что-то случилось?
Почувствовав перемену в его тоне, Чэнь Сяоянь капризно протянула:
— Чжу Цин, мне нужно с тобой поговорить.
— Говори.
— Не пригласишь войти?
— Проходи.
Чэнь Сяоянь направилась к дивану и с тревогой спросила:
— Как ты себя чувствуешь после вчерашнего? Говорят, твоя первая любовь напоила тебя до беспамятства!
Чжу Цин закрыл дверь и честно ответил:
— Это была безответная любовь с ее стороны. У меня к ней нет чувств, мы просто как братья.
Чэнь Сяоянь, присев на диван, странно усмехнулась:
— Серьезно? Неужели совсем ничего не чувствуешь?
Чжу Цин пожал плечами:
— Нынешняя любовь слишком опасна. Я лучше останусь в одиночестве до конца дней, зато умру с чистой совестью.
Чэнь Сяоянь удовлетворенно кивнула и шмыгнула носом:
— Зачем средь бела дня задергивать шторы и включать проектор? Фильмы смотришь? Скукотища...
Чжу Цин лишь слабо улыбнулся, не отвечая на ее подколку.
— Сяо Б, будь добра, открой шторы и выключи проектор.
— Слушаюсь.
Малыш из колонки всегда был лучшим помощником Чжу Цина.
Он налил гостье воды и сел на диван напротив:
— Так зачем ты приходила?
Чэнь Сяоянь сделала вид, что не расслышала, и удобно устроилась на подушках, но вдруг уловила тонкий, соблазнительный аромат сакуры. Ее лицо тут же изменилось.
Здесь пахнет женскими духами!
Она помедлила и с подозрением посмотрела на Чжу Цина:
— Ты же не приводил вчера девушку, правда? Брат сказал, что тебя напоили.
Брат Чэнь Сяоянь учился в одном классе с Чжу Цином и вчера был на той же встрече выпускников, так что неудивительно, что она все знала.
Чжу Цин невозмутимо ответил:
— Девушку? Невозможно! А вот напоили... это правда, я отключился.
Не заметив на лице Чжу Цина вины, Сяоянь осторожно приложила ладонь к его лбу:
— Хорошо, температуры нет.
Чжу Цин с досадой ответил:
— От алкоголя температура не поднимается... Так зачем ты пришла?
Этот непробиваемый парень переспрашивал уже в четвертый раз! Неужели нельзя просто прийти поболтать?
Чэнь Сяоянь, надувшись, скрестила руки на груди и, решив его проучить, заявила:
— Ты все еще должен мне за шесть месяцев аренды!
Чжу Цин сделал жест «окей» и, достав телефон, перевел ей оплату за три месяца.
Три тысячи шестьсот единиц, только что полученные, исчезли в мгновение ока.
Сердце Чжу Цина слегка сжалось от боли.
http://bllate.org/book/18486/1773637
Сказали спасибо 0 читателей