Готовый перевод After I lost my memory, I forgot we’d broken up / После потери памяти я забыл, что мы расстались ❤️: Глава 9: Мы все соучастники

Глава 9: Мы все соучастники

Сюй Цзяньцин приехала в выходные, и Су Личэнь тоже был дома.

Сюй Мосин только что принял лекарство, оно ещё не подействовало, так что спать ему не хотелось. Он сидел в инвалидном кресле и болтал с Су Личэнем, когда раздался дверной звонок.

Су Личэнь пошёл открывать, и из прихожей донёсся звонкий женский голос:

— Где мой брат?

Услышав этот голос, Сюй Мосин повернул голову к двери. В комнату вошла женщина в деловом костюме, её высокие каблуки застучали по полу.

В руках она несла корзину с фруктами и пакет. Её взгляд сначала обвёл гостиную, а затем остановился на нём.

Сюй Цзяньцин была его младшей сестрой, но держалась как старшая. Сюй Мосин пробормотал приветствие:

— Привет, Цин-мэй.

Сюй Цзяньцин поставила вещи на журнальный столик, встала перед ним и оглядела его.

Она осмотрела его с головы до ног и наконец задержала взгляд на загипсованной ноге — на несколько секунд.

— Как ты так исхудал?

В последний раз Сюй Цзяньцин видела Сюй Мосина больше полугода назад.

Тогда Су Личэнь сказал ей, что они расстались, и попросил присмотреть за состоянием брата.

Когда Сюй Цзяньцин встретилась с Сюй Мосином, она переживала за него, но не могла до конца понять, что творится у него в голове, и в итоге они поссорились.

После этого Сюй Мосин не хотел её видеть. Сюй Цзяньцин была занята работой и лишь изредка писала ему сообщения.

Теперь, услышав её вопрос, Сюй Мосин не знал, что ответить, и бросил беспомощный взгляд на Су Личэня.

Су Личэнь закрыл дверь, подошёл и сказал:

— Садись. Чего стоишь?

Сюй Цзяньцин пропустила его слова мимо ушей и продолжала смотреть на Сюй Мосина:

— А голова? Ты правда ничего не помнишь?

— Э-э... Почти ничего.

— Меня-то помнишь?

Сюй Мосин кивнул:

— Всё, что было до двадцати двух лет, я помню. А дальше — совершенно пусто. Но тебя я, конечно, помню — ты же моя сестра.

Выражение лица Сюй Цзяньцин немного смягчилось — но лишь самую малость.

Она села рядом и указала на пакет на столе:

— Это тебе. Препараты железа и кальций.

— Спасибо.

Сюй Мосин поблагодарил её тихо.

— Похоже, придётся купить тебе ещё и пищевые добавки. Пришлю через пару дней, не забудь проверить посылку.

Сюй Цзяньцин откинулась на спинку дивана, перевела взгляд на Су Личэня, и тон её изменился:

— Чего стоишь? Садись.

Су Личэнь сел напротив.

Они втроём образовали треугольник.

В гостиной на несколько секунд повисла тишина.

Сюй Цзяньцин заговорила первой:

— Что сказал врач?

Су Личэнь ответил:

— Ретроградная амнезия из-за сотрясения мозга. Насколько восстановится — трудно сказать. Пока что — покой.

— А нога?

— Перелом. Вставать сможет примерно через три месяца.

Сюй Цзяньцин кивнула и больше не спрашивала.

Сюй Мосин сидел между ними, переводя взгляд то влево, то вправо, и чувствовал, что атмосфера накалилась. Он хотел что-то сказать, чтобы разрядить обстановку, но лекарство начинало действовать, и сознание затуманивалось.

Су Личэнь взглянул на него:

— Устал?

— Немного.

— Иди поспи.

Сюй Мосин посмотрел на Сюй Цзяньцин.

Та махнула рукой:

— Иди. Поговорим, когда проснёшься.

Сюй Мосин кивнул, и Су Личэнь подошёл, чтобы отвезти его в инвалидном кресле в спальню.

Он тихо сказал:

— Не надо, я теперь сам могу забираться в постель и вставать.

Но Су Личэнь не отпустил кресло. Он отвёз его в спальню и оставил дверь слегка приоткрытой.

В гостиной осталась только Сюй Цзяньцин.

Она сидела на диване, не сводя глаз с добавок на журнальном столике, и лёгкая вежливость на её лице медленно таяла.

Когда Су Личэнь вышел, он увидел её совершенно бесстрастное лицо.

Он снова сел на прежнее место.

Не глядя на него, Сюй Цзяньцин смотрела на журнальный столик и спросила:

— На сколько он похудел?

Су Личэнь замялся:

— Когда его выписывали, он весил сто двадцать один фунт.

— Я тоже вешу сто двадцать один фунт, а мой брат на одиннадцать сантиметров выше меня.

Су Личэнь промолчал.

Сюй Цзяньцин повернула голову и посмотрела на него. Теперь её взгляд был другим — не беглым оценивающим, как раньше, а пронзительным, впивающимся прямо в глаза.

— Су Личэнь, позволь спросить: как произошла авария?

— Его сбила машина.

— Я знаю, что его сбила машина.

Голос Сюй Цзяньцин звучал негромко, но каждое слово резало насквозь.

— Я спрашиваю: что он тогда делал? Почему оказался на том перекрёстке? В какое время? Куда направлялся? Ты знаешь?

Су Личэнь замялся.

Он не знал.

После расставания он ни разу не поинтересовался, где находится Сюй Мосин.

Всё, что ему было известно: Сюй Мосин переехал, уволился с работы, перебрался в Янчэн, снял квартиру и нашёл новую работу...

Всё это доходило до него обрывками новостей от общих знакомых, но сам он эту тему никогда не поднимал.

Сюй Цзяньцин смотрела на его молчание, уголок её рта слегка дрогнул — непонятно, была ли это усмешка или что-то другое.

— Ты не знаешь.

Су Личэнь сказал:

— Мм.

Сюй Цзяньцин не стала давить. Она снова отвернулась и уставилась на журнальный столик.

— Знаешь, когда он расстался с тобой, он мне ничего не сказал.

Су Личэнь поднял на неё глаза.

— Я сама догадалась, — сказала Сюй Цзяньцин.

— Он был сам не свой в то время. Я думала, опять из-за работы. А потом спросила — и он рассказал.

Она сделала паузу.

— Он сказал: «Мы расстались». Всего два слова. Я спросила — почему, он не ответил. Спросила, случилось ли что-то с твоей стороны, — тоже молчание. Спросила, как он, — ответил: «Я в порядке».

Она снова повернулась и посмотрела на Су Личэня.

— Ты понимаешь, что означало это его «я в порядке»?

Су Личэнь молчал.

— Этот парень вечно болтает без умолку, ничего не может держать в себе, всегда спешит излить душу тем, кто ему близок, — а после расставания с тобой всё, что он сказал, было «я в порядке».

Голос Сюй Цзяньцин оставался спокойным, но каждое слово вбивалось в сердце Су Личэня, как гвоздь.

— Ты ведь знаешь его лучше меня — раньше он считал тебя самым близким человеком. Если он думал, что кто-то на его стороне, он без утайки вываливал все свои шрамы и слабости.

Всегда искренний, совершенно не умеющий защищаться, уверенный, что показывать свои слабости — это и есть настоящая искренность. Люди причиняли ему боль, а он всё ещё наивно полагал, что поступает правильно.

Я не знаю, как он пережил те месяцы, но я знаю, что он похудел до такого состояния.

Она сделала паузу.

— Когда ты написал мне, что он попал в аварию и потерял память, и ради его здоровья попросил не проговариваться и пока не навещать его, чтобы не расстраивать, — я, повесив трубку, долго сидела и думала.

— О чём?

— спросил Су Личэнь, чувствуя, как от её слов сжимается сердце.

— О том, не сделал ли он это нарочно.

— Что — нарочно?

— Может быть, он мог избежать аварии, но сознательно не стал этого делать.

Она произнесла это будничным тоном, но слова резали глубоко.

У Су Личэня перехватило горло.

Сюй Цзяньцин подождала несколько секунд. Когда он не заговорил, она продолжила:

— Я знаю, ты не делал этого нарочно, — её голос немного смягчился.

— У моего брата есть свои проблемы. Если бы он не загнал себя в угол, он бы не оказался в таком состоянии.

Быть искренним — не ошибка, но не каждый заслуживает твоей искренности, и не каждый хочет её принимать.

Иногда чрезмерная искренность ранит и других. Я знаю, тебе тоже было нелегко.

Она сделала паузу.

— Но прежде чем он запер себя изнутри, ты был тем, кто впустил его.

В гостиной надолго повисла тишина.

Су Личэнь сидел неподвижно, не произнося ни слова.

Сюй Цзяньцин больше ничего не сказала.

Спустя долгое время она встала, подошла к балкону, повернулась к нему спиной и взяла себя в руки.

— Прости, с моей стороны мне остаётся только винить тебя. Хотя, по правде говоря, как его сестра, я тоже не справилась.

Я знаю, что он чувствительный и склонен к чрезмерным размышлениям, но всё равно продолжала говорить вещи, которые его провоцировали. Я и люблю этого своего брата, и расстраиваюсь из-за него. Я тоже соучастница во всём этом.

Сюй Цзяньцин достала сигарету.

— Не возражаешь, если я закурю?

Су Личэнь сначала проверил, что дверь в спальню закрыта, затем встал, тоже подошёл к балкону и задвинул балконную дверь.

— Да, конечно. Дай мне одну.

Они вдвоём курили на балконе, пока Сюй Мосин спал.

💫 Глава подготовлена командой Webnovels

Нашли ошибку или неточность? Напишите в комментариях — подарим вам бесплатную главу 🎁

Спасибо, что читаете нас ❤️

http://bllate.org/book/18985/1868978