Готовый перевод The Salted Fish Young Master Becomes the Villain's White Moonlight / Бездельник-аристократ в роли первой любви антигероя: Глава 21

Из чайной вышел Юй Лэян, поминутно потирая поясницу:

— Ох, спина моя, спина...

Тан Юй бросил на него быстрый взгляд:

— В таком юном возрасте — и уже такие проблемы? Может, стоит сходить к врачу?

Юй Лэян, цветущий молодой человек, возмутился:

— Ты что, меня оскорбляешь?

Расплатой за «оскорбление» стал обед, который Тан Юй оплатил за свой счет. После полудня, когда Тан Юй вернулся домой, чтобы забрать картину для оформления в багет, Юй Лэян изумленно воскликнул:

— Ты уже закончил?

Тан Юй невозмутимо ответил:

— Мне нужны деньги.

Юй Лэян не поверил: только что они пообедали на две с лишним тысячи, и Тан Юй расплатился картой, даже не моргнув глазом — разве так выглядит человек, нуждающийся в деньгах?

— Ну покажи хоть одним глазком, — попросил Юй Лэян, снедаемый любопытством.

Если бы сегодня в «Таньфэнлоу» тот очкарик не выставил свою картину, Тан Юй, возможно, и показал бы. Но на этой работе стояла точно такая же подпись, как и на той, что видел Юй Лэян. Тан Юй опасался лишних вопросов: если друг начнет допытываться, объяснить всё будет непросто.

Вместо ответа Тан Юй попросил мастера по багету немедленно упаковать полотно.

— Увидишь на выставке, — отрезал он.

Юй Лэян проворчал что-то о жадности, не сводя глаз с завернутого свертка — любопытство буквально сжигало его изнутри. Он собирался поехать вместе с Тан Юем на «продажу», но телефонный звонок от матери заставил его изменить планы: бабушка упала и попала в больницу.

Юй Лэян уехал в спешке, и Тан Юй отправился в здание «Фэнъе» в одиночку. По сравнению с прошлым разом картин в выставочном зале стало заметно меньше.

Цинь Юань на месте не оказалось, и Тан Юй прождал в её кабинете почти час. Сегодня она была не в ципао, а в строгом деловом костюме.

Когда Цинь Юань вошла, в воздухе разлился тонкий аромат чая. Она на мгновение замерла, заметив гостя, затем подошла и села напротив.

— Прошу прощения, заставила ждать.

Тан Юй, склонив голову, разливал чай — его движения были на удивление гармоничными. Он протянул чашку Цинь Юань. Та сделала глоток: всё было как надо — и время заварки, и вкус.

Тан Юй заметил, что она пристально смотрит на него, и решил, что она недовольна тем, что он воспользовался её посудой:

— Я спросил у девушки на ресепшене, она сказала, что можно.

Цинь Юань лишь улыбнулась:

— Всё в порядке.

Наблюдать за столь приятной сценой было одно удовольствие. Она перевела взгляд на картину, прислоненную к дивану:

— Так быстро закончил?

Тан Юй передал ей работу:

— Мне нужны деньги.

Цинь Юань внимательно посмотрела на него. Его облик и манеры совсем не выдавали нужды, но раз он так говорит — значит, так тому и быть. Она развернула бумагу, и её зрачки сузились.

Перед ней была изящная тушевая живопись: всего три цвета — красный, черный и белый, но от картины веяло свежестью. Особую прелесть придавало стихотворение в правом нижнем углу, выведенное красивым мелким почерком.

Подпись — Тан Цзы.

— Это ты нарисовал? — спросила Цинь Юань.

Тан Юй смотрел на картину:

— Времени было маловато.

Цинь Юань молчала. Если при нехватке времени получается такое, то что же будет, если дать ему волю? Она не решалась даже представить, но ей нестерпимо захотелось заказать у него еще одну работу.

Реакция Цинь Юань не удивила Тан Юя.

— Эта картина называется «Пионовая беседка», восемь миллионов. Как мы и договаривались, вы можете поднять цену.

Тан Юй говорил прямо, и Цинь Юань решила не ходить вокруг да около:

— Обычно такие цены встречаются на аукционах, а не в выставочных залах.

— Я знаю, — ответил Тан Юй. В конце концов, продажа картин в зале и так была нарушением правил, так что он не боялся нарушить их еще немного. — Возможно, эта работа не стоит таких денег, но у людей есть любопытство. Чем выше цена, тем больше внимания. Я не спешу, пусть висит, продастся со временем.

Тан Юй говорил неспешно, но каждое слово было четким и логичным. Он продавал не картину, он ставил восемь миллионов на человеческую психологию. Ему нужны были деньги, поэтому он играл на убеждении покупателей, что «хорошая вещь дешевой не бывает», и на простом любопытстве толпы — ведь споры всегда подогревают интерес.

Цинь Юань, как опытный делец, прекрасно понимала эту тактику, но не ожидала услышать такое от парня, что звучало несколько странно.

— Ты же только что говорил, что нуждаешься в деньгах?

Тан Юй кивнул:

— Да, поэтому и хочу продать подороже.

Нуждаться в деньгах и не нуждаться в них срочно — вещи вполне совместимые.

Еще при первой встрече Цинь Юань поняла, что он вовсе не такой безобидный и мягкий, каким кажется. Сейчас её любопытство лишь возросло:

— А не боишься, что я не возьму твою картину?

Тан Юй спокойно парировал:

— А вы возьмете?

Цинь Юань покачала головой и рассмеялась. Нет, она не откажется. У неё был острый глаз, и она сама выставила бы эту картину за еще большую цену — не потому, что Тан Юй просит восемь миллионов, а потому, что она того стоит.

— Мне очень нравится твоя работа. Если её не купят за ту цену, которую ты хочешь, я сама её выкуплю.

Тан Юй коротко поблагодарил.

— Тебя зовут Тан Цзы? — спросила Цинь Юань.

Тан Юй помедлил. Тан Цзы — это просто псевдоним, который он привык ставить на картинах, не задумываясь. Вспомнив, что она тетя Цинь Шилюя, он засомневался: не хотелось бы раскрывать личность, ведь репутация у «оригинала» была такая, что это могло повредить продажам. Он просто кивнул.

Цинь Юань внезапно вздохнула. И надо же было им обоим носить фамилию Тан, а какая разница! Она задумчиво оглядела Тан Юя: симпатичный, статный... Жаль, очень жаль, что этот Цинь Шилюй так рано женился.

— А теперь можешь рассказать, как ты догадался, что картина «Заблуждение» в зале — моя работа?

***

Последние несколько дней тетушка Чжан в сообщениях Цинь Шилюю постоянно жаловалась, что Тан Юй целыми днями сидит взаперти в своей комнате и порой даже не выходит обедать.

Но сегодня, вернувшись домой, Цинь Шилюй не нашел и следа того «затворника». Он решил, что тетушка Чжан, должно быть, подкуплена Тан Юем!

Он позвонил Тан Юю, но тот был вне зоны доступа.

— ... — Цинь Шилюй сбросил вызов.

Телефон тут же зазвонил снова. Увидев имя Цинь Юань, Цинь Шилюй ответил, не скрывая раздражения:

— Что случилось?

Цинь Юань хмыкнула:

— Почему каждый раз, когда я тебе звоню, в твоем голосе столько яда?

Цинь Шилюй откинулся на спинку дивана:

— Его нет дома.

Цинь Юань потребовалось мгновение, чтобы понять, о ком речь.

— Ого, — протянула она, — неужели и на твоей улице настал такой день?

— Ты звонишь только для того, чтобы посмеяться надо мной?

— У меня нет столько свободного времени.

Цинь Юань позвонила лишь для того, чтобы похвастаться:

— Я познакомилась с одним мальчиком. Красивый, с хорошими манерами, еще и картины пишет.

— У меня появится младшая тетушка? — съязвил Цинь Шилюй.

— Включи мозги! Я же сказала — мальчик! Ты что, не понимаешь?

Цинь Шилюю было всё равно:

— Ну и что, что мальчик? Ты ведь еще не старая.

— Спасибо за комплимент, — сухо ответила Цинь Юань.

Ей действительно нравились картины Тан Юя, а еще — его характер. Парень, который умеет заваривать чай, должен быть спокойным и рассудительным. Хотя сама она такой не была, это не мешало ей оценивать других.

— Мне просто любопытно, что из себя представляет твой «сияющий бриллиант». Если он хотя бы на треть так хорош, как этот мальчик, я поддержу твой выбор.

Цинь Шилюй промолчал.

Красивый? Тан Юй тоже красивый. Хорошие манеры? В день регистрации брака Тан Юй держался вполне достойно. Рисует? Тан Юй тоже рисует.

Так что там насчет трети?

— Почему молчишь? Неужели твой «бриллиантик» проигрывает моему мальчику? — подзадоривала Цинь Юань. — Если что, разводись. Я приложу усилия и познакомлю тебя с этим парнем.

Цинь Шилюй усмехнулся:

— Я молчу, потому что ты описываешь нашего «бриллиантика» один в один. Не о чем тут говорить.

— Не льсти себе, — Цинь Юань не поверила. Сейчас её мысли были заняты только мальчиком, который нарисовал «Пионовую беседку». — Слабо привезти его и сравнить?

— Прямо сейчас?

— А что такого? Я как раз обедаю с ним, привози своего «бриллиантика» и присоединяйтесь.

Цинь Шилюй вздохнул:

— Я же сказал, его нет дома. Ешь сама.

Цинь Юань вдруг понизила голос:

— Не могу больше говорить, мальчик вернулся.

Цинь Шилюй хмыкнул:

— Ну вот, увела парня. Когда уже домой приведешь, чтобы он мне младшим дядюшкой стал?

— Отстань! Он мне в сыновья годится, если я стану чуть старше.

— Это же будет еще пикантнее, — подшутил Цинь Шилюй.

— Пикантнее у тебя в голове!

Цинь Юань пригласила Тан Юя на ужин, и тот, не в силах отказать, согласился.

Выйдя из уборной, Тан Юй собрался написать тетушке Чжан, что не придет к ужину. Как только он включил телефон, посыпались уведомления: несколько сообщений от Сяо Чихэна и одно — от Цинь Шилюя.

*Цинь Шилюй: «Я вернулся. Ты где?»*

Глаза Тан Юя засияли. Его радость, исчезнувшая на целую неделю, вернулась!

Цинь Юань, просматривая меню, заметила, как Тан Юй, сидя напротив, радостно подпрыгнул на стуле.

— Что-то случилось? — подняла она взгляд.

Тан Юй покачал головой. Он хотел уйти, но не знал, как об этом сказать.

— У тебя какие-то дела? — спросила Цинь Юань, видя, как он нервно вертит телефон в руках.

Тан Юй кивнул и виновато произнес:

— Можно я приглашу вас в другой раз?

Цинь Юань закрыла меню и приподняла бровь:

— Такой радостный... Девушка?

Тан Юй отрицательно покачал головой.

— Тогда парень?

— ...Э-э, нет, — ответил он. (Твой племянник).

Видя, что он не решается продолжить, Цинь Юань убедилась, что парень у него есть.

— Какая жалость, — вздохнула она. — А я хотела познакомить тебя со своим племянником.

Тан Юй замер:

— С племянником?

Разве твой племянник не женат? Он что, хочет совершить двоеженство?

Тан Юй помрачнел. Как Цинь Шилюй может так поступать? Неужели он не сказал своей семье, что женат? Почему он ходит на свидания?

Он что, хочет меня в гроб загнать?

Цинь Юань не понимала, почему у него вдруг испортилось настроение, и он уходил с таким подавленным видом. Ужин не задался. Одной есть было скучно, и она написала Цинь Шилюю: раз уж его «бриллиантик» не дома, пусть приедет и составит ей компанию.

*Цинь Юань: «Выйдешь поужинать?»*

*Цинь Шилюй: «Нет времени, еду в родовой особняк».*

http://bllate.org/book/18835/1834737