Готовый перевод The Beloved of Ten Thousand Women Dies, and the Daughters of Destiny Go Mad / Леди-сердцеедка с адской кармой: Дочери судьбы сходят с ума: Глава 29

Сказав это, Вэнь Дай почти опустила голову и, потянув за собой Ли Шуанжань, словно две резвые рыбки, быстро выскользнула из образованного несколькими женщинами кольца. Медленной трусцой они смешались с танцевальным коллективом, собирающимся за кулисами.

Цзян Сяньюй посмотрела на то, как Вэнь Дай фактически спасалась бегством, фыркнула и покачала головой:

— А шустрая, однако.

Чу Хуа отвела взгляд и, опустив голову, принялась проверять снимки на фотоаппарате, словно всё произошедшее было лишь незначительным эпизодом.

Инь Вэй изящно улыбнулась и тихонько бросила стоявшей рядом Се Шутяо:

— Очень старательная девочка, не правда ли, генеральный директор Се?

Взгляд Се Шутяо неотступно следовал за Вэнь Дай, пока та не скрылась в толпе, и лишь после этого она холодно отвела глаза.

— Не ожидала, что преподаватель Инь тоже знакома с Вэнь Дай.

Произнеся это безэмоциональным тоном, Се Шутяо бросила появившемуся неизвестно откуда помощнику Чэню: «Машина готова?», — после чего повернулась и первой зашагала к выходу.

Её цель была достигнута, оставаться дольше нужды не было.

В это время Вэнь Дай благополучно ускользнула обратно к своим и тяжело выдохнула: от этого у неё устала душа, кажется, даже сильнее, чем от десяти повторений подряд танца «Водная гладь Цзяннаня».

Ли Шуанжань посмотрела на её вид человека, с плеч которого свалился тяжелый груз; в глубине её глаз мелькнуло что-то сложное, но голос остался мягким:

— У нашей младшекурсницы потрясающая способность ладить с людьми.

Вэнь Дай смущенно улыбнулась:

— Старшая сестричка, перестань меня поддразнивать! Сегодня всё получилось исключительно благодаря нашим общим усилиям...

Она ловко перевела тему обратно на коллектив и принялась оживленно обсуждать с партнершами детали только что прошедшего выступления, успешно отвлекая внимание от той щекотливой ситуации.

Автобус, возвращавший их в университет, был наполнен звонким смехом.

Все делились сделанными на память фотографиями и обсуждали яркие моменты сегодняшнего вечера.

Вэнь Дай прислонилась к окну, наблюдая за проплывающими мимо неоновыми огнями и прислушиваясь к возбужденным голосам товарищей по команде. Легкое недавнее напряжение постепенно рассеялось, уступив место огромному чувству удовлетворения от успешного выступления и ощущению принадлежности к коллективу.

Лениво прозвучал голос Куагэ:

— Тьфу, сбежала быстро, а навык балансирования между всеми с каждым днем всё совершеннее, хоста.

— Спасибо.

— Да, кстати, хоста только что забыла выдать сводку, потому что этот показатель враждебности вечно то растет, то падает, и его так трудно оформлять.

— ? Твоя система — и правда сплошной балласт.

— Не смей так отзываться о Системе! Вот текущие данные по их показателям враждебности:

Се Шутяо: 37

Ли Шуанжань: 45

Цзян Сяньюй: 2

Чу Хуа: 17

Инь Вэй: 6

Накопленная общая враждебность: 367

— До цели еще так далеко...

— Ничего страшного, хоста, на крайний случай можешь остаться здесь. В конце концов, тут ведь тоже довольно весело, верно?

— Эх, оно-то так, но я всё равно немного хочу вернуться в реальный мир.

— Почему же, хоста?

— Наверное, из-за... навязчивой идеи? Мне всегда казалось, что я словно щепка на волнах, скитаюсь повсюду. И вот я с таким трудом нашла жизненный идеал, но всё пошло прахом из-за какого-то холодильника... Ладно, будь что будет. Само мое столкновение с Системой — уже та еще головная боль, я не хочу погружаться в нигилизм.

— Опять длинные и сложные предложения. Хоста, ты хороший человек, а эта Система — открытая система! Пока хоста не нарушает базовую логику Системы, какое бы решение ты ни приняла, я поддержу!

— Хорошая Системка, народная Системка!

…

В глухую полночь пятницы царило абсолютное безмолвие, и лишь мягкий свет экрана компьютера освещал уставшее лицо Вэнь Дай.

Из последних сил цепляясь за остатки бодрости, она передвинула мышь и отыскала в писательском кабинете долгожданную кнопку — Подтвердить вход в пул рекомендаций для новых книг.

«Я работаю журналистом в восьмидесятых» — эта история, в которую она вложила всю душу и которая воплощала ее неосуществленный идеал, наконец-то должна была получить первую порцию трафиковой поддержки от платформы.

Легкий клик пальцем.

— Готово... — она шумно выдохнула, будто завершила какой-то важный ритуал.

Непреодолимая волна сонливости мгновенно накрыла ее с головой. Она будто переплыла из-за письменного стола прямо в кровать, и стоило ее голове коснуться подушки, как сознание тут же погрузилось в сладкий сон — у нее даже не осталось сил помечтать о том, как изменится посещаемость благодаря рекомендациям.

Она и не подозревала, что в ту самую секунду, когда она провалилась в сон, алгоритмы платформы уже тихо пришли в движение.

Предположительно, фантазии перед тем, как загнуться от переутомления за написанием текста на девяноста девятой главе.

Произведение Вэнь Дай на основе тематических тегов и первоначальных данных было точно сопоставлено с такими каналами интересов, как «историческая проза» и «профессиональный рост», и отправлено в ленты еще большему количеству потенциальных читателей:

Возможно, оно попало в список «Вам может понравиться» для какого-то полуночного книжного червя, возможно — в подборку «Избранные исторические сюжеты» для недавно зарегистрированных пользователей, а может, это было небольшое перераспределение трафика платформы для контента категории «новая книга + высокий коэффициент дочитывания», которое как раз вовремя затронуло читателей, любящих подобные истории.

В тишине ночи статистика в личном кабинете начала тихонько меняться.

Комментарии +1!

Требования продолжения +18!

Комментарии +2.

Лайки +7!

Сначала изменения происходили медленно и разрозненно, словно изредка пролетающие по ночному небу падающие звезды.

Но по мере того, как алгоритм продолжал подбирать трафик, всё больше целевых читателей заходило на страницу книги, и рост показателей начал учащаться. Особенно это касалось роста коэффициента дочитывания, что, в свою очередь, поднимало рекомендательный вес произведения в каналах.

Утреннее солнце пробилось сквозь щель в шторах и залило комнату, разбудив спящую Вэнь Дай.

Сонно моргая, она по привычке протянула руку и нащупала у подушки телефон.

Разблокировав экран, она увидела целый водопад уведомлений. На иконке писательского приложения, для которого она специально выставила напоминания об особой важности, ярко красовались три кроваво-красных знака 99+.

Сонливость вмиг улетучилась больше чем наполовину!

Она резким движением села на постели, ее сердце отчаянно колотилось. Испытывая неверие и колоссальное предвкушение, она слегка дрожащими пальцами открыла приложение.

Интерфейс сообщений в личном кабинете был буквально забит под завязку: уведомления о требованиях продолжения, напоминания о комментариях и отметках «нравится» всплывали одно за другим!

Для книги, только что попавшей в рекомендательный пул и до этого имевшей лишь пару десятков первоначальных читателей, это был просто невероятный скачок!

Конечно, это не могло сравниться с произведениями-долгожителями, оккупировавшими топы, но для «стартовых показателей» новой книги, впервые получившей поддержку трафиком, это далеко превосходило все ее ожидания.

Огромная радость фейерверком взорвалась у нее в груди, заставив Вэнь Дай зажать рот рукой, чтобы не завизжать от восторга.

Она возбужденно перекатилась на кровати, прижимая к себе одеяло и беззвучно улыбаясь добрые несколько минут, пока наконец не совладала с бурными эмоциями и не принялась изучать комментарии один за другим.

Большая часть отзывов была сугубо положительной:

— Какая свежая тема! В исторических романах редко пишут про журналистов, да еще с таким профессиональным подходом!

— Главная героиня не жеманная, независимая и умная, так и хочется посмотреть, как она добывает новости в восьмидесятые!

— У автора легкий слог, сильная визуализация, сразу погружаешься в ту эпоху!

— Проглотил все восемь новых глав залпом, мало! Требую продолжения!

— Автор, а в следующей главе нельзя ли описать, как героиня впервые едет на интервью и смачно ставит на место зарвавшихся выскочек? Жду не дождусь!

Разумеется, попадались среди них и советы с вопросами, вполне привычные для читателей этой платформы:

— Первые две главы раскачиваются медленно, было бы здорово выйти на линию журналистики пораньше!

— Не могли бы вы побольше писать о бытовых деталях восьмидесятых? Например, о тогдашних улочках, уличной еде — с ними погружение станет еще сильнее!

— Зачем героине обязательно устраиваться в редакцию? В те времена найти стабильную работу куда практичнее (не ради спора, просто любопытно).

Но даже эти комментарии вызывали у Вэнь Дай неизъяснимую радость.

Раз читатели обсуждают сюжет и делятся советами по деталям, значит, ее историю действительно читали вдумчиво и она даже вызывала у них отклик.

Это ощущение связи с незнакомыми людьми через буквы на экране было одновременно волшебным и вдохновляющим.

Она пролистывала отзывы один за другим, и улыбка не сходила с ее губ.

Каждый новый лайк, каждый призыв продолжить историю, каждый вдумчивый комментарий — всё это было словно крошечный кристалл энергии. Сливаясь воедино, они освещали ее путь и придавали ей огромной уверенности.

Оказывается, придуманную ею историю действительно кто-то любит.

Оказывается, тот идеал, который прервала сама реальность, воплотившись в ином виде, все еще способен трогать сердца.

Вэнь Дай смотрела на медленно подрастающее число лайков в личном кабинете и непрекращающиеся уведомления о новых главах, чувствуя прилив небывалых сил.

Она живо соскочила с кровати, умылась, уселась за письменный стол и открыла текстовый файл. Читатели так яростно требуют продолжения, что ей нужно срочно садиться за следующую главу — нельзя заставлять людей ждать слишком долго!

…

Город А, кинотелевизионная медиакомпания Цяньде.

В светлой и просторной комнате отдыха Шэнь У полулежала на диване.

На ней было черное шелковое платье строгого кроя, темные волосы были небрежно собраны на затылке, а несколько выбившихся прядей падали на шею, подчеркивая ее лебединый изгиб.

Кожа отличалась холодноватой белизной, уголки глаз слегка приподнимались, а в их движении читалось природное, завораживающее кокетство. Губы были тронуты яркой помадой, а при улыбке на щеках появлялись крошечные ямочки — этот образ полностью оправдывал имя Шэнь У.

И все же при внимательном взгляде можно было заметить, что в глубине ее похожих на черные жемчужины глаз таился едва уловимый холодок, напоминавший закаленное в мороз лезвие. Он добавлял ее очарованию капельку призрачной опасности, из-за которой приближаться к ней решались не все.

В этот момент она держала планшет, и ее изящные пальцы неторопливо скользили по экрану, даже не прикоснувшись к стоявшей рядом чашке свежезаваренного голубого горного кофе идеальной температуры.

На экране красовался интерфейс приложения Цяньцзы Сяошо.

Обложка книги выглядела довольно просто, даже простовато, резко контрастируя с яркими обложками популярных произведений на платформе, пестрящими броскими персонажами.

Название «Я работаю журналистом в восьмидесятых» было набрано самым обычным шрифтом, а самое главное — в графе читателей стоял ноль, и рейтинг еще не отображался. Очевидно, это была книга, находящаяся лишь на стадии зачатка.

Тем не менее, Шэнь У читала с невероятной сосредоточенностью. Ее обычно ленивые брови постепенно расслабились, кокетство в уголках глаз померкло, сменившись неприкрытым интересом. Время от времени она легко кивала, уголки ее губ изгибались в задумчивой полуулыбке, а холод во взгляде смягчался.

Ее агент, женщина по фамилии Линь, вошла в комнату с расписанием в руках и, застав подопечную в столь отрешенном состоянии, невольно испытала смесь беспомощности и любопытства.

На цыпочках подойдя к журнальному столику, она положила расписание и не удержалась от того, чтобы заглянуть в экран. Потрясенно выдохнув, она произнесла:

— У-У, ты уже два дня только и делаешь, что читаешь этот роман. И что, он правда настолько хорош? По мне так эта книжка... похоже, вообще популярностью не пользуется.

Услышав это, Шэнь У оторвалась от сюжета и подняла голову на Линь.

В контровом свете тень от ее ресниц ложилась на щеки, придавая лицу мягкость, но когда она заговорила, в ее голосе прозвучала привычная уверенность:

— Очень хорошая. Слог крепкий, детали восьмидесятых выписаны с поразительной достоверностью — стоит только открыть книгу, как кажется, будто снова чувствуешь запах цветущей софоры тех лет. А главное, в героине невероятно подкупает стойкость: это упорство в отстаивании своих идеалов посреди бурь эпохи — то самое искреннее чувство, которого сейчас так не хватает во многих сериалах.

Говоря это, она легко постучала пальцем по названию книги на экране, и следующая фраза заставила Линь широко распахнуть глаза:

— Я хочу побороться за роль главной героини в экранизации этого произведения. Сестрица Линь, помоги мне пробить информацию о правообладателях, узнай, можно ли с ними связаться.

— Чего? — Расписание чуть не выпало у Линь из рук. — У-У, ты шутишь? Когда ты в последнее время выбирала сценарии не из числа блокбастеров или предложений от именитых режиссеров? У этой книги даже показатели толком не поднялись, а ты собралась претендовать на главную роль?

Прочитав уже сто глав, она не находила ни единой причины для скуки.

Надо сказать, что Шэнь У, будучи актрисой высшего эшелона, взлетела на вершину с самого дебюта. Все эти годы она играла главных героинь исключительно в хитовых сериалах, обладая невероятно придирчивым вкусом и никогда не берясь за «сомнительные» проекты.

И вот теперь она так прониклась «безымянной» новичковой книгой — Линь просто не могла не изумиться.

Заметив реакцию Линь, Шэнь У слегка улыбнулась, являя миру свои ямочки на щеках, но решимость в глазах скрыть не смогла:

— Цифры — дело временное, а хороший сюжет не сгинет в безмолвие. Подумай сама: ностальгическая тематика по прошлому времени имеет стабильную аудиторию, профессия «женщины-журналиста» привносит свежую струю. Тут тебе и отражение перемен эпохи, и взросление героини — конфликтов и эмоциональных зацепок предостаточно. Если адаптация удастся, это вполне может стать темной лошадкой года.

Шэнь У ненадолго умолкла, ее пальцы поглаживали край планшета, а в тоне прорезались личные нотки:

— К тому же, я давно не встречала персонажей, с которыми ощущала бы такое слияние. Девушка с мягкой внешностью и несгибаемым стержнем внутри... Я хочу ее сыграть.

Глядя на огонек абсолютной уверенности в глазах Шэнь У — тот самый взгляд, что всегда загорался у нее при встрече с отличными ролями, Линь наконец отбросила сомнения и сказала уже серьезно:

— Хорошо, я верю твоему вкусу. Я сама займусь сбором информации об авторе и правах на экранизацию. Для начала выйдем на связь тихо, без лишнего шума.

— Угу, главное — не спугнуть автора. — Шэнь У кивнула, возвращая взгляд к планшету. Открыв самую свежую главу, она тихонько произнесла псевдоним: — Ни луны сегодня... Человек, способный написать такую историю, определенно очень интересен.

Солнечный свет струился сквозь панорамное окно, очерчивая изящный профиль ее лица. В кокетливых бровях и глазах читалось предвкушение новой роли, но та самая едва уловимая опасная нотка никуда не исчезла, словно заявляя:

За эту роль она будет биться до конца.

…

Следующие несколько дней жизнь Вэнь Дай текла по строгому расписанию: днем она вовремя ходила на пары, а по вечерам неизменно садилась за письменный стол и писала роман, позволяя пальцам порхать по клавиатуре и превращать образы из головы в слова.

Восторженные комментарии и призывы читателей продолжать были ее главным топливом, позволявшим с улыбкой переносить бессонные ночи.

Она бережно поддерживала этот хрупкий баланс: с одной стороны, лавировала между Дочерьми удачи, с другой — черпала колоссальное удовлетворение от творчества.

Куагэ время от времени выныркивало с подколками насчет того, что она настоящий трудоголик или мастер балансирования, но в минуты ее усталости молча подбрасывало ей небольшие баффы для ясности ума.

Наконец, семидневный период проверки благополучно завершился.

В четверг днем Вэнь Дай сидела за студенческим столом и с легким волнением обновляла авторский кабинет, проверяя финальную статистику за седьмой день.

Добавили в библиотеку: 1095.

Читают в процессе: 4059.

Новые комментарии: 68.

Коэффициент дочитывания: 30,5%.

Следят за выходом глав: 328.

Общий объем текста: 106 тысяч иероглифов.

Для книги, которая только что преодолела рубеж в 100 тысяч знаков и впервые вышла в рекомендации, такие показатели можно было назвать просто потрясающими!

Особенно впечатляли коэффициенты дочитывания и удержания читателей, а это значило, что впереди ее ждали еще более выгодные места в рекомендательных блоках.

Вэнь Дай глуповато улыбалась, глядя на цифры и планируя следующие сюжетные повороты, как вдруг в центре сообщений ее кабинета всплыло новое личное сообщение.

Отправитель именовал себя «редактором отдела авторских прав».

Она в недоумении кликнула по уведомлению, но содержание прочтенного заставило ее в ту же секунду затаить дыхание, а в голове образовалась абсолютная пустота.

Уважаемый автор Ни луны сегодня, простите за беспокойство. Я редактор отдела авторских прав кинотелевизионной медиакомпании Цяньде из города А. Мы в восторге от вашего произведения «Я работаю журналистом в восьмидесятых».

В связи с этим мы бы хотели предварительно обсудить возможность сотрудничества по приобретению прав на экранизацию. Скажите, есть ли у вас намерения продать эти права? Будем ждать вашего ответа.

Экранизация... права?

Вэнь Дай вперила взгляд в эти слова, перечитав их трижды, прежде чем осмелилась поверить в увиденное.

Ее книга, в которой едва перевалило за сто тысяч знаков и которая только что вышла из испытательного срока?

Ею заинтересовалась кинокомпания, пришедшая договариваться о правах?!

За огромным шоком тотчас последовало острое чувство нереальности происходящего и подозтельность.

Это ведь не мошенники?

Мысль пронеслась в голове первой.

Ей доводилось слышать о множестве случаев, когда авторов охмуряли фирмы-пустышки или обманщики, прикрывающиеся «переговорами о правах».

Сделав глубокий вдох, она заставила себя успокоиться и слегка дрожащими пальцами напечатала ответ:

— Здравствуйте. Большое спасибо за внимание к моему скромному труду. Однако объем моего текста пока мал, а статистика только начала расти. Скажите, вы действительно из компании Цяньде? Не могли бы вы предоставить официальную информацию о регистрации компании или какой-то способ проверки?

Она старалась выражаться максимально вежливо, но осторожно.

Ответ пришел быстро, словно собеседник заранее предвидел ее сомнения:

— Ваша осторожность вполне оправданна. Вот ссылка на официальный сайт нашей компании [ссылка], вы можете проверить наш регистрационный номер в системе запросов регистрации Министерства промышленности и информатизации.

Вот фотография моего рабочего бейджа и домен нашей рабочей почты, вы также можете напрямую позвонить на общий номер нашей компании и попросить перевести вас на отдел авторских прав, чтобы подтвердить мою личность.

[Изображение]

Вэнь Дай тут же принялась проверять всё по предоставленным данным.

Официальный сайт был выполнен безупречно, регистрационные данные сходились, логотип и фотография на бейдже выглядели вполне официально, а почтовый домен неоспоримо принадлежал медиакомпании Цяньде.

Она даже отыскала в сети общий телефонный номер Цяньде — хоть и не решилась звонить по-настоящему, но он полностью совпадал с тем, что она нашла сама.

Все улики указывали на единственный факт — собеседник и впрямь представлял ту самую гигантскую корпорацию Цяньде!

Тут она вспомнила, что стоит детально вбить в поиск информацию о кинотелевизионной медиакомпании Цяньде.

Стоило ей погуглить, как открывшаяся картина заставила ее замереть.

Как и проступало между строк в личном сообщении, Цяньде была не просто гигантом индустрии, а настоящим авианосцем в этой сфере.

Под ее крылом находилось множество актеров первой величины, топовых режиссеров и золотых продюсерских команд, а выпускаемые ими фильмы и сериалы не только раз за разом били рекорды просмотров внутри страны, но и были завсегдатаями международных кинофестивалей.

Ее бэкграунд был непостижимо глубок: ходили слухи, что за спиной компании стоит старинная аристократическая финансовая элита, чьи связи переплетались в сложнейшую сеть, обладающую колоссальной энергией.

Казалось, даже у Се Шутяо имелась доля в этом предприятии.

Вэнь Дай обычно не следила за шоу-бизнесом, но сейчас она впервые прочувствовала всю тяжесть двух простых иероглифов «Цяньде».

Почему такой гигант обратил внимание на книгу какой-то скромной новичковой писательницы?

Огромный испуг и радость сплелись воедино, заставив ее сердце застучатиь молотом.

Сделав несколько глубоких вдохов, она наконец ответила:

— Извините, проверка данных заняла некоторое время. Я подтвердила вашу личность и невероятно польщена вниманием Цяньде.

Только... в моей книге всего 100 тысяч знаков, история еще даже не развернулась как следует. Разве говорить о правах сейчас не слишком рано?

Собеседник ответил незамедлительно:

— Нас привлекает ключевая концепция сюжета, прописанные образы персонажей, а также уже проявившаяся текстура эпохи и эмоциональная сила. Объем знаков — не проблема, для нас важнее потенциал произведения и соответствие потребностям проектов нашей компании.

Мы готовы подписать официальный договор на приобретение прав после завершения вашей истории, а сейчас мы лишь хотим прийти к предварительному соглашению о сотрудничестве.

http://bllate.org/book/18829/1833151