Цяо Юэ повернулся на бок, разглядывая мужчину рядом: длинные ресницы, высокий переносица, мягкие, благородные черты лица — и правда, такой типаж способен кого угодно свести с ума.
***
Нань Молю, проспав всю ночь крепким сном, медленно пришел в себя. Он почувствовал какую-то странную тяжесть на животе и, протянув руку, попытался смахнуть неведомый предмет, но нащупал чью-то ногу.
Чья это нога? Уж точно не его собственная — он физически не мог бы принять такую позу во сне.
Внезапно осознав неладное, он повернул голову и увидел знакомое лицо. Нань Молю в изумлении приподнял верхнюю часть тела и вытаращил глаза. Великий Учитель Нань Молю, всегда сохранявший невозмутимость перед лицом любых невзгод династии Дае, сейчас выглядел совершенно ошеломленным.
В этот момент дверь тихо приоткрылась. Нань Молю сел на кровати. Вошла Цзысюань с тазом воды и полотенцем. Увидев, что гость проснулся, она почтительно произнесла:
— Великий Учитель, вы проснулись. Желаете умыться?
— Я... как я здесь... — Нань Молю впервые в жизни не мог связать двух слов.
Цзысюань тоже впервые видела его в таком замешательстве:
— Видите ли, вчера вечером вы не рассчитали силы и захмелели, поэтому маленький ван привел вас в комнату отдохнуть. Позже я заглянула, но пир уже закончился, а вы оба крепко спали, и я не решилась вас беспокоить.
Вспомнив, наконец, события вчерашнего вечера, Нань Молю потер виски, чувствуя головную боль. Цяо Юэ, услышав шум, заворочался во сне и издал невнятное сопение. Нань Молю замер, прислушиваясь. Цяо Юэ еще пару раз хмыкнул, но глаз не открыл и снова затих. Это показалось Нань Молю забавным, и на его лице промелькнула легкая улыбка.
Цзысюань замерла. Она впервые видела, чтобы невозмутимый, холодный как айсберг Великий Учитель улыбался — да еще и глядя на ее господина. Предчувствуя, что она узнала нечто лишнее, она поспешно отогнала эти мысли прочь, решив, что ничего не видела и не слышала.
— Великий Учитель, желаете умыться? — тихо повторила она.
— Нет, нужды нет. Если Цяо Юэ проснется, передай ему, что я вернулся к себе.
Нань Молю осторожно поднялся, перешагнул через спящего Цяо Юэ и направился к выходу. Перед тем как уйти, он не удержался и бросил последний взгляд на кровать, а затем кивнул Цзысюань:
— Благодарю за хлопоты.
— Что вы, Великий Учитель, не стоит благодарности, — поспешно ответила та, опустив голову.
Цяо Юэ проснулся, когда выспался, и сладко потянулся. Он удивился, что потянуться удалось так легко и свободно, и, открыв глаза, обнаружил, что на кровати лежит один.
Он сел, огляделся — в комнате действительно никого не было. Когда Нань Молю ушел, он даже не заметил.
В этот момент дверь снова отворилась, и вошла Цзысюань с тазом воды. Увидев, что господин наконец проснулся, она облегченно выдохнула и начала ворчать:
— Маленький ван, ну наконец-то! Я уже пять раз за утро воду меняла. Если бы вы не проснулись, я бы уже готова была выплеснуть ее вам прямо в лицо.
В последнее время Цзысюань стала вести себя с Цяо Юэ без лишних церемоний, отчитывая его так, будто он был ее младшим братом.
— Ха-ха, вчера выпил лишнего, вот и спалось так сладко, — Цяо Юэ почесал шею, чувствуя прилив бодрости. — А где мой Учитель?
— Великий Учитель проснулся еще на рассвете и сразу отправился к себе, — Цзысюань вздохнула. — Даже когда он только проснулся, он выглядел как небожитель, сошедший на землю.
— Ох... — Цяо Юэ мысленно застонал. Выходит, он пропустил момент, когда Нань Молю просыпался? Какая потеря!
Цзысюань, конечно, не знала о его душевных терзаниях:
— Маленький ван, умывайтесь скорее, уже пора обедать.
***
Спустя несколько дней Цяо Жань подал прошение об окончании обучения — он должен был официально приступить к службе в Академии Хаолинь. В эти дни он просто сиял, стряхнув с себя прежнюю подавленность, словно весь мир лежал у его ног.
— Учитель, благодарю вас за наставления в эти годы. Ученик никогда не забудет вашей доброты, — Цяо Жань отвесил глубокий поклон. В отличие от прежних скромных нарядов, в последние дни он одевался значительно ярче, а в глазах его светилась радость.
Нань Молю равнодушно взглянул на Цяо Жаня и перевел взгляд на Наследного принца:
— Ваше Высочество тоже поступает на службу в Академию Хаолинь. Похоже, двое моих учеников покидают стены академии, это добрый знак.
Цяо Жань бросил взгляд на принца, но тот сделал вид, что не расслышал.
— Учитель на день — отец на всю жизнь. Если у меня возникнут трудности в Академии Хаолинь, надеюсь, вы дадите мне возможность обратиться к вам за советом.
— Разумеется, — коротко ответил Нань Молю.
Цяо Юэ, слушая это, просиял: если и Цяо Жань, и принц уходят, значит, принцу больше не нужно будет приходить в академию? Значит, ему больше не придется дрожать от страха и прятаться? При этой мысли он невольно заулыбался.
После лекции Нань Молю спокойно подошел к Цяо Юэ:
— Сегодня А-Ли приготовил мед из османтуса, можно заварить с чаем. Не хочешь зайти ко мне в резиденцию и попробовать?
— С удовольствием! — Цяо Юэ, услышав о еде, согласился, не раздумывая.
— Тогда идем.
Как только он поднялся, его прижало по нужде. Вспомнив, что путь неблизкий и в трясущейся карете он точно не выдержит, он пробормотал:
— Учитель, подождите меня немного, я сбегаю в уборную.
Цяо Юэ, придерживая живот, быстро направился к выходу, а Нань Молю смотрел ему вслед с легкой улыбкой.
Решив свою проблему, Цяо Юэ, напевая что-то себе под нос, с нетерпением предвкушал угощения в резиденции Нань. С тех пор как он попробовал тамошние сладости, он не мог их забыть.
Но стоило ему открыть дверь уборной, как дорогу ему преградил Наследный принц. Его зловещая улыбка заставила Цяо Юэ вздрогнуть.
— Ваше... Ваше Высочество, — Цяо Юэ был готов расплакаться. Ну почему у него такая странная привычка — подкарауливать людей у туалетов?
— Я только что сказал, что ухожу на службу в Академию Хаолинь. Ты, кажется, очень этому рад? — принц смотрел на него с издевкой.
Уголок рта Цяо Юэ дернулся. Неужели это было так заметно? Он же из всех сил пытался сохранить невозмутимое лицо!
— Ваше Высочество, что вы такое говорите? Мы с вами товарищи по учебе, мне грустно от того, что вы уходите, какая уж тут радость? — Цяо Юэ нахмурился и поспешил оправдаться.
Принц сделал шаг вперед, перекрывая путь к отступлению. Цяо Юэ был вынужден отступить назад.
— Ваше Высочество, ваша служба в Академии Хаолинь — это благо для народа династии Дае, вы станете мудрым правителем. Если я и рад, то только за страну!
— Хм, — принц презрительно усмехнулся. — Ты, безмозглый дуралей, с каких это пор начал печься о народе и судьбе страны?
— Это всё благодаря мудрым наставлениям Учителя, — Цяо Юэ не упустил случая похвалить Нань Молю, а заодно и себя.
— Бесстыдники! — принц нахмурился. — Цяо Юэ, ты думаешь, Нань Молю стал твоим защитником? Не забывай, в тот день, когда ты упал в воду, даже он не успел тебя спасти!
— Я это прекрасно помню, — Цяо Юэ не поддался на провокацию. — В вопросах жизни и смерти лучше всего полагаться на самого себя.
Но раз уж принц заговорил об этом:
— Ваше Высочество, спасибо, что спасли меня в тот день. Не думал, что вы из тех, кто делает добро, не требуя признания.
Однако реакция принца была странной. Если бы он действительно спас его, он бы начал этим кичиться, требуя благодарности, а не угрожал бы хранить молчание об этом дне.
Принц изменился в лице:
— Ты сейчас издеваешься надо мной? Цяо Юэ, как ты смеешь? Не забывай, кто ты такой!
Типичное поведение человека, загнанного в угол. Это лишь подтверждало подозрения.
— Да, прошу прощения, я не смею.
Они ходили кругами, и Цяо Юэ так и не понял, зачем принц его здесь зажал:
— Ваше Высочество, если у вас больше нет наставлений, Учитель ждет меня. Если я опоздаю, мне придется сказать правду, что я застрял в уборной, — он беспомощно развел руками.
— Ты... — принц не ожидал, что Цяо Юэ станет таким острым на язык. У него внутри всё закипело. — Я пришел сказать: не думай, что если я уйду из академии, ты сможешь расслабиться. Я буду приходить сюда, и ты должен слушаться меня во всем!
Цяо Юэ не понимал этого упорства. С какой стати он, маленький ван поместья Цяо, должен быть прислужником принца?
Вспомнив о своем статусе, он выпрямился и твердо посмотрел на него:
— Ваше Высочество, мы товарищи по учебе, и наши отношения должны быть равными. Тот, кто беспрекословно слушается вас во всем, — это ваш слуга, а не я.
Принц был ошеломлен таким ответом и не нашелся что сказать, а Цяо Юэ развернулся и быстро зашагал прочь.
Спустя долгое время принц растянул губы в странной улыбке. Забавно. Раньше этот дурачок только и делал, что дрожал от страха, а теперь осмелился дерзить. Это куда интереснее, чем прежняя покорность.
***
Добежав до ворот академии, Цяо Юэ увидел, что старик Ван уже ждет его. Он поспешил к карете.
Нань Молю сидел внутри с книгой. Увидев, что Цяо Юэ вошел, он поднял голову и слегка улыбнулся:
— Садись.
Он не стал ни о чем спрашивать, но Цяо Юэ сам почувствовал неловкость:
— Видимо, переел сегодня, живот расстроился, хе-хе...
— Раз так, то, пожалуй, не стоит утруждать повара, который уже приготовил чай и закуски.
— Нет, нет! — Цяо Юэ очень хотелось попробовать тот самый чай. — Я просто переел жирного, легкие закуски как раз подойдут, хе-хе.
Нань Молю закрыл книгу, в его глубоких глазах мелькнула тень тревоги:
— Юэ-эр, в прошлый раз ты спрашивал, позволяет ли закон нашей династии мужчинам любить друг друга. Я много думал об этом... не ты ли...
Цяо Юэ понял, к чему он клонит, и замахал руками:
— Нет, что вы, Учитель! Я просто спросил из любопытства, не берите в голову.
Нань Молю продолжал пристально смотреть на него, и его взгляд был нечитаем.
— Учитель, неужели... вы сами не одобряете любовь между мужчинами? — Цяо Юэ вдруг почувствовал, как сердце сжалось от тоски.
— Нет, — Нань Молю покачал головой. — Все человеческие чувства равноправны. Любовь — это чувство, а не вопрос пола.
Цяо Юэ успокоился. Это был его Учитель! Как он мог быть таким предвзятым, как все остальные?
— Совершенно верно, я того же мнения!
Неизвестно почему, от этого одобрения Нань Молю настроение Цяо Юэ взлетело до небес.
В резиденции Нань А-Ли уже привык к частым визитам Цяо Юэ. Он подал чай и сладости в беседку и удалился.
В белой чашке в прозрачной воде плавали золотистые лепестки османтуса, распространяя сладкий аромат. Цяо Юэ отпил глоток — сладко, но не приторно, очень освежающе.
— Вкусно! — похвалил он.
Нань Молю тоже отпил чаю и поставил чашку:
— А-Ли вставал на рассвете каждый день, чтобы собрать лепестки, пока на них еще была утренняя роса, высушил их и настоял на меду.
Узнав, что чай — дело рук А-Ли, Цяо Юэ проникся к нему еще большим уважением.
— Если хочешь, я попрошу А-Ли дать тебе баночку этого меда с собой, и он научит тебя, как заваривать такой чай, — в уголках губ Нань Молю появилась улыбка.
— С радостью! — Цяо Юэ подумал, что было бы неплохо одолжить А-Ли поместью князя Цяо, чтобы тот научил Цзысюань мастерству заваривания чая.
Пока он строил планы, Нань Молю видел его довольную мордочку и лишь усмехнулся:
— Техника А-Ли — лучшая. Как-нибудь я отправлю его к тебе, чтобы он обучил твоих слуг, хорошо?
Цяо Юэ был поражен — Нань Молю будто читал его мысли!
— Учитель, вы прямо как червячок в моем животе, всё знаете! — воскликнул он.
— Ты хочешь сказать, что твой Учитель — всего лишь червь? — с легкой иронией переспросил Нань Молю.
— Нет-нет! Я хотел сказать, что вы обладаете божественной прозорливостью!
Нань Молю принял этот комплимент с невозмутимым видом.
После обеда Цяо Юэ разморило. Нань Молю взглянул на небо:
— Сегодня прохладно, иди отдохни в комнате.
— Учитель, а вы не хотите отдохнуть? — Цяо Юэ было неловко занимать его спальню.
— Я не устал.
Нань Молю повел его в свою спальню — ту самую, в которую Цяо Юэ когда-то прокрадывался по приказу принца.
— Отдыхай, а я посижу здесь, почитаю, — Нань Молю сел за стол с книгой.
— Спасибо, Учитель.
Цяо Юэ сам не понял, когда стал таким неженкой, что ему нужно присутствие другого человека, чтобы уснуть. Но как только голова коснулась подушки, он провалился в сон.
А человек за круглым столом, держа в руках книгу, почти не смотрел в нее, не отрывая взгляда от спящего.
Цяо Юэ было невыносимо жарко. Он ворочался, бессознательно пытаясь расстегнуть одежду. Ему снилось, что кто-то навалился на него сверху — крепкое тело, низкое, хриплое дыхание, шепот у самого уха: А-Юэ... Этот голос жег его изнутри.
— М-м... — Цяо Юэ заворочался. Нань Молю, заметив неладное, подошел к кровати. Цяо Юэ лежал с закрытыми глазами, его лицо пылало, на лбу выступил пот, воротник был распахнут.
— Юэ-эр, Юэ-эр... — Нань Молю склонился над ним, нахмурившись, и похлопал по щекам.
Цяо Юэ резко открыл глаза. Тот же низкий голос, только интонация другая... Это был Нань Молю? Он не мог быть уверен.
— Что с тобой? — большая рука Нань Молю легла на лоб Цяо Юэ. Пот был, но жара почти нет.
— Ничего... — Цяо Юэ покраснел. Он был слишком смущен, чтобы признаться, что видел сон, похожий на эротический, с участием Учителя. — Наверное, просто жарковато.
Нань Молю не стал допытываться:
— Я прикажу приготовить тебе отвар из сливы.
— ...Спасибо, Учитель.
Вспомнив, что он только что сделал Нань Молю объектом своих грязных фантазий, Цяо Юэ проклинал себя за низость.
***
Вечером старик Ван отвез Цяо Юэ обратно в поместье Цяо.
— Старик Ван, спасибо вам, — улыбнулся Цяо Юэ.
— Что вы, маленький ван, не стоит благодарности.
Едва он вернулся в свой павильон, как его встретила взволнованная Цзысюань:
— Маленький ван, наконец-то! Сегодня князь устроил семейный ужин, присылали за вами, а вас все не было.
— А? — в поместье Цяо каждый обычно ел отдельно, так как князь был вечно занят, и Цяо Юэ это вполне устраивало.
— Ладно, неважно, идемте скорее! — Цзысюань забрала у него баночку, поставила на стол и потянула его за собой.
В главном зале уже собрались все: князь Цяо, княгиня, госпожа Тао и Цяо Жань.
Госпожа Тао, увидев Цяо Юэ, громко вздохнула:
— Эх, Юэ-эр, какой ты неторопливый. Весь дом ждал, пока ты соизволишь прийти. То ли дело наш Цяо Жань — сразу после службы в академии поспешил домой.
Цяо Юэ промолчал и поклонился родителям. Князь Цяо сидел с мрачным лицом — ожидание явно не пошло ему на пользу.
Княгиня мягко пригласила Цяо Юэ за стол:
— Юэ-эр, ты сегодня был у Великого Учителя? Люйху сказала, что тебя привезла карета из его резиденции.
— Да, — Цяо Юэ быстро нашелся: — Учитель пригласил меня на лекцию, я так увлекся, что потерял счет времени. Прошу прощения, отец.
Узнав, что сын был у Нань Молю, лицо князя смягчилось:
— Раз уж ты у него учишься, не упускай возможности, учись прилежно.
— Слушаюсь, отец.
Только собрались начать трапезу, как Цяо Жань встал и поклонился князю:
— Сегодня мой первый день службы в Академии Хаолинь. Благодарю матушку и княгиню за этот ужин. Пользуясь случаем, я хотел бы кое-что сказать.
Госпожа Тао удивленно опустила палочки.
— Теперь я могу сам зарабатывать на жизнь. Я благодарен поместью князя Цяо за все, чего достиг. Но я хочу пробивать свой путь самостоятельно. Поэтому я хотел бы съехать из поместья. Прошу отца и княгиню дать на это разрешение.
— Что? Жань-эр, ты хочешь съехать? — Госпожа Тао от изумления уронила палочки на фарфоровую чашку. — Этого нельзя допустить! Князь... — она обернулась к мужу.
Князь Цяо тоже был ошеломлен. В поместье у них была роскошная жизнь, а вне его, даже с титулом сына князя, условия могли быть куда хуже.
— Ты хочешь проявить себя, я не против. Но зачем для этого съезжать?
http://bllate.org/book/18588/1790374
Готово:
