Сказать, что она является сокровищем, хранящим секту Семи Светил — преувеличения ничуть не будет.
Духовный родник был насыщен духовной энергией, что делало его поистине благодатнейшим местом для совершенствования. К тому же вода из него обладала свойством очищать тело практикующего от примесей, а если прибавить к этому изобилие духовной ци и то, что родник располагался прямо на жиле духовной энергии, он действительно представлял собой редкостное, бесценное сокровище.
Такой огромный духовный родник невольно заставил Лу Цзиньшу затаить дыхание.
Ему еще не доводилось встречать подобных мест, и завладись он этим родником, это принесло бы ему колоссальную пользу. Тем более что сейчас его меридианы были заблокированы, и, возможно, именно эта вода требовалась для их очищения.
Только вот... рядом находился Шэнь Тин, и если он пожелает заполучить эту воду, то, пожалуй, лишь сильнее возбудит подозрения Шэнь Тина.
Шэнь Тин не ведал, что творится в мыслях у Лу Цзиньшу. Упомянув о духовном роднике, он вдруг вспомнил о ранениях Лу Цзиньшу и произнес:
— Не набрать ли тебе, Цзиньшу, этой воды с собой? Вода из духовного родника пойдет на пользу твоему исцелению.
Эти слова Шэнь Тина пришлись как нельзя более кстати для Лу Цзиньшу.
Однако, как ни крути, Лу Цзиньшу во всем чудился подвох: он был уверен, что Шэнь Тин испытывает его. Шэнь Тин наверняка хотел выяснить, каковы же истинные намерения Лу Цзиньшу, и если тот согласится, то, боюсь, угодит в ловушку Шэнь Тина.
И лишь небесам было известно, насколько искренним — до предела, дальше которого уже некуда — был Шэнь Тин.
— Нет... — Лу Цзиньшу, ломая голову над тем и над седым, уже собирался отказаться, как вдруг чей-то резкий окрик прервал его: — Кто здесь?
Девушка уже приготовилась пустить в ход магическое сокровище, но тут заметила стоявшего неподалеку Шэнь Тина.
— Старший брат Шэнь? — Девушка изумленно замерла, словно никак не ожидая встретить его в этом месте. Она-то думала, что кто-то пробрался сюда, чтобы выкрасть воды из духовного родника, но никак не предполагала столкнуться с Шэнь Тином.
Шэнь Тин слегка кивнул в знак приветствия:
— Младшая сестра Сюй, как ты оказалась у этого родника?
Сюй Цзылань ответила:
— Учительнице понадобилась эта вода для пилюль, она особо велела мне набрать ее.
Перед Шэнь Тином ей незачем было что-либо утаивать.
Однако, едва договорив, она тут же перевела взгляд на стоявшего рядом Лу Цзиньшу.
Хотя Лу Цзиньшу тоже был практиком стадии Заложения Основы, Сюй Цзылань вовсе не испытывала к нему расположения и с недовольством обратилась к Шэнь Тину:
— Старший брат Шэнь, этот духовный родник — сокровище нашей секты Семи Светил. Как ты мог просто так привести сюда человека с сомнительным прошлым?
Что, если в итоге стрясется беда? Никто из них не понесет ответственности за такие последствия!
Сюй Цзылань была по-своему права: этот родник не то место, куда мог прийти кто угодно, но Шэнь Тин взял и привел сюда именно Лу Цзиньшу. Происхождение этого Лу Цзиньшу было покрыто мраком, так с какой стати его позволили привести в столь заповедный угол?
К тому же ей не нравилось, что Лу Цзиньшу вот так запросто стоит рядом с Шэнь Тином, да и сплетням других соучеников и соучениц она верить не желала.
Лу Цзиньшу бросил на него быстрый взгляд, уже приоткрыл рот, собираясь заговорить, но вдруг заметил, что лицо Шэнь Тина выглядит странно.
Кожа Шэнь Тина была бледновата, и от этого Лу Цзиньшу внезапно припомнил, что раньше Шэнь Тин пострадал из-за него. Поскольку сам он был без чувств, то и за состоянием Шэнь Тина толком не уследил.
Как бы ему ни претило это признавать, но тогда, не вмешайся Шэнь Тин, Лу Цзиньшу, пожалуй, расстался бы с жизнью в том самом месте. К тому же в нынешних обстоятельствах, чтобы не вызывать подозрений Шэнь Тина, ему, пожалуй, следовало вести себя любезнее, дабы тот усыпил бдительность?
Если Шэнь Тин продолжит во всем подозревать его, провернуть задуманное окажется непросто.
Только он об этом подумал, как послышлось два цвириканья: та самая изгнанная им птица-демон неизвестно почему вернулась и теперь уселась прямо на плечо Шэнь Тину.
— Куда это тебя занесло? — увидев птицу-демона, Шэнь Тин хотел было поднять руку и погладить ее, но неосторожно задел собственную рану, отчего шумно втянул воздух.
Тут Лу Цзиньшу изобразил на лице крайнее изумление и осведомился:
— Друг Шэнь, что такое? Неужто прежние раны...
Шэнь Тин отмахнулся:
— Пустяки, сущая мелочь.
Едва он произнес это, как Лу Цзиньшу уже изрек с серьезным видом:
— Иди-ка в дом, я посмотрю.
Не дожидаясь ответа, он властно потащил Шэнь Тина за собой в комнату.
Шэнь Тин оступился на пару шагов, и едва они переступили порог, как Лу Цзиньшу силой усадил его на стул.
И тут же бросил:
— Дай-ка я взгляну на твои раны.
С этими словами он распахнул одежды Шэнь Тина и наконец разглядел ранение на его ключице. Хотя Шэнь Тин наскоро перевязал ее, было очевидно, что должного ухода рана не получила — из нее снова сочилась кровь.
— Ты сам призывал меня беречь здоровье, а что же ты? — Лу Цзиньшу приподнял бровь.
Шэнь Тин слегка смутился: из-за обилия дел он вовсе не заботился о собственных ранах. К тому же поврежден был не жизненно важный орган, вот он и не придавал этому значения.
Лу Цзиньшу тем временем размотал испачканную повязку, нанес мазь и принялся заново бинтовать плечо Шэнь Тина. Его движения были быстрыми и точными, и не прошло и мгновения, как перевязка была окончена.
Увидев, что тот позаботился о его ране, Шэнь Тин невольно с благодарностью произнес:
— Цзиньшу, благодарю.
Шэнь Тин чувствовал, что всю дорогу только и делает, что принимает заботу от Лу Цзиньшу.
— ...Да не за что. Ты ведь и сам пострадал из-за меня, так что помочь в малом — это долг, — Лу Цзиньшу небрежно дернул полу одежды Шэнь Тина и отвернулся.
Принимать подобные благодарности было непривычно и неуютно. К тому же он вовсе не горел желанием помогать Шэнь Тину по доброте душевной.
Затем он повернулся, устроился на стоявшей рядом кушетке и обратился к Шэнь Тину:
— Так что насчет того, о чем ты говорил ранее — что у культиваторов демонов были иные цели? Поведай-ка мне об этом во всех подробностях.
Его мысли были всецело заняты тем разговором, что Шэнь Тин вел с Ши Юнькэ.
Шэнь Тин слегка опешил, а затем ответил Лу Цзиньшу:
— По правде говоря, это всего лишь мои догадки. Хотя Владыка Демонов явился в этот мир, если вдуматься, все эти деяния культиваторов демонов вполне могут преследовать ту самую цель — возрождение «Владыки Демонов».
— Ты хочешь сказать, что культиваторы демонов выплавляли пилюли из эссенции и душ практиков стадии Заложения Основы ради Владыки Демонов? — нахмурившись, спросил Лу Цзиньшу.
Он никогда подобных приказаний не отдавал. Более того, тот культиватор демонов даже не знал его в лицо — с какой стати ему стараться ради него? Если предположения Шэнь Тина верны, то этот культиватор преследовал чьи-то чужие интересы.
— Верно. Если Владыка Демонов и впрямь объявился, с чего бы ему столько времени хранить молчание? Отчего же тогда шумно и открыто буйствуют именно эти приспешники демонов? — рассуждал Шэнь Тин.
Культиваторам демонов не было никакого резона привлекать к себе столь пристальное внимание — неужто они не боятся истребления со стороны праведных сект? Вот почему Шэнь Тин пришел к выводу, что они попросту пускают пыль в глаза.
Закончив мысль, он добавил:
— Впрочем, это лишь мои предположения. Как обстоят дела на самом деле, станет понятно, только если как следует понаблюдать за этими культиваторами демонов.
— ... — Выслушав Шэнь Тина, Лу Цзиньшу был вынужден признать: его догадки вполне могли оказаться правдивыми.
Поразмыслив с минуту, Лу Цзиньшу спросил:
— И ты все еще намерен оставаться в Пинчжоу? Раз тот культиватор демонов сбежал, он вполне мог передать весточку своим. Или ты полагаешь, что они не заодно?
— Это всего лишь гипотеза, к тому же я хотел, чтобы ты отдохнул в Пинчжоу еще несколько дней, заодно и проверим, объявятся ли те последователи демонов, — ответил Шэнь Тин, слегка кивнув.
Теперь, когда Лу Цзиньшу был ранен, Шэнь Тин не мог таскать его за собой по следам демонических практиков, так что было разумнее оставить его здесь на пару дней, чтобы он окреп, а уж после строить дальнейшие планы.
Лу Цзиньшу прекрасно понял намерения Шэнь Тина. Раз уж предстоит задержаться в Пинчжоу на несколько дней, Шэнь Тин попутно проследит, не появятся ли те самые культиваторы демонов, что выдают себя за учеников секты Семи Светил.
Хотя Лу Цзиньшу казалось, что Шэнь Тин вовсе не так простоват, каким порой притворялся, и на деле обладал на редкость острым умом, сейчас его больше волновало другое: если предположения Шэнь Тина подтвердятся, и эти пилюли предназначались вовсе не ему, Лу Цзиньшу, то кому же тогда?
Шэнь Тин, приводя в порядок свои одежды, обронил:
— Отдыхай пока. А я насчет этих культиваторов демонов поспрашиваю местных практиков в Пинчжоу, глядишь, удастся зацепиться за какую-нибудь ниточку. — С этими словами он поднялся на ноги.
Лу Цзиньшу глянул на него и утвердительно кивнул:
— Угу.
Получив ответ, Шэнь Тин не стал задерживаться и тут же покинул комнату.
Его уход заставил Лу Цзиньшу сузить свои узкие глаза. Проблема с заблокированными меридианами и падение до уровня Заложения Основы и без того доставляли ему немало хлопот, так тут еще на пустом месте свалились новые заботы.
Похоже, ему придется всерьез заняться поиском способа прочистить меридианы — так больше продолжаться не могло.
К тому же, даже если сейчас Шэнь Тин ничего не заметил, с его-то проницательностью он рано или поздно раскусит этот обман. Лу Цзиньшу чувствовал: чем раньше он восстановит меридианы, тем лучше.
Как и говорил Шэнь Тин, они провели в Пинчжоу еще несколько дней, залечивая раны.
За это время состояние Лу Цзиньшу пришло в норму примерно на семь-восемь десятков процентов. Не желая вызывать подозрений Шэнь Тина, он не сидел сложа руки: стоило ему немного окрепнуть, как он стал сопровождать Шэнь Тина в вылазках за новостями.
В Пинчжоу Лу Цзиньшу даже при желании не смог бы расправиться с Шэнь Тином — это привлекло бы ненужное внимание. А потому все эти дни он вел себя тише воды, ниже травы.
Шэнь Тин за последние дни так и не добыл никаких вестей о культиваторах демонов — возможно, те и впрямь не собирались соваться в Пинчжоу...
Погруженный в задумчивость, он пытался прикинуть, куда еще могли направиться эти демонические практики, как вдруг кто-то преградил ему путь со словами:
— Достопочтенный друг...
Шэнь Тин поднял взгляд на внезапно возникшего перед ним практика стадии Заложения Основы.
Лу Цзиньшу тоже бросил взгляд на незнакомца, и выражение его лица едва заметно изменилось, однако Шэнь Тин этого не заметил.
— Вы что-то хотели? — озадаченно спросил Шэнь Тин, не понимая, зачем этот человек решил заговорить с ним.
Тот ответил:
— Я лишь хотел узнать, не заинтересует ли достопочтенного дружка вот эта вещь?
С этими словами он извлек на свет небольшую вещицу. На вид она казалась совершенно заурядной, и Шэнь Тин не заметил в ней ничего особенного.
Не успел Шэнь Тин и рта раскрыть, как Лу Цзиньшу шагнул вперед и бросил:
— Что ты хочешь взамен?
— Пять флаконов пилюль. Вещица отменная, хоть и... — собеседник не успел договорить, как Лу Цзиньшу уже вложил ему в руку ровно пять флаконов с пилюлями.
Сделка между ними совершилась в одно мгновение — Шэнь Тин даже моргнуть не успел.
В этом не было ничего особенного, но Шэнь Тин все же удивился: с какой стати Лу Цзиньшу понадобилось покупать этот артефакт? Ничего примечательного в нем невооруженным глазом разглядеть не удавалось.
— Какой же прыткий у вас товарищ! Что ж, эта вещица теперь ваша, — без малейших колебаний человек забрал пилюли и тут же передал вещицу Лу Цзиньшу.
Лу Цзиньшу незамедлительно спрятал ее в свой мешочек-хранилище.
Как только продавец удалился, Шэнь Тин поинтересовался у Лу Цзиньшу:
— Цзиньшу, в этом артефакте есть что-то необычное? Да и странный он какой-то...
— Ничего странного, обыкновенная сделка, — тут же оборвал его Лу Цзиньшу. — Просто мне показалось, что вещица занятная. Пять флаконов пилюль — не велика плата, захотел и купил.
Шэнь Тин по-прежнему чувствовал некий подвох, но прежде чем он успел продолжение, Лу Цзиньшу добавил:
— Не забивай себе голову всякой ерундой, у нас ведь есть дела поважнее.
Шэнь Тин обладал слишком острым умом, и если дать ему время на раздумья, он непременно докопался бы до истины — именно поэтому Лу Цзиньшу поспешил пресечь любые расспросы.
Раз уж Лу Цзиньшу назвал это обычной сделкой и так отрезал, Шэнь Тин не стал больше допытываться.
Вернувшись на постоялый двор, Лу Цзиньшу заперся в комнате, извлек ту вещицу и, разобрав ее на части, обнаружил внутри записку.
Не будь Шэнь Тин неотлучно при нем, вряд ли им пришлось бы прибегать к столь конспиративным способам передачи вестей.
Лу Цзиньшу бегло прочел записку, а затем сжег ее.
Спустя мгновение он приоткрыл дверь своей комнаты.
И тут же нос к носу столкнулся с Шэнь Тином, замершим в коридоре. На секунду сердце Лу Цзиньшу пропустило удар — он решил, что Шэнь Тин что-то заподозрил, и тут же подобрался.
Шэнь Тин посмотрел на него и озадаченно спросил:
— Цзиньшу, ты собрался куда-то выйти?
— Да... Захотелось заглянуть на городской рынок. Мы столько времени провели в Пинчжоу, а я толком ничего и не видел, вот и решил пройтись, прикупить кое-что из нужного, — ответился Лу Цзиньшу.
Уподобившись тому, о ком в народе говорят: ходячий мертвец.
И как раз в этот момент Шэнь Тин, в пробуждение которого во всей секте Семи Светил уже давно никто не верил, неожиданно пришел в себя!
Выжить целым и невредимым, безусловно, было великим благом, но почему... почему старший брат Шэнь стал вести себя столь ненормально?
Судя по рассказу привратников секты Семи Светил, в один прекрасный день старший брат Шэнь покинул пределы секты, а когда через три дня вернулся, с ног до головы был залит кровью. Особенно его голова — сплошное кровавое месиво. Стражники испугались до полусмерти, решив, что перед ними мстительный дух кого-то из погибших учеников секты Семи Светил, выбравшийся из самих врат преисподней.
Поскольку незнакомец был облачен в стандартные одежды адептов секты Семи Светил, привратники и приняли его за призрака.
Лишь позже выяснилось, что этот призрак — их собственный старший брат Шэнь.
Один из стражников, дрожа от страха, рискнул осведомиться о его самочувствии, но в ответ поймал на себе столь мрачный, пронзительный взгляд старшего брата Шэня, что у него волосы встали дыбом.
Старший брат Шэнь зловеще оглядел привратника, заметив, что над головой того по-прежнему висит знакомая цепочка цифр.
Наконец, бросив напоследок: «Похоже, еще не в порядке», старший брат Шэнь удалился широким шагом.
И это было еще цветочки — стражники отделались легким испугом.
Ян Цинчжи, ученик праведного мастера Юйцина и младший брат Шэнь Тина, мог рассказать такое, от чего его до сих пор по ночам бросало в кошмары!
Если вспомнить тот день, когда они со старшим братом Шэнем отправились на задание, целью которого было покарать укрывшихся в горных лесах культиваторов демонов...
Непонятно почему старший брат Шэнь вдруг замер на краю обрыва, и в следующее же мгновение — в одно моргание ока — Ян Цинчжи воочию наблюдал, как тот сиганул вниз с утеса!
Когда Ян Цинчжи отыскал у подножия горы окровавленное «тело» старшего брата Шэня, он уже решил, что тому конец. Но не успел он даже подобрать мало-мальски приличную лопату, чтобы выкопать могилу и похоронить брата, как тот резко распахнул глаза.
Уставившись на него жутким взглядом мертвеца, старший брат Шэнь буравил его глазами до тех пор, пока Ян Цинчжи не затрясло в ознобе.
«Все еще не в порядке», — вымолвил старший брат Шэнь четыре слова и тут же лишился чувств.
В итоге Ян Цинчжи, которого сочли виновным в том, что он не уследил за старшим братом, три долгих месяца выслуживался перед ним и ходил за ним как привязанный.
Странности старшего брата Шэня на этом отнюдь не заканчивались.
Другие соученики и соученицы вспоминали, как во время облавы на демонов старший брат Шэнь стремглав бросился прямо на культиватора демонов, да так напугал того, что бедняга бросил магическое орудие и улепетывал в ужасе, спотыкаясь на каждом шагу.
А кто-то клялся, что видел, как глубокой ночью старший брат Шэнь стоял под тысячелетним деревом и ожесточенно бился головой о его ствол.
На следующее утро на коре этого тысячелетнего дерева красовалась окровавленная выемка.
Суммируя все вышесказанное, братья и сестры по секте Семи Светил просидели за обсуждением весь вечер и пришли к единому выводу...
У их старшего брата Шэня не все дома!
Второй молодой господин семьи Ши, Ши Юнькэ, присмотревшись, убедился: перед ним действительно Шэнь Тин.
Впрочем, слепо верить он не спешил — культиваторы демонов славились своими коварными уловками и вполне могли рассчитать, что он, Ши Юнькэ, клюнет на эту удочку и признает в пришельце Шэнь Тина. Для подобных тварей принять чужой облик с помощью личины не составляло никакого труда.
— Не думай, что проведешь меня! Чем докажешь, что ты и впрямь Шэнь Тин? — Ши Юнькэ придирчиво оглядывал гостя с ног до головы. Человек перед ним выглядел точь-в-точь как Шэнь Тин, но страх перед очередной уловкой демонов мешал ему выказать доверие.
В последнее время демонические практики распоясались, так что излишняя осторожность лишней не будет. К тому же с чего бы это культиваторам демонов принимать облик учеников секты Семи Светил, а Шэнь Тину вдруг объявляться в Пинчжоу да еще заявляться прямиком в их дом?
Все это выглядело подозрительно, и Ши Юнькэ предпочел перестраховаться, дабы не угодить в ловушку демонов.
— Разве моя именная бирка не у тебя, друг Ши? Достаточно лишь слегка влить в нее духовной силы, чтобы во всем убедиться, — произнес Шэнь Тин. Подобные жетоны служили доказательством принадлежности к секте Семи Светил, и ученики носили их при себе постоянно.
Ши Юнькэ повертел в руке чужую бирку, а затем сунул ее стоявшему рядом служителю:
— Проверь-ка ты.
— Второй молодой господин... — слуга скорчил жалобную гримасу, за что тут же получил увесистый подзатыльник от Ши Юнькэ.
— Живей! Чего телячишься?!
Будучи вынужден подчиняться приказам второго господина, слуга с кислым видом направил каплю духовной силы в жетон, дабы проверить его на подлинность.
Спустя мгновение на поверхности бирки проступил сложный узор, в котором безошибочно угадывался отличительный знак адептов секты Семи Светил.
Убедившись, что жетон подлинный и принадлежит именно секте Семи Светил, Ши Юнькэ наконец поверил, что перед ним настоящий Шэнь Тин.
— Кх-м... Прошу прощения, друг Шэнь. Я принял тебя за культиватора демонов, не взыщи за неучтивость, — кашлянув, Ши Юнькэ попытался сгладить неловкость. Он тут же забрал у слуги жетон Шэнь Тина и вернул владельцу.
Только что он ляпнул, будто у Шэнь Тина вороватые глазки, а теперь, взглянув на его выражение лица, мысленно похолодел: уж не затаил ли тот обиду...
— Пустяки. В последнее время демонические практики и впрямь свирепствуют, так что осторожность друга Ши вполне оправданна, — с улыбкой отмахнулся Шэнь Тин.
Однако, стоило Ши Юнькэ увидеть эту зловещую ухмылку, как он едва не разревелся от страха.
Говорит «пустяки»! Да по одной лишь этой улыбке было ясно, что Шэнь Тин затаил лютую злобу и теперь только и ждет случая отомстить!
И поди ж ты — до чего странный человек. Шэнь Тин обладал благородной внешностью и статью, и его улыбка по идее должна была источать лихую удаль, но почему-то всякий раз, когда он улыбался, людям казалось, будто они воочию узрели призрака.
К счастью, Ши Юнькэ к тому времени уже достиг стадии Заложения Основы и обладал крепкими нервами: оправившись от первоначального шока, он быстро взял себя в руки.
— По какому делу друг Шэнь пожаловал к нам? — совладав с эмоциями, поинтересовался Ши Юнькэ. — Отец несколько дней назад отлучился из дому, так что делами семьи сейчас заправляет мой старший брат.
— Дело не столь масштабное, чтобы тревожить главу семьи, — и Шэнь Тин вкратце поведал о том, что в резиденции семьи Цинь в Пинчжоу окопались культиваторы демонов.
Изложив суть дела от начала и до конца, Шэнь Тин добавил:
— Те практики стадии Заложения Основы до сих пор не пришли в себя, поэтому я и решил обратиться за помощью к главе семьи.
— Хорошо, я пойду доложу брату, — выслушав Шэнь Тина, Ши Юнькэ понял, что дело принимает серьезный оборот.
http://bllate.org/book/18896/1847395
Готово: