Янь Цзицзин оказалась заперта в доме на колесах. Сейчас она, похоже, не могла открыть дверь. Сидя внутри и глядя сквозь окно на окружающую обстановку, она ощутила лишь легкий холодок на сердце.
— Вот место, где она живет, выглядит как-то обшарпанно.
У Лэ Буцюнь возникли и другие мысли: пространство внутри фургона казалось чуть больше, чем нужно. Янь Цзицзин прислонилась к сиденью, ожидая, пока остальные двое спустятся вниз.
Вдруг на мониторе видеонаблюдения появилось несколько фигур. Люди с арматурой и даже ножами в руках, с рюкзаками за спинами — похоже, они вышли на поиски припасов. Красивые глаза Янь Цзицзин блеснули: эти люди приближались к фургону.
— Босс, смотри, впереди машина!
Желтоволосый паренек указал на фургон, привлекая внимание остальных. В конце концов, после модификации фургон стал выглядеть внушительно и грозно, и его появление в старом жилом квартале не могло не означать, что кто-то прибыл.
Главарем был крепкий мужчина, альфа лет сорока, ростом метр восемьдесят пять. За ним следовала группа приспешников, которых он сколотил, чтобы вместе рыскать в поисках еды.
— Кто-то точно приехал, может, в машине есть еда и вода!
Глаза присутствующих загорелись, и они жадно окружили фургон.
Ничего не поделаешь: сейчас все магазины и супермаркеты были разграблены, а в крупных торговых центрах кишмя кишели зомби, туда никто не решался соваться. Добывать пропитание стало трудно, и голод толкал людей на поступки, запрещенные в цивилизованном обществе. А эта компания, очевидно, промышляла подобным не впервые.
— О, в этой машине еще и баба, похоже, омега!
Альфы, вооруженные стальными прутьями, принялись стучать по корпусу машины, разглядев Янь Цзицзин сквозь стекло.
Янь Цзицзин резко очнулась от своих мыслей и настороженно уставилась на людей за окном. Группа с недобрыми лицами, казалось, прикидывала что-то, глядя на её фургон, снаружи раздавался звонкий стук металла о металл.
— Выходи быстро! Мы видим, что ты внутри!
Несколько альф кричали снаружи, обнаружив, что дверь не открывается. Этот внушительный фургон оказался прочнее, чем они думали, — явно был модифицирован.
Янь Цзицзин могла лишь наблюдать через камеру за незваными гостями, про себя радуясь, что дверь не поддается. Она лишь ждала, когда Лэ Буцюнь и Фу Сывэнь спустятся вниз.
Люди снаружи, видя, что докричаться или открыть дверь не удается, просто взялись за стальные прутья, пытаясь разбить лобовое стекло, но пуленепробиваемое стекло не поддавалось.
Сунь Чжисинь смотрел на фургон с нескрываемым вожделением. Он знал, что богатые люди любят машины, любят их тюнинговать, и раз уж этот фургон обладает такой защитой, почему бы его не отобрать?
Сейчас все улицы были забиты брошенными бесхозными машинами, почти все они были разбиты, а обычные авто зачастую не могли защитить от зомби, обладающих пугающей силой. Стоило попасть в толпу мертвецов, как машина превращалась в консервную банку с начинкой, словно приглашая их к обеду.
— Ладно, не будьте такими грубыми, вы же пугаете человека внутри.
Сунь Чжисинь остановил своих людей, предположив, что внутри наверняка не одна она, а остальные спутники могли уйти поблизости на поиски еды. Достаточно просто подождать здесь. Если людей окажется немного, он не погнушается применить силу. При этой мысли в его глазах блеснул холодный свет.
— Как скажете, босс Сунь!
Желтоволосый и остальные опустили руки. Семь-восемь человек окружили фургон, решив ждать добычу, как охотники, подстерегающие зайца.
Лэ Буцюнь и Фу Сывэнь только спустились вниз, как увидели, что их фургон окружен. Переглянувшись, они взялись за свое оружие.
— Моя машина такая красивая, я разрешаю вам сделать фото на память, а после можете уходить, — Лэ Буцюнь, держа в руках Иньсюэ, произнесла это с непринужденным видом. Фу Сывэнь за спиной выпрямился, не желая уступать девятерым противникам в решимости.
Сунь Чжисинь, глядя на вышедших, усмехнулся: женщина-альфа и мужчина-бета не представляли для него угрозы.
— Машина у тебя действительно неплохая, но теперь она моя.
Толпа приспешников за его спиной поддержала главаря криками, словно победа была уже у них в кармане. Еще пару дней назад все было иначе, люди вели себя законопослушно. Столько лет цивилизации, страх перед законом и остатки морали. Люди надеялись, что полиция выйдет на улицы, армия вернется в город, разгонит этих монстров, и порядок вернется в норму.
К сожалению, за столько дней не было никаких новостей от правительства. Грабежи, разбои, борьба за еду и похоть, казалось, выпустили на волю демонов в сердцах людей. Исчез страх — и все стало дозволено.
Поэтому, увидев, что Лэ Буцюнь и её спутник в меньшинстве, Сунь Чжисинь и его банда возжелали присвоить фургон себе — не в первый раз они проворачивали такие дела.
— А если я не соглашусь? — Лэ Буцюнь по-прежнему говорила легко, но в глубине её глаз затаилась холодная ярость.
— Ха-ха, нас тут девять человек. По-хорошему отдавай ключи от машины и ваши сумки, и мы отпустим вас целыми и невредимыми. Если нет — не вините наши железные прутья в том, что они не разбирают, куда бьют, — закричал желтоволосый парень. Двое слабаков действительно не выглядели угрожающе, если не считать длинного ножа.
Лэ Буцюнь узнала этого парня — он был тем самым, кто насмехался над ней в тот день. Она мельком взглянула на фургон: скорее всего, они не смогли открыть дверь, и это хорошо, Янь Цзицзин внутри ничего не угрожает.
— Ты боишься драться? — спросила Лэ Буцюнь у Фу Сывэня.
— Если я боюсь зомби, мутировавших зверей, так еще и людей, то мне пора в гроб! Неужели они посмеют убить нас? — лицо Фу Сывэня, до этого напряженное, стало твердым. Даже у глиняного божка есть предел терпения!
Лэ Буцюнь промолчала. Убийство — это лишь вопрос времени. Она доверилась Иньсюэ — так она назвала свой танский меч, — чтобы та внушала страх врагам и напоминала ей самой о цели.
Направив лезвие на толпу, Лэ Буцюнь перевела взгляд на Сунь Чжисиня. Высокий альфа был их вожаком.
В руках у Сунь Чжисиня был единственный в группе меч, похожий на те, что показывают в сериалах. Обух был довольно толстым, выглядел грубее, чем её танский меч. Он сразу приметил Иньсюэ в руках Лэ Буцюнь.
Однако он не стал бросаться в бой в одиночку, а приказал восьмерым подручным окружить Лэ Буцюнь. Фу Сывэня, разумеется, проигнорировали.
Раздался звон металла, рукоять меча стала теплой, словно жаждала крови. Лэ Буцюнь с дьявольской усмешкой бросилась в самую гущу врагов.
Первый бандит замахнулся стальным прутом, но его высокая стойка лишь вызвала у Лэ Буцюнь презрение. Она взмахнула мечом, и мощный удар выбил прут из рук — тот с лязгом упал на землю. Не успел бандит осознать, что его рука онемела, как получил удар ногой в живот и, отлетев назад, с грохотом приземлился на пятую точку.
— В атаку! — глаза Сунь Чжисиня сузились. Он недооценил эту женщину-альфу!
Но в глазах Лэ Буцюнь, владевшей искусством боя на мечах, все они были лишь никчемными слабаками. Её усиленное тело почти достигло предела человеческих возможностей, и она была уверена, что справится даже с лучшими атлетами мира.
Лезвие меча легко проходило по рукам противников, оставляя тонкие алые линии, а затем следовал тяжелый удар обухом, выбивающий суставы. Стальные прутья падали на землю, а люди вокруг выли, хватаясь за руки.
Лэ Буцюнь стояла перед Сунь Чжисинем без единой царапины, спокойная и сосредоточенная. Лезвие её меча оставалось чистым, серебристо-белым, слепящим глаза.
— Ты! — Сунь Чжисинь сначала был поражен, но быстро взял себя в руки. Его приспешники оказались ни на что не годны — в мирное время могли лишь пугать других своей численностью, а в настоящем бою оказались пшиком.
Эта женщина-альфа явно обучалась фехтованию, причем весьма странному. Сам он тоже занимался в школе боевых искусств, но до конца света считал это лишь способом укрепить здоровье. Теперь же эти навыки пригодились для убийства, вот почему он сразу положил глаз на её меч.
Решив действовать первым, Сунь Чжисинь поднял свой меч, его взгляд и лезвие были направлены прямо на Лэ Буцюнь. В нем чувствовалась уверенность — он разительно отличался от своих подчиненных. В глазах Лэ Буцюнь мелькнуло удивление, но она тут же приняла стойку, заблокировав атаку.
Вот это уже дело! Раз уж ей попался тот, кто тоже умеет владеть мечом, почему бы не попрактиковаться? Как раз испытает новые приемы.
Сунь Чжисинь не собирался отступать и нанес еще один мощный удар, рассекая воздух. Начальный прием — Падающая звезда. Лэ Буцюнь не стала уклоняться, она подалась вперед, используя инерцию, и её клинок столкнулся с вражеским.
Вспыхнули яркие искры. Два меча скрестились: длинный против тяжелого, кровавая жестокость против грубой силы. Оба отступили: Сунь Чжисинь отлетел на два метра, едва удержавшись на ногах, Лэ Буцюнь сделала лишь несколько шагов назад.
Еще раз! В обоих вспыхнул азарт, и они снова сцепились в схватке.
Сунь Чжисинь опирался на десятилетний опыт занятий боевыми искусствами, его техника была зрелой и талантливой — это не были просто красивые движения для камер. После апокалипсиса его мастерство будто вышло на новый уровень, словно он пробил невидимый барьер. Он умел обращаться с мечом, именно поэтому ему удалось подчинить себе банду, да и зомби на его счету было немало.
Если не считать Лэ Буцюнь, получившую систему, он был настоящим бойцом.
Лэ Буцюнь же практиковалась всего несколько дней. Хотя у неё были сила и бонусы от системы, против мастера она шла вровень. Противник — мужчина-альфа, и в силе он почти не уступал ей.
Они сражались на равных. Приспешники, наблюдая за этим, были в шоке — они поняли, что наткнулись на стальную стену. Их босс мог гоняться за зомби с мечом в руках, и эта женщина была не менее опасна.
Фу Сывэнь, сжимая бейсбольную биту, подошел к побитым бандитам и начал раздавать тумаки — он не собирался их щадить. Раз уж Лэ Буцюнь взяла удар на себя, он заставит их вернуть всё, что они успели натворить!
Янь Цзицзин прижалась лицом к стеклу, наблюдая за происходящим. Она нервничала, но ничего не могла поделать — дверь не слушалась, как бы она ни пыталась её открыть. Должно быть, это Лэ Буцюнь постаралась.
— Перестаньте, мы ошиблись! — вопили бандиты, обхватив головы руками. Этот человек был бесстыдным — пока их босс был занят, он решил поживиться за их счет! Почему их руки не слушаются, словно вывихнутые?
Фу Сывэнь жестоко расправился с мелкими бандитами, особенно с тем желтоволосым — его наглый вид сразу не внушал доверия.
Ха!
Сунь Чжисинь с каждым ударом все больше поражался: у этой женщины словно не кончались силы, а её удары были такими хитрыми и непредсказуемыми, что защититься было почти невозможно.
Его собственный меч все хуже слушался, ладонь онемела от вибраций, а в голове начали возникать пугающие видения гор трупов и кровавых рек, от которых подступала тошнота.
В его сердце зародилось желание отступить. Если продолжать в том же духе, его меч вот-вот сломается.
Лэ Буцюнь порхала, её клинок сверкал, не оставляя на себе ни капли крови, но оставаясь невероятно острым. Никто бы не подумал, что это демонический меч, жаждущий крови. Теоретические знания уступали место практике, и она входила во вкус, не в силах остановиться.
Падающая звезда — прием, который она изучила, — позволял совершать резкий рывок с необычной траекторией, а углы атаки были столь изощренными, что казалось, будто перед глазами врага возникает иллюзия, заставляющая его терять бдительность и впадать в оцепенение.
Заметив, что Сунь Чжисинь хочет отступить, она поняла, что это лучший момент для решающей атаки. Рукоять меча вращалась в её пальцах, перескакивая с ладони на тыльную сторону кисти — скорость была невероятной, а углы атаки — невозможными!
Что это?!
Сунь Чжисинь видел лишь переплетение теней от клинка. Смертоносная гадюка скрывалась в этой тени, готовая нанести решающий удар!
Не успел он и слова сказать, как Лэ Буцюнь прыгнула вперед, обрушиваясь сверху. Ослепительный свет меча, подобный падающей звезде, вспыхнул в воздухе, словно фейерверк.
В следующее мгновение накопленная ярость меча взорвалась, словно метеорит, врезавшийся в землю, обрушиваясь на Сунь Чжисиня. Ему не оставалось ничего, кроме как принять удар.
В воздухе раздался звон металла, когда он попытался заблокировать атаку своим мечом, надеясь, что толстый обух выдержит.
Раздался пронзительный скрежет. Жар от клинка передался на рукоять и ладонь, а от сильного удара возникла невыносимая температура.
Более того, правая рука Сунь Чжисиня задрожала, а тяжелая аура смерти, казалось, сдавила ему горло, не давая дышать.
С сухим треском меч Сунь Чжисиня покрылся трещинами и разломился пополам, упав на землю.
Сунь Чжисинь, не выдержав чудовищной силы, отлетел назад и рухнул на колени. По лбу потекла теплая струйка — он коснулся её левой рукой и увидел ярко-алую кровь, хотя боли не чувствовал.
Подняв голову, он увидел Лэ Буцюнь, которая стояла с мечом в руках, глядя на него с полуулыбкой. Её танский меч был цел и невредим, на нем не было ни капли крови, словно это не он источал запах кровавого моря.
— Я проиграл! — опустив голову, глухо произнес Сунь Чжисинь. Мастерство оказалось выше.
http://bllate.org/book/18718/1809161
Готово:
