— А? — Юнь Жэнь, обычно отличавшийся спокойствием и рассудительностью, не сдержал удивленного возгласа. Проводив взглядом удаляющуюся пару, он пораженно добавил: — Это была девочка?
Ли Чуань, стоявший рядом, ничуть не удивился. По его лицу было видно, что этот факт он знал уже давно.
— Ох, — старик погладил бороду и с полной уверенностью произнес: — Хоть я уже стар и глаза мои не те, что прежде, но в людях я разбираюсь. Можете не сомневаться, это была девочка.
— Как же вы это определили?
— А как тут не определить? — старик указал на свои глаза. — На то нам и даны очи, чтобы видеть.
— Но она совсем не похожа на девочку… — голос Юнь Жэня звучал неуверенно, он начал сомневаться в собственных суждениях.
— Вы здесь люди пришлые, по одному лишь виду, конечно, не поймете. Нужно смотреть на детали.
Старик снова погладил бороду и не спеша продолжил:
— Когда они с матерью приходили в городок несколько дней назад, я их приметил. Проходя мимо лотков с украшениями, пудрой или одеждой, она то и дело поглядывала на них украдкой. Будь она мальчишкой, ее бы наверняка привлекли продавцы сверчков.
— И это еще не все. Есть деталь поважнее. Знаете, какая?
— …Какая же?
— С тех пор как они здесь объявились, я ни разу не видел, чтобы они заговорили с кем-то первыми. Насколько мне известно, это был первый случай.
— Почему же? — Юнь Жэнь слушал с возрастающим недоумением.
— Ну, — старик усмехнулся с лукавой искоркой в глазах, — если бы я был девчонкой, мне было бы трудно удержаться от желания заговорить с таким статным и красивым мужчиной.
— Это…
Юнь Жэнь перевел взгляд на Ли Чуаня. Пусть слова старика звучали как шутка, но по отношению к Бессмертному они казались истинной правдой. Что уж говорить о маленькой девочке, если даже он сам и Ин Хуай не могли не поддаться чарам Ли Чуаня, чья утонченная, неземная аура напоминала опустившегося на землю небожителя.
Глядя вслед удаляющимся матери и ребенку, старик вздохнул:
— Не знаю, как в других краях, я всю жизнь прожил в городке Канлэ и никуда не выезжал, но у нас уже пять лет не рождалось ни одного ребенка.
— Пять лет без новорожденных? — Юнь Жэнь был поражен.
За эти годы он повсюду следовал за Ли Чуанем и теперь, призадумавшись, понял: действительно, он уже давно не видел младенцев в пеленках.
— Да. Будь то времена смуты или мира, человек живет ради надежды. Дети — это и есть наша надежда, наше будущее. Многие верующие молят Небеса о милости, но Небеса словно лишили нас всякой надежды.
— По логике, если детей нет, то те, у кого они есть, должны беречь их пуще глаза. Но поди ж ты, семьи все равно распадаются, люди остаются без крова.
При этих словах взгляд Ли Чуаня потемнел, а в глазах промелькнула тень сомнения.
— Кстати, слова той девочки напомнили мне об одном мальчишке с горы Туманного Скрытия, — старик продолжал смотреть вслед уходящим.
— О мальчике? — на этот раз вопрос задал сам Ли Чуань.
Услышав голос Бессмертного, Юнь Жэнь почтительно отступил в сторону.
Старик кивнул:
— Сейчас времена неспокойные, народу живется тяжко, и беды вроде разрушенных семей — дело обычное. Тот ребенок тоже через подобное прошел. Несмотря на юный возраст, он говорил вещи, которые приносили людям утешение. Даже лодочники, послушав его, чувствовали, как на душе становится светлее.
— …Что же он говорил?
Юнь Жэнь взглянул на Ли Чуаня. С того самого дня, как они решили прийти в городок Канлэ, Ли Чуань стал каким-то иным. В глазах окружающих это был лишь обычный вопрос, но Юнь Жэнь, привыкший быть рядом, уловил перемену. В спокойном тоне Ли Чуаня сквозила едва уловимая настойчивость.
— Это было пять лет назад. Неизвестно почему, ребенка прибило волнами к подножию горы Туманного Скрытия, где его подобрала местная вдова. Остров небольшой, развлечений нет, поэтому мальчик часто выходил в море с рыбаками. Если он находил выброшенных на берег морских обитателей — ракушки, морские звезды, — он закапывал их и молился за них.
Лодочники считали это детской забавой и хвалили его за доброту, но однажды мальчик сказал то, чего никто не ожидал. Он произнес… — старик поднял взгляд на Ли Чуаня и улыбнулся: — Все живые существа равны, нет среди них высших и низших, есть лишь разное происхождение. Если относиться ко всем с добротой, то разве останется место для понятий добра и зла?
В тот же миг зрачки Ли Чуаня сузились. В его глазах отразилось нескрываемое смятение, а в ушах зазвучали слова, когда-то сказанные Сюаньмином:
— Меня зовут Сюаньмин, хочешь со мной подружиться?
— Возможно, однажды, узнав, кто я такой, ты сам захочешь меня убить.
— В свое время Небесный Мир уничтожил мою семью и хотел отобрать то, что по праву принадлежало мне. Неужели я должен был позволить им травить меня, отказаться от надежды на жизнь и просто умереть? Ответь мне, Ли Чуань!
— Молчи! Я больше тебе не верю.
…
— Господин, с вами все в порядке?
Заметив смятение в глазах Ли Чуаня, Юнь Жэнь обеспокоенно шагнул вперед.
Старик на мгновение опешил от обращения Юнь Жэня, но быстро отбросил лишние мысли и с тревогой спросил:
— Господин, что с вами?
— Я… я в порядке. Он… говорил еще что-нибудь?
— Больше лодочник мне ничего не рассказывал, только эту историю.
Ли Чуань взял себя в руки и слегка кивнул:
— Благодарю.
Старик смущенно замахал руками:
— О чем вы, господин! Я лишь поделился тем, что знал, это сущая мелочь.
В этот момент у входа в храм показалась группа верующих. Старик поспешно сложил ладони в приветственном жесте:
— Прошу прощения, людей прибавилось, мне пора. Если у вас возникнут еще вопросы, приходите, я здесь почти весь день.
Попрощавшись со стариком, Ли Чуань и Юнь Жэнь вернулись на постоялый двор. Как только дверь закрылась, Юнь Жэнь осторожно спросил:
— Бессмертный Ли Чуань, вы с самого начала знали, что тот ребенок — девочка?
— Да, — коротко ответил Ли Чуань.
Помолчав немного, Юнь Жэнь посмотрел на фигуру Ли Чуаня, застывшую у окна. Собравшись с духом, он решился:
— Можно ли мне… задать вам еще один вопрос?
— Ты хочешь спросить, находится ли на горе Сяньду тот человек, о котором я упоминал в храме?
Уверенный тон Ли Чуаня попал прямо в цель. Юнь Жэнь невольно перевел дыхание, а в его глазах отразился страх:
— Бессмертный, я не пытаюсь выведать ваши тайны, просто мне кажется, что…
— Что тебе кажется? — Ли Чуань обернулся и посмотрел на Юнь Жэня холодным, проницательным взглядом.
Юнь Жэнь опустил глаза, чувствуя себя крайне неловко:
— Я… мне просто кажется, что вы стали совсем другим.
— Вот как? И в чем же это проявляется?
В его равнодушном взгляде читалась отчужденность, словно он отгородился от всего мира. Юнь Жэнь не мог угадать его мыслей и испугался собственной дерзости.
— Это… — Юнь Жэнь мельком взглянул на него и тут же опустил голову, опустившись на колени. — Прошу прощения, Бессмертный Ли Чуань. Я не должен был лезть в ваши дела. Простите мою дерзость.
— Я не сержусь. Просто нахлынули старые воспоминания, которые уже не имеют значения. Что касается горы… — Ли Чуань опустил веки и тихо добавил: — Там действительно есть человек из моего прошлого, но все это в далеком прошлом. Я пришел сюда не ради встречи с ним. Тебе не о чем беспокоиться. Вставай.
— Слушаюсь, — почтительно ответил Юнь Жэнь.
Тук-тук-тук!
Не успел он подняться, как в дверь постучали. Юнь Жэнь поклонился Ли Чуаню, подошел к двери и распахнул ее.
Едва дверь отворилась, как крошечная худенькая фигурка пулей влетела в комнату и бросилась прямо в объятия Ли Чуаня. Смешивая радость с волнением, она звонко воскликнула:
— Братик Ли Чуань!
http://bllate.org/book/18809/1829633
Готово:
