Готовый перевод To the Start of a New World / Зомби-апокалипсис: К началу нового мира: Арка 1: Детство. Глава 3

В целом Лу Хао был рад сложившемуся положению дел.

Теперь, когда Хун Шэн стал его другом, Лу Хао больше не приходилось бегать за ним каждый день, и он наконец мог ходить в гости к другим ребятам и играть в разных местах.

Поскольку дом Хун Шэна находился прямо перед парком, Лу Хао больше не просиживал там всё время. Теперь он ходил в парк с остальными, а Хун Шэн присоединялся к ним, когда сам хотел.

Лу Хао весьма успешно справился со своей миссией — подружиться с Хун Шэном.

По крайней мере, он так думал.

Он не заметил, как в какой-то момент Хун Шэн стал ещё более тихим, чем прежде, и постепенно снова начал отдаляться.

***

Стоял яркий солнечный летний день. Лу Хао ждал у входа в школу.

Он не разговаривал с Хун Шэном уже неделю.

Сначала, когда Хун Шэн не пришёл встретить его, как обычно, Лу Хао подумал, что тот заболел. Он спросил учительницу из другого класса, всё ли в порядке с Хун Шэном, но та ответила, что он здоров и продолжает ходить на занятия.

Если так, то почему Хун Шэн перестал играть с Лу Хао?

Если так, то почему Хун Шэн убежал, когда Лу Хао наконец увидел его на днях?

Сегодня Лу Хао раньше времени выбежал из класса и поджидал у входа, чтобы перехватить Хун Шэна. Но сколько бы он ни ждал, Хун Шэн так и не появился.

Крепче сжав лямки рюкзака, Лу Хао с мрачным, насупленным лицом шагал в сторону парка. Ранее туда отправились играть остальные его друзья.

Если Лу Хао и сегодня не увидит Хун Шэна, то просто забудет о нём и пойдёт развлекаться с ребятами — те прекрасно знали, что игнорировать Лу Хао не стоит.

С этими кипящими мыслями он даже не заметил, как дошёл до парка, пока до его ушей не донёсся крик:

— Лучше бы я никогда не выходила замуж за такого человека, как ты!

От этого визгливого женского вопля Лу Хао резко вскинул голову. Перед домом Хун Шэна мужчина и женщина орали друг на друга так, словно готовы были перегрызть друг другу глотки.

Мужчина стоял у самого входа в дом, а женщина — на обочине дороги, рядом с припаркованной крупной машиной. Багажник был открыт, а рядом на земле валялись чемоданы, сумки и коробки.

Слова, которые они выкрикивали, Лу Хао раньше слышал только в дневных дорамах: «Ты — жалкое подобие мужчины, отвратительный слизняк!» и «Какой ублюдок теперь будет тебя содержать, тупая дрянь?», а также множество других бранных слов, которые супругам точно не следовало бы произносить.

Лицо женщины настолько побагровело, что казалось, она вот-вот взорвётся. Чем внимательнее Лу Хао вглядывался, тем более знакомой она ему казалась.

Женщина что-то прошипела мужчине, и когда тот резко вскинул руку, словно замахиваясь для пощёчины, она отшатнулась и схватила одну из своих сумок. Швырнув её в багажник машины, она продолжала бормотать проклятия, укладывая остальные вещи.

Увидев её со спины, Лу Хао наконец вспомнил, кто она такая.

Его взгляд соскользнул вправо: там, в тени, наблюдая за этой сценой пустыми, безжизненными глазами, стоял Хун Шэн.

В этом тёмном уголке Хун Шэн выглядел так, будто остался последним человеком во всём мире. Мрачное место, где он находился, словно было отрезано от реальности, в которой находился Лу Хао.

Казалось, даже если Лу Хао подойдёт и попытается схватить его, рука просто пройдёт насквозь.

Хун Шэн не моргал, наблюдая, как женщина пакует вещи в машину. Его голова ни разу не шелохнулась. Он не замечал отца, и лёгкий ветерок совсем его не касался. Он лишь безучастно смотрел, как пустые места в багажнике заполняются сумками и коробками.

Хун Шэн разглядывал сложенный багаж так, словно сам должен был оказаться там — будто хотел, чтобы женщина подняла его, сложила, как простыню, и засунула между своей одеждой и косметикой.

Когда женщина со стуком захлопнула багажник, лицо Хун Шэна поникло. Лу Хао уже видел такое выражение. Потерянное и удивлённое — точно такое же лицо было у Хун Шэна, когда Лу Хао впервые проявил к нему доброту.

Вот только теперь Хун Шэн пребывал в замешательстве не от чужого милосердия. Нет, на этот раз причиной было чьё-то предательство.

— Жаль, что я вообще вышла за тебя замуж! — снова плюнула женщина в сторону мужа.

Затем она впервые с момента появления Лу Хао взглянула на Хун Шэна — и не произнесла ни слова.

Она повернулась, села в машину и уехала.

Грязно выругавшись, отец Хун Шэна умчался обратно в квартиру.

Хун Шэн всё так же стоял снаружи, не шевелясь. Он был похож на выброшенную куклу, оставленную валяться на земле.

Куклы не могут двигаться сами, пока им кто-то не поможет. Но отца Хун Шэна уже не было, да и мать ушла. Поднять его оставалось только Лу Хао.

Некоторое время Лу Хао не двигался.

Он не знал, что делать и что сказать. Если бы Хун Шэн плакал, Лу Хао мог бы сказать ему: «Не плачь». Если бы Хун Шэн разозлился, он мог бы сказать: «Я помогу тебе дать сдачи».

Но Хун Шэн не делал ничего. Он просто стоял там, вполоборота скрытый темнотой, словно чего-то ждал.

В голове Лу Хао мелькнула внезапная мысль, и, прежде чем он успел осознать происходящее, он уже направлялся к Хун Шэну.

Мальчик никак не реагировал на Лу Хао до тех пор, пока тот не сжал в своей ладони его худую руку и не произнёс:

— Нашёл.

Тогда голова Хун Шэна слегка приподнялась, и он безучастно посмотрел на Лу Хао.

По какой-то причине глаза Лу Хао увлажнились, а в горле встал ком. Но он поборол это чувство и сказал Хун Шэну со всей смелостью, на какую был способен:

— Хун Шэн, я нашёл тебя. Так что ты пойдёшь ко мне домой, хорошо?

Большие и потускневшие глаза Хун Шэна тяжело моргнули один раз — и это было единственным подтверждением, которое требовалось Лу Хао, чтобы увести мальчика прочь из тени жилого дома.

***

Мама разозлилась, когда Лу Хао привёл Хун Шэна домой.

— Лу Хао, ты ведь прекрасно знаешь, что нельзя приводить кого-то без разрешения! — распекала она его, но при этом суетилась вокруг мальчиков и наливала им чай. — Его родители, должно быть, с ума сходят от беспокойства! Нужно позвонить и сказать им, где он. Уже поздно, так что я либо сама отведу его домой, либо пусть кто-нибудь приедет и заберёт.

Под строгим взглядом мамы Лу Хао попросил Хун Шэна записать номер домашнего телефона, и тот механически выполнил просьбу. Мама взяла бумажку и прошла к стационарному телефону в другой комнате.

Лу Хао и Хун Шэн сидели в тишине, перед ними дымился чай, пока через несколько минут мама не вернулась с абсолютно разъярённым выражением лица.

Как только она заметила, что Лу Хао смотрит на неё, выражение её лица тут же сменилось знакомой нежностью. Сложив руки перед собой, она улыбнулась Хун Шэну, который, казалось, ничего не замечал вокруг, и произнесла:

— Сяо Шэн, твой папа сказал, что ты можешь остаться у нас на ночь! Будешь спать в комнате Сяо Хао. Я приготовлю особенный, вкусный ужин в честь твоего первого прихода к нам в гости, так что жди с нетерпением! Сяо Хао, а ты пока отведи его поиграть, ладно?

И только Лу Хао заметил, что руки мамы дрожали от сдерживаемых эмоций, а глаза блестели от подступивших слёз.

Ужин в тот вечер был настоящим пиром. Целая рыба на пару с соевым соусом, зелёным луком и имбирём; горы овощей на тарелках; соломка из свинины с грибами; нежный, блестящий тофу в ароматном соусе... эти аппетитные блюда уставляли весь стол.

Папа выглядел потрясённым, когда вернулся вечером с работы.

Казалось, Хун Шэн не почувствовал ни единого вкуса, хотя и подобно роботу съедал всё, что Лу Хао и мама подкладывали в его тарелку.

Хотя внешне это было незаметно, мама на самом деле отличалась немалой гордостью. Она считала себя отличным кулинаром и обожала, когда людям нравилась её еда.

Поэтому, увидев безучастное лицо Хун Шэна, она приняла в душе непреклонное решение и велела Лу Хао приводить Хун Шэна к ним домой как можно чаще. Она ни за что не оставит его в покое, пока тот наконец не произнесёт: «Вкусно!».

***

И так вышло, что несколько лет спустя, когда Хун Шэн, как обычно, застенчиво улыбнулся и искренне поблагодарил её за вкусную еду, она осознала, что каким-то образом обрела второго сына.

Мама всегда доброжелательно относилась к друзьям Лу Хао, но Хун Шэн был особенным. Вот почему, когда папа получил повышение и стал зарабатывать гораздо больше, мама позаботилась о том, чтобы у Хун Шэна всегда было всё необходимое для школы и приличная одежда.

Лу Хао с радостью брал Хун Шэна с собой повсюду и на карманные деньги, которые давал папа, водил его по ресторанам и кафе. Их любимым было место, где продавали множество маленьких сладких закусок, которые Хун Шэн втайне обожал.

Спустя время Хун Шэн стал свободнее общаться с ними. Он всё так же очень мало и редко говорил, но благодаря неизменному добродушию мамы и мягким, ненавязчивым разговорам папы научился искусству общения.

Поначалу он не мог произнести и слова без заикания, но тихая поддержка родителей Лу Хао придала ему уверенности подбирать слова и со временем говорить плавно, пусть и всё так же тихо.

Хун Шэн не любил говорить о себе, но за те редкие случаи, когда он всё же высказывался, Лу Хао узнал основные подробности его жизни.

Например, что несколько месяцев назад его отец снова женился. Или что они съехали из той квартиры и перебрались в новый дом. Или что его мачеха теперь беременна; что у него появились младший брат и сестра; и что он, в некотором роде, был немного обеспокоен чем-то.

— О чём ты беспокоишься? — спросил Лу Хао.

Хун Шэн перевёл взгляд на Лу Хао.

Они сидели на улице возле своей средней школы. Им было по четырнадцать лет, и скоро должно было исполниться пятнадцать. Это был последний год обязательного школьного обучения, и будущее перед ними казалось туманным и неопределённым.

Лу Хао знал, что пойдёт дальше в старшую школу. Он предполагал, что Хун Шэн сделает то же самое.

Так и должно было быть. Лу Хао, Хун Шэн, Ся Вэйвэй и остальные друзья — все они будут держаться вместе и жить счастливо.

Эта мысль заставила Лу Хао улыбнуться, и как раз в этот момент Ся Вэйвэй вышла из школы и помахала им от ворот.

Хун Шэн посмотрел на неё, а затем отвёл взгляд.

— Это не так уж важно, — сказал он, но Лу Хао уже не слушал, слишком занятый объятиями подошедшей к нему Ся Вэйвэй.

***

Несколько месяцев спустя, когда учёба наконец закончилась, а строительство загородного дома, купленного родителями Лу Хао, было завершено, Лу Хао отправился к Хун Шэну домой, чтобы пригласить его провести лето вместе.

— Его здесь нет, — бросила мачеха Хун Шэна и захлопнула дверь прямо перед носом Лу Хао.

Лу Хао ошеломлённо уставился на закрытую дверь. Но сколько бы он ни стучал, никто так и не ответил ему, куда делся его друг.

Хун Шэн просто исчез.

http://bllate.org/book/19028/1908006