Последние несколько недель надоедливые Сириус и Джеймс, казалось, были заняты чем-то другим и редко попадались Лео на глаза.
В воздухе Хогвартса разлилось необычное оживление: новости о наборе в команды по Квиддичу стали главной темой во всех гостиных.
На досках объявлений появились списки: факультеты искали новых ловцов, загонщиков и охотников.
Эта новость взбудоражила учеников всех курсов.
Самым обсуждаемым слухом стало то, что команда Гриффиндора в порядке исключения разрешила участвовать в отборе двум первокурсникам.
Лео услышал об этом, сидя в укромном уголке библиотеки.
Ему почти не нужно было думать, чтобы понять, кто эти двое.
Помимо не знающих границ Поттера и Блэка, других кандидатов не было.
Он остался равнодушен к этим сплетням, желая лишь поскорее закончить эссе по зельеварению.
Однако неприятности всегда находят того, кто их не ищет.
Спустя несколько дней в гостиной его разыскал высокий, с холодным лицом старшекурсник.
Это был капитан команды Слизерина по Квиддичу, семикурсник Сесил Кэрроу.
— Леовальд.
Голос Кэрроу звучал ровно, с сухим, деловым оттенком.
— В субботу на отборе в команду по Квиддичу ты будешь присутствовать.
Это не было просьбой, скорее приказом.
Лео нахмурился, отложил книгу и спокойно поднял взгляд на собеседника:
— Думаю, вы ошиблись адресом, капитан Кэрроу. Мои навыки полета весьма посредственны, да и интереса к Квиддичу я не питаю. Я не буду участвовать в отборе.
Он никогда не скрывал своих слабых сторон в этой области, и стыдиться здесь было нечего.
По лицу Кэрроу пробежала тень нетерпения. Он понизил голос, и в его тоне зазвучали угрожающие нотки:
— Это не моя прихоть, а воля старосты Малфоя. Гриффиндорцы позволили двум первокурсникам блистать на поле, и Слизерин не может оставить это без ответа. Нам нужен представитель.
Лео мгновенно все понял.
Люциус Малфой.
Это был его ответ на недавнюю дерзость Лео.
Он выбрал способ, от которого невозможно было легко отказаться: выставил его под свет софитов, заставил противостоять Гриффиндору, не заботясь о том, хочет ли Лео этого и способен ли он справиться.
В душе Лео поднялась волна раздражения.
Он холодно ответил:
— Благодарю старосту Малфоя за его доброту, но мой ответ остается прежним. Моих способностей недостаточно, чтобы представлять факультет, и насильственное участие принесет лишь обратный эффект — я стану лишь посмешищем.
Он надеялся, что такой рациональный отказ заставит собеседника отступить.
Но он недооценил расчетливость Люциуса и ту невидимую сеть давления, что существует между чистокровными семьями.
На следующий день незнакомая фамильная сова принесла письмо из Франции и огромный сверток.
Почерк отца, Артура Леовальда, был, как всегда, краток и тверд, но между строк читалось удовлетворение:
— Лео, до меня дошли вести, что ты получил право участвовать в отборе в команду Слизерина. Прекрасно. Члены семьи Леовальд должны стремиться к совершенству в любом деле, но помни — оценивай свои силы и береги здоровье. Прилагаю Метлу 1001, желаю успеха. Отец.
Пальцы Лео, сжимавшие письмо, побелели.
Люциус Малфой!
Он перешагнул через него, представив дело, от которого Лео прямо отказался, как свершившийся факт, и известил об этом семью!
Он точно нащупал то, чему Лео не мог сопротивляться.
Он не хотел выглядеть некомпетентным или позорить семью, особенно когда отец так явно его поддерживал.
Чувство бессилия и гнева сковало его.
Пойти — значит опозориться; не пойти — значит разочаровать отца.
Оба варианта казались скверными, но, взвесив все за и против, Лео решил, что пойдет, а там будет видно.
В субботу стадион для Квиддича был полон.
Лео, сжимая в руках новенькую Метлу 1001, которая казалась чем-то совершенно чужеродным, чувствовал себя так, будто держит в руках раскаленное железо.
Разумеется, у входа на поле он столкнулся с теми, кого хотел видеть меньше всего.
Джеймс Поттер, с восторгом поглаживавший свою метлу, увидев Лео, тут же обнаружил новую игрушку и насмешливо воскликнул:
— Ого! Кого я вижу? Леовальд! Ты уверен, что пришел на отбор, а не собираешься устроить мастер-класс по тому, как безопасно приземляться с метлы?
Он демонстративно покачнулся, имитируя неуверенный полет.
Сириус Блэк, прислонившись к стене, растянул губы в привычной издевательской усмешке. Его серые глаза скользнули по Лео и его новой метле, и он протянул с явной злобой:
— Метла 1001? Хм, отличная метла для... ну, скажем так, отличной вешалки. Надеюсь, в твоих руках она не почувствует себя оскорбленной, Леовальд. В конце концов, какая разница, насколько быстра метла, если пилот не отличает право от лева.
Лео остановился и перевел взгляд с Джеймса на Сириуса.
Он не стал кричать или злиться, лишь тихо и холодно усмехнулся, достаточно громко, чтобы окружающие могли это услышать:
— По крайней мере, я не пытаюсь привлечь к себе внимание, вопя, как тролль, и лая, как бешеная собака. Следите лучше за собой. Если ваши навыки полета столь же поверхностны, как и ваша болтовня, то Гриффиндору в этом году будет сложно даже не оказаться в самом хвосте.
Сказав это, он не обратил внимания на покрасневшее лицо Джеймса и мрачный взгляд Сириуса. Крепко сжав рукоять метлы, он с каменным выражением лица прошел на поле.
Отбор стал для Лео настоящей пыткой.
Он летал крайне осторожно, даже неуклюже.
Полет по прямой еще удавался, но стоило совершить поворот, изменить скорость или увернуться, как движения становились скованными и замедленными.
Он мог удержаться на метле, мог выполнить базовые маневры, но не более того.
Он выглядел не как претендент на место в команде, а как человек, выполняющий крайне неприятное поручение.
На его фоне Джеймс Поттер смотрелся как рыба в воде: его движения в воздухе были смелыми и точными.
Сириус Блэк демонстрировал взрывной, напористый стиль полета, жесткий и бесстрашный.
Разумеется, Джеймс Поттер стал охотником Гриффиндора, а Сириус Блэк — загонщиком. А вот на стороне Слизерина...
Когда объявляли результаты, Сесил Кэрроу назвал имя Лео Леовальда. Позиция — охотник.
Лео совершенно не понимал, почему его взяли.
Пока не услышал обрывки разговора капитана Кэрроу с игроками:
— ...Ничего страшного, нам нужен был просто кто-то для вида...
— ...Чтобы противостоять этим двум первокурсникам из Гриффиндора...
— ...Позиция охотника... не требует особой скорости... достаточно уметь пасовать...
— ...Семья Леовальд... указание Малфоя...
Сердце Лео окончательно заледенело. Он все понял.
Он не был символом. Он был лишь инструментом, который Люциус Малфой использовал, чтобы потягаться с Гриффиндором и угодить его отцу.
Его навыки полета не имели значения. Важна была лишь его фамилия и тот факт, что на поле теперь числился первокурсник от Слизерина.
Он сжал рукоять Метлы 1001. Холодный металл словно насмехался над ним.
Чтобы насолить Гриффиндору, они не побрезговали запихнуть в команду даже такого бездаря, как он.
Пальцы Лео побелели от напряжения.
Хорошо.
Люциус Малфой.
Гордость Слизерина.
С каменным лицом он дослушал оставшиеся указания и первым покинул поле.
Его принудили участвовать в этой игре в Квиддич.
Но правила того, как именно в нее играть, они не будут диктовать единолично.
http://bllate.org/book/18861/1840338
Готово:
