Линь Цзяньи пришел в ресторан хого поздно вечером. На его лице не дрогнул ни единый мускул, он выглядел подчеркнуто спокойным, однако, проходя мимо Хавы, он хлопнул его по плечу с такой силой, что это выглядело пугающе.
— Поел? — Е Син, совершенно не заметившая напряжения между ними, естественно поинтересовалась, как только Линь Цзяньи сел рядом.
— Поел, — Линь Цзяньи улыбнулся и взъерошил ей волосы, а затем перевел взгляд на ледяную колу у нее под рукой. — На улице такой холод, зачем ты пьешь что-то настолько ледяное?
Е Син послушно улыбнулась, но ничего не ответила.
— Привет! — Линь Цзяньи не стал настаивать и поздоровался с сидящим напротив Сун Лэ.
Сун Лэ, смутившись, тихо ответил:
— Привет.
— Почему пришел и не сказал мне? — Линь Цзяньи перевел взгляд на Хаву, его тон звучал непринужденно.
Но Хава все равно уловил в нем недовольство. Они были старыми соперниками, дебютировали в одно время, постоянно сталкивались лбами, и Хава считал, что знает Линь Цзяньи лучше многих.
— Решил развеяться. Сам понимаешь, проиграл тебе, меня там знатно отчитали, — Хава пожал плечами и невзначай бросил взгляд на Е Син. — Вот, пришел искать утешения.
Линь Цзяньи нахмурился, явно считав подтекст в словах Хавы.
— Не ожидал, что за те годы, что ты провел вдали, ты стал таким ранимым, — Линь Цзяньи постучал пальцами по столу. — В таком случае, ближайшие пару дней я помогу тебе как следует развеяться.
Хава всем видом показывал, что ему это совсем не нужно, но под любопытным взглядом Е Син стиснул зубы и выдавил:
— Ну, раз так, буду очень признателен.
Линь Цзяньи был человеком слова. На следующий день он действительно сопровождал Хаву с утра до вечера. Сам Линь Цзяньи считал это дружеским визитом, а вот Хава чувствовал себя под надзором.
На третий день Хава не выдержал, купил билет на самолет и собрался домой. Узнав об этом решении, Линь Цзяньи расплылся в такой широкой улыбке, что глаз не было видно. Он даже вызвался лично отвезти его в аэропорт и подождать вместе в кафе до начала посадки.
— В следующий раз, как соберешься приехать, просто дай знать. Я обязательно приму тебя как следует, — Линь Цзяньи просматривал меню, то и дело поглядывая на Хаву.
Хава скривил губы, яростно и быстро тыкая пальцем в планшет для заказа.
*Ешь побольше, разорю тебя!*
Линь Цзяньи внимательно изучил меню, заказал по две порции каждого фирменного десерта, попросил упаковать их с собой, а когда Хава закончил с заказом, оплатил всё за двоих.
— Кстати, если Син-Син сказала что-то, что тебя задело, не злись. У нее характер как у ребенка, — Линь Цзяньи откинулся на спинку стула, потягивая кофе. Выглядело это весьма достойно, но Хава, слушая его, чувствовал лишь раздражение.
Эти слова были неприкрытым намеком: мы с Е Син — одна семья, а ты, Хава, в любом случае здесь чужой.
— Мы с ней... в очень хороших отношениях, я не злюсь, — Хава отпил сок, а затем с силой вонзил ложку в многослойный торт и принялся с остервенением его жевать.
— Правда? А мне Син-Син об этом не говорила, — Линь Цзяньи наигранно удивился, даже чересчур театрально. — Ты же знаешь, этот ребенок мне всё рассказывает.
Хава, глядя на его притворное удивление, за которым скрывалось торжество, хотел сказать лишь одно.
*Чертовщина!*
— Она не твой ребенок, — Хава доел торт, допил сок и с грохотом поставил стакан на стол. — Она — отдельная личность, тебе нужно ослабить хватку.
Линь Цзяньи помрачнел и промолчал.
— Ты ее любишь? — Хава склонил голову набок.
— Хава, — Линь Цзяньи не ответил прямо, а посмотрел на собеседника серьезным взглядом. — Значит, это ты любишь Син-Син, так?
— Нет, что за бред? Как такое возможно? — Хава в панике замахал руками. — Ты несешь чепуху.
— Правда? Ну и хорошо, — Линь Цзяньи усмехнулся. — Син-Син еще мала, не стоит питать к ней лишних надежд.
Хава наконец понял: Линь Цзяньи пришел сюда, чтобы предупредить его.
— Вместо того чтобы беспокоиться об этом, лучше бы помог ей исправить дурные привычки в игре, — Хава презрительно хмыкнул. — Она слишком жадная и нетерпеливая. Если встретит кого-то хитрого, проиграет в пух и прах.
— Ты тоже заметил? — Линь Цзяньи был немного удивлен, но тут же подумал: Хава сильный игрок, он часто встречался с Е Син в ранговых матчах, неудивительно, что он это подметил. — У каждого свой стиль игры, разве так легко его изменить? Ты ведь сам раньше так плохо стоял на линии, и тебе потребовалось два года, чтобы это исправить.
Е Син обладала выдающимся игровым чутьем и мастерством, среди нового поколения не было никого талантливее нее. Линь Цзяньи не сомневался, что в скором будущем она станет лицом позиции АДК в LPL. Но сейчас у нее были недостатки: она была слишком жадной и нервничала в затяжных ситуациях. Она знала, что не должна делать тот лишний удар, но не могла удержаться. Знала, что не стоит гнаться за врагом, но, видя перед собой цель с малым количеством здоровья, не могла не нажать «скачок». Подобное поведение выглядело как глупое самоубийство.
От LDL до Кубка Демасии она выступала отлично, но только потому, что не встречала сильных дуэтов на линии. За счет чистого мастерства ей удавалось подавлять противников, и недостатки не бросались в глаза. Но долго так продолжаться не могло. Он перепробовал много способов, но результат был невелик. В конце концов, в лиге было слишком мало дуэтов, способных навязать Е Син реальную борьбу. Она проигрывала ему, но в LDL продолжала всех крушить, так что ей не приходилось задумываться о своих ошибках — никто не мог их подсветить.
Хава больше ничего не сказал и лишь пожал плечами. Верно, если бы недостатки было так легко исправить, его бы не травили в сети так, что он хотел уйти из киберспорта.
— Пойду, пора на посадку, — услышав объявление, он встал, взял чемодан и, махнув Линь Цзяньи рукой, ушел.
Линь Цзяньи забрал упакованные сладости: одну порцию отвез в клуб TX, а вторую привез домой. Его мама была очень недовольна тем, что он вчера отсутствовал весь день, но, к счастью, Су Вэньжань умела находить подход к людям, поэтому десерты стали хорошим подношением в качестве извинения.
Следующие несколько дней Е Син не покидала клуб, каждый день проводила с Сун Лэ, играя в игры и перекусывая. После выходных начались съемки промо-ролика весеннего сезона и тренировочные матчи. Через неделю им предстояло играть против JST. Чем ближе становилась дата, тем сильнее нервничала Е Син. Она никогда не думала, что станет соперницей Линь Цзяньи, и только когда до матча оставалось совсем немного, до нее по-настоящему дошло, что она действительно ушла из JST.
Первый день после каникул был полностью посвящен тренировочным матчам против команд ZL, LYM и FHT. Итоги были смешанными. Кун Шань чесал затылок: было очевидно, что все уже придумали тактику против их стратегии защиты верхней линии. Команды с сильным топом просто изматывали Фэн Чжэ, а лесник «прописывался» на нижней линии, не давая Сяо Шэню ставить обзор для Фэн Чжэ. Команды с сильным мидом просто давили линию Ши Тоу и уходили в роум. Команды с сильными дуэтами на нижней линии держали лесника рядом, чтобы обеспечить равенство сил. С какой стороны ни посмотри, им нужно было менять подход.
На второй день тренировочных матчей не было, и он мог спокойно обдумать тактику, так как команда FZ отправилась в штаб-квартиру лиги на съемки промо-ролика сезона, а также на съемки рекламы новой продукции компании «Сладости». Изначально лига хотела, чтобы на съемках была Е Син, но Чэнь Дун решительно отказал. Ядром их команды был Фэн Чжэ, и если бы они самовольно заменили его на Е Син, это могло бы привести к обратному эффекту: зрители решили бы, что лигу «проталкивают» Е Син, что вызвало бы у них лишь ненависть к ней. К тому же у Фэн Чжэ была своя гордость, и Чэнь Дун боялся задеть его чувства.
Но остальные четверо тоже не сидели без дела: они должны были сниматься в рекламных плакатах новой продукции «Сладостей». Свои люди — это и выгодно, и дешево. По плану сначала четверо снимались по отдельности, а в три часа дня, когда Фэн Чжэ приедет из лиги, должны были снимать всю команду из пяти человек. Каждому достался новый продукт сезона. Е Син получила клубничное пирожное — вкусное, но от него быстро начинало тошнить. Е Син ела его и, думая о гонораре, подавляла желание ругаться, послушно выполняя требования режиссера.
Все четверо уже начали икать от количества съеденного, особенно Биг Босс, у которого от личи-желе с тофу уже из носа потекло, прежде чем съемки наконец закончились. Но Фэн Чжэ еще не приехал, а вот настоящие амбассадоры уже были здесь. У медиа-компании «Сладости» было две главные звезды: топовый айдол Нань Юй и популярная актриса Ци Юань, прославившаяся после шоу на выживание. Как только Ши Тоу, Биг Босс и Сяо Шэнь узнали, что приехала Ци Юань, они были активнее всех и уже попросили Ники отвести их в ее гримерку за автографами и фото.
Е Син была совершенно равнодушна к звездам. Она считала, что лучше потратить это время на прогулку, чтобы еда улеглась — ей казалось, что пирожные уже подступают к горлу. Она ходила кругами вокруг гримерки, пока кто-то не открыл дверь. Человек увидел ее, нахмурился и остановился.
— Ой, ошибся дверью, — пришедший был высоким и худым. Е Син отметила, что макияж на его лице был довольно плотным. Хотя он сказал, что ошибся, тон его голоса говорил о том, что он как раз нашел то, что искал.
— Ну так закрой дверь, дует, — Е Син махнула рукой, призывая его уйти и заодно захлопнуть дверь.
Ее безразличное отношение заставило вошедшего расширить глаза, и он шагнул внутрь.
— Я тебя знаю, — человек внимательно посмотрел на Е Син. — Стар? Ты меня не узнаешь?
— А должна? — Е Син была сыта и утомлена, у нее не было никакого желания поддерживать беседу, поэтому лицо ее было мрачным.
— Я — Нань Юй, — он похлопал себя по груди. — Я довольно известный!
Е Син неловко улыбнулась. Она действительно его не знала, но прямо сказать об этом было неудобно, поэтому она вежливо поправилась:
— А, знаю, очень известный.
— Тогда какие мои сериалы ты смотрела? Какие песни слушала? — Нань Юй, похоже, был лишен такта. Другой человек на его месте просто бы промолчал, но он продолжал допытываться.
Е Син глубоко вздохнула, чувствуя, что этот парень — редкостный зануда.
— Не смотрела, не знаю. Ты можешь идти? — Е Син закатила глаза, решив больше не притворяться.
— Как ты можешь так быстро менять отношение? — Нань Юй пожал плечами и сел на стул. — А я вот тебя знаю. Я тоже играю в «Лигу Легенд», мастер игры за Ренгара. Но я узнал тебя не по игре. Когда я узнал о тебе, тебя уже звали Е Син, — Нань Юй со спокойным видом наблюдал, как меняется лицо Е Син. — Моя сестра раньше занималась балетом и даже выступала перед твоей мамой. Но твоя мама сказала, что у сестры нет таланта, и не взяла ее. Тогда все, кто учился балету, завидовали тебе. Твоя мама была примой, у тебя был талант, и даже фигура, казалось, была создана для балета. Твоя техника превосходила сверстников. Моя сестра мечтала стать тобой, поэтому, когда ты внезапно бросила танцы, наша семья была в шоке. А потом оказалось, что ты ушла в киберспорт. О чем ты думала? — Нань Юй выразил разочарование. — Мозгов совсем нет?
Е Син слушала его, постепенно успокаиваясь.
— Закончил? — Е Син развела руками.
— Да! — Ее реакция поставила Нань Юя в тупик.
— Ты ошибся человеком. Имя Е Син встречается на каждом шагу.
Нань Юй посмотрел на нее так, будто она сказала какую-то глупость.
— Ты держишь меня за идиота?
— Не умею танцевать балет, обычное лицо, обычное имя, — Е Син небрежно пожала плечами. — Я не понимаю, о чем ты говоришь.
Ее невозмутимый вид, как у «мертвой свиньи, которой не страшен кипяток», рассмешил Нань Юя. Но его прервал телефонный звонок.
— Увидимся, — сказал он и вышел, толкнув дверь.
Он ушел, а Е Син продолжила наматывать круги, совершенно не приняв его слова близко к сердцу.
Фэн Чжэ приехал только к шести часам вечера. Не успев поужинать, он принялся за яичные тарталетки, и Е Син смотрела на это с тяжестью в собственном желудке. К счастью, в ближайшие дни не было никаких съемок. В клубе понимали, что важнее, и первый матч весеннего сезона — JST против TX — уже вызвал огромный ажиотаж. Поэтому они, конечно, не смели относиться к нему без должного внимания. Кун Шань намеренно сместил акцент лесника на мид и бот, так как и мид, и бот у JST были очень сильны.
В мгновение ока настал день игры. Когда команда TX вышла из автобуса в розовой форме и с шоколадными плюшевыми рюкзаками за спиной, фанаты, стоявшие в очереди на вход, были в шоке.
— Ого, эта форма... у меня сейчас глаза вытекут.
— Жесть, почему они несут за спиной кучу дерьма?
Кун Шань, шедший последним, услышал эти слова, споткнулся и поднял голову, посмотрев на своих товарищей, облаченных в розовое с ног до головы, и на рюкзаки, которые зрители сравнили с экскрементами. Эти рюкзаки были разработаны отделом дизайна «Сладостей» в тон их новому шоколадному десерту. По форме они напоминали шоколадное мороженое в рожке. Пушистые и довольно милые. Но когда внутрь положили мыши и клавиатуры, издалека они действительно стали напоминать... кучу дерьма.
http://bllate.org/book/18702/1807589
Готово:
