И Цинчжу был сыном одного из великих мастеров формаций секты Цинсюй, достигшего стадии Превращения Божества. Сам он обладал двойным корнем огня и дерева, причем чистота огненного корня достигала девяноста трех единиц, а древесного — восьмидесяти одной. Его по праву можно было назвать одаренным: в свои пятнадцать лет он уже достиг восьмого уровня стадии Ци. Однако, в отличие от отца, И Цинчжу питал особую страсть к алхимии и стал учеником одного из искусных мастеров этого дела в секте.
В тайное царство Хуалин он прибыл ради одной цели — найти ингредиенты для создания таблеток Фундамента. В последнее время он постоянно практиковался в их изготовлении, израсходовав столько драгоценных трав, что его кошелек опустел, а результат едва дотягивал до среднего качества. Он не смел признаться в этом отцу, опасаясь, что тот решит, будто у сына нет таланта к алхимии, и силой заставит его наследовать семейное ремесло. Просить денег на новые травы он тоже не решался, поэтому отправился в тайное царство сам. Если бы ему удалось создать таблетки высшего или даже божественного качества, он смог бы продать их по баснословной цене и разом решить все свои финансовые проблемы. А не покупал он низкосортные таблетки потому, что обладал гордым нравом и стремился создавать лишь безупречные лекарства.
С такими мыслями И Цинчжу и вошел в тайное царство Хуалин. Проплутав там более двадцати дней, он собрал почти все необходимое, кроме двух главных компонентов — бисинь хайтана и нефрита-гриба. Он уже был в отчаянии и раздумывал, к кому обратиться за помощью по возвращении в секту, как вдруг, всего через день, обнаружил их в глубине гор.
И Цинчжу пришел в такой восторг, что его ноги сами пустились в пляс, а на лице засияла счастливая улыбка. Он нетерпеливо спрыгнул со склона, стремясь первым заполучить заветные растения. Но стоило его руке приблизиться к бисинь хайтану, как прямо перед ним с оглушительным грохотом ударила молния. От неожиданности он отпрянул назад, а рядом с ним из ниоткуда возник юноша с золотыми глазами. Тот был облачен в изысканные пурпурные одежды, подобающие прямому ученику секты Тайсюань, и держался с необычайной уверенностью.
Не успел И Цинчжу разозлиться, как златоглазый юноша посмотрел на него так, будто перед ним был полный идиот, и спросил:
— И Цинчжу, ты что творишь? Зачем ты пытаешься накормить собой плотоядный цветок?
Что? Плотоядный цветок?
И Цинчжу остолбенел. Он с трудом поверил своим ушам, яростно протер глаза и снова уставился на то место. Но там не было никаких плотоядных цветов — лишь те самые бисинь хайтан и нефрит-гриб, о которых он так мечтал. Он без колебаний указал на них пальцем и возмущенно ответил:
— Это же бисинь хайтан и нефрит-гриб! Цю Хэн, ты что, переусердствовал в медитациях и лишился рассудка? Как можно перепутать эти растения?
Цю Хэн, на которого возвели напраслину, лишь безмолвно смотрел на него. В его голове пронеслись страницы вызубренных справочников лекарственных трав — ошибки быть не могло. Значит, именно И Цинчжу совершил глупую ошибку в восприятии. В его глазах промелькнуло искреннее сочувствие к юноше:
— И Цинчжу, по-моему, тебе стоит попросить наставника проверить твою голову. Бисинь хайтан любит холод, а нефрит-гриб — тепло. Как они могут расти в одном месте?
И Цинчжу замер, не в силах вымолвить ни слова.
И правда, ведь это так! Что же он тогда видел? И Цинчжу, полный сомнений, снова посмотрел на растения. Сглотнув от страха, он попятился. Неужели Цю Хэн прав? Неужели эти ценные сокровища — всего лишь опасные хищники, а не те травы, что он искал? Получается, он едва не прыгнул в пасть чудовищу?
Цю Хэн, видя искренний шок на лице собеседника, перевел взгляд на два цветка, испускавших странную ауру. Он слегка склонил голову, его высокий хвост качнулся в воздухе. В воздухе разлился тошнотворный запах крови. Нахмурившись, Цю Хэн велел опешившему И Цинчжу отойти подальше, а затем окутал свой меч Чжаньсин мощной энергией молнии. Одним молниеносным движением он рассек большой цветок. Тварь, лишенная гибкости, не успела уклониться. Раздался грохот, зеленая жижа брызнула во все стороны, а Цю Хэн ловко извлек из сердца цветка ядро стихии дерева. То же самое он проделал и с цветком поменьше.
И Цинчжу был поражен. Но когда он увидел, что после удара меча растения превратились в останки плотоядных тварей, он просто застыл на месте. Цю Хэн хотел было спросить, не был ли тот под действием иллюзии, но И Цинчжу вдруг рухнул на колени и завыл от горя:
— О, мой бисинь хайтан! Мой нефрит-гриб! Почему они фальшивые? Обманщики! Какие же вы обманщики!
Цю Хэн озадаченно подумал: разве не иллюзия здесь главное? Не понимая одержимости алхимиков травами, он покачал головой, порылся в своем кольце и спросил:
— Тебе нужны бисинь хайтан и нефрит-гриб? У меня они есть. Хочешь?
Глаза И Цинчжу мгновенно вспыхнули. Он вскочил на ноги и радостно воскликнул:
— Хочу!
— Справедливый обмен: я отдам тебе то, что нашел в этом царстве, выбирай что хочешь.
Он вывалил из своего браслета кучу всякого хлама: странные камни, непонятные артефакты, но среди них не было ни единой травы. И Цинчжу суетился, боясь, что Цю Хэн передумает. Цю Хэн не стал медлить, достал полученные ранее растения и, покопавшись в куче хлама, выбрал предметы, соразмерные по ценности.
Получив желаемое, И Цинчжу просиял. Он бережно спрятал растения, словно величайшее сокровище, и, пребывая в отличном настроении, решил проявить любопытство:
— Цю Хэн, ты уже на десятом уровне стадии Ци, зачем пришел в тайное царство Хуалин?
Цю Хэн спокойно взглянул на восьмой уровень стадии Ци собеседника и ответил:
— А ты разве не пришел?
— Тоже верно.
И Цинчжу, заметив, что Цю Хэн не расположен к беседе, не стал настаивать, но его любопытство никуда не делось:
— Говорят, твоя младшая сестра нашла в царстве плод долголетия. Это правда или ложь?
http://bllate.org/book/18844/1836490
Готово:
